Глава 22

Решение уйти пришло само собой. Почти сразу после той душераздирающей ночи, когда нам с Тагиром пришлось ехать в больницу и накладывать мне швы.

Оно было и раньше, появилось уже давно, но плавало где-то в недрах подсознания, лишь изредка проскальзывало где-то в фоновом режиме. Но та ночь… она расставила все по своим местам.

Я не стала спешить, ничего не сказала Закирову. Больше месяца у меня ушло на поиски работы. Памятуя о том, как ругался Тагир в прошлый раз, когда я выбрала для работы ночной бар, я решила пойти иным путем, но вариантов оказалось немного. Опять же, из-за отсутствия образования и какого-либо опыта работа. А теперь, у меня, ко всему прочему, еще был на руках маленький ребенок.

Но мне повезло. Наверное. Помощник пекаря в ночную смену. По сути, меня не хотели брать, но я уломала начальство, заверив, что они не пожалеют. Махнув рукой, со словами «авось и…», меня приняли на эту нехитрую должность.

Честно, это было невероятно! То есть, конечно, я не стала вице-спикером или крутой бизнес-леди, но эта работа была достойной, и я смогла не просто найти ее, я смогла уговорить людей взять меня на нее. Более того, график работы меня полностью устраивал, потому что в задуманном плане у меня все было четко расписано.

С учебой тоже почти все устроила. Ну, то есть, тут все было посложнее. На самом деле университетов и колледжей в столице была целая уйма и почти все готовы были взять меня доучиваться на экономический, вот только загвоздка была в том, что практически везде меня пытались запихнуть на платное обучение. С учетом несколько сотен тысяч в год, которые они требовали, я понимала — не потяну.

Зато кое-что из своего брака и общения с бывшим мужем я все-таки вынесла. Все продавалось и покупалось. У меня оставалась небольшая часть суммы на карте, и в очередной из отказов со словами «бюджетных мест» нет, я предложила ее сотруднику учебного заведения. На меня сначала поругались, затем посмотрели, как на дуру, увидев сумму, но я тут все «выпросила». Заверила, что за лето, а сейчас оно как раз начиналось, наберу еще денег и обязательно «додам». Похмыкав, и, видимо, вспомнив, что по сути являются даже не второсортным, пускай и столичным ВУЗом, меня все же взяли. На бюджет. Правда, с поправкой, что если денег не донесу, то вылечу уже в первом семестре.

Короче, чуть меньше, чем за два месяца я устроила два самых важных вопроса, что меня тревожили. Учеба. Работа. Теперь оставалось только найти съемное жилье. Где-то на форуме я вычитала, что начинать поиск жилья стоит со знакомых. Так и сделала, и выяснилось, что одна из девушек с параллельной смены как раз ищет себе соседку. Квартира была небольшой, по сути, она предлагала мне койко-место, но большее я все равно позволить себе не могла. Нужно было собирать деньги на учебу, становиться на ноги, поэтому… можно было и потерпеть. Надя мне сразу понравилась, веселая, жизнерадостная и молодая девчушка, ровно, как и я приехавшая из провинции.

Когда я поняла, что двигаться назад у меня не получится, как бы сильно этого не хотелось, мне осталось только одно — двигаться вперед. И если раньше, когда у меня что-то не получалось, я опускала руки, то жизнь научила тому, что это не выход. Опускай, не опускай, отчаивайся, не отчаивайся, плачь, не плачь, а делать за тебя то, что должен делать именно ты, никто не будет. Когда я уяснила это, все стало немного проще.

Даже если бы потребовалось не два, а четыре месяца на то, чтобы все устроить, я бы их потратила, но сдаваться… нет, больше я так не хотела. Если дать себя захлестнуть этой тьме, безвыходности и печали… оно легко и быстро тебя поглотит. А вот выпутаться обратно будет ой, как не просто.

В этот раз мне повезло. Что-то щелкнуло, переключилось. Можно сказать, меня отпустило. Но что-то мне подсказывало, что так будет не всегда. Не зря уныние всегда считалось смертным грехом.

Теперь же дело оставалось за малым — поговорить с бывшим мужем и сообщить ему обо всех своих решениях. В последнее время мы очень мало пересекались и общались. Я была не в курсе его дел, он не в курсе моих, но затягивать с переездом у меня не было никакого желания. Вещи были собраны, дела решены, пора было двигаться вперед.

Сегодня был чудесный субботний день. У Тагира выдался выходной, мы оставили Мадину под присмотром тети Ларисы, той самой родственница Тагира, что помогла нам в ночь с больницей и отправились за покупками для дочери. Она уже выросла из большей части купленной или подаренной одежды, поэтому было решено приобрести новую. Закиров скупил едва не добрую половину всего, что было в выбранных нами магазинах ТЦ, затем, весьма галантно отвел меня отобедать в чудесном ресторане, а день завершился прогулкой в парке.

Ну, точнее я попросила его об этом. Тагир удивился, но согласился. Припарковал машину в положенном месте, а затем пошел следом за мной через мост, ведущий от городской суеты к райскому местечку, наполненному высокими, пушистыми деревьями и звуком птичьего пения.

— Надо поговорить, — тихо произнесла я, укладывая руки в карманы толстовки, медленно шагая в сторону небольшого озера, что увидела издалека.

— О чем? — также тихо поинтересовался Тагир, вышагивая рядом.

— Ты знаешь, я много думала и… мне кажется, что нам нужно разъехаться. — Тагир даже остановился, но лишь на несколько секунд. Я не стала следовать его примеру, а уже через несколько секунд он меня нагнал.

— Ты о чем? — непонимающе протянул бывший супруг.

— Ты все понимаешь. Мы живем вместе даже не как соседи, и сколько это уже продолжается? Долго. Слишком долго, как по мне. Когда люди разводятся, они не просто так разъезжаются. У нас же все вышло как-то неправильно, но я не смею оставаться недовольной. Наоборот, я очень благодарна за все, что ты сделал для меня, за то, что позволил быть рядом с дочерью.

— К чему ты все это говоришь?

— К тому, что нам с тобой пора двигаться дальше. По отдельности. — Я, наконец, достигла берега озера и остановилась в прохладной тени высокого дерева. Вокруг ни души, слышен только тихий всплеск воды. Идеально. — Мы мучаем друг другу, не давая ранам зажиться. Вместо того чтобы обработать и перебинтовать их, мы сыпем туда соль. Время от времени. Мне тяжело, Тагир, — честно сказала я, заглядывая в родные глаза. — Тяжело находиться рядом с тобой и при этом не иметь возможности коснуться тебя. Тяжело понимать, что, да, мы живем вместе, но не как супруги и прав у меня на тебя никаких нет. Тяжело жить в ожидании и страхе, когда ты снова увлечешься новой девушкой. Пока я рядом, у меня не получится построить что-то новое. Да и у тебя, наверное, тоже. Я, правда, так больше не могу. Ты можешь не поверить мне, но я желаю тебе счастья. И я очень хочу видеть тебя счастливым, хочу вновь видеть, как ты улыбаешься. Пускай уже и не мне. У меня не осталось сил терзаться прошлым, которого ни забыть, ни изменить. А ты? Неужели тебе легко рядом со мной?

Воцарилось долгое молчание. Тагир ничего не ответил. Отвернулся от меня и взглянул на воду, долго что-то в ней разглядывал, а затем кивнул.

— Тогда я все правильно сделала.

— Что сделала? — уточнил он.

— Нашла работу. И квартиру. Я съезжаю. Послезавтра.

— Что? — Сказать, что Закиров бросил на меня удивленный взгляд, значит, ничего не сказать. — Когда? Как?

— Просто нашла, — я улыбнулась.

— А как же…

— Мадина?

— Да.

— Я долго думала и об этом тоже. Работа у меня будет по ночам, а день я могу посвящать ей. Утром ты можешь отвозить ее в сад, днем буду забирать я и возиться с ней до вечера, пока ты не вернешься с работы. Думаю, это оптимальный вариант. Я бы, конечно, очень хотела жить вместе с ней, но те условия, что можешь предоставить ты и те, что могу предоставить я, разительно отличаются друг от друга. Пускай она остается в привычном для нее месте. А я буду рядом. Каждый день.

— И… на этом все? — неуверенно протянул Закиров.

— Наверное… — Я повернулась к нему, отрывая взгляд от безмятежной воды. — Скажи мне, если я где-то неправа. Я прислушаюсь к тебе, обещаю. Я больше не тот упрямый ребенок, который не видел дальше собственного носа.

— Я знаю. И ты права. Во всем. Но только я думаю, что смогу тебе помочь. Хотя бы на первое время, я дам тебе де…

— Нет!

— Почему?

— Нет, — повторилась я, качая головой. — Я больше ничего не возьму у тебя.

— Прости за то, что припоминал, этого больше не случится. Я тоже изменился.

— Не в этом дело. Твои деньги всегда будут твоими. Я не могу всю жизнь рассчитывать на то, что кто-то придет и решит за меня все мои проблемы, понимаешь? Сначала это делали моя бабуля и братья. Затем в какой-то мере Денис. Потом появился ты. Но я уже мать, родитель, я должна сама уметь обеспечить себя. Мне нужно самой через все это пройти.

— Но ведь это тяжело.

— Да. Наверное, будет тяжело. — Я вздохнула, понимая, что придется набираться сил и терпения. — Но иначе никак. Я должна встать на ноги. У меня получится.

— Но ведь я и впрямь могу помочь, хотя бы как друг.

— Тагир, рано или поздно у тебя появится новая жена, новая семья. Ты не будешь помогать мне всю жизнь, а к хорошему, ты кстати верно это замечал, привыкают быстро. Позволь я все сделаю сама. Поверь в меня. Уважь мое решение. Хоть бы раз за всю нашу совместную жизнь.

Я помедлила, а затем залезла в карман и достала оттуда украшение. То самое, что бывший муж дарил мне в самом начале нашего брака. Красивый кулон с синим камнем. Под цвет моих глаз, как он тогда сказал.

— Держи.

— Что это?

— Подвеска, которую ты мне дарил…

— Нет, я помню, но почему ты отдаешь ее мне?

— Так я хочу сказать, что мне жаль. Что очень стыдно за то, что… продала все те вещи, которые ты покупал для меня, желая сделать меня счастливой. Это все, что я сохранила.

— Почему?

— Хотела, чтобы что-то осталось на память… тогда я еще не знала, что на память от тебя у меня останется кое-что намного большее, чем драгоценность…

— Мадина, — усмехнулся он, разглядывая холодный камень.

— Точно. Отдашь его Мади, когда подрастет.

— Не хочешь оставить его себе?

— Хочу идти вперед. Пойми меня правильно.

— Ты всегда можешь обратиться ко мне. Неважно, что именно тебя будет беспокоить. Всегда, — произнес он спустя какое-то время вновь воцарившегося молчания.

— Знаю, — я улыбнулась и на мгновенье прикрыла глаза, вдыхая полной грудью воздух, пропитанный ароматами воды, леса, цветов.

— Я верю в тебя, — тихо прошептали рядом.