Глава 38

Роман

Я закончил сравнительно рано, но у Марты окно уже светилось. Значит, дома.

Джой юлой крутился в прихожей с поводком в зубах. Вот как он знал, что из лифта выхожу именно я, а не кто-то другой? Каждый раз меня встречал тихий скулеж из-за двери. И Ева говорила: Ромка, ты еще в лифте, а он уже знает, несется к двери. Уж точно не по запаху, чувствовал как-то.

Утром я гулял с ним перед самым уходом на работу, а вечером бежал домой бегом. Если не задерживался, то вполне вписывался, а если возвращался позже, то Джою приходилось несладко. Вот тут как раз Евы и не хватало.

Помощь пришла откуда и не ждал. Моим соседом по площадке был дед Борис, отставник-пограничник, бездетный вдовец. Ну, дед — это, конечно, преувеличение, вполне так крепкий еще мужик лет семидесяти. По утрам выходил на детскую площадку делать зарядку, ездил на велосипеде. Мы с ним не то чтобы дружили, но по-соседски общались. Когда Джой был еще щенком, а я абсолютно неопытным собачником, он что-то мне подсказывал, поскольку на границе с собаками общался много, именно с немцами.

Как-то я задержался и выводил Джоя уже не скулящего, а реально воющего. Дед Борис как раз выходил из лифта. Услышал и нахмурился, а когда мы вернулись, позвонил в дверь.

«Роман, — сказал он, — не дело так пса изводить. Что ж половина-то не гуляет?»

«Кончилась половина, — буркнул я. — А мне иногда приходится задерживаться».

«Ключи запасные есть? Если что, звони, я выведу».

Я прямо расцеловать его готов был. Отдал Евины ключи. После первой же их прогулки в чате зоошизы отметилась Яна:

«Janina. С Ромочкиным псом сегодня дедушка какой-то гулял. Новая подружка?»

Видимо, ей очень хотелось, чтобы я ее послал куда подальше и получил люлей от админа. Но я даже отвечать не стал, хотя бесила она меня все сильнее и сильнее.

Сейчас, чтобы не мучить Джоя, написал Марте уже из лифта:

«Роман. Марта, мы с Джоем к болоту идем. Если хочешь, приходи».

Ответ прилетел, когда мы вышли из парадной:

«Марфа. Уже бегу».

Мы шли медленно, и она догнала нас на переходе через проспект. Джой ломанулся было к ней обниматься, но я одернул: дорога! Пообнимались на той стороне.

А я? А меня?

Но мне достался только «привет». По-дружески. Ну ладно, пусть так. Я и правда пока еще не был готов идти дальше. Хотя организм с этим соглашался не всегда и требовал ускориться.

Мы шли по берегу, болтали, Джой носился взад-вперед, общался с другими псами. Со мной здоровались знакомые собачники. Мне показалось, что Марта какая-то… слишком задумчивая. Опять с матерью нелады? Или бывший нарисовался? Или на работе что? Хотел уже спросить, но она опередила.

— Ром… — сдвинула брови, пожевала губу. — А кто такая Янина?

О как! Неужели то, чего я и боялся?

— Если ты про ту, которая в чате всех троллит, то из вашего корпуса, из третьей парадной, — ответил осторожно. — Может, видела, с жирной черной таксой гуляет.

— А-а-а, — протянула она. — Понятно.

И замолчала.

— Марта. — Я дернул ее за рукав. — Если хочешь что-то спросить, то спроси. Все лучше, чем что-то придумывать. Не в обиду, но я этим уже сыт по горло.

— Ну… — Она вздохнула, дернула плечом. — Мне написала какая-то… тля в телегу. С ником три икса. Про тебя. Мол, смотри не подавись. Я сначала подумала, что твоя Ева…

— Это вряд ли, — перебил я.

— Ну да, — согласилась Марта. — Она грамотная, а там ошибки такие, что кровь из глаз.

— Тогда точно Яна. И нет, у меня с ней ничего не было, если ты об этом.

— Поэтому и бесится?

— Наверняка. Она когда собаку купила, очень сильно набивалась. Но я тогда уже с Евой был. Да и вообще…

— Понятно, — повторила Марта, но совсем другим тоном. И даже как будто улыбнулась.

Божечки, неужели мне подвезли женщину, с которой можно что-то обсуждать, которая не выдумывает и не обижается на свои выдумки? Витька прав, хорошие сапоги, надо брать[14].

— Слушай, а там в чате было, что с Джоем какой-то дедушка гулял. Это кто?

— Сосед. — Я вздохнул с облегчением, потому что разговор перешел на самую безопасную тему. — По площадке. Военный на пенсии. Хороший дядька, бывший погранец. Сам предложил с Джоем гулять, когда я задерживаюсь.

— Отлично! — обрадовалась Марта. — А то я беспокоилась, как он терпит столько. Даже хотела сама тебе предложить, но я обычно позже прихожу. А в этом семестре еще и вечерников поставили последней парой два раза в неделю. А Джой нормально с ним? С соседом?

— Да, хорошо. Он с собаками еще как знаком. На границе-то.

Джой словно понял, что речь идет о нем, подбежал, заскакал вокруг нас, намекая: ну чего вы бродите скучно так, давайте побегаем. Я бросил ему мячик, который носил в кармане «собачьей» куртки, и он умчался за ним.

— Какой он все-таки классный, — улыбнулась Марта. — Чистый позитив.

— Угу, — кивнул я. — В противовес мрачному хозяину.

— Да ну, брось, Ромка. — Она вдруг взяла меня под руку. — Ты тоже классный.

— Зело приятно. И ты тоже классная.

— Супер! — Марта рассмеялась так, что невозможно было не подхватить. — В общем, мы все классные. Класс!

Так мы и брели дальше — под руку. И это было очень приятно. А еще от нее пахло так, что хотелось уткнуться носом между шарфом и шапкой и нюхать, нюхать. Немножко духами, немножко чем-то еще. Тонко, ненавязчиво — но очень притягательно.

— Кофе не хочешь? — спросил я, когда мы уже возвращались.

Это был никакой не намек. Мол, пойдем ко мне или к тебе. Скорее, крошечный пробный шар. Шарик. Куда покатится. Как она отреагирует.

— Ром, а давай в ларьке купим, а? — Марта округлила глаза, как девчонка, которая подбивает подружку на что-то запретное. — Я хожу мимо, там всякое такое разное, и хочется попробовать, но неловко. Потому что понимаю, что это жуткая дрянь с трехкопеечным сиропом. Но все равно хочется. Именно в ларьке, а не в кафе.

— Слушай, я иногда иду мимо узбекского ларька с самсой, и хочется жареный беляш. Они, сволочи, так пахнут, что желудок через нос выпрыгивает. Хотя и знает, что это самоубийство, потому что это жаренная на машинном масле кошатина. Так что давай, не смущайся. Все равно никто не увидит. А я никому не скажу.

Я взял ей лавандовый раф в стакане, себе не стал.

— М-да, — вздохнула она, сделав глоток. — Нет, ну я допью, конечно, но… В общем, и эта иллюзия закрыта.

Главное — чтобы и я не оказался еще одной твоей закрытой иллюзией, Марта. Очень на это надеюсь.