Глава 38

Злата

Теряя счет времени, я долго стою под теплым душем.

Растирая кожу мочалкой, смываю с себя его запах и все тактильные воспоминания.

Кобель!

Чертов бабник!

Интересно, папа знает, что его лучший друг трахает его секретаршу?

Сегодня весь день я ломала голову, кто такая Илона, и, наконец, вспомнила, откуда могла о ней слышать. От своего отца!

Папа упоминал ее имя, когда решал какие-то семейные вопросы через свою помощницу. Например, поручал ей купить для меня билеты на самолет, которые я игнорировала, или передавал мне через Илону короткие сообщения от своего имени. Я их пропускала между ушей, обижаясь на отца за то, что в его плотном рабочем графике для меня практически не находилось свободного времени. И так несколько лет подряд! В те периоды, когда я остро нуждалась в его поддержке.

Выключив воду, я выхожу из душевой и быстро натягиваю на себя махровый халат. Полотенцем энергично промакиваю волосы.

В комнате начинает звонить мой телефон, да так настойчиво, что я не выдерживаю и направляюсь к нему.

На дисплее горит имя «Лана».

Время уже далеко за полночь. Я принимаю звонок, ощущая в душе холодок с тревогой.

— Лана?

— Как ты? — тихо откликается подруга. В ее голосе сквозит печаль, что естественным образом вынуждает меня напрячься. — Я только что узнала от мамы про твоего отца… Прими мои соболезнования, Златка…

Лана, прерываясь на тихие всхлипы и шмыганье носом, продолжает говорить, а я никак не могу уловить смысл ее слов, которые не сопрягаются с действительностью.

— …мне так жаль, подруга. Со вчерашнего утра в новостях только и говорят о крушении частного вертолета… Мама до сих пор не может поверить, что твой папа погиб.

— Как погиб?…. — спрашиваю я пересохшими губами, чувствуя, как по коже расползается озноб. Кровь в венах неожиданно стынет. — Что ты такое несешь, Лана?

— Ты что, правда не в курсе?

— Да откуда?! Я новости не смотрю. Возможно, твоя мама ошиблась, что-то неправильно поняла. С кем-то его спутала. Буквально вчера я разговаривала с отцом. Это какая-то ошибка.

Мозг сопротивляется осознанию, не желая принимать новые факты, но воспоминание о бесчисленных попытках дозвониться отцу мгновенно выталкивает меня в душный вакуум. В груди давит болью. Дыхание перехватывает. Легкие беспомощно ищут кислород, но не находят его.

— Златка, родная, это не ошибка. Твоего папы больше нет. Прости за новость, я думала, ты знаешь. Хочешь, я прилечу к тебе? Милая? Ты меня слышишь?

Лана что-то продолжает говорить, но слова до меня уже не доходят. Меня словно парализует. Телефон выскальзывает из одеревенелых пальцев и глухо падает на ковер у босых ног.

— Папа… — прорывается из горла сухой, сиплый шепот, будто наждачкой скребут по голосовым связкам. — Папочка…

Нет. Это не может быть правдой. Просто не может…

Он жив. Он должен быть жив. Просто… вне зоны покрытия.

Боже…

Сердце сжимается в болезненном, горячем уколе.

Вздрогнув, быстро хватаю мобильный с пола. Лана все еще в сети.

— Прилетай… — выдавливаю из себя этот хриплый звук и резким движением отключаю звонок. Мигом набираю отца.

«Абонент вне зоны действия сети»…

Глядя на экран, роняю слезы.

Андрей.… Он знает что-то?

Никита?…

К чему были его странные реплики во время танца?

Они оба знали? Вот почему держат меня здесь…

Почему?

Те кошмары, что терзали меня всю ночь…

Это было предупреждение? Видение? Или горькая правда? Та, которая страшнее любой фантазии?

Я хочу знать! Хочу услышать от них правду!

Бросаюсь к спальне Андрея. Очень надеюсь, что Князев уже там. И мне плевать, спит он или нет. Я хочу получить ответы! Лично от него. Пусть скажет, что новость от Ланы — это ошибка! Гребаная ошибка!

Без стука врываюсь внутрь.

Огромная двуспальная кровать в центре комнаты пуста. Гладкая поверхность черного атласа мерцает в приглушенном свете ночника. Простынь и подушки не смяты.

Андрей до сих пор не ложился в постель. Где он?

Обвожу взглядом комнату. В ванной приоткрыта дверь, там царит тишина. На прикроватной тумбочке стоит начатая бутылка спиртного. За тюлем, колышущимся от сквозняка, вырисовывается высокая, крепкая мужская фигура. В темноте оживает огонек сигареты, и вместе с потоком ночного воздуха в спальню проникает терпкий запах табачного дыма.

Князев стоит на балконе, курит и, кажется, с кем-то болтает по телефону.

— Да, Илона, держи меня в курсе событий. Все необходимые расходы я возьму на себя. Завтра встретимся в офисе и все подробно обсудим. И тебе доброй ночи.

— Андрей! — окликаю его, не дожидаясь, пока Князев сбросит звонок и докурит табак.

Владелец дома стремительно шагает с балкона обратно в спальню с легким выражением удивления на лице.

В одной руке зажат мобильный, в другой между пальцев тлеет сигарета.

Андрей после душа, в одних боксерах. От него пахнет морской свежестью. С темных, слегка растрепанных волос стекают капли воды, падая на широкие, мускулистые плечи и скатываясь на рельефный гладкий торс.

На загорелой коже сбоку отчетливо выделяется свежий приклеенный пластырь.

Отметаю от себя все цепляющие детали и перехожу к главному волнующему меня вопросу:

— Это правда? — мой голос предательски ломается.

Я делаю усилие, проглатывая тяжелый ком, и вглядываюсь в глубокие зеленые глаза.

Андрей окидывает меня хмурым и давящим взглядом с головы до ног.

— Что именно? — сухо выдает он.

Сделав последнюю затяжку, Князев избавляется от бычка и подходит ближе.

Он решил в дурака поиграть?

— Ты знал?…

От его напускного спокойствия меня трясет.

— Знал, что папа погиб?… Ты знал? Скажи, что новость от Ланы — это ошибка! Гребаная ошибка! — кричу я, надрывая горло.

— Злата… — Князев делает паузу, отшвыривая телефон на кровать.

— Ты знал?!!! — в отчаянии я почти рыдаю. Упрямо смотрю в почерневшие глаза. Требую ответа. В груди так больно, так тоскливо, так пусто, что хочется ударить этого засранца прямо сейчас. Сжать пальцы в кулаки и обрушить на него все свое безысходное отчаяние. Чтобы не тянул время. Чтобы не держал меня за глупую, наивную дурочку.

— Ответь мне, ты знал?! Знал, что папа разбился на вертолете?

— Да, — наконец он твердо чеканит, и я обмираю. Все мое тело насквозь пронзает ток. В венах вместо крови вспыхивает пламя. Чувствую, как твердая земля уходит из-под ног.

Андрей подхватывает меня и тут же получает серию ударов по груди.

— Когда?! Почему?! Почему ты молчал?! — кричу я в истерике. — Как ты мог скрывать от меня?! Что ты за человек такой?!!! Ненавижу тебя! Лжец!!! Ненавижу!!!