Глава 70

Роман

В конце сентября мы забирали Катю из роддома. С новорожденной Ирочкой. Мама с Мартой и бабулей на выписку не поехали, впахивали дома, готовя стол. Девчонок тоже не взяли. На Катю, за которой явились сразу три мужика, поглядывали… странно. Папа за рулем, Витька рядом, а Катя сзади с люлькой. Я — на своей.

Во мне вообще никакой нужды не было, но я сам напросился, чтобы не болтаться в женском царстве. Да и Марте не помешало бы побыть там без меня.

— Ну что, — потроллил я, когда мы вышли из роддома. — Еще заход? За мальчиком?

Взгляд Кати сказал все без слов.

— Нет уж, — сощурилась она. И правда кошка! — Мальчика — это теперь вы с Мартой, а мне уже достаточно. Еще одна колготочница-прокладочница!

— Ну уж на это Витька заработает.

— Не в деньгах дело. Бабское царство. Бракодел твой братец, Рома.

— Не бракодел! — вскинулся Витька. — Мальчика любой дурак сделает, а девочка — это тонкая ювелирная работа.

— Полегче, ювелир! — обиделся папа. — Это я, что ли, любой дурак?

— Не, бать, — утешил я. — Ты не любой, ты особенный.

Дома все сверкало и пахло вкусностями, а на холодильнике висел рисунок: цветочки и кривая надпись: «ДАБРО ПАЖАЛАВАТЬ ИРОЧЬКА!!!»

Пока Катя кормила и укладывала младенца, мы уже уселись за стол.

— Ну я еще не теряю надежды увидеть внука, — заявила бабуля, подняв бокал. — Марта, а ты чего? Тебе уже нельзя?

— Нет, — покраснела та. — У меня экзамен завтра. На права.

— Эх… — вздохнула бабуля. — Ну ладно.

К счастью, развивать эту тему никто не стал, но намек был абсолютно прозрачен.

Давайте, дети, женитесь и размножайтесь, пока я еще жива.

А я ждал отмашки от Марты. Это ведь она сказала, что да, но не прямо сейчас. Я-то был готов в любой момент.

На следующий день у меня была с утра операция, а Марта ехала в ГИБДД. Теорию она уже благополучно сдала. Площадку теперь откатывали не отдельно, как раньше, а вместе с городом, но все равно начинался экзамен на автодроме.

В операционной я, конечно, постарался отключить голову по максимуму, сосредоточившись на грудной клетке пациента, но все равно мысли пробегали: как она там.

Операция прошла благополучно. Проверив, нормально ли мальчика устроили в реанимации, я вышел в раздевалку и схватился за телефон.

«Марфа. Ромка, я сдала!!! 6 штрафных, все мелкие. Сижу, жду права».

Сдала? Серьезно?!

Я был уверен, что Марта если и сдаст, то не раньше второго захода. А если не сдаст, то пусть заплатит и учится. Может, даже с ее этой самой Валентиной договорится частным порядком. А она умудрилась сама и сразу! Вот же умничка!

«Роман. УР-Р-РА!!! Это надо отметить. В 6 буду дома».

Вообще-то я рассчитывал куда-нибудь пойти, но нога, зараза, разболелась так, что хоть вой. Гипс давно сняли, на операциях я стоял в ортезе. И все равно статическая нагрузка давала о себе знать.

Марта приготовила вкусный ужин, достала бутылку вина — обмыть права. Операции у меня с утра не было, а в клинику мог поехать и на такси. Она взахлеб рассказывала, как сдавала экзамен.

— С площадкой все отлично прошло, а вот потом начала психовать. Валя рядом, гаец сзади. Сидит, в затылок дышит. Но ничего такой дядька. Не волнуйтесь, девушка, говорит, все хорошо. А сам все пишет в протокол, любую мелочь.

— Мань, он должен был писать, все ведь на регистратор снимается. Но ты же справилась. Молодчина! Я знал, что сдашь.

Ну, тут я, конечно, немного преувеличил, но неважно.

Марта задумалась, глядя на меня сквозь бокал. Отпила глоток и сказала — словно в воду прыгнула:

— Ром, а давай уже заявление подадим, а? Если ты не передумал?

Ага-ага, экзамен сдала, теперь и замуж не страшно?

— Смеешься? С чего вдруг передумал? Конечно, давай.

Откладывать не стали, прямо сразу через Госуслуги и подали. Марта топила за районный загс, но я переубедил. Да нам бы бошки пооткусывали! Хоть и без фанатизма, но все-таки свадьба. Ну и свадебное путешествие договорились сдвинуть на зимние каникулы. Теперь оставалось только донести новости до родителей.

К моим пошли в субботу — благо выходные совпали. Повод не озвучили, но свой фирменный тортик Марта испекла. Ну да, как она и предупреждала, получился немного кривоватым, но вряд ли кого-то это могло испугать. Тем более на вкус он действительно оказался — ум отъешь. Подъели до крошечки, а близняшки, которых привел Витька, облизали блюдо. И только после этого мы сказали, что подали заявление.

Воспринято это было как нечто само собой разумеющееся, без детских криков на лужайке.

Подали? А, ну молодцы. На когда? Во дворец? В какой? Ну скажете, в общем, сколько денег надо. И что подарить.

Вот правда, торт бóльшую сенсацию произвел. Только бабуля прослезилась украдкой, но тут же глаза вытерла и рассказала неприличный анекдот.

Оставалась лишь мама Марты, и к ней пошли в воскресенье. По принципу «раньше сядешь — раньше выйдешь». Памятуя знакомство, ничего хорошего я не ждал. И не ошибся.

— Заявление? — Людмила Сергеевна вскинула брови так, словно услышала жуткую глупость. — Ты что, беременна?

Марта молчала, глядя в чашку. И мне вдруг показалось, что сейчас что-то должно случиться. Что-то очень важное. Поэтому замер и ждал.

— Не знаю, мама… — Она подняла глаза и посмотрела на мать в упор. — Возможно, тебе трудно представить, но иногда люди сначала женятся, потому что хотят этого, а потом уже заводят детей. Не с какой-то шкурной целью заводят, а чтобы любить их и заботиться. Нет, я не беременна. Пока. Но надеюсь, что буду. Потому что мы оба хотим детей. И они у нас будут самыми лучшими и самыми любимыми. Всегда. Не так, как я для тебя.

— Марта! — ахнула Людмила Сергеевна, сначала резко побледнев, а потом наливаясь краской. — Да как ты?..

— Как я смею? Надо было давно тебе это сказать. Может, ты подумала бы и поняла, что я права. Хочется на это надеяться. Что все-таки когда-нибудь поймешь. Иначе останешься совсем одна. Пойдем, Рома.

Я поднялся, мысленно аплодируя. Как там было когда-то? Бурные аплодисменты, переходящие в овацию? Вроде, так.

По пути домой Марта молчала, глядя себе на колени.

Пожалела о сказанном?

— Нет, Ром, — ответила она, когда я спросил. — Думаю о том, как странно иногда все в жизни складывается. Если бы она не попала зимой в больницу, я не задержалась бы и за мной не увязался маньяк. Ты бы меня не спас. И мы бы не познакомились.

— А мне кажется, все равно познакомились бы, — возразил я. — Вот так смотрел бы в окно напротив, смотрел… А потом встретил во дворе и подошел бы.

— Может быть, — улыбнулась Марта и поцеловала меня. И повторила: — Может быть…