Глава 17
Гарик видел в окно, как из дома вышли Сиплый с Ужом. В обычной жизни – Саня Сиплый и Богдан Филимонов. Да, с Саней все просто, Сиплый – это фамилия. А Богдан получил свое прозвище за свою уникальную способность проникать везде, проскальзывая ужиком.
С Саней Сиплым они выросли вместе. Богдан вырос в том же детдоме, что и они с Сиплым, но был намного моложе. К ним с Саней он позже прибился сам, когда они уже стали честными бизнесменами.
Ну, почти честными.
У всех есть свои скелеты в шкафу. Главное, знать, у кого какой скелет, и где именно этот скелет лежит.
Кто-то из умных, кажется, это был британский банкир, когда-то сказал: "Кто владеет информацией, тот владеет миром". Сбором такой информации они и занимались.
У каждого есть слабые места, главное, уметь эти места выявить и преподнести эту информацию заказчику. Криминал уже давно не в моде, но есть много других возможностей заставить людей делать то, что они делать не хотят. И не самим же честным бизнесменам заниматься этим, верно? Они же "честные", мать их!
Гарик выругался. О, да! Они честные, а он так, погулять вышел. Тот, кто им нужен, но кому они никогда не подадут руки на какой-нибудь светской тусовке. Хотя через одного ведь обращались к нему за помощью.
Кто-то за информацией о слабых местах своего конкурента, а кто-то за помощью. Вот как те, кто положил глаз на завод Ванятки, этого бизнесмена недоделанного.
То, что Ванятка любитель посидеть за карточным столом, мало кто знал. Казино у нас в стране сейчас прикрыли, а в подпольные заведения всех подряд не пускают. Ай-ай-ай, какая неприятность: единственный сын своего небедного папашки и такая досада – игроман! Любит, понимаете ли, сЫночка в картишки перекинуться. Ежу понятно, что не на щелбаны мужик играет, а на деньги. На приличные, мать вашу, деньги. Если бы не дружок его Арсений, давно бы уже Ванятка к папику своему с поджатым хвостом убежал.
Да он и убегал еще совсем недавно. А тут, понимаете ли, взбрыкнуть решил, характер свой показать. Нечего сказать: показал!
Гарик усмехнулся. Ивана ему было не жаль. Пока отец свои капиталы зарабатывал, сыночек дурака валял. Он и хозяином завода-то стал лишь благодаря дружку своему Арсению. Вот Арсений – мужик серьезный, всего сам добился. К нему у Гарика только респект и уважуха. Хотя, и он тоже со своими слабостями, но это, как говорится, совсем другая история. Кто и как получает удовольствие, не ему, Гарику, судить. Он и сам не плюшевый заяц.
То, что Ванятка решил характер свой показать, и сыграло им на руку. В прямом и переносном смысле. Ванятка сам к ним пришел, они лишь посадили с ним за стол профессионального каталу. Да, воспользовались ситуацией, но ведь не последнее отобрали и в петлю не загнали – всего лишь акции завода выиграли. И ушел от них Ванятка, не гол как сокол, конечно, но и без своего основного бизнеса. А уж заказчики дальше сами с Арсением этим дела порешают. Чинно, мирно, благородно. Это уже не Гарика забота. Его попросили получить документы на завод, точнее, на Ваняткину долю, он и получил. Свои деньги за заказ он тоже уже получил, документы передал, и все довольны. Ну, кроме, конечно, самого Ванятки.
– Черт! Ну, кто бы мог подумать, что эта девочка ТАК меня зацепит, а? Гарик вспомнил вчерашний вечер и даже сегодняшнее утро. Ох, как же она кричала под ним! От одного этого воспоминания в паху все потяжелело, как будто и не было ничего еще несколько часов назад.
Он видел, что Олесе было с ним по-настоящему хорошо. Не притворялась, оргазмы не имитировала, как все его предыдущие мамзели.
– Тьфу, как вспомню, так тошно! – усмехнулся вслух, вспоминая бывших красоток.
Как же он устал от всех этих дур, одинаковых с лица и прочих частей тела!
Но его Снегурочка не такая. Ну, и что с того, что повелась на развод под названием "Айфон за ночь с лучшим другом"? Все мы не без греха. Не бывает в нашем мире праведников. У всех есть в прошлом что-то такое, за что стыдно. Уж он-то, Гарик, это точно знает. Нет, его девочка правильная, умная, образованная. Учительница. Не бизнесвумен, не менеджер чего-то там, фиг пойми чего. Нет!
– Учитель! – Гарик усмехнулся. – Бабушке она обещала. Да, девочка, такого учителя, каким была твоя бабушка, светлая ей память, надо еще поискать. А какие она булочки с маком и корицей пекла. Ничего вкуснее я не ел по сей день.
В памяти всплыло воспоминание, как Ирина Кузьминична вошла в класс, держа в руках какой-то большой и нелепый узелок из светлой ткани в мелкий цветочек. Водрузила этот узелок на свой стол, развязала, развернула бумагу, и они увидели целую гору булочек, лежащих на тарелке. По классу разнесся запах корицы. Они все затаили дыхание, а Ирина Кузьминична воткнула в самую верхнюю булочку свечку, зажгла ее, взяла это блюдо с булочками и вдруг запела ту детскую песенку:
– С Днем рождения тебя!
С Днем рождения тебя!
С Днем рождения, с Днем рождения,
С Днем рождения, Игорь, тебя!
И подошла к нему.
– Загадывай желание и задувай! – обратилась она тогда к нему.
И он загадал и задул. Он до сих пор помнит ту свечку в голубых и белых полосках. Как и свое желание. Желание у всех детдомовских, он уверен, всегда одно: иметь семью. Кажется, сейчас у него появился реальный шанс на то, что его желание исполнится.
Телефон задребезжал на столе виброзвонком.
– Слушаю тебя, Саня.
– Ого! Нормально тебя так девчонка зацепила то, да? Мне теперь тебя "Игорь" называть? – заржал Сиплый, проговорив его имя по слогам.
– Закончил, Александр? – рыкнул Гарик. – Если да, то я тебя слушаю! Рассказывай!
– Рассказываю: твоя красавица сейчас говорила по телефону со своей подругой. Подругу зовут Маруся, – Сиплый хохотнул.
– И что особенного наговорила? Отчиталась о проделанной работе? – начал заводиться Гарик.
– Не угадал! Она со своей старой подругой говорила. Как я понял, они с ней с детства дружат. Но это все фигня, главное то, что эта самая подруга вчера тоже заглохла на трассе.
– И? Сиплый, ты у нас бессмертный, что ли? Мне из тебя клещами надо все вытягивать? Не тяни кота за все подробности, рассказывай!
– Да я и рассказываю, рассказываю! Вчера эту самую Марусю и подобрал, и даже к себе в дом привез, ни за что не отгадаешь, кто! Твой сосед. Тот самый, у которого такой же Рендж ровер. Но и это еще не все! Наша, – Саня осекся, услышав рычание в трубке, – пардон, твоя красавица, Гарик, только твоя! Да понял, я уже, понял, не рычи! Так вот, твоя Олеся, узнав, что ее подруга с сегодняшнего дня живет у твоего соседа Вячеслава, пообещала, что приедет к ней в гости. Завтра. И знаешь, что она еще добавила? Что хочет поговорить с этим Вячеславом, мол, ей надо кое-что ему рассказать.
– Погоди, только вчера познакомились, и она уже жить к мужику переехала? Сиплый, скажи, а нормальные, правильные девочки еще остались на этом свете? – Гарик вздохнул.
– Гарик, ты не дослушал! – начал веселиться Саня, – Маруся эта и есть, по ходу, самая что ни наесть правильная! У них с этим твоим соседом не было ничего! Она сама своей подруге все рассказала. Сохнет она по твоему соседу, как роза без воды. Она сама твоей красавице и жаловалась как раз на это! А жить она к нему не сама перебралась – он ее перевез, пока она в машине у него дрыхла.
– А с виду нормальный, вроде, мужик, – протянул Гарик.
– Да он и есть нормальный! – уже в голос ржал Сиплый. – Она сегодня плечо вывихнула и вместо экзамена в своем универе и собеседования на фирме этого Вячеслава в травмпункте просидела. Он сам ей позвонил, где, мол, ты есть, красавица? Почему, мол, я тебя у себя на собеседовании не наблюдаю? А как узнал, где она, так и примчался спасать. Принц, Едрит-Мадрид! Там уже ее подруженция, что с ней в больничке была, подсуетилась: вещички собрала, пока она в его машине спала, и, перекрестив, с ним отправила!
– Чего? – Гарик понял, что начал уже и сам улыбаться.
– Ага! Прикинь! Не жизнь, а какой-то бабский сериал! Но это еще не все!
– Ну-ка, удиви меня! – усмехнулся Гарик.
– Олеся твоя жаловалась этой своей Марусе, что повела себя сегодня утром как истеричная дура, и что ей очень стыдно перед одним хорошим человеком. Так и сказала: "Обидела я сегодня хорошего человека. Он меня спас", – Гарик, это я сейчас цитирую, – "а я ему истерику утром устроила". На вопрос своей подруги, мол, расскажи, она ответила, что не хочет по телефону это обсуждать. Потом помолчала и добавила: "Знаешь, подруга, так хорошо, как с ним, мне ни с кем еще не было!" Гарик, а "Хороший человек" – это у нас ты, что ли?
Гарик резко выдохнул и разразился витиеватым ругательством, услышав которое на том конце снова заржали и спросили:
– Я так понимаю, что у нас тут свой сериальчик намечается, да?
– Хочешь в первом ряду на просмотре сидеть? Сейчас Олеся где?
– Дома сидит. Ей звонила какая-то Лара, и сама, и голосом мужика в клуб зазывала, но твоя не поехала. Сказала, что она не может сегодня. Те двое поржали, потом мужик сказал что-то типа: "Молодец. Заслужила свой айфон". Потом добавил, что, мол, друган его доволен, как сто слонов, и что лично он своего другана понимает. Потом ляпнул, чтоб они там только на его кровати не кувыркались.
– Чего?
– Ага! Гарик, а я сейчас правильно понимаю, что Олеся не сказала этим своим из клуба, что она вчера не в ту машину села и сегодня не того мужика ублажала, да?
– Похоже на то, – Гарик протянул задумчиво и увидел в отражении стекла, что, говоря это, улыбается. Хорошо, что Сиплый сейчас не видит его довольного выражения лица, а то потом задолбал бы прикалываться, – когда, ты говоришь, Олеся к своей подруге Марусе в гости собралась? Завтра?
– Да.
– Значит, завтра мы все и узнаем.
– Прослушку соседу поставим?
– Нет. Зачем? Нам и Олесиного телефона достаточно. Где ты видел девушек, оставляющих свой телефон в сумочке, да еще хрен знает где? Они ж не теневые дельцы, чтоб телефон в другой комнате оставлять, когда по своим делам треплются, верно?
– Да уж! – Сиплый хмыкнул.
– Ладно, Сань, тебе отбой на сегодня. Но парней своих от подъезда Олеси не убирай.
– Да понял я уже это! Мог бы и не повторяться.
– Ну и молодец, раз понял, понятливый ты наш! – Гарик положил трубку и, глядя на свое улыбающееся отражение в стекле, проговорил:
– Значит, говоришь, не было так хорошо ни с кем, да? Значит, говоришь, хорошего человека обидела? Вот ты и попалась, малышка. Никому тебя не отдам. Моя девочка.