ГЛАВА 25

После плотного завтрака Сами, не зная, чем себя занять, предложила посмотреть фильм. Таир уже не раз обращал внимание на то, как пристрастилась она к электронным книгам и кино. Маленькая мечтательница любит сбегать от суровой реальности в сказку.

У Таира было много женщин, но ни одна так не любила читать или смотреть фильмы. У прежних пассий лучшим вариантом, чтобы снять напряжение, был шоппинг. Самина от этого далека.

– Ты выбрала фильм? – не смог скрыть улыбку, наблюдая за тем, как она жуёт конфету, комкая обёртку в руке.

– Что-нибудь романтичное, – покраснела.

– Насколько романтичное? – в голову пришла дурацкая мысль включить ей эротику.

– Что-нибудь о любви и выборе.

– Ясно. Эротика не подходит.

Самина покраснела ещё сильнее.

– Не подходит.

Выбрал фильм наугад. Включил и, сев на диван рядом с ней, достал из пакета конфету.

– Моль говорила, что от сладкого портятся зубы, фигура и сдаёт мышление, – улыбнулась перепачканными шоколадом губами.

Таиру захотелось слизать этот шоколад. Что и сделал, склонившись к ней.

Самина нервно дёрнулась, выдохнула, когда он отстранился. И отвернулась к экрану, часто дыша. Да, он знал, как действует на неё. И от этого нескорая победа, казалось, будет ещё слаще.

– Я уверен, что Моль до сих пор девственница. Так что, это не тот человек, на которого нужно равняться.

– Ты сам её ко мне приставил, – не задержалась с ответом. Её недавно приобретённая дерзость Таиру была по вкусу. Оказывается, ему нравится в женщинах строптивость. Не замечал за собой подобного раньше. Видимо, не те женщины попадались.

– Всему, что от неё требовалось, она тебя научила. А выбор есть или не есть сладости только за тобой.

– Тогда последняя желтая моя! – и утащила конфету из его пальцев.

– Ах ты маленькая воровка, – прищурился, подавшись к ней, но Самина захохотала и, быстро сняв обертку, сунула конфету в рот.

Набросился на её губы жадным, голодным поцелуем и, добившись растерянности, ловко увёл языком конфету.

– Так нечестно, – улыбнулась, пряча взгляд. Щеки пылают, глаза блестят. Огромные, красивые глаза, цвета горячего шоколада. Захотелось коснуться их губами. Почувствовать, как дрожат веки.

– Мы же хотели фильм посмотреть, – наградила его укоризненным взглядом. – А ты на меня всё смотришь…

– Не могу перестать смотреть на тебя, Сами. Глаза жжёт, так хочется смотреть.

Она судорожно вздыхает, облизывает губы.

– Перестань. Пожалуйста.

– Хорошо. Смотрим фильм. Иди сюда, – приобняв её за плечи, притянул к себе. Вернул внимание фильму, название которого забыл с первой минуты просмотра.

*****

Малика ворвалась в родительский дом, как фурия. Волосы растрёпаны, глаза гневно мечут молнии. Хлопнула дверью столовой, едва не снесла её с петель.

– Это случилось, мама! Папа, ты слышишь?! Это случилось! А я ведь вас предупреждала! Я говорила, что он собирается меня бросить! Ты обещал помочь, папа! И что ты сделал? Ничего!

Истерику прекратила мать Малики, поднявшись со стула и ударив ту по щеке. Ударила и по второй. Пощёчины получились звонкими и влияние возымели.

– Замолчи и не смей говорить в подобном тоне с отцом! Сядь! Анна, принесите моей дочери воды и успокоительного.

Домработница бросилась к выходу, а Малика, будто неживая, опустилась на стул.

– Что произошло, Малика? – хмуро спросил отец и она, не выдержав, заплакала.

– Он ушёл к ней… Мой муж теперь с другой. Он даже на ночь с ней теперь остаётся. А меня видеть не хочет.

– Не удивительно. Если ты себя так ведёшь и с ним… Ни один мужчина такого не потерпит, – мать обмахнулась веером, выдохнула, косясь на мужа.

Тот молча разглядывал дочь. Малика тоже повернулась к нему. Протянула руки, взяла его за запястье и заглянула в глаза.

– Ты поможешь мне, отец? Поможешь ведь? Иначе я убью себя! Если ты не уничтожишь эту гадину, я себя убью, папа!

Мать ахнула, прикрыла ладонью рот. Отец нахмурил густые брови.

– Что ты несёшь?

– Увидишь. Если я не буду с Таиром, то меня вообще не будет!

– Замолчи! – рявкнул на дочь, вырывая свою руку из её, ударяя по столу кулаком. – Я разберусь. А ты сейчас же возвращайся к своему ребёнку и не уходи от него ни на шаг!

– Папа, я хочу, чтобы её не стало. Слышишь? Чтобы совсем не стало. Только тогда Таир вернётся ко мне. Он… Мне кажется, он в неё влюблён. Если это так, то вскоре она станет его женой, а я вернусь к вам вечным позором…

Малика заметила, как нижняя челюсть отца дёрнулась, выдвинулась вперёд.

– Чушь всё это. Любовь эта ваша. Тем более, когда речь идёт о Таире. Я решу проблему. Успокойся.