Глава 16

Решил: я сдамся Ксении, но не сразу.

Она так яростно убеждена, что все, у кого есть деньги, – эгоисты, думающие только о себе. Но я не хочу спорить, не стану доказывать словами. Вместо этого докажу поступками.

 Может быть, если она увидит, что не все богатые люди сволочи, её мнение изменится. Не сразу, не за один день, но я попробую.

Деньги – не всегда зло. Они могут быть инструментом, возможностью помочь. И я хочу показать ей это на деле.

Разрабатываю в голове план чётких действий.

Первое: найти инвесторов, спонсоров, тех, кто готов поддержать хорошее дело.

Но начинать, естественно, нужно с себя. Если я вложусь первым, другие, возможно, подтянутся. Друзья, партнёры – кто-то точно откликнется.

Я отменяю деловые встречи, откладываю переговоры. Вместо этого открываю ноутбук и начинаю искать: что действительно нужно детям из детдомов?

Глаза разбегаются от обилия вариантов: канцелярия, спортивный инвентарь, одежда, игрушки и книги.

Заказываю целую кучу всего, но в голове теперь крутится вопрос: а как это всё им вручить?!

– Привет, мам.

– Привет, дорогой.

– Мне помощь твоя нужна.

– Говори, – у неё всё как всегда чётко, кратко, ясно.

– Помнишь, ты говорила мне, что твоя подруга открыла какую-то благотворительную организацию?

– Ну. Пожертвование сделать хочешь?

– Легко. Но, только кроме пожертвования, я хочу помочь детскому дому, в котором жила Ксюша.

– Сынок… – теряется. – Тебя раньше такие вопросы никогда не интересовали.

– Ну а теперь интересуют. Мам, помоги, это же такая мелочь для тебя, но мне крайне важно остаться инкогнито, понимаешь.

Через пару часов забитая машина везёт вещи, игрушки, спортивный инвентарь к месту доставки.

Сам тоже приезжаю к детскому дому как бы невзначай, потому что мне хочется увидеть счастливые лица этих детей и растерянную заведующую.

– Вы уверены, что всё это для нас?

– Уверен, – хмуро и твёрдо отвечает экспедитор. Ему поставлена задача при любых условиях выгрузить всё, что куплено. – Ваш адрес? – показывает Светлане Петровне.

– Наш, – кивает растерянно. – Но откуда? От кого?!

– Значит, принимайте, раз ваш! А от кого… от доброго волшебника! Так написано. Всё.  Дамочка, мне некогда тут с вами болтать, у меня ещё три развозки.

Ребята наперебой несутся к машине, стаскивают коробки на землю, открывают их и начинают голосить в радости от увиденного.

Ищу глазами Стёпу, но не нахожу.

Светлана Петровна разрешает мне пройти в здание, и поискать мальчика.

– Он спрашивал про вас у Ксюши по телефону, – говорит мне тихо. – Артём…

– Просто Артём, – уточняю, – можно без отчества.

– Хорошо. Артём, пожалуйста, не приучайте мальчика к себе, – говорит мне так, чтобы слышал только я, пока ребята счастливо перетаскивают коробки с игрушками в здание. – Это очень опасно, но, вероятно, вы этого не понимаете пока.

– Я хотел бы с ним встречаться чаще.

– Зачем? – не понимает она. – Или это из-за Ксении? – доходит до неё.

– И из-за неё тоже. Но со Стёпой мы поладили, поэтому позвольте мне иногда с ним видеться.

Она хочет мне возразить, я вижу, но не успевает.

– Артём! – несётся ко мне навстречу мой новый друг, и прыгает в мои широко расставленные ладони. – Я тебя ждал! – В его глазах столько счастья и радости, что я ликую.

Светлана Петровна смотрит на ребёнка во все глаза, и, видимо, для неё это потрясение.

– Стёпа, ты ли это? – и он кивает.

– Светлана Петровна, можно я зайду к вам после того, как мы погуляем со Степаном? Я хотел бы с вами поговорить.

– Конечно, конечно, – кивает и тает. – Идите, гуляйте, но в пределах территории, не дальше! – назидательно смотрит на меня, и я, кивая, соглашаясь.

Мы провели вместе весь день, и на удивление, меня не тяготил маленький ребёнок. Он оказался очень общительным и любознательным малым. Посидели в машине, которую я подогнал максимально близко к забору. Поболтали о жизни, о его мечтах, желаниях.

Я видел, как ребята смотрели на нас издалека с завистью, поэтому также пригласил их посидеть с нами в машине.

– Это мой друг! – брал меня Стёпка за руку и гордо говорил ребятам. – Он ко мне приехал!

Я всё больше и больше понимаю страх Ксении и заведующей о том, что эти дети очень трепетно относятся к появлению новых людей в их жизни, но за себя я не переживаю.

Даже когда Ксения узнает, что я мажор, и, если перестанет со мной общаться, всё равно буду ездить к этому пацану, потому что он запал мне в душу, так же как и она.

Это необъяснимое чувство. Как любимая симпатия – она просто появляется, и всё. Ты просто хочешь быть с человеком, общаться, делиться чем-то, не обязательно материальным, дружить, проводить время.

Вот и со Степаном у нас случилась любовь с первого взгляда. Братская, естественно!

– Я хотел бы, чтобы у меня был такой вот старший брат, – говорит Стёпа, когда прощаюсь с ним.

– А давай представим, что так и есть, – киваю.

– Но старшие братья не бросают, – шокирует меня. – Поэтому, если ты им станешь…

– И я тебя не брошу, – даже закончить ему такую страшную мысль не даю.

– Честно? Будешь приезжать ещё?

– Клянусь!

– И на первое сентября приедешь ко мне, когда в первый класс пойду?

Киваю.

– Надо будет одеть тебя, обуть, ранец купить, – говорю вслух.

Стёпка кивает довольный.

Через пару дней встречаюсь с Рафом у меня дома. Он сам приехал неожиданно, но я рад его видеть.

– Ну как там твой спор с мамой?

– Да попал я по полной! – говорю как на духу.

– Тяжело жить жизнью простого смертного? Чего не так? – лыбится.

– Нет. Просто, я влюбился, а признаться, кто я нельзя.

– Погоди, но это же она должна была, а не ты. И из-за этого так закис? Во дурак! Тём, это всего лишь спор, друг, очнись! Не входи в роль! Ты паршивенький актёр!

– Ну не такой уж и паршивенький, при условии того, что она поверила мне, где я в амплуа простого работяги! – разговариваю с ним, но в душе какая-то тревога.

Может быть, я просто накрутил себя, понимая, что затягивает меня враньё моё всё больше, не знаю.

– Интересно, интересно. Прямо так серьёзно, до такой степени, что влюбился? – Раф снимает меня на телефон, но я не сразу замечаю это. Он щурится, не сводит с меня глаз.

– Убери камеру! – Рявкаю. – Да. И планирую ей всё рассказать в ближайшее время, пока наши отношения не зашли ещё дальше.

– Не спал с ней ещё? – скалится, не скрывая своего интереса.

Молчу. Эту тему с ним обсуждать я не буду, хотя раньше про девчонок и постель мы болтали без стеснения.

– Ты сумасшедший! – совершенно искренне не то что смеётся, громко гогочет мой друг, догадываясь об отрицательном ответе на этот вопрос.

– Почему это?

– Ну хотя бы потому что ты говоришь о чувствах, забывая про наличие Снежаны в своей жизни. Ты же на ней жениться совсем недавно собирался!

– Ну, жизнь, бывает, у человека меняется за одно мгновение. Если честно, сам не ожидал, но так случилось. – В другой ситуации я бы с ним тоже гоготал, но теперь мне не до смеха.

– Да я-то не против, но ты хоть понимаешь последствия своих слов, особенно если скажешь вдруг ей, что ты с ней расстаёшься? Она же как змейка на твоей шейке, как только ты начнёшь трепыхаться, желая скинуть её, она, без сомнения, передавит тебе все главные артерии быстро и переломает позвоночник одним мгновением! – Раф крутит у виска пальцем, показывая мне, что я явно сумасшедший, – да она твою нищебродку пальцем раздавит. Ей усилий даже применять не надо будет.

– Я отказал ей в покупке машины, – пропускаю слова про «нищебродку».

– Вау! Быстро ты работаешь, парень! Ну… в таком случае, значит, соскочит скоро.

– Надеюсь, уже. Встретиться с ней хотел, но она теперь трубку не берёт. Сначала думал: просто откажу в деньгах и всё, но, точит меня мысль, что всё-таки лучше поговорить.

– Обиженку корчит. Цену себе набивает, скорее всего. Но вообще ты экстремал, конечно. – Раф не скрывает своего восхищения. – Расставаться с такой, как Снежа… Простит ли… Может, лучше купи ей машину, отделаешься легко и закроешь вопрос?

– У неё есть уже машина, а я эти деньги лучше на другие нужды потрачу. А с ней по-человечески попробую поговорить, объяснить, что со мной такое впервые. Мол, наши отношения были ошибкой, такое случается, готов открыто признать это, взять весь позор на себя. Как думаешь, поймёт? – чувство волнения не покидает.

– Я в чудеса не верю, – отрицательно крутит головой. – Но пробовать надо.

– То, что она мне не простит, мне пофиг. А вот то, что Ксюша меня не простит, когда узнает обо всём, здесь я уже переживаю серьёзно.

– То есть тебе мнение простушки важнее, чем мнение светской львицы?

– Считай, что так.

Я не могу, да и не хочу выражать словами то, что чувствую к Ксении.

Потрясающе. Прекрасно. Невероятно. Стоит ли ему говорить такие пафосные слова? Поймёт ли?  Ощущение, что эта девушка просто предназначена для меня.

– Глупо и недальновидно. Снежа, она, королева, а эта что?

– Раф, ты когда-нибудь влюблялся? – один только вопрос.

– Не знаю, друг. Не задумывался. Думаю, что нет. А что?

– Когда влюбишься, приходи, поболтаем про мнение и прочую фигню. А пока мы друг друга, боюсь, не поймём.