Глава 24

КСЮША

– Девчонки, я такая счастливая! – не могу сдержать улыбку и вываливаю эту информацию сразу, как только мы усаживаемся за столик в кафе.

Глаза горят, сердце колотится – мне просто необходимо выплеснуть эти эмоции, иначе взорвусь!

– А буквально пару месяцев назад рыдала в подушку, – напоминает Сашка, прищурившись. Она аккуратно шутит со мной, но в её голосе нет злости – скорее, лёгкое «а помнишь, как было плохо?».

– Да, было… – вздыхаю.

– Ну а сейчас всё хорошо, да? – Варя наклоняется ко мне, её глаза блестят от любопытства.

– Да… – Губы сами растягиваются в улыбке, а внутри – будто миллион бабочек.– И знаете, это так… по-другому. Не сравнить с теми отношениями.

Закатываю глаза, представляя его руки, голос, то, как он притянул меня к себе вчера вечером…

По коже бегут мурашки, и я машинально провожу ладонью по руке, словно пытаясь сохранить это тепло.

– То есть ты влюбилась… – Варя произносит это как факт, но в её голосе слышится лёгкое удивление.

– Знаешь… – делаю паузу, собираясь с мыслями. – До Артёма мне казалось, я вообще не понимала, что такое настоящие чувства. С Богданом… это было больше похоже на странную гонку, где я всё время старалась соответствовать ему. А он…

Сашка фыркает, и я понимаю, о чём она думает.

– Саш, я чувствую, ты опять хочешь что-то колкое сказать?

Она всегда была прямолинейной – если думает, то говорит.

– Ксюш, не обижайся, ладно? Но давно надо было бежать из тех отношений! Но кто бы мои советы слушал?! Я никогда не забуду, как ты мучилась. Его шутки про «дешёвые шмотки», вечные упрёки, что ты «не в той позе сидишь», «не так говоришь», «не так ешь»… Любая бы на твоём месте задумалась – а оно вообще надо? Но ты же терпила!

Я молчу, потому что она права. Тогда мне казалось, что это я «недотягиваю». А сейчас… Сейчас Артём смотрит на меня так, будто я целая вселенная. И никаких «соответствий» не нужно.

– Ты знаешь, почему я терпела.

– Знаю. Но результат какой?

– Ладно, хватит о прошлом! – Варя хлопает в ладоши. – Теперь рассказывай всё-всё про нового принца!

– Кажется, я абсолютно счастлива, – выдыхаю и снова закатываю глаза. – Единственное, что означает моё абсолютное счастье – это ситуация со Стёпой. Я даже не знаю, что я буду дальше делать, если его усыновят.

– Мы будем мешать! – Сашка настроена воинственно.

– Как? Тайна усыновления не позволит мне даже его адрес узнать, я больше не увижу своего мальчика, – радость моя меркнет после того, что я понимаю неизбежность наступающей беды.

– Надо ещё раз попытаться поговорить с заведующей, – настаивает Варя. – Может быть, она как-то сможет изменить ситуацию. Она ведь знает, как ты любишь этого ребёнка.

– Да, я копила деньги, собирая каждую копейку именно для того, чтобы доказать свою финансовую состоятельность и иметь возможность оформить хотя бы опекунство. Только как теперь быть… Я не знаю. Кажется, я потеряю Стёпу. Правда, Артём предложил мне вариант, который, думаю, больше был на эмоциях, чем в его реальном желании.

– Что? – девочки смотрят на меня с интересом.

– Замуж за него выйти, – улыбаюсь. – Но мне кажется, это безумием!

– Погоди, ты только что сама говорила, что у тебя с Артёмом абсолютное совпадение.

– И что?

– Ну так выходи, раз зовёт. И все вопросы закроешь разом насчёт Стёпки.

– Я знаю его чуть больше месяца!

– Ну ок, тогда можно договориться и заключить фиктивный брак. Хотя я с таким бы в реальный брак пошла, – закатывает глаза Варя. – Из тех рассказов, которая я от тебя слушаю последние несколько недель, он практически идеальный во всех смыслах для тебя мужчина.

– А что, Варька правильные вещи говорит. Умница! Заключите с ним, если не настоящий, хотя бы фиктивный брак. А потом дальше разберётесь.

– Девочки, я так не могу.

– Вот дурында, – вздыхает Саша.– Ещё раз! Ты понимаешь, что такое слово фиктивный?

– Понимаю.

– Ну вот и поговори с ним, мол, реальный всё-таки рано, а фиктивный самое то! Это же всё ради ребёнка прежде всего! Сходите в ЗАГС, заключите брак, принесёте свидетельство и всякие там бумажки, справки, которые необходимо как минимум для опеки над этим ребёнком, разрешат жить с тобой, а кто там дальше проверять-то будет?

Я очень внимательно слушаю её. Она, наверное, всё-таки права…

– Сама же знаешь, раз в полгода, и то это реже. Ты девчонка благополучная, это подтвердят все! Не пьёшь, не куришь, не гуляешь. А там, глядишь, и до реального брака недалеко.

– Знаешь, Ксюша, я думаю, он не откажет тебе, но есть вероятность, что обидится. Я обратила внимание, как он на тебя смотрит. Он…

– Ну… – перебивает Саша Варю, подпирает руками подбородок, ехидно улыбается.– Варька, дай угадаю. Сейчас будешь рассказывать о том, какими влюблёнными глазами он на неё смотрел.

– Так и есть.

– Разве ты, моя девочка, забыла, о чём мы говорили не раз? Любви не существует! Существует секс, страсть, увлечение, существует, существует… Много всего, а вот любви… Выдумки это всё. Мужики не способны на жертвы ради женщины. Они всегда будут искать выгоду из отношений.

– Саша, прекрати судить по своим отношениям, – перебивает недовольно Варя.

– Я говорю то, что есть. Неужели моего примера вам не хватило? Где она, эта любовь? – театрально раскидывает руки и оглядывается по сторонам, словно ищет её. – Выдержала ли она испытание бедностью, отсутствием денег, нормальной профессии? Только плод этой любви напоминает мне о том, что когда-то бывший муж был в моей жизни.

Замечаю, как у Саши в уголках глаз копятся слёзы. Кладу на её руку свою и сжимаю в знак поддержки. Она кивает мне, но других объятий не позволяет.

С ней всегда так. Она не любит, когда её обнимают, сторонится проявления любых чувств.

Единственный вариант, на которой она соглашается, – это когда я или Варька берём её за руку в знак того, что мы рядом.

Как с Филатовым они развелись, такая роскошь, как прикосновения позволяется теперь только нам. Для других она, как ёжик колючий. Саша больше не верит в объятия и считает это проявлением слабости.

– Саша, любовь существует. Ты не права, – убеждает её Варя.

Саша хмурится и хочет ответить грубо. Я давно знаю её.

– Девочки, пожалуйста, только не ссорьтесь.

– Да мы и не ссоримся. Что всё-таки делать со Стёпкой, – опять уводит тему от своих отношений.

У моих подруг совершенно разные взгляды на жизнь, но я давно к этому привыкла.

Раньше нас связывало просто совместное проживание в одном детском доме.

Мы были разными, случайно оказавшимися под одной крышей, но время сделало своё дело – из соседок по комнате мы превратились в самых близких людей.

Теперь между нами не просто общие воспоминания, а настоящая, крепкая дружба. И все радости, и все горести мы переживаем вместе, потому что знаем: друг друга нам заменять некому.

Когда семь лет назад Саша осталась одна – беременная, брошенная, – для нас это был абсолютный шок.

Её муж, Марк, которого она так, любила улетел в Америку, даже не попрощавшись.

Просто собрал вещи и исчез из её жизни, оставив её с ребёнком под сердцем и кучей вопросов.

А ведь мы были уверены, что он её любит. Нам, юным девчонкам, тогда казалось, что их чувства – это навсегда. Они выглядели такими счастливыми, такими идеальными… Поверить в то, что он мог так поступить, было почти невозможно.

Но, думаю, всё было проще, чем нам тогда представлялось. Они просто оказались слишком молоды. Слишком наивны. За стенами детского дома жизнь оказалась куда жёстче, чем в их розовых мечтах.

Их брак был быстрым и ярким, как вспышка, – и таким же коротким. А вот последствие этого брака сидит теперь недалеко и заплетает кукле косички.

Именно поэтому я теперь чаще прислушиваюсь к Саше. Она прошла через то, через что я боюсь даже представить себя. Она знает цену ошибкам, которые кажутся такими незначительными, пока не совершишь их.

И я не хочу наступать на те же грабли. Потому что иногда расплата за наивность – это не просто слёзы, а целая жизнь, которая уже никогда не будет прежней.