Один или другой…?

Вычеркни второй вариант и сложность выбора отпадет сама собой ©

Ника

Ощутимо знобит. Продолжительное время. Студия. Постель. Одеяло, накинутое на плечи в подобие кокона. Горячая кружка с какао. Как в детстве. Только за окном, для подобного атрибута, все тридцать, а не Рождество и морозы. Нет мамы и папы. Нет Лёшки и Златы. Ден. Рядом. И Бероев. Где-то на горизонте.

Август. Всего лишь август. За окном ещё во всю жарит солнце, а меня трясет, как в отходняке. Как при серьезной температуре. Выламывает каждую косточку. Мышцы в таком состоянии, что не спасет ни одна тренировка. Всё болит. Отчаянно дико. Всё ноет. А ещё с утра чувствовала себя в абсолютной норме!

Дышу. Тяжело. Едва ни со скрипом. Пытаюсь осмыслить: кто дал ему адрес и всю информацию касаемо меня? Мой телефон до сих пор не имеет даже сенсорного экрана! Я не веду соцсетей и не завишу от сигнала оператора. Мне плевать на шкалу и наличие интернета! Я читаю книги на бумаге. Научилась. Спасибо Златке. Остальное…! К чёрту всю эту дрянь! Публикации. Селфи. Выдача желаемого за действительное… Жизнь напоказ.

Стас не уедет. Так просто. Если сказал. Если пообещал.

Тот Бероев, которого я помню, отвечает за свои слова. Ставит. Выигрывает. Я опять очередной приз? Ставка? Обещанный выигрыш?

Кружка в сторону. Падаю на постель и стараюсь забыться. Дени торчит на балконе. Обсуждает по телефону. С кем-то. Что-то. Плевать.

Единственное чего я хочу — так это уехать. Бросить всё.

Скрыться. Спрятаться. Сбежать. От Стаса. Опять.

— Как ты, Николь? — нависает надо мной и осматривает. Серьёзно. Сканирует на наличие повреждений. Видимых. А тем временем внутри меня опять всё нещадно рушится.

Опоры не выдерживают. Устои ставятся под вопрос. К чертям всё выверенное и решенное. Планов нет. Бероев вновь пустил всё под откос.

— Ты выкладывал на свои страницы какую-то информацию обо мне?

Мотает головой и я верю в правдивость ответа. Я просила не делать этого. Ден всегда уважал мой выбор. Соревнования? Там я стою под ником.

— Тогда я не понимаю, как он здесь оказался. И зачем?

— Ты сама сказала, что он друг твоего брата, — его губы искривляют привычную линию, становятся чем-то совсем неприятным.

— Лёшка не мог. Он бы никогда меня так не подставил, — проговариваю, понимая, насколько делаю больно подобной реакцией. — Прости, — тяну тише. — Это шок.

Прикрываю глаза, а мужские пальцы мягко гладят по зардевшимся щекам. Прикосновения мягкие, нежные и… Не такие. Всё не такое. И я. Тоже.

— Ден, давай не сейчас, — тяжело выдыхаю, понимая, насколько глупо это звучит.

Полгода. Официально как вместе. Два. С момента знакомства. И на тебе! Всё, что казалось идеально подлаженным в миг рассыпалось на куски. Разлетелось по разным углам и вообще не понятно, как оно вместе держалось?!

— Хочу спать, — оправдываюсь, ради возможности оправдаться. — Прости. Я устала.

— Вечером прогуляемся по берегу?

Голос звучит не обязывающе. Успокаивает. Убаюкивает. Обещает. Привычное спокойствие. Просит. Лишь поверить, что всё возможно…

— Да. Конечно, — соглашаюсь без спешки. — Обнимешь?

Это надо не столько мне, сколько ему… Кольцо. Воспоминания о нём прожигает соразмерную дыру в сердце.

Бероев! Какого черта ты заявился сейчас?

Ни раньше. Ни позже. А лучше бы вообще никогда! Чтобы не напоминать о себе и своем существовании в мире, где я вполне приспособилась жить! Тихо. Вполне себе счастливо.

Отворачиваюсь к стене, а он подпирает и дышит в макушку. Размеренно. Взвешенно. Обдумывая за меня всё, что никак не обдумывается. Удерживает в руках от очередного падения. Прыжка. В пустоту. Срыва. Пломб, которые так тщательно и глухо закручивала.

— Спасибо, — шепчу и утягиваю его ладонь под теплое одеяло. И пусть на улице тридцать. И пусть меня порядком потряхивает.

Прижимаю к себе и закрываю глаза. Хочу увидеть под веками что-то приятное, а неминуемо проваливаюсь в бездну воспоминаний. И вижу Стаса. Вернее нас. Такими как были когда-то. В попытке спрятаться от всех и разделить весь мир на двоих. Он не делился тогда. Он оставался целым. И был иным. Нашим…

Я даже во сне чувствую боль. Ощущая как становится сложнее дышать. Как нарастает тревога и горло перекрывает так, что почти не глотается. Воздух, и тот, становится густым и плотным.

Стас. Я не верила в то, что способна забыть. Я не представляла, что могу так детально и правильно помнить. Тембр голоса. Запах. Вкус, реалистично ощутимый на языке.

Помню. И не хочу забывать, но… Всё нутро встаёт против.

Бероев, Бероев… Один вопрос. Глупый. Непонятный. Необъяснимый. Зачем…? Сейчас. Спустя стольких лет. Не вовремя и не ко времени…

Как объяснить мою реакцию Дену, который знает всю ситуацию из первых уст? Ведь мы друзья… Были. С друзьями принято делить все тягости и невзгоды. Рассказывать. Честно. О личном…

Пытаюсь занырнуть глубже и провалиться в сон в котором не думается и не мечтается. В котором, если и есть что, так это готовый, прописанный сценарий. Так же, как и завтрашний день. Так же, как и предложение, которое мне предстоит услышать. И я отвечу на него согласием. Озвучу. Это чёртово «да»! И заявлю то, к чему так долго была не готова. Люблю… Кого?

Это дурацкое дополнение так и скачет на репите в пределах черепной коробки. Отбивается от стенок, как белый шарик в пинболе. Подскакивает вверх. Падает. И вновь вылетает откуда-то притягивая на себя всё внимание. Люблю. Кого…? Не себя точно. Иначе бы не прошла через столько мучений! Иначе бы… Господи! Ничего не хочу. Уже… Потому что!