Пф-ф-ф! Что за бред?

Правда ли, что любовь — это наш собственный выбор? Возможно, это просто безумие©

Ника

Слова тренера фоном. Исполняю предписания на автомате. Не слежу за техникой конкуренток. Не цепляюсь за то, что прежде считала важным. Перед глазами до сих пор стоит его взгляд. На меня. Прямо. Без тени смущения или должной издёвки. Мужской взгляд. Настоящий. Тот, что проникает под кожу. Куда-то глубоко. Выжигает там непонятные символы. Упоминание о знаменитом Берсе. Тот, что клеймит.

И позволяет сместить свой лишь на ещё более притягательное — на его улыбку. Ту, что действует как искра. От неё мои щеки в миг вспыхивают пылающим факелом. Горят так, что и ледяной душ не поможет. Ощутимо пульсируют. Призывно сияют… Стопори, блин! Я словно постоянно врубаю перед ним аварийку! Сломалась. Вопрос: сможет ли он починить…?

Боюсь представить, чем мне грозит его прикосновение! Вспоминая то, мимолётное, ладошки в миг леденеют, а по телу прокатывает волна ощутимых мурашек.

— Эй, — лёгким посылом, призывает ко вниманию одна из девчонок. Хмурюсь, не понимая, чем обязана. На ней стандартный тёмный купальник. Яркая плавательная шапочка. Как ни стараюсь, а на ум не приходит чужое имя. По сути, все мы тут на одно лицо: двадцать человек в однотипных спортивных купальниках, в закрытых и слитных, это ведь тренировки, а не выступления, блондинки, брюнетки — под латексом не особо и видно, отсутствие макияжа, общепринятая естественность, а на фоне бледности кожи… Мои щеки, наверное, реально как факелы? Правда?

Убираю улыбку, представляя картинку, что увидел Бероев! Провалиться бы от стыда сквозь землю! В моём случае — проще вообще утопиться! Захлебнуться. Сразу. Чтобы не мучиться!

— Только упорный труд приносит плоды, верно? — хохочет девчонка, что скатила меня в полный моральный раздрай. В пору наглотаться таблеток. Сродни тех, что выписывают врачи, и продают исключительно по рецепту!

Сиди теперь, представляй, как он обсуждает меня с пацанами. Красивый. Идеально везде, во всём скроенный… Взять те же широченные плечи. Стальные. Мокрая футболка настолько сильно их облепила… Я бы тоже хотела. Прикоснуться. Так же бесстыже. Потрогать. Пройтись по этой спине руками.

Никогда не задумывалась над тем, насколько красива может быть спина у мужчины. Крепкая. Сильная. За которой точно можно стоять, как за каменной. И ничего не страшно. Её обладатель, без слов уверяет: «не психуй, всё решаемо».

Молчу, а в мысли неминуемо врывается стоп-кадр с его венкой на шее. Та, самой. Которая настолько призывно пульсировала. Я не присматривалась. Честно. Кажется. При этом, смогла детально рассмотреть всё, что касается Стаса. Серия фото на память, распиханных по чертогам моего подсознания. Портреты, позирование в полный рост… Бероев весь. Сразу. И мелкими штрихами. Незначительными деталями.

Как эпицентры притяжения: его стальной пресс, крепкие ноги. И даже… Ощутимый бугорок слегка выше…

Твою ж мать! Златка опять права! Я рехнулась!

Выдыхаю на глаза, заворачивая вверх нижнюю губу. Более по-идиотски невозможно и выглядеть! Щеки жжет ощутимым огнём! Непривычно! Невероятно! Непозволительно! Эмоции должны быть под чётким контролем! Меня так учили! Дрессировали! Воспитывали! А я… Блин, да чтоб ему…

— Так где ты Берса подцепила? — не отстаёт та, про чьё присутствие рядом периодически забываю.

Помимо всех своих мыслей и невидящих взглядов, приходится ещё слушать тренера. Частично…

— Никого я нигде не цепляла, — ворчу и сжимаю сильнее зубы в нежелании разговаривать, а прилипала не отстаёт. Тёмный купальник, яркая шапочка — пиявка, блин!

— Так это он…, — начинает за здравие, с придыханием и высоким посылом, а заканчивает своим звонким хохотом, привлекая чужое внимание. — Капулова, да ты же влюбилась!

— Пф-ф! Что за бред? — наседаю, пытаясь отстоять свою правду. — При чём тут это вообще?! Ты не слышала, что он друг моего брата? Мы соседи с самого детства.

Девчонка резко уходит под воду и оказывается рядом, спустя секунды. Только и успеваю, что выдохнуть.

Смахивает воду с лица и заговорщически шепчет:

— Хотела бы я пользоваться такой популярностью у соседей или друзей брата. Но, если он тебе не нужен, так и скажи. Познакомь меня с ним поближе. Папаша у него вроде тип ещё тот. Серьёзный. Рвёт кусками всё в чём видит выгоду. Репутация у него такая, что закачаешься! Имея подобного тестя и врагов по жизни не будет! А твой отец из таких же крышующих?

— Мой дипломат, — сглатываю и тушуюсь под любопытным взглядом. Не хочу говорить, а тренер, будто специально оставляет стоять в стороне и ждать вызова среди «запасных».

— Мм, давно? — льстит примеривая на себя поступающее.

— Последние двадцать точно.

— Везёт. А мой…, — выдыхает со смешком, а после и вовсе хохочет. — Забей. Ни сватаю же я тебя за него? Так что, при возможности познакомишь меня поближе с другом своего брата? Раз для тебя такие не катят, готова взять на свои хрупкие плечи эту непосильную ношу.

— Ага, — выдаю неопределенно. А сама понятия не имею, как от неё теперь отвязаться. Представить её Стасу? Серьёзно? А может ещё и очередь на близкое знакомство составить из всех присутствующих в бассейне?!

— Чудно, — заключает она довольно. Натянуто улыбаюсь в ответ. Привычное отстраненное выражение лица тут не спасает. Вытаскивает тренер. Свистит. Называет фамилию и отсылает на вышку.

Иду с благодарностью, пытаясь отметить взглядом ту, что теперь стану обходить стороной. В моей жизни вообще нет друзей. Так, всё больше знакомые. Конкуренты. Соперники. И эта, явно не впишется в роль лучшей подружки.

Выдыхаю. Глубоким и освобождающим. Нет надобности искать в разговоре новые реплики. Нет смысла держать лицо при чужом упоминании Бероева. Выбежала по ступеням. На недрогнувших подошла к краю. А теперь прыжок. Колючий воздух под раздраженным щекам. И с наслаждением под воду. Красиво. Без фальши.

«Во сколько рыжий цербер ложится спать?» — забираю полотенце из шкафчика с личными вещами и считываю это сообщение дважды с экрана мобильного. Губы пропускают рефлексивный смешок. А сердце разряд, запускающий биться в разы чаще. Понимаю, что не стоит реагировать прилюдно, а улыбка захватывает от уха до уха. Смотрю на экран. Улыбаюсь чужой глупости. Мотаю головой. И гоню чужую мысль прочь: ничего я не влюбилась! Даже нисколечко! Просто… Вообще. Он забавный. Бероев. И весёлый. Такой… Никогда бы не подумала…

Блокирую телефон. Пропитываю полотенцем экран, ставшим мокрым. Едва не ныряю в шкафчик ощущая на себе чужие взгляды. И вновь тихо дую на глаза и на щеки.