ГЛАВА 21

Княжна Деева готовилась к семейному обеду. Она собиралась сменить утреннее платье, как вдруг в дверь громко постучали. Не дождавшись приглашения, в покои вбежала возбужденная Аннушка.

   – Ваша светлость,только что приходили господин Коновалов и граф Εршов к папеньке вашему! – запыхавшись, выпалила та.

   – Кто приходил? Быть этого не может! – удивилась княжна. От вестей нежданных ее ноги подкосились, она медленно присела на мягкую софу у зеркала.

   – Может, может, Анастасия Павловна! Глеб Ильич еще просил вам передать, что глава города под арестом и находится в канцелярии города!

   – Слава тебе, господи! – почти прокричала она и поспешила три раза перекреститься.

   Для нее это означало лишь одно: Матвей получил назад свой титул и оправдал честное имя князя Николая. Внутри девушки все ликовало, Анастасия пыталась справиться с той радостью, что вырывалась наружу,теперь–то папенька ейный гнев свой на милость переменит и даст–таки согласие на обручение с Матвеем.

   В гостиной князь Деев с супругой своей ждал дочь, которая, нарушая правила этикета, опаздывала. Любава ставила блюда на стол, удивляясь несобранности молодой княжны.

   – Дорогой супруг, я все же не понимаю, так вы дали свое согласие молодому князю или нет? – спросила Мария Дмитриевна.

   – Я ответил, что подумаю, ведь столько вранья было с его стороны, что опасаюсь я отдавать ему свою дочь!

   – Но ведь Настя любит его, это видно невооруженным глазом! Да и ложь его понятна!

   – Мария Дмитриевна, я желаю нашей дочери тoлько счастья!

   – Он и есть ее счастье! Мы не можем поступить с ними так, как когда–то давно бабка моя с Елизаветой!

   – Что же, по–вашему, я должен был немедля принимать столь важное решение? Нет уж! Пусть разберется со своими проблемами, а после и поговорим!

   В гостиной появилась Анастасия. Она с довольным лицом отодвинула стул и уселась за стол. Князь Деев тут же прервал разговор с супругой и с укором посмотрел на дочь.

   – Опаздываешь, Анастасия Павловна, мы с маменькой заждались тебя!

   – Простите, папенька, больше такого с моей стороны не повторится!

   – Очень на это надеюсь!

   Трапеза семьи Деевых проходила в полной тишине. Мария Дмитриевна с Павлом Захаровичем с аппетитом вкушали приготовленные Любавой яства. А вот молодой княжне кусок в горло не лез, она все думала о Матвее и хотела немедленно увидеться с ним. Душа рвалась к любимому мужчине,только в этой встрече препятствием стоял отец. Ведь открыто ему об этом не скажешь, нужен был план. Немного подумав, княжна снова решилась на ложь:

   – Папенька, с вашего позволения могу я съездить в церковь?

   – Что это ты, Настенька, задумала, с чего вдруг?

   – Помолиться хочу в доме божием о здравии вашем. Ведь во всем мире не cыскать такого доброго и щедрого человека, как вы!

   – Откуда только теплота такая ко мне! – князь Деев удивленно покачал головой.

   – Отпустите или нет? Для вас ведь стараюсь! Да о душе своей беспокойной перед господом нашим замолвлю словечко!

   Поскольку Павел Захарович был очень набожным человеком,то отказать дочери не решился. Хотя сильно сомневался, что именно в церковь собралась княжна.

   – Отпущу конечно, да только Любава c тобой поедет! Боязно мне одну тебя отпускать!

   – Любава!? Так со мной ведь Степан поедет! А ещё Аннушка слезно просилась!

   – Ну, тогда бери с собой юную особу и отправляйся! И смотри там, хорошо молись обо мне да о маменьке, а о глупостях девичьих и думать забудь!

   – Непременно, папенька! – вымолвила Анастасия, скрывая свою огромную радость.

***

Несмотря на ненастную погоду, княжна Деева пребывала в хорошем расположении духа. Велев Степану подогнать экипаж, взяла с собой Аннушку и направилась в сыскную канцелярию уездного города. По пути предупредила служанку, куда они едут на самом деле, велев той при папеньке и рта не раскрывать об этой поездке. Экипаж остановился у дверей здания, девушка поспешила войти внутрь, но у самых дверей ее окликнула служанка:

   – Ваша светлость, возьмите меня с собой!

   – Аннушка, не в этот раз, я скорo! – ответила княжна и скрылась за створкой.

   Не изменяя правилам этикета, она постучалась в дверь, дождавшись приглашения, поспешила войти. Мужчины обрадовались такому визиту, да только княжна заметила на их лицах озадаченность.

   – Анастасия Павловна, как мы рады вас видеть! – вымолвил Глеб Ильич.

   – Мне снова пришлось соврать папеньке! Когда Аннушка сообщила мне о Зубове да рассказала о вашем визите к папеньке, я еле удержалась, чтобы немедля, невзирая на все запреты с его стороны, не примчаться сюда.

   – Благодаря тебе его задержали! – сказал Матвей.

   – Нет, Матвей, благодаря всем нам! Как оказалось, мы команда. И если справились с главой, значит, решим проблему и с Чернобогом!

   – Тут совсем другое, любимая! Демон из преисподней ведет на нас охоту, не стоит забывать об этом!

   – Мы с князем Ларинoвым собирались кое о чем спросить главу! – вмешался сыщик.

   – Я полагаю, о пожаре?

   – Поражаюсь вашей находчивости, Анастасия Павловна!

   – Но со мною у вас гораздо быстрее получится разговорить его! – предложила она.

   – Нет, Настя! Мы сами! – со всей серьезностью вымолвил Матвей.

   – Анастасия Павловна права,тебе и мне он ничего не скажет!

   – Опасно это, разве вы не понимаете? Чернобог тут же вычислит ее!

   – У меня есть оберег против него, разве ты забыл?

   – Нет, не забыл, да только помощники его не дремлют!

   – Я ведь не одна приехала, со мной Степан и Аннушка, а еще день белый на дворе, разве посмеют они в это время нападать, когда на улицах людно? - уговаривала княжна, понимая, как необxодимо Матвею знать, что произошло с его отцом в тот злополучный день.

   Княжна Деева уговаривать умела и применяла на Матвее все свои женские чары. Она воспользовалась бы и магий, но только та на него не действовала. И все же ему ничего не оставалось, как сдаться, поэтому все трое спустились в камеру к главе Зубову. Тот лежал на койке с закрытыми глазами после долгой истерики по поводу ареста. Как только дверь открылась, Зубов резко распахнул очи, поднялся и сел.

   – Я так понимаю,издеваться пришли? - с иронией спросил он.

   – Поговорить всего лишь, Василий Михайлович! – ответил Коновалов.

   – Да не о чем мне с вами молвиться, глупцы, скоро мне пришлют защитника, а он–то дело свое хорошо знает, да и плачу я щедро за услуги!

   – Ну–ну! Боюсь разочаровать вас, уважаемый, конечно же, защитник непременно будет, да только столичный! – продолжал сыщик.

   – Столичный так столичный! – глава Зубов пытался сохранять самообладание.

   Молодые люди видели, как глава города нервничает, да вида не показывает. Тут княжна Деева перехватила инициативу в свои руки, подошла ближе к Зубову:

   – Василий Михайлович, полно вам геройствовать!

   От таких слов глава города еще немного – и вцепился бы ей в горло, считая эти слова верхом хамства. Княжну Дееву он считал избалованной и гордой особой,и будь его воля, наказал бы ее по–своему. Но посмотрев в ее уверенные глаза, Василий Михайлович обмяк, а вскoре и вовсе не понимал, что происходит с ним. Единственное, что он видел перед собой, это ее завораживающие очи.

   – Мы хотим знать все подробности о гибели князя Ларинoва!

   – Сгорел он заживо, но мы с князем Кавелиным не виноваты в том поджоге!

   – Разве это не вы подожгли имение?

   – Нет, мы лишь хотели припугнуть его, а он… он сам себя поджег!

   Матвей нахмурился. Он не верил словам Зубова, но говорил тот под чарами, а значит, не врал. Хотел было силу применить, да встряхнуть главу хорошенечко, но тут Коновалов остановил его. Княжна спрашивала не останавливаясь, а Зубов выкладывал все как на духу. Его рассказ поверг молодых людей в настоящий ужас. Оказывается, в тот день закадычные друзья – глава Зубов и князь Кавелин – пришли в имение Ларинова, чтобы воздать по заслугам хозяину. Как уже было известно дознавателям, ревнивец хотел избавиться от любовника своей жены, ну а сам глава в тот день решил поддержать своего приятеля. Убивать князя они не собирались. Говорил Зубов о том, что Кавелин хотел заставить Николая покинуть город (ведь как уже известно, считали его убивцем), да золота много предложить. Князь Ларинов на тот момент хоть и не был бедным человеком, да кто ж от богатства–то отказывается. Так думали друзья на тот момент.

   Когда же вошли они в дом,то удивились тому бардаку, что был повсюду. Стулья в парадном хoлле были сломаны, посуда и вазы антикварные разбиты, а на окнах сорваны тяжелые шторы. Глава Зубов, будучи не особо смелым, предложил другу уйти подобру да поздорову,только тот настаивал на встрече с князем Николаем. И тут на втором этаже они заметили тень, силуэт высокого мужчины двигался по коридору. Сначала им показалось, что это сам Ларинов, вот и решили подняться наверх, дабы убедиться в своих предположениях.

   Но там было такое, от чего мужчины замерли на месте: князь Николай боролся с человеком в темном плаще.

   – Но не человек то был вовсе, а сам демон из преисподней пришел забрать душу Николая! – продолжил глава. Мужчину лихорадило от давнего страха, но он все же продолжал.

   Глава утверждал, что демон схватил Николая за горло и пытался отнять у него душу. Зубов видел, как из уст князя Ларинова показалась легкая дымка, которую чудовище стало жадно поглощать.

   – А после как заревет нечеловеческим голoсом: «Силы нет у тебя. Ты отдал мой дар!» – скорчив смешную мину, говорил глава.

   Дальше сказывал, что Николай пытался вырваться из этих тисков. Он увидел двоих приятелей и громко закричал им, чтобы убирались из имения. На миг демон отвлекся, а князь, воспользoвавшись моментoм, освободился, резко подскочил к зажженным свечам и поджег пол. Εще Зубов говорил, что деревянный паркет вспыхнул как факел, и огонь образовал какой–то неведомый ему знак, который и удержал демона внутри пылающей комнаты.

   – Князь Кавелин сказал, что это – Чернобог,и нам нужно убираться скорее. Вот так и сгорело имение вместе с демoном да с Николаем! На руку нам была эта смерть, я без особых усилий забрал земли Ларинова себе, а Кавелин избавился от соперника!

   – А что знаете о Чернобоге? – задала княжна последний вопрос.

   – О демоне–убивце ничего не ведаю. Кавелин знал, но речи об этом мы с ним не вели. Да я и не спрашивал, неинтересно было! Своих проблем достаточно!

   – Сын ваш Яков водит дружбу с фрау Шульц и поклоняется богу Нави!

   – Он поклоняется лишь выпивке да девкам распутным, непутевый он у меня уродился!

   Княжна Деева, чувствуя слабость во всем теле, прервала зрительный контакт. Она прикрыла глаза, чтобы дать им отдохнуть. В это время глава Зубов опомнился и понял, что дал признательные показания против себя. С ужасом окинул взглядом мужчин и вымолвил:

   – Исчадия ада! Права была дочь моя, княжна – самая настоящая ведьма!

   Слушать оскорбления в свой адрес девушка не собиралась и покинула камеру. В коридоре облокотилась на стену, все еще чувствуя недомогание.

   – Настя, что с тобой? - тревожно вымолвил Матвей. - Говорил ведь, не стоит силу применять!

   – Все хорошо со мной, просто устала немного, вот и все! Наконец–то мы знаем, как погиб твой отец.

   Все становилось на свои места,теперь было понятно, почему бог Нави исчез вместе с князем Николаем. Тот, жертвуя собой, смог остановить демона на время. Но, видимо, через много лет приспешникам удалось найти переход и вновь распахнуть врата для Чернобога в наш мир. Молодые люди понимали, что без фрау Шульц тут не обошлось. Ведьма была помешана на темных силах и хотела большего: дар получить от Чернобога за свои услуги. Понимали еще, что теперь она не остановится, пока всех одаpенных не доставит к своему повелителю.

   Глава Зубов даже и не догадывался, что сын его завербован ведьмой Ляльковой, которая обещала тому, что он сможет за свою преданность богу Нави получить сверхъестественный дар.

   Собрав все факты воедино, сыщик пришел к выводу: главу Зубова нужно было немедля отправлять в столицу под преданным императору конвоем, чтоб не сбежал. А также Глеб Ильич понимал, что темные тучи сгущаются над ними,и нужно быть еще более осторожными. А посему решили усилить охрану княжны Деевой, ведь девушка разъезжала в экипаже, не боясь ничего и никого. Отважность ее заставляла мужчин беспокоиться.

   – Анастасия Павловна, мы с князем Лариновым сопроводим вас до имения! – настойчиво предложил Коновалов.

   – Нет, ни в коем случае! Папенька думает, что я в церковь поехала, а если прознает очередную ложь – несдобровать мне! Да к тому же я не одна!

   – Тогда городовые…

   – Да не волнуйтесь вы обо мне! Аннушке, может, что передать? - спросила напоследок Анастасия, чтобы ещё раз напомнить сыщику о служанке.

   – Н–нет! – уверенно произнес тот.

   – Тогда всего доброго!

   – Настя, спасибо еще раз,ты вновь смогла помочь мне! – вымолвил Матвей.

   – Ну что ты, я представляю, как тебе сейчас тяжело!

   – Справлюсь, а ты действительно будь осторожна!

   Не приняв охраны от Коновалова, девушка поспешила вернуться в имение. Княжна волновалась о том, что папенька ейный может заподозрить обман, да снова накажет, заперев в комнате. Усевшись в экипаж, приказала слуге трогаться.

   Степан гнал экипаж, поводьями нахлестывая двойку рысаков. Покинув пределы главной улицы, они завернули к имению Кавелиных. Оставалось лишь проехать кладбище…

***

Князь Деев спрыгнул с лошади, взял поводья в одну руку и повел рысака по узкой тропинке, которая вела в густой лес. Мужчина наслаждался гармонией и спокойствием природы, а чистый, свежий воздух осени действовал на Павла Захаровича весьма умиротворяюще. Звонкое пение воробьев заставляло заслушиваться да присвистывать в такт пернатым. Легкий ветерок колыхал желто–зеленые стебли травы. А мужчина все углублялся в лес и шелестел ногами по опавшей листве. Сухие ветки под его сапогами ломались, а кое–где даже ступня проваливалась на мягких бугорках мха. Настроение князя было прекрасным, и ничего не предвещало беды, как вдруг послышался громкий треск за густым кустарником. Как будто бы дикое животное было совсем рядом. Павел Захарович остановился и посмотрел по сторонам, но ничего не заметил. Тревожно стало у него на душе, решил он развернуть лошадь, чтобы направиться обратно. Уже было вставил ногу в стремя, как сильный удар по голове сокрушил его. Вместо пения птиц в ушах раздался треск, в глазах князя потемнело, а вскоре рухнул он на мягкую траву без чувств.

***

Экипаж Анастасии Павловны благополучно и без каких–либо происшествий вернулся в имение Кавелиных. Княжна вошла в гостиную, где ее маменька Мария Дмитриевна пила ароматный ромашковый отвар. Женщина следила за своим здоровьем, а посему принимала разные оздоровительные настои, которые готовила Любава для своей хозяйки по специальным рецептам. Еще любила княгиня уют и теплоту, поэтому сидела в парчовом кресле у камина и смотрела на завораживающий огонь. Вошедшая дочь перевела ее внимание на себя:

   – Маменька, приятного чаепития! – любезно высказалась княжна и присела рядом.

   – Любава, Настеньке сделай ромашковый отвар, сейчас инфлюэнцей да чахоткой заразиться можно.

   Любава тут же выполнила ее приказ,и чайная пара с горячим напитком сию минуту появилась перед молодой княжной.

   – А папенька где же?

   – Ρешил в лес верхом съездить, развеяться, да свежестью вдоволь надышаться! Как городская церковь?

   – Стоит, маменька, куда ж ей деться–то! Помолилась, аж на душе легче стало!

   – Вот и славно!

   Мария Дмитриевна подвоха от дочери не почувствовала, она доверяла ей, да и думать о неподобающем княжне поведении не хотела. Она была полностью уверена в Насте и ее воспитании. Сама же молодая княжна делала вид, что после посещения храма божьего находится в полном согласии с собой. Теперь же осталось ей убедить в этом и папеньку. Но тот еще не вернулся с конной прогулки.

   Попросив разрешения у Марии Дмитриевны покинуть гостиную, Анастасия поднялась в свои покои, дабы сменить уличный туалет да отдохнуть немного. Магичеcкий сеанс с главой Зубовым утомил ее, она ещё ощущала легкое головoкружение, поэтому решила не надолго прилечь. Погружаясь в сон, девушка видела перед собой Матвея. Она витала в мечтах и представляла себе свадебную церемонию, где шла по усыпанной лепестками роз дорожке, которая вела к алтарю. Длинный кружевной шлейф белого подвенечного платья медленно тянулся за ней, а легкая вуаль чуть прикрывала довольное лицо. А там, у образа святого, ждал ее любимый и широко улыбался в ответ. В полудреме и Анастасия неосознанно расцветала, как свежий утренний цветок. Но громкий стук в двери вернул ее в реальность этого мира. Княжна быстро поднялась, распахнула створку. На пороге комнаты стояла Аннушка и держала клочок бумаги, который только что доставили в имение. Удивившись сему посланию, да в час вечерний, пробежала княжна глазами по стрoкам тем, написанным неизвестным,и ахнула. Побледнела, как мраморная стена. Бумага тут же вылетела из рук девушки и oткрытым листком упала у ее ног.

   – Ваша светлость, что… что там написано? – выкрикнула Аннушка, увидев, как изменилась в лице княжна Деева.

   Да только та и слова вымолвить не смогла, а лишь опустилась на колени, прикрыла руками лицо и зарыдала во весь голос.