Глава 7

Марта

Андрей забронировал на выходные домик на турбазе в Лосево и в пятницу вечером заехал за мной.

«Жду во дворе», — прилетело в вотсап, когда я собирала сумку.

Погоду, как и обещал прогноз, подвезли мерзкую. Смысл ехать куда-то полтора часа и платить конские деньги, чтобы потом два дня сидеть, никуда не выходя? Трахаться можно и дома. Бесплатно.

Ладно, пусть будет смена обстановки. Тем более платить не мне. И готовить не надо.

Подойдя к багажнику, я обратила внимание на машину, которая стояла с заведенным двигателем и включенными фарами. За рулем сидел Роман, а рядом с ним блондинка с кислой миной.

Забавно, я видела во дворе девушку с овчаркой, но почему-то даже в голову не пришло, что это та же самая собака. Та, с которой гулял Роман. Надо думать, это жена. Или подруга. Такая… эффектная. Было бы странно, если бы не было никого.

А мне-то что? Абсолютно никакого дела.

Не успели мы выехать на «Сортавалу», как зазвонил телефон Андрея, подключенный к блютузу машины.

— Андрюх, ты не можешь приехать? — Я узнала плаксивый голос его сестры Натальи.

— Шо, опять? — скривился тот.

— Опять. Вообще не знаю, что с ней делать.

— Наташ, я не в городе. Вернусь в воскресенье вечером.

— Прекрасно! Андрюша отдыхает, а у Наташи чудесные выходные, так?

— Ната, ты сама ее себе посадила на шею. Я предупреждал, что так будет?

— А ничего, что она такая же твоя мать, как и моя? Или все дело в том, что у нас разные отцы?

— Хватит чушь нести! — разозлился Андрей. — Про разных отцов вообще даже не заикайся. Мне той херни на похоронах хватило на всю жизнь. Все, счастливо. И учти, созависимость лечить так же тяжело, как и зависимость. А может, и тяжелее.

Нажав на отбой, он замысловато выматерился. Я молчала. Захочет — расскажет. Не захочет — тем более нет смысла спрашивать.

То, что его мать пьет, я поняла еще при знакомстве. Это был ее день рождения. Елизавета Ивановна, ровесница моей матери, выглядела лет на десять постарше. Из гостей, кроме нас и младшей сестры Андрея, была только какая-то размалеванная тетка, определить возраст которой я затруднилась. И вот они с этой теткой вдвоем быстренько наклюкались и начали петь песни.

«Пойдем, — сказал мне Андрей. — Пока не поздно».

«А Наташа?» — спросила я, когда мы вышли.

«Наташе не привыкать, — поморщился он. — Она считает своей святой обязанностью вытирать блевотину».

Больше мы туда не ходили. В подробности Андрей не вдавался, но по обрывочным репликам я поняла, что размотало Елизавету Ивановну лет пять назад, когда умерла ее мать. Лучшая подружечка Лена стала собутыльницей, а Наташа добровольно взвалила на себя обязанность присмотра, пожертвовав личной жизнью. Когда она не справлялась, Андрею приходилось спешить на помощь.

«Чип и Дейл, твою мать!» — сказал он однажды, зло сплюнув. Словно поставил этим плевком точку и больше к этой теме не возвращался.

— Ну и что ты так на меня смотришь? Я не прав?

— Андрей, я не знаю деталей, поэтому не могу судить.

На самом деле я не стала бы, даже зная детали. Потому что ему мое мнение было абсолютно ни к чему. К тому же сама я с пьющими людьми никогда близко не сталкивалась, а теория очень сильно расходится с практикой.

— Хорошо, слушай, — усмехнулся он. — Расскажу детали. Как раз на всю дорогу хватит.

История оказалась одновременно и банальной, и нетривиальной. Смотря с какой стороны посмотреть. Жила-была девушка Лиза, может, и не особо умница, но красавица. И полюбила она, на свою беду, глубоко женатого мужчину. Тот не скрывал, что разводиться не собирается. Сначала Лиза ни на что не претендовала, ей хватало своей любви. Но потом захотелось большего. И не придумала она ничего лучшего, чем родить ребенка. Не случайно, а преднамеренно, в надежде, что любимый все же передумает и уйдет к ней.

Но тот не передумал. Сына не признал и с Лизой все контакты разорвал. Тогда тесты на отцовство через суд уже делали, но не в подобных случаях. Пять лет она активно страдала, с трудом закончила институт, Андреем больше занималась бабушка. А потом познакомилась с парнем по имени Кирилл, который смертельно в нее влюбился. И к ребенку относился хорошо. И хотя Лиза по-прежнему страдала, замуж за него выйти согласилась.

Несколько лет они жили неплохо, родилась дочь. А потом у отчима Андрея в голове заговорили голоса. Все громче и громче. К счастью, голоса оказались мирными, советовали не убить всю семью, а всего лишь обратиться за помощью. Он признался жене, и та повела его по врачам. Врачи подлечили, добившись стойкой ремиссии.

Но наипервейшая подруга Леночка — та самая! — напела в уши, что жить с шизофреником опасно, и Лиза подала на развод. А Леночка тут же вышла за него замуж. Детям было поднесено так, что это папа от них ушел, а Кириллу Лиза запретила с ними общаться. Ну шизофреник же, мало ли что вдруг! А тот был слишком мягким, чтобы воевать через суд, и смирился.

Новая семья тоже не сложилась. После второго развода Кирилл уехал куда-то в Сибирь. А Лиза внезапно снова стала дружить с Леночкой. Наташа, став взрослой, нашла отца и поддерживала какую-то минимальную связь. Год назад, уже после того как мы были на том дне рождения, стало известно, что Кирилл погиб. Андрей с Наташей ездили на похороны, причем я об этом даже не знала, он ничего не сказал.

Жил Кирилл в полуразвалившемся доме своих родителей в глухой деревушке, где толком не было никакой работы. Чтобы добыть денег, подписал военный контракт и через месяц погиб. Его не должны были брать с таким диагнозом, но оказалось, что диагноз из медицинских документов таинственно исчез.

Наташа позвонила матери, чтобы выяснить, как такое могло случиться. Та раскололась, что заплатила кому-то. Зачем — внятно объяснить не смогла. Леночка снова убедила, что так будет лучше. Кирилл об этом даже не знал.

— Понимаешь, Маша, она фактически его убила, — мрачно сказал Андрей, сворачивая по стрелке к турбазе. — Вместе со своей Леночкой. И ничего, все норм. Хоть ссы в глаза — все божья роса. Ну так вышло, что делать. Я ее после этого видеть не могу. И не хочу. А Наташка, терпила, продолжает заносить ей жопу. Но тут я пас. Без меня.