Потому что…

Любовь — это шаг: над пропастью или с ходу в неё©

Ника

Pokerface — идеальная маска при любых неприятностях. Кто-то назовёт это жеманностью, а кто-то наоборот причислит к излишней простоте и скромности. Жаль, что подобная концентрация не всесильная. Умение держать нейтралитет порой тоже подводит, и внешняя уверенность разбивается на мелкие части. Рассыпается битым стеклом под ноги обидчиков.

— Лёш, зачем ты это сделал? — налетаю с надрывом на брата.

Перехватываю его в пустом коридоре. В проходе, между туалетными комнатами и открытой верандой, на которой сейчас так же не многолюдно. Большинство гостей собрано внизу. Там фуршет. Праздник. Музыка.

Брат единственный, кто ещё не поздравил меня с днём рождения. Все собравшиеся отметились. Завалили стол горой из подарков, лезли с поцелуями и личными поздравлениями, заставляли отпивать по глотку за каждый тост, что звучал в мою честь.

Этот же… Отстоялся в компании своего бывшего друга. Или как там звучала тогда его фраза? В этот раз потерять сестру оказалось проще, чем отказать Бероеву в совместной поездке?

Мама, папа, даже Златка делают вид, что всё абсолютно нормально. Уж не знаю, что озвучил им этот прошаренный дипломат, но никого не смущает присутствие Стаса! Никого. Кроме меня.

И это осознание напрягает ещё сильнее. Я не могу начать думать о чём-то другом. Уступки Дени совсем не спасают патовую ситуацию. Его родители… Предложение… Господи! Как же я ненавижу любые сюрпризы!

— Ни в жизнь не поверю, что это Златка его сюда притащила! — налетаю словесно, исходя желанием уничтожить его самоуверенность и спокойствие! Начать истошно долбить кулаками в широкую грудь, выгнать из себя всё раздражение, все ненужные эмоции. Да только, если Ден застукает меня за всем этим… Ситуация станет куда хуже. Накренится до максимума. Я, итак, опасаюсь идти домой, потому что там, наедине, всё же придётся с ним разговаривать. Привычно подводить итого минувшему дню и обсуждать важное.

А я не хочу. И боюсь. Сделать больно. Ему. Себе. Всем.

Разбить в разы проще, чем что-то построить. А эти двое… Каратели, твою мать!

— Это ты меня сдал! Ты его притащил своим плюс один! Больше некому! — высказываю. Резко. Рвано. Оглядываюсь. Боясь собрать излишек внимания. Прячусь в тени, как неумелый преступник.

— Я, — произносит с лёгкой усмешкой.

В голове сразу сотня вопросов: Зачем? Почему? Чем подобное заслужила?

— Лёш, нафига? — выпаливаю злым смешком. Больно. Пронзительно. Неприятно. От самого близкого… — Ты же был в курсе, что Ден сделает мне предложение?

— Конечно, малыш, — пожимает плечами. Между нами расстояние в метр. Ни один не подаётся ближе. Он — в попытке успокоить, обнять. Я — врезать пощечину. Как минимум.

— Это я позвал Стаса, — признается, не пряча глаза. — Потому, что сам едва не женился на своём лучшем друге и не хочу, чтобы ты совершала такую ошибку.

— Лёш! — всхлипываю и топлю ярость в горле. В слезах, что неминуемо глотаю.

— Да, он хороший, но ты не любишь этого парня, — рассуждает с улыбкой. Обыденной. Чистой. — И никогда не любила. Ник, тебе с ним удобно. Комфортно. Только не ёкает. И не ёкнет в последствии. Поверь. Ждать бесполезно.

— Ты когда это понял? — чеканю сталью, собирая всю волю в кулак. Смотрю на брата. Зло. Жёстко. Решительно. Ещё один учитель, твою мать! А испытать на своей шкуре, слабо? А выкарабкаться из нежелания жить? Тоже?

— Сразу. Понял, — парирует долгим, протяжным выдохом. — Поэтому ты и слила ответ. Слила, малыш, — вторит с ухмылкой, — а не взяла время на раздумья. Зачем? Если ты заранее знала о кольце и была морально готовой?

Поджимаю губы и закусываю их до крови, вздрагивая от голоса, что доносится из-за спины.

— Кстати, Катюха просила передать тебе свою прежнюю фамилию. Она ей теперь без надобности. Сказала, что тебе она будет больше к лицу, а на себя с удовольствием нацепила фамилию твоего брата.

Недоуменно моргаю. Оборачиваюсь, ощущая, как сжимаются внутренности.

В руках Бероева классическая алая коробочка. Бархатная. Полукруглая. Совершает пару шагов до сближения. Моё дыхание долбит в попытке остановить. Сердце грохочет ни в себя, повторяя басы, что доносятся снизу. Зубы ощутимо трясутся и постукивают нервной дрожью в висках.

Метр. Не смотрю на его улыбку. Увожу взгляд от глаз. Ниже. Пытаюсь вернуть привычный нейтрал.

Открывает. Коробочку. Плавно выставляет руку вперёд. Мажу взглядом по кольцу, а потом резко оборачиваюсь и сокращаю дистанцию с братом. Дёргаю руку из мужского кармана и врезаюсь взглядом в такой же золотой ободок. На его безымянном. Только без камня.

Хмурюсь. Так же резко отпускаю руку, что опять исчезает из вида.

— Ты женился? — озвучиваю недоверчиво. Как? Когда? На ком…? Хотя, последний пункт уже вроде понятен.

— Ему пришлось, — издевается Берс. Перетягивает на себя внимание, которое не хочу ему отдавать.

— А ты вообще заткнись, — бросаю зло в его сторону.

Шикаю. Тихо. Без должного повышения тона.

— Два года, — констатирую в сторону. — Ты опоздал больше чем на два года с этой насмешкой.

— Малыш…, — пытается охладить брат.

— Ты…, — выпаливаю в его сторону, не находя ни одного приличного слова. — Господи, какие же вы все! — выкрикиваю несдержанно. — Это мой выбор! Сложно понять и принять? Идите к чёрту! Мне без вас всех будет легче! Это он был рядом со мной все эти годы! Он! Когда никого больше не было и не хотелось видеть!

— Я перепил этот спор со всеми чертями. На брудершафт, — глухо стопорит мою резвость Бероев. — Практически сразу признал своё поражение. Прыгнул, а после поклялся Лёхе не ломать тебе жизнь.

— Тогда почему ты здесь? — задаю вопрос не желая ответа. В голосе нет крика. В нём та же боль. Надеялась, что она ушла. Нет. Осталась.

— Потому что…, — проговаривает с тихим смешком. — Ты до сих пор моя, Капулова. И вся это фигня в которой ты себя уверяешь — ничто. Я старался тебя забыть. Ни с одной. Ни на грамм. Ничего похожего. Не вышло.

Опускается на колени. Ловко. На два. Разом. Заставляет проследить взглядом. Продолжает удерживать перед собой кольцо.

— Дай нам шанс, — не просит. Требует. Привычно. В своей манере. Был. Видел. Получил. — Если у них вышло…, — кивает на брата, не отводя от меня глаз.

— Нет, — мотаю головой в знак протеста. — Если это всё, что ты решил преподнести мне на день рождения, то не оставляй в общей куче. Примерь другой, вдруг подойдёт?

Разворачиваюсь и ухожу.

Буквально натыкаюсь внизу на официанта. На подносе алкоголь, сок, содовая. Беру рюмку самого крепкого и с размаху опрокидываю в горло. Зажмуриваюсь. Жадно дышу.

— Ты в порядке, родная? — обнимает меня Ден по плечам, позволяя спрятаться за собой, как под непробиваемым куполом.

— Давай уйдём, — прошу тихо.

И пусть друг. Зато без лишнего шума. Без накала страстей и переизбытка эмоций.

— Вместе? — уточняет улыбкой.

Выдыхаю контрольное:

— Вместе.