ГЛАВА 26

— Итак, повторим наш урок. Первое — ты должна высоко держать голову. Обязательно смотри собеседнику в глаза и не пасуй. Ты уверена в себе, ты красива, ты прекрасна. Ты — лучшая. А все, кто вокруг — просто пустышки по сравнению с тобой. Повтори!

— Высоко держать голову. Я лучшая, — я привалилась к стене, едва не падая со стула от усталости. Моя бы воля, прямо здесь, в кафе, улеглась бы. Но в груди так отчаянно колотилось радостное сердце, что, казалось, даже ночью не смогу уснуть.

Впервые увидев себя в зеркале, вот такую, какой меня сделала Алика, я обомлела и в панике схватилась за лицо. Как это? Кто это?! Кто эта красавица? Разве это я? Разве такое может быть?

На меня смотрела прекрасная девушка с длинными, блестящими волосами, ровными прядями, спадающими по плечам. Её лицо светилось и сияло, и я долго трогала пальцами свои брови и губы, чтобы убедиться, что они мои. На щеках играл слабый румянец, а длинные чёрные ресницы трепетали, как крылья бабочек.

— Странно, косметика почти незаметна… — прошептала тихо, всё ещё не веря своим глазам. — Но я совсем другая…

— Это потому, что косметики на вас практически нет. Слегка подрумянили скулы и подчеркнули глазки тушью, всего-то. Вам нужно почаще заходить к косметологу, пару масочек — и вы красотка, — пояснила мне девушка-стилист. Надо же, я даже не знала, что существует такая профессия. Я вообще, оказывается, ничего не знала об этом мире.

— Честно говоря, я даже не предполагала, что ты такая лапуля, — довольно заключила Алика и потащила меня в соседний магазин, прямиком в примерочную.

Самой страшной и болезненной процедурой была эпиляция подмышек и ног. Обычно перед свадьбой невесте удаляют все ненужные волосы именно с помощью эпиляции, чтобы в первую брачную ночь девушка была чистой, без единого лишнего волоска. Но моей матери, видимо, было не до того, а потому она выдала мне бритвенный станок и велела самой сбрить всю ненужную растительность. А вот Алике не понравился колючий ёжик на моих ногах, и через полчаса я уже лежала на кушетке, а надо мной угрожающе возвышалась высокая, полноватая женщина с ярким макияжем и тонкими губами, которые становились ещё тоньше, когда она срывала очередную восковую полоску с моей кожи. Я не кричала, стыдясь и ужасно переживая, что кто-то услышит и решит, что я волосатая обезьяна. Тихо поскуливая и обливаясь слезами, цеплялась пальцами за поручни, видимо, для того и созданные. После меня смазали каким-то маслом с тонким, еле ощутимым ванильным ароматом и снова отправили по магазинам.

Я не сопротивлялась и не роптала, стойко сносила все тяготы и иногда посматривала на своё отражение в витринах, потому что краше девушки до этого не видела.

Алика купила мне очень красивые, но в то же время довольно скромные вещи. Были среди них и платья до колен, что поначалу здорово меня напугало, но позже, насмотревшись на девчонок вокруг, я всё-таки решилась примерить парочку, и мне безумно понравилось.

— А вот это, детка, секс, — бесстыже объявила Алика, снимая с вешалки длинное чёрное платье на узких бретелях с декольте и… разрезом сбоку до самого бедра.

Я ахнула, покраснела и неловко поёжилась.

— Мне… Мне не нужно такое платье… Стыдно.

Алика вздёрнула свои длинные, коричневые брови, медленно выдохнула через рот, а потом, вручив мне в руки платье, подтолкнула к раздевалке.

— Я даже слышать ничего не хочу. Будешь ты его носить или нет — мне плевать, но мы его купим. Мне сказали сделать из тебя красивую женщину! А у каждой женщины в шкафу должно висеть маленькое чёрное платьице.

Платье село на мою фигуру так, будто под меня шитое. Обтянуло, словно вторая кожа, и я, проведя рукой по талии, тихонечко выдохнула.

— Как красиво…

И да. Это было сексуально. Тогда я ещё не знала значение этого слова, но уже понимала, что хочу быть такой. Сексуальной. Для него, для моего Таира.

— Ну вот, другое дело, — довольно пропела Алика, поднося к губам тонкий высокий бокал на ножке. — Шампанское будешь?

— Алкоголь? Нет! — я замахала руками и нырнула обратно в кабинку, чтобы снять с себя платье, но, как только потянулась к застёжке, ко мне вошла Алика и, перехватив меня за запястье, крепко сжала.

— Ну-ка, пей! — вложив в мою руку бокал, поднесла его к губам. — Давай, один глоточек.

Я глотнула. Пузырьки весело защипали во рту и горле, желудок тут же окатило тёплой волной.

— Отпустило?

— Ну… Да. Наверное, — улыбнулась.

— Вот и отлично. Платье не снимай, пойдёшь в нём. Итак, продолжим! К вечеру будешь лялей!

Лялей я стала уже к четырём часам, и, когда Алика вывела меня на улицу, Давид, попивающий кофе из бумажного стаканчика и всё время что-то печатающий у себя в телефоне, поднял голову и так застыл минуты на две.

— Ну как? — Алика подтолкнула меня вперёд, самодовольно складывая руки на груди. Ей и правда было чем гордиться. Вряд ли у меня получилось бы навести такую красоту самой. По одной простой причине: я не умела этого делать. Теперь же, держа в руках большие бумажные пакеты с косметикой, разнообразными аксессуарами и одеждой, а в голове имея пару инструкций, я уже более-менее представляла, как ухаживать за собой.

Алика долго рассказывала мне, как правильно есть, как ходить, одеваться и общаться с людьми. А я запоминала всё до мельчайших деталей и, как попугай, повторяла каждое слово и движение. Мне было интересно, меня так манил этот новый, пока ещё неизведанный мир, что, казалось, готова учиться сутками напролёт, без сна и отдыха.

Давид молчал. Он вообще не произнёс ни слова с тех пор, как увидел меня. Наверное, всё дело в платье… Оно было слишком откровенным. Сама не знаю, как позволила Алике вытащить меня так на улицу. По сторонам я не смотрела, но то и дело ощущала на себе внимательные взгляды. От этого, конечно, было страшно и крайне неудобно, однако, Алика была категорична и на все мои возражения отвечала коротко:

— Ничего не хочу слышать. Привыкай.

Потом был ужин в кафе, и, пока Давид что-то молча изучал в телефоне, Алика показывала мне, как пользоваться моим мобильным.

— Так, я скачала тебе парочку соцсетей, для начала хватит. Вот здесь можешь загуглить, что тебе нужно. Задаёшь вопрос в поисковике — и вуаля! Куча ответов.

— Спасибо. Я даже не знаю, что бы без тебя делала, — взяла Алику за руку, крепко сжала. А та, словно растерявшись, бросила быстрый взгляд на Давида.

— Так, ладно, нам пора, — подал вдруг голос друг Таира и резко встал со стула, так, что тот неприятно оцарапал пол.

В гостинице первым делом я открыла социальную сеть, где меня зарегистрировала Алика. Оказывается, телефон — очень удобная штука, жаль, я не имела его раньше. Найти Таира в социальной сети так и не получилось, зато в браузере его фото вылезло первым же делом, и я, радостно взвизгнув, прижала мобильник к груди. Мой красивый Ангел смотрел на меня своим притягательным взглядом, только на фото его глаза были оба карие. Пришлось изрядно потрудиться, чтобы найти снимок, более соответствующий оригиналу. Чуть ниже нашла статью о Таире. Там он давал интервью какому-то мужскому журналу о бизнесе. Я научилась сохранять нужные мне странички, и уже через час мой телефон был забит фотографиями и всеми общедоступными сведениями о Таире Абаеве. Чуть позже я узнаю, что это называется сталкерством — вещь не особо приятная и, прямо скажем, некрасивая… Но притяжение к нему стало моей отправной точкой, моим Рубиконом, перейдя который, я больше не могла остановиться.