Глава 15

Думать и анализировать факты умели многие присутствующие. Большинство гостей пришло к тем же выводам, что и я. Горько усмехнулась, когда князь Демидов похлопал брата по плечу и пожал ему руку. Оба Орловых проделали то же самое следом за ним. Алим сказал что-то сочувственное, понимая, чего это стоило. Данияр только смотрел с недоумением, но ашкеназец объяснил, что происходит. Из императорской ложи к нам поспешил Стужев-старший. Государь, недовольно поджав губы, не отрывал взгляда от битвы братьев. Это по его приказу казнили Александра Забелина и повесили клеймо предателей на род. На деле же вышло, что он потворствовал убийцам и расправился с невиновными. Народной любви такой поступок императору не прибавит. Но ситуацию еще можно замять, если Иван проиграет битву.

Семен Павлович пробрался в нашу ложу и подал знак, чтобы и мы возвращались. Я потянула Артемия за собой, однако он не сдвинулся с места.

— Ты чего? Идем!

— Нет! — жених разжал кольцо рук, в котором держал меня.

— Но почему? Ярослав никуда не денется, если победит. А проиграет, претензии предъявлять уже будет некому.

— И все же я останусь, — упрямо произнес Артемий.

— Извините, если помешал. — Рядом опять появился граф Корсаков. — Его величество приглашает вас в ложу.

Приглашение или приказ — неважно, но ослушаться его мы не посмели. Приблизившись к императору, я присела в реверансе и замерла. Рядом застыл Тёмка, а Федор Алексеевич не спешил с разрешением подняться.

— Значит, так, Артемий Петрович, — обратился сначала к Стужеву, — негоже единственным наследникам великих родов ссориться и на дуэлях драться. Невеста у тебя завидная и красотой не обделена. Неудивительно, что мужчины восхищаются и завидуют. Дело молодое, кровь горячая — я понимаю. Однако давай не будем омрачать праздник. У Ярослава сегодня великий день, нервы на пределе. Ручаюсь, сразу после церемонии он принесет извинения.

— Как вам будет угодно, Ваше величество, — холодно ответил Артемий.

— Вот и замечательно! Рад, что мы пришли к взаимопониманию. — На этом государь закончил с Тёмкой и переключился на меня. — Поднимитесь, дитя, — смилостивился, наконец, Федор Алексеевич, а то у меня спина уже затекла в полусогнутом состоянии. Я выпрямилась и смело посмотрела на мужчину, не испытывая трепета перед столь важной персоной. — С каждым появлением при дворе вам удается всколыхнуть и шокировать общество. Не видел прежде, чтобы князья Холода выходили из себя.

Ага! Именно я виновата в том, что князь Бельский дурно воспитан.

Вслух ничего говорить не стала, умные сами сделают выводы, а перед остальными распинаться нечего.

— Так вот, о чем я хотел сказать… — императора прервали громкие возгласы.

Я обернулась в тот момент, когда Ярослав прошил соперника мечом. Загасив крик рукой, боялась вздохнуть, глядя, как Бельский норовит столкнуть брата в источник. Иван же балансирует на краю мостика, угрожающе отклонившись назад и удерживаясь за счет клинка, торчащего из груди. Ярослав с победной ухмылкой что-то кричит и тянет меч на себя. Ванька сопротивляется до последнего, и в тот момент, когда сталь выходит из тела, делает последний рывок, хватая амулет с шеи убийцы. Цепь у амулета крепкая, случайно не порвешь и не снимешь без позволения владельца, а князь вряд ли пожелал бы с ним расстаться. Дернув к себе магическую вещь, Иван сорвался, увлекая Ярослава в бездну источника. Через секунду из его недр столбом вырвалось ревущее пламя, заполоняя собой свободное пространство.

— Инициация началась, — с волнением произнес государь. — Нина Константиновна, у нас осталось незавершенное дело. — Не смогла себя пересилить и оторвать взгляд от арены, поэтому на слова Федора Алексеевича просто кивнула. — Я подробно изучил вопрос договора с Забелиными и пришел к выводу, что род на самом деле не прерывался. Это произошло только на бумаге, наследники выжили, а значит, старые клятвы действуют. Поскольку вас уже восстановили в правах и вернули полагающиеся привилегии, остались последние формальности.

— Какие же? — еле слышно выдохнула с остатками воздуха из легких.

— Ярослав — мой крестник, и в качестве подарка лично просил за вас. После того, как наследник рода даст присягу на верность, я объявлю о возрождении былой традиции. Признание прежних договоренностей в присутствии великих князей вернет потерянное прежде доверие к Забелиным. Уместным будет сразу же закрепить клятвы действием. Ваш род предоставит защитника великому князю Владимирскому.

— Благодарю за оказанную честь. — А что еще оставалось ответить?

Хорошо, хоть не заметил сарказма в словах. Но даже если и заметил, меня это волновало меньше всего.

Казалось, что время остановилось в те секунды, когда яростным зверем рвался наружу огонь. Потом он внезапно отступил, и выглядело это так удивительно, будто невидимый монстр втянул пламя в раззявленную пасть. В поле зрения вновь открылся разлом и мост над ним. Посередине на корточках, уткнув голову в колени и закрывшись руками, сидел обнаженный человек.

Кто? — сама не заметила, как оказалась возле купола, пристально всматриваясь в застывшую фигуру. Со спины сложно разобрать, Ярослав это или Ванька. Но вот парень вздрогнул, верхняя часть тела слегка приподнялась и опустилась, как бывает при глубоком вздохе. Еще не поднимая головы, выживший заполошно зашарил вокруг себя руками. Наткнувшись на мечи, лежащие около него, схватил их и снова затих, успокоившись. Затем резко поднял голову и осмотрелся. Показалось, или в волосах промелькнуло золото? Убедившись, что опасности нет, победитель поднялся во весь рост.

— Живой! — облегченно выдохнула и часто заморгала, прогоняя навернувшиеся слезы.

Ничуть не стесняясь наготы, Иван направился к границе первого барьера. Некоторые впечатлительные особы бухнулись в обморок. Другие же, наоборот, жадно пожирали глазами вылепленное из мускулов худощавое тело великого князя. На голове у него блестел золотой княжеский венец, а на правой руке сверкал фамильный перстень. Носить подобные вещи мог только глава рода. Нарочно смущать народ Ванька не собирался и, обнаружив заранее приготовленные Ярославом вещи, спешно облачился. Одежда оказалась маловата, в гробовой тишине я расслышала, как треснул в плечах золоченый камзол. Но это лучше, чем совсем ничего, наряд как раз соответствовал торжественному моменту. Конечно, так тщательно готовился к нему другой наследник, но, судя по всему, инициацию он не прошел и растворился в источнике.

Кажется, горькую правду осознала мать Ярослава. Тишину разрезал отчаянный, пробирающий до мурашек, крик забившейся в истерике Ксении. Женщину охватила слепая ярость, которую она обрушила на первого, кто попался под руку.

— Ты-ы! — прошипела княгиня, как змея, вцепившись в волосы Мессалине. — Это ты привела убийцу в наш дом! Подстилка дешевая! Мерзкая тварь!

На девушку градом обрушились кулаки, один из которых пришелся в висок. Быть может, удары подкреплялись магией, за высоким бортиком ложи я этого не разобрала, но Месс только пискнула и повалилась на пол. Бельскую это ничуть не удовлетворило, потому что она продолжила забивать несчастную ногами. Присутствующие в ложе дворянки шарахнулись в стороны, и только Милославский решился оттащить бешеную фурию от жертвы.

А княгиню ближники побаивались, — отметила невольно. — Никто из приспешников не поспешил на помощь несчастной графине. Жалости к ней я не испытывала. Ничего, магия не даст погибнуть. Может, взбучка послужит Месс наглядным уроком? На тренировках мне похлеще доставалось, и ничего, даже царапинки не осталось. А новых хозяев де Фонтен сама выбирала, еще и нос задирала перед другими, хвастаясь барской милостью. Ну, так вот она, настоящая барская милость, ешь — не хочу.

— Кто вы, молодой человек? Назовите себя! — властно потребовал император. — По какому праву носите знаки отличия золотого дворянского рода?

— По праву рождения! — Иван гордо вскинул голову. — Я — великий князь Владимирский Иван Иванович Бельский, и я взываю к справедливости!

На арене вновь воцарилась гнетущая тишина, все ждали продолжения.

— Наследником вы, может, и являетесь, раз выдержали испытание огнем. Но великий князь? — Федор Алексеевич скептически хмыкнул. — Что-то не припомню, когда Малый совет признавал за вами этот титул.

— Великим меня сделала первородная стихия, и не простым смертным оспаривать ее выбор! — дерзко ответил парень.

— Да, как ты смеешь, щенок? — выкрикнул Юсупов, который только и ждал повода вмешаться. — Оскорбление императора смывается исключительно кровью!

В подтверждение словам, князь ударил по защитному куполу каскадом молний. Били они страшно, одна за одной, и, видимо, в самое слабое место. И полминуты не прошло, как невидимая стена со звоном разрушилась. Показательно, учитывая безуспешную попытку Артемия. В стороны разошлись удушающие волны жара. Я в мгновение ока прыгнула к Ваньке, закрывая того щитом. Встала по левую руку, на полшага сзади, как и положено защитнику. Ванька посмотрел на меня и кивнул, принимая помощь.

— А вы, Виктор Максимович, не считаете себя смертным? — обратился молодой князь к врагу, усмехнувшись. — В моих словах нет ничего оскорбительного, если вспомнить, как прежде становились великими князьями. Никакого совета тогда в помине не существовало: ни Малого, ни Большого. У власти находился сильнейший.

— Что вы хотите этим сказать, молодой человек? Уж не смуту ли задумали? И куда подевался мой крестник? — возмутился Федор Алексеевич.

— Только то, что сказал, — Ванька пожал плечами. — Ваш крестник покусился на наследие, которое ему не принадлежало. Я честно предупредил перед битвой, что не желаю зла младшему брату. Однако Ярослав заявил, что у него нет братьев, и он единственный сын князя Бельского. Стихия не приемлет лжи и не оставляет шансов недостойным. За обман Ярослав поплатился жизнью.

— Нет! Ты врешь! — взвизгнула Ксения, рванулась из рук Дмитрия и выбралась из ложи. — Это ты убил моего мальчика.

Купол уже не закрывал людей от источника, только в ложах и на трибунах зрителей действовала защита. Внутри моего щита огонь не обжигал, хотя… это рядом с Иваном жар будто бы отступал, создавая комфортные условия. Я еще не успела сообразить, отчего так происходит, когда княгиня выскочила на ту часть площадки, где мы спокойно стояли.

Женщину моментально обдало раскаленным воздухом. Платье, обугливаясь по краям, принялось тлеть, драгоценности плавиться, а кожа покрываться красными волдырями. С воем Ксения отшатнулась обратно, замахала руками и закружилась, сражаясь с невидимым огнем. А может, то были духи, разгневанные наглой ложью.

— В отличие от Ярослава, — Иван с презрением посмотрел на женщину, — я сказал правду. И это ты привела убийц в дом. Ваше величество! — обратился к императору. — Я, как и вы, ссылаюсь на законы, по которым живет империя вот уже семь сотен лет. Великие князья до заключения договора и создания советов считали себя вольными и никому не подчинялись. Это были времена магических войн за источники и раздоров между соседями, что ослабляло страну перед внешним врагом. Только объединение и централизованная власть удержали Российское государство от раскола и поражения. Вспомните обещания, произнесенные вами на коронации. «Клянусь радеть за благополучие и процветание подданных. Вершить беспристрастный суд, посильно поддерживать нуждающихся в помощи. Оказывать оную и не допускать бездумного истребления одного рода другим», — без запинки процитировал князь. — Где же ваш справедливый суд? Почему гибель моей семьи осталась неотмщенной?

— Неправда! Виновные найдены и казнены! — возмутился Федор Алексеевич. — Непричастность княгини доказало следствие. Или есть факты, свидетельствующие в пользу обвинения? — кивнул в сторону Бельской, к которой никто не решился приблизиться.

— Виновные ли? — усмехнулся молодой человек. — Кто вел расследование и каким образом доказывал непричастность? Александр Забелин до последней капли крови был верен нашему роду. Это он вытащил меня из смертельной ловушки, пожертвовал собой и собственной семьей, исполняя служебный долг. То, что я выжил — заслуга защитника, которому вместо награды досталось клеймо предателя. В то время, как убийцы праздновали победу и пировали на костях предков.

— Да уж, с защитниками вам повезло! — с долей зависти произнес император. — И вы готовы назвать имена? Обещаю разобраться и наказать преступников, согласно давнему соглашению, но и вы докажите, что уважаете законы предков, — выставил условие, прислушиваясь к подсказкам Богдана Милославского.

— Государь! — возмутился Юсупов. — Зачем вы слушаете неразумного юнца? Какой он наследник, если в нем нет и капли магии? Уверен, артефакты поддельные, а устроенное зрелище — хитроумный трюк!

— Вот как? А это, по-вашему, часть спектакля? — поморщившись, указал на княгиню Бельскую, выглядевшую не лучшим образом.

У каждого аристократа на этом празднике при себе найдется парочка амулетов. В пылу гнева Ксения о них позабыла, за что и поплатилась. Но сейчас ее окружал индивидуальный купол защиты, а волдыри на коже, благодаря целительскому амулету, зажили.

— Это последствия опрометчивого поступка, который совершила мать, только что потерявшая сына. Источник сам по себе опасен, и нет в том заслуги самозванца, — нашелся с ответом повелитель молний. — Пусть другие подтвердят то, что вижу я: мальчишка — неодаренный.

Желающих оказалось много, и все в один голос заверили, что не видят в парне искры. Не обманули ведь, потому что я тоже не видела. Оттого стало вдвойне непонятнее, как же он прошел инициацию? Магией светился только княжеский венец, наподобие того, что носил Алим, и фамильный перстень.

— Вань! — негромко окликнула парня. — Юсупов прав, магии в тебе нет. Но я чувствую древнюю силу в артефактах и не понимаю, как ты выжил в источнике.

— А ее и не должно быть, — не оборачиваясь, ответил Иван. — Или ты думала, зря отдельным пунктом древнего договора прописано, что ваш род обязан предоставлять защитника по требованию императора?

— Кто бы еще дал его прочитать! — пробурчала под нос. — Может, объяснишь в двух словах?

— Кхм, сейчас как бы не подходящий момент. Юсупов только и ждет повода, чтобы напасть. Он сам собирался стать вольным и конкуренты ему не нужны.

— Это не настоящий князь! Самозванец! Подделка! — раздались выкрики с трибун, поднялся ропот протестов.

— Вы рты-то попридержите! — раздался басовитый голос из ложи Голицыных, откуда поднялся великий князь Андрей Иванович. — Я от родной крови не отказывался. Парень на мать покойную похож, дочку мою младшую. Уверен, любой маг крови подтвердит близкое родство. Но я и так вижу — наша порода! А что до магии, вспомните, разве не бывало такого в истории, когда неодаренный достойным главой становился?

— Так, это когда было! — возразил Меньшиков, относительно недавно возглавивший золотой род. — Вы еще первого императора вспомните!

— А чего бы и не вспомнить? Раз уж у нас тут вольный князь объявился! — фыркнул Любомирский, род которого славился сильными магами земли. — Вы к артефактам, что на парне, присмотритесь. Наследник это, и думать нечего. Иль кто из присутствующих отважился бы за ними в огненный источник прыгнуть?

— Ну, раз наследник, пусть клятву императору дает, как и все мы когда-то! Чего ерепенится-то? — огрызнулся Юсупов.

— Так, он и не отказывался! — вступился Голицын за Ваньку. — А только клятвы обоюдные давались. Мальчишка справедливости ищет, и я в этом желании его первый поддержу! Больно уж хочется узнать, кто дочь с мужем и внучку сгубил. Выходит, зря я столько лет Сашку Забелина виновным считал! Должен я теперь его роду, который до последнего оставался верным клятвам. Нина Константиновна, — посмотрел на меня седовласый старик, чьи глаза были похожи на хмурое небо, — при свидетелях приношу извинения роду Забелиных за обидные слова, сказанные сгоряча, и признаю за родом Голицыных долг жизни. Я сам, мои сыновья и дружина придут на помощь по первому зову.

— Благодарю! — Я склонила голову. — Род Забелиных принимает извинения и долг жизни. Если в том возникнет необходимость, мы обратимся за помощью. Также хочу заверить, что и вы можете рассчитывать на поддержку и защиту рода Забелиных, как знак доброй дружбы и сотрудничества.

— Принимается! Тем более, что ты и так уже прикрываешь спину моего внука, — ответил князь, по-доброму усмехнувшись. — Ваше величество! — тут же обратился к императору. — Я присоединяюсь к просьбе Ивана и прошу найти и покарать убийц князя Бельского. И заодно учинить проверку тем, кто вел следствие и приговорил невиновного к смерти.

— Семен Павлович, поиск преступников находится ведь в вашем ведомстве? Немедленно займитесь этим вопросом и разберитесь, кто допустил ошибку! — поспешно распорядился государь.

— Всенепременно! — согласился Стужев. — Вот только Тайная канцелярия не участвовала в расследовании. По вашему приказу следствие проводила особая комиссия, возглавлял которую великий князь Юсупов Виктор Максимович. Это его люди опрашивали свидетелей и собирали улики. Осмелюсь заметить, что Ксения Богдановна приходится внучкой князю Сумарокову, который возглавляет младшую ветвь Юсуповых.

— И что вы хотите этим сказать? — не повел бровью Виктор Михайлович. — Дворянин Забелин подписал признание, что в момент гибели семьи князя он отсутствовал. А в это время убийцы прорвались в дом и всех уничтожили.

— Наглая ложь! — вдруг выкрикнул Игнат. — Враг находился внутри и напал по ее приказу! — ткнул пальцем в Ксению Бельскую.

— Кто он? Назови имя! — потребовал Голицын.

— Это Гратен уничтожил семью великого князя! — вмешался Игнат. — И наняли его на службу по рекомендации князя Юсупова, который и является идейным вдохновителем и заказчиком убийства Бельских.

— Да, как ты смеешь кидаться подобными обвинениями, отщепенец? — прорычал князь.

— Игнат Александрович, — вмешался Стужев, пресекая оскорбления, — у вас есть доказательства, что к убийству причастен маг Гратен?

— Клянусь магией, Гратен сам рассказал об этом перед смертью! Хотел напоследок ударить побольнее, — процедил брат. — А вы спросите у нее, как было на самом деле! — Указал на притихшую княгиню.

Стужеву только того и надо было, он подошел к женщине и подал руку, помогая подняться, придержал за локоток.

— Пожалуйста! — она подняла на мужчину заплаканный взгляд. — Я ни в чем не виновата! Это все ложь и наглая клевета!

— Если так, — вмешался Иван, который со скрипом зубов наблюдал перепалку учителя с князем, — клянись жизнью и магией, что не предавала отца! Что не приказывала Гратену уничтожить беззащитных женщин и детей!

Семен Павлович вопросительно уставился на Ксению в ожидании ответа. Та рывком высвободила руку и отшатнулась от мужчины. Ксения и так растеряла привлекательность, но сейчас ее лицо исказила гримаса гневного возмущения.

— Вы сомневаетесь в моих словах? Я давно все рассказала следствию, столько натерпелась, будучи беременной, и не намерена больше оправдываться.

— То есть, не хотите давать клятву в том, что невиновны? — Стужев удивленно вздернул бровь. — В таком случае, вы задержаны по подозрению в убийстве мужа с семьей до выяснения обстоятельств.

У главы Тайной канцелярии даже наручники при себе нашлись, которые он защелкнул на запястьях обвиняемой. С трибун тут же раздались выкрики, что нельзя так поступать с человеком, которого постигло горе. Что князь — ледяной истукан, у которого нет сострадания к ближнему. Очевидно, и среди приближенных императора нашлись подпевалы, которые нарочно подзуживали, накаляя конфликт.

— Семен Павлович, действительно, Ксения Богдановна только что потеряла сына. Быть может, дадите ей время оплакать потерю, и вызовите для беседы позже?

— Ваше величество, я готов отпустить княгиню немедленно, если она подтвердит, что обвинения ошибочны. И даже принесу публичные извинения! Пока что у меня есть показания свидетелей, подкрепленные клятвами, в действенности которых нет сомнений, и они доказывают причастность Ксении Богдановны к преступлению. Поскольку расследование поручили мне, то я непременно докопаюсь до правды. Методы следствия бывают суровы, согласен, но они оправданны по отношению к преступникам. Или погибшие жены князя Бельского и малолетние дети не заслуживают сострадания?

Получив отповедь, государь недовольно поджал губы. Милославский вновь зашептал ему что-то на ухо, но император отмахнулся.

— В самом деле, Ксения Богдановна, скажите уже, что не призывали мага Гратена к убийству супруга!

— Я не… — княгиня попятилась, подальше от Стужева и озираясь по сторонам в поисках поддержки. — Я… В-виктор Максимович, сделайте что-нибудь!

— Дура! — разъярился Юсупов и ударил по Бельской разрядом молнии, превратив в головешку.

— Князь Юсупов Виктор Максимович, вы арестованы! Взять! — скомандовал Стужев магам, находящимся на службе Тайной канцелярии.

— К бою! — выкрикнул в ответ преступник, ощетинившись смертельными заклинаниями.

В ту же секунду арену заволокло дымом. Меня оглушило треском разрывающихся пульсаров. Защита прогнулась, принимая на себя часть из них. Зная, с кем имею дело, я усилила плотность щита за счет магии земли.

— Защищайте императора! — расслышала призыв Стужева, который при первом же залпе устремился к его ложе.

— Надо вывести людей! — Ванька ринулся к трибунам, и я побежала за ним.

Однако за границей рухнувшего купола я ощутила резкий отток сил. А еще привкус гнили на губах и знакомое ощущение грязной мерзости, разлитой вокруг.

— Там темники, стой! — вцепилась Ивану в предплечье и тут же отпрянула, как ужаленная. Одно прикосновение к парню вытянуло четверть немаленького резерва. — Что происходит? — опустила непроницаемый щит, о который он расшиб лоб с разбегу, и осторожно обошла Бельского по кругу, чтобы заглянуть ему в глаза.

А в них творилось странное: радужка потемнела до черноты, затем покраснела и под конец вспыхнула фиолетовым цветом. Вены под кожей противно вздулись, выпирая и бугрясь, будто черви. В магическом зрении ситуация выглядела еще необычнее. В районе солнечного сплетения у Ваньки бурлила воронка, в которую, как при урагане, затягивало все, что находилось поблизости. Воронка вбирала в себя темную, стихийную, защитную магию. Без разбора. Мой щит тоже затягивало, но я поддерживала его и не давала схлопнуться ценой жуткого перерасхода сил.

— Остановись! Ты что творишь? — попыталась докричаться до парня. — Если останемся без защиты — погибнем оба!

В какой-то момент щит все же лопнул, и нас тут же сшибло с ног разрядом молнии. Голову снова сдавило чужой волей, будто кто-то целенаправленно пытался до меня добраться. Однако и десяти ударов сердца не прошло, как атака захлебнулась, а меня подхватили на руки.

— Цела? — Алим прижал к себе крепко и потащил к ложе. — Этот урод тебя задел?

— Какой именно? — поморщилась, ощущая тяжесть в плече.

Из-за ментальной атаки сразу не поняла, что ранена. В ход пошел целительский амулет, принесший значительное облегчение. Ашкеназец усадил меня в кресло и принялся хлопотать над раной. В это время Игнат с Артемием затащили Ваньку, которому тоже досталось.

— Да что с ним такое? Еле донес, — брат устало отдышался и потянулся за накопителем.

— Погоди! — остановила Игната. — Отойди от него подальше. Все отойдите! Он втягивает в себя магию, как… как пылесос! Тьфу! Бездонная воронка. Щит потому и разрушился, что не выдержал двойного напора.