И всё это прям…. до мурашек

У нас столько общего, но при этом, мы совсем разные©

Ника

«Меня не выпустят в такое время из дома», — отсылаю, а сама едва не начинаю выть в голос от горькой досады. Стас Бероев зовёт меня прокатиться с ним вечером?! Но все выходы и входы в родительском доме оцеплены местной «охраной»! Пройти мимо Златки считай нереально! Дверь её спальни ровно напротив. И, если я предпочитаю спать с плотно закрытой, то Злата… Ну, в общем все поняли.

Осматриваюсь по сторонам. Паркуюсь на подоконник в пустом коридоре. Эта часть корпуса сейчас будто бы вымерла. В это время никто не спешит ни в спортзал, ни в бассейне. Мои тренировки на сегодня окончены. Вечерние подразумевает подготовка к сборам или соревнованиям. По графику, в ближайший месяц, ничего не предвидится. И всё былое пройдено мною успешно. Крайний кубок подпирает книги на полке. Такие красивые. Толстые. Из той серии, что любит сестра, а я всё собираюсь, но так ни одной и не прочитала. Некогда. Ударение на первый слог. С грамотностью у меня вроде и без книжек неплохо. В банальности не допускаю ошибок. Но книги стоят. Рядом с наградами. И давят. Морально.

Утверждают, что искусство не горит? Но, к сожалению, тонет. Или же, в моём случае всё же к счастью? В бассейн таскать томики классики как-то нелепо. Да и по Златке то реально не скажешь, что умные книги провели её короткой тропинкой к какому-то неоспоримому счастью!

Даже и не знаю, был ли у неё кто? А задавать вопрос в лоб… тем более сейчас… как-то…

«Во сколько?» — прилетает на экран короткий вопрос. И я уже не могу ответить что-то иное, кроме конкретики. Стас подвёл к тому, что мне абсолютно не хочется ходить вокруг да около. Набираю сообщение на экране и отсылаю моментом. Торкаю в очертание кнопки с размаха, не позволяя себе передумать.

Телефон от такого напора едва не вылетает из пальцев.

«Она встаёт в шесть. Здоровый сон умещается в восемь часов».

Исходя из этого… В десять, в половину одиннадцатого я должна быть свободна.

«Хочешь я тебя украду?» — этот посыл прилетает быстрее, чем я успеваю перечитать своё сообщение. Иступлено пялюсь в экран. Искусываю губы и одобрительно машу головой. Часто. Много. Как будто Стас может видеть. Хочу. Конечно хочу! Он ещё спрашивает?! От одной только мысли об этом, пальцы сжимаю телефон так, будто вот-вот продавят экран.

Где Бероев? Сейчас. Чем он занят? В эту минуту. Один ли? Или рядом команда? В тот момент, когда он набирает мне сообщения. Что там у футболистов с расписанием на сезон? Когда у них ближайшие сборы?

Куча разнообразных вопросов крутится в мыслях и все не находят ответа.

Так что с их расписанием?

Пока не ясно. Я успела сфотографировать чужую турнирную таблицу на выходе из зала. Старалась не привлекать при этом чужого внимания. К чему оно? Чтобы слухи и сплетни долетели до брата? Будто мало мне Златы!

Расписание. Листаю галерею на экране. Увеличиваю. Хмурюсь. Строю недовольные рожицы. Пытаюсь разобраться в чужих каракулях. Знать бы вообще что-то о футболе, помимо банальностей!

Буквально завтра по плану толи игра, толи начало чего-то глобального. Вся неделя исчеркана ярким маркером и пестрит обилием сносок. Слишком выделена, среди предыдущей серости. Но мне, как стороннему обывателю, и в этих дополнениях ничего не понятно.

«Какая спальня твоя? Правая или левая?» — красуется на экране.

Звучно фыркаю, пытаясь обосновать для себя данный вопрос. Это он сейчас что у меня уточнил?! Кровь к щекам приливает быстрее, чем приходит ещё одно осознание. Улыбка сползает с губ от ощущения того, за кого Берс меня принял. Хочется отбросить телефон в сторону, но руки не слушаются от накрывшей обиды. Лишь звучно хлюпаю носом, разнося эхо эмоций по всему коридору. Поджимаю дрожащие губы. Перечитываю. Выдыхаю рывками… И снова всхлипываю. А он звонит! Аж рот самопроизвольно открывается от такой наглости! Смотрю на экран. Звучно хлопаю глазами. И понятия не имею, что с этим делать.

Сбрасываю. Бероев настойчиво перенабирает вновь. Оглушает любимым рингтоном, который уже порядком нервирует.

— Да, — отзываюсь тихо. И молчу. Не желая говорить ему что-то большее.

— Богиня, — протягивает игриво, а мне так и хочется в этот момент его чем-нибудь треснуть. — Кажется ты неправильно поняла мой посыл, — усмехается в трубку его весёлый голос. — Коттеджи в поселке все однотипные. Разница лишь в участке, да в начинке домов. Я всего-то хотел уточнить, какое окно поможет спасти из заточения принцессу, а не нарваться на её злобного дракона.

— А ты, типа рыцарь? — хмыкаю обиженно, стараясь принять за правду чужие слова. Не хочу, чтобы Златка оказалась права. И хочу… Доказать ей какую-то свою правду.

— Для тебя могу быть кем угодно, — парирует он двояко и иронично. И меня морально слегка отпускает. Даже подобие улыбки на губах слегка формируется. И напряжение со всего тела тоже спадает. Так глупо и приятно звучит эта фраза. Обволакивающая. Как теплое, мягкое облако. — Будь готова в одиннадцать. Буду ждать тебя под окном. Покажу ночной город, да и вообще…, — берет паузу, а я звучно выдыхаю в трубку. Выходит как-то по-дурацки мечтательно. Даже отдаляюсь, чтобы не долбить эмоциями в динамик. Дыхание непослушное. Глаза нервно бегают. Ладошки потеют. А Стас добивает весёлым и энергичным: — Не хочу, чтобы ты стала похожей на сестру. Родственники у тебя ещё те! Слишком правильные и пассивные, для такой активной девчонки.

— Левое крыло, вид на бассейн, — проговариваю не своим голосом. Зажмуриваюсь, ожидая его ответа.

— Так и подумал, — успокаивает дребезжание сердца своим размеренным тоном. — Там водосточная труба рядом. Я тебя поймаю. Ты ж не из тех кто боится?

— Нет, — отзываюсь смешком. А в голове оседает его уверенное: «я тебя поймаю». И я знаю, что это так. Верю, что правда. Остальное неважно. — В одиннадцать, — дублирую с мягкой улыбкой. Не удивлюсь, если она касается глаз. Отражается в них. Бесконтрольно. До назначенного чуть больше семи часов. А я уже готова считать секунды. Установить на таймере обратный отсчёт? Начать гипнотизировать взглядом, чтобы время мчалось быстрее?

— До вечера, Непобедимая. Только своих не оповещай. Иначе…

— Иначе он не станет неповторимым?

— Именно, — дополняет приятно смеясь и отключается, а моя улыбка становится ярче. Захватывает. Успокаивает. Согревает и ободряет. И не понятно, чего я боялась в разговоре с ним раньше? Берс — как Берс. Красивый. Весёлый. И проще. Чем кажется.