Глава 11

Подземный ход встретил стылым холодом и непроглядной чернотой, которую не разогнали чадящие факелы. Дверь с лязгом захлопнулась. Подручный Марийки, неизменно сопровождающий госпожу в этих вылазках, повернул запирающий рычаг и обломил, заклинивая механизм. Снаружи доносились звуки передвигаемой мебели. Это разбойники, подчиняясь приказу, спешили забаррикадировать подземный ход с той стороны. Они спешили, ведь им предстояло облить стены вином и поджечь таверну. Работничков подгоняли застольные крики гуляющих в зале товарищей. Когда еще доведется попробовать элитного вина, которое только благородным постояльцам подают? А тут еще бывшая хозяйка со служанкой скрашивают мужскую компанию. Как не торопиться? Но сначала выполнить поручение, за которое новая хозяйка обещала наградить!

Каждый шаг, отдаляющий от «Гнутой подковы», давался с трудом. За плечами висел походный мешок, с которым я покинула источник, но груз, пригибающий к земле, не измерить привычными мерами. Груз вины и ответственности за то, что происходит наверху. В пойло, которым накачивались разбойники, я добавила бругмансию, вызывающую галлюцинации. Чем больше доза, тем страшнее видения, что выдает подсознание. Марийку по моему приказу усадили во главе стола, и теперь она с безмятежной улыбкой взирала на постепенно сходящих с ума людей. Это действие водяного омежника, расслабляющего мышцы губ и вынуждающего улыбаться, испытывая муки смертельных конвульсий. Место по правую руку от паучихи заняла отравительница. Пусть на собственной шкуре прочувствует «безобидность» черного ремесла. Пара капель верцелы, чтобы ничего не отвлекало, и горошину лапчатки под язык. Надеюсь, тварь сгниет быстрее, чем до нее доберется огонь.

Яды я использовала, чтобы скрыть собственное участие. Преступление будут расследовать с привлечением особого отдела, а это маги со способностями «видеть» события, предшествующие убийству. За глаза этот отдел называли «всевидящим оком» Тайной канцелярии, а магов – видоками. Не знаю, способны ли они проникнуть в подсознание жертвы или же видят недавние события целиком, но докопаться до истины будет сложно. Да простят меня бедные маги, которым предстоит столкнуться с массовым помешательством.

Серьезную работу проделали разбойнички, прокопав подземный ход длиной в пару километров. Без магов земли не обошлось, это заметно по спрессованным до состояния камня стенам и отсутствию подпорок, препятствующих обрушению свода.

Ближе к выходу похолодало и потянуло морозным воздухом. Вперед я выпустила Еремея, помощника Марийки, и остальных мужчин. Женщину и детей поместила в центре, а Михея поставила замыкающим. Не зря осторожничала! Как и предполагал Еремей, снаружи встречали.

– Стой! Кто идет? – раздалось за тяжелой дверью, отворить которую по силам только двум крепким мужчинам.

– Свои! – отозвался помощник паучихи. – Серый, не узнал, что ли?

– Я для порядка спрашиваю, – пробурчал в ответ, – что так долго? Околели тут вас ожидаючи. Хозяйка два часа назад вызвала и клетку взять приказала, для магов которая. Поймали стервеца? Или зря тут мерзли?

– Поймали! – подыграл Еремей. –  Но уж больно шустрый гость оказался. Подгоняй телегу, сразу и загрузим, а то неровен час очнется, сами будете ловить.

Пока разбойники переговаривались, я, прячась за спинами, изучала аурные сетки пришлых. Плохо дело! С этими людьми поработал профессионал уровня Далиани. Попробуй я перехватить контроль или навредить марионеткам, кукловод сразу об этом узнает.

Надо принимать решение и быстро! Алиму еще в таверне я отправила сообщение, что нахожусь в Кречетове. Коротенькими записочками пояснила, как тут очутилась и в чем причина задержки. Спрашивала совета, как поступить с людьми. Эх, баронет пообещал выпороть по возвращении. А людей взялся переправить в Алапаевск, зафрахтовав корабль через контору Кальмана. Через четыре часа надлежало добраться до условленного места, где нас встретят и довезут до ближайшего поселка с причальной станцией. Возвращаться в город опасно. После устроенного представления в «Гнутой подкове», жандармы будут землю носом рыть и проверять чужаков.

– Пссть, – подозвала Еремея и спросила шепотом, – а куда магов отвозят и как часто?

– Деревенька верстах в тридцати отсюда, там барская усадьба. Сам не бывал, но Серый жаловался, что последнее время не хватает женского внимания. За ворота не выпускают, а магичек не велено трогать.

– Вот, что сделаем: скажешь, важная птичка в сети угодила, хозяйка велела лично сопроводить и передать груз с рук на руки. Держи, – отвернувшись, украдкой выудила из пространственного кошеля флакон с верцелой, – проберешься в усадьбу и добавишь в питье. Две капли на литр жидкости. Твоя задача напоить всех в усадьбе, кроме пленников. Умри, но приказ выполни, понял? Силой и нахрапом не лезь, вмиг разоблачат. Можешь со старого знакомого начать.

Михею с семьей приказала отправляться на место встречи и ожидать нашего возвращения. Сама решила рискнуть и наведаться в усадьбу. Если что-то пойдет не так, открою тропу и сбегу. Ориентиром станет хозяин таверны, связь с которым окрепла за последние пару часов. Полагаю, из-за искреннего желания самого Михея искупить вину за невольные злодеяния.

Хм, а это идея! Почему бы не использовать бывших разбойников как живые ориентиры при открытии троп? А попутно сделать из них спящих агентов? Отправить по городам, пусть обустроятся, осядут на местах и собирают информацию обо всем, что услышат. Ух, насмотрелась в прежней жизни шпионских сериалов! Лучше бы с таким усердием в школе училась. Но ведь мысль стоящая!

Еремей оказался тем еще прохвостом. Умудрился раздобыть флягу с пойлом, накапал туда верцелы и напоил пришлых так, что они тут же попадали штабелями. Нашим только и осталось, что уложить бесчувственные тела на телегу, а самим занять их места.

– Спасибо вам, госпожа! – вместо прощания жена Михея бухнулась в ноги. Вместе с мальчишкой, которого держала на руках. – Я ж до последнего не верила, что живыми выберемся. Вот, возьмите! Каюсь, украла, – сунула в ладонь скомканный платок, – как реликвию хранила, оберег для малыша. Никому, даже мужу не говорила. Михей сказывал, вы девушку разыскиваете, что на сносях была? Это ей принадлежало! Там вензель, он ведь поможет разыскать родных?

С волнением расправила клочок шелковой ткани, в уголке которого выцветшими нитками был вышит родовой герб. Я сразу узнала, чьей семье он принадлежит. Господи, как же раньше не додумалась!

– Благодарю, – бережно сложила платок и убрала за пазуху, незаметно опустив в пространственный кошель к остальным сокровищам, – ты даже не представляешь, как сильно помогла. Михей, – посмотрела на мужика, – запомнил герб? Опишешь Алиму Зельману или Игнату Гладьеву, если вдруг не вернусь в срок. Письменный доклад тоже им передашь и служить будешь, как мне, верой и правдой. Береги себя и детей, – погладила Матвейку, сидящего на руках у матери с серьезным видом, улыбнулась девчушке, крепко обнимающей отца за шею, – ступайте!

Клетка для магов и впрямь блокировала силы. Сунувшись внутрь, я пулей выскочила обратно. Неприятное ощущение, будто вдруг отрезали часть тебя. Очевидно, дело в материале, из которого изготовлены прутья, и рунических знаках, спрятанных под слоем краски и грязи. Жаль, не у кого спросить, что это за металл и к какой школе относятся руны. Такую вещицу надо бы забрать с собой для изучения. Вопрос в том, как протащить на корабль, не вызывая подозрений. Вдобавок, одолели сомнения, а нужно ли соваться в логово темников? Слишком редкие артефакты использовали разбойники, не у каждого князя в сокровищнице найдутся подобные.

 Помимо клетки пленного мага заковывали в кандалы, состоящие из ошейника и наручников. Видно случались прецеденты, раз соблюдались повышенные меры безопасности. Даже ослабленный маг становился серьезным противником, когда речь заходила о личной свободе или жизни.

Конный отряд встречающих и Гектора увидела одновременно. Ворон как раз опустился на ветку дерева, мимо которого проезжала телега. Мы обменялись взглядами, и я вздрогнула от замелькавших в голове картинок. Если открою тропу и сбегу, кукловод найдет так же, как я недавно вышла на Милославского. Этого можно избежать, если разом оборвать связи с марионетками. Они умрут, а я выживу и вернусь домой. Или же последую собственному плану, встречусь с могущественным врагом и…

Итог нашей схватки Гектору неизвестен. Совпали два фактора, когда дар предвидения бессилен: высокая концентрация тьмы и судьбоносный момент, способный изменить будущее.

– Госпожа, какие будут распоряжения? – заволновался Еремей, углядев отряд.

– Говорить правду, что госпожа приказала сопровождать пленника лично. Не сопротивляться, сдать оружие, если потребуют. В остальном задание прежнее: попасть на территорию усадьбы и подлить верцелы в еду и питье. Всех касается! – повысила голос. – Не показывать вида, что подчиняетесь мне, пока не прикажу обратное. Ни звука о событиях в таверне. На расспросы отвечайте, что госпоже улыбнулась удача и она закатила пир. А вам не повезло повеселиться, вынуждены сопровождать магичку. Вмешиваться только в случае смертельной опасности.

Из мешка с зельями достала флакон из толстого стекла. Отвинтила колпачок с дозатором и капнула на кандалы. В нос шибануло едким запахом кислоты. Легкое шипение и пузырящийся металл вызвали на лице злую улыбку. Щедро плеснула содержимое на прутья клетки. Мы еще посмотрим, кто кого!

– Держи, – поделилась с Еремеем запасом кислот, – пригодится. А теперь ударь меня и не сдерживайся. Никто не поверит, что я опасная, если не останется следов.

Приложился мужик от души – в глазах звездочки засверкали, губы залило хлынувшей из носа кровью. Больно! Дальше – хуже: нацепила на шею противомагический ошейник, руки за спиной Еремей стянул кандалами, а ноги связал веревкой, после чего запихнул в клетку.

Без магии я обычный человек. С кислотой умно придумала, она постепенно разъедала металл и разрушала цепочку рун. Но не учла, что в реакции окисления выделяется тепло. Я чувствовала, как горит и жжется кожа, и это ощущение усиливалось с каждой секундой.

– Кто такие? – телегу окружили всадники. – Почему так долго?

Еремей завел прежнюю песню, что госпожа приказала груз сопроводить и все в таком духе. Однако второй раз прием не сработал. Неизвестный голос скомандовал схватить людей и доставить на место, дескать, господин сам разберется. Парни повозмущались, но сопротивляться не стали, как я и приказывала.

– Ну-ка! – чья-то лапа просунулась между прутьев, схватила за подбородок и развернула к себе. – Кто у нас тут? Магичка? Господин будет доволен, – с силой оттолкнул, отчего я охнула, а на глазах проступили слезы.

Острая кромка ошейника впилась в рану, причиняя нестерпимую боль. Глухо застонав, прикусила губу до крови и опалила обидчика ненавидящим взглядом.

– Строптивая зверюшка! – ухмыльнулась бандитская рожа. – Господин обожает таких ломать.

Остаток дороги превратился в пытку. Телегу трясло на ухабах, а проклятые кандалы рвали нежную кожу. Магия и целительские амулеты быстро подлечили бы, но применять их нельзя. Деревенька промелькнула перед глазами заснеженными крышами домишек и чернеющими на белом фоне печными трубами. Перед усадьбой конвой остановился. Взгляд выхватил дубовые ворота и подъемную решетку, затем узкий бревенчатый коридор и вторые ворота, за которыми встречали вооруженные люди. Клетка и борт телеги ограничивали обзор. Я видела лишь кусочек неба и угол добротного каменного дома.

Старший отряда сухо доложился хозяину, кого встретил и почему приказал связать прежнее сопровождение.

– В камеру, позже разберемся! – распорядился обладатель хриплого баритона, от которого мурашки поползли по телу. – Сначала посмотрим, что за птичка угодила в силки. Открывай!

По топоту и бряцанью оружия сообразила, что телегу окружили. Боятся, сволочи! Затем скрежетнул замок и скрипнула дверца. В безмагическое пространство клетки ворвались потоки магии.

Ох, не зря у Гектора сбоили способности! – к горлу подступила тошнота.

Помнится, я испытывала брезгливость, используя магию крови? Здесь это чувство усиливалось стократно. Поганая энергия не имела ничего общего с чистой силой тьмы. Гиблое место! Представить сложно, сколько мерзости здесь творилось, чтобы получился подобный эффект.

Меня схватили за ноги и вытянули наружу. Усадили на край телеги, причем два крепких мужика держали за руки с обеих сторон. Смешно, учитывая кандалы и весовую категорию, но предусмотрительно, ведь я бы расправилась с ними играючи.

Главный злодей не походил на монстра. Типичный дворянин, какого встретишь на улице и пройдешь мимо. Бледная кожа и аристократичные черты. Темные волосы, побитые первой сединой. Бакенбарды до подбородка, маскирующие бульдожьи щеки. Кремовый шейный платок под горло, брошь с рубином. Черный добротный костюм, скрадывающий полноту. На мощные покатые плечи небрежно наброшена соболья шуба. Видно торопился.

– Фи, как невежливо бить барышень по лицу, – мужчина коснулся подбородка двумя пальцами, затянутыми в белые лайковые перчатки.

Я отшатнулась и сдавленно зашипела, в лапах охранников не пошевелиться. Только себе хуже сделала, разбередив рану под ошейником. Мужчина, казалось, не заметил выпада. Стянул перчатку и дотронулся до расквашенного носа, провел по набухшей гематоме под глазом. Эти действия принесли облегчение, но я не обольщалась. Скорее всего, синяки мешали рассмотреть новое приобретение.

– Высокого полета птичка попалась, – мужчина с довольным видом цокнул языком, – как зовут прелестное создание? Может, родовую метку покажешь? – спросил с обманчивой любезностью. – Будешь послушной девочкой, и ничего плохого не случится.

– Зачем меня похитили? Отпустите немедленно! Иначе всем не поздоровится! Родичи знают, что я здесь, и будут искать! – выпалила то, что ожидали услышать.

– Ну, – нахмурился, – нехорошо обманывать старших. Разве родители не учили? Ты ведь сбежала из дома, и никто не знает, куда отправилась. Приключений захотелось? Поздравляю, ты их нашла!

– Откуда вы… – осеклась, мысленно надеясь, что неумелая актерская игра не вызовет подозрений.

– Я все знаю, – ухмыльнулся и погладил по голове, – почти все. Остальное сама расскажешь, даже не сомневайся.

– Господин! – из дома выбежал паренек, кубарем скатился по лестнице и подбежал к нам. – Господин, простите, что отрываю от важного дела, – сложился в глубоком поклоне.

– Ну? – маг из добродушного дядюшки вмиг преобразился в злобного тирана. – Что еще?

– Вестник маг-гический п-прислали, – паренек хоть и не разгибал спины, а по тону хозяина чуял недовольство, – «Подкову» кто-то поджег. Госпожи Марийки нигде нет, а одна известная вам персона исчезла, воспользовавшись порталом.

Господин скрипнул зубами и полыхнул убийственным взглядом. Я опустила голову, чтобы скрыть наползающую ухмылку. К счастью, новости настолько взбудоражили мага, что стало резко не до меня.

– Девку в темницу на цепь посадить. Не кормить, воды не давать, – махнул рукой, чтобы убрали с глаз долой, и гаркнул подручным. – Срочно доставить в портальную бездаря, а палача предупредите, чтобы не напортачил, как в прошлый раз.

Два амбала вздернули меня в воздух и потащили к дому. За спиной слышались приказы и суета подчиненных, спешащих на выезд. Радовало, что часть сторожевых шавок хозяин забирал с собой. Пока разберется с проблемами в городе, я успею освободиться и сбежать. Беспокоило другое: маг перемещался порталом и мог вернуться в любой момент, если правильно расшифровала последний приказ.

Подвалы, куда уверенно тащили мордовороты, уходили глубоко под землю. Настоящий лабиринт из коридоров и тюремных камер, который начинался за потайной дверью в полупустом погребе. Минус первый этаж состоял из загонов для людей: толстые решетки вместо перегородок, топчаны, гнилая солома, кучи тряпья. Часть камер пустовала, другая заполнена людьми. Несчастные сбились в группы и тесно жались друг к другу, бросая затравленные взгляды. От едкого запаха немытых тел и отхожих мест заслезились глаза. Кажется, среди пленников мелькнуло лицо Еремея.

Минус второй этаж предназначался для одаренных. Условия содержания не в пример лучше: кровати с бельем, сундуки, столы для принятия пищи, магические светильники. Постояльцев не видно, но у камер слишком обжитой вид. Для чего господину столько невольников? К чему эта демонстрация?

Ответы я получила, когда попала на минус третий уровень. Это даже не этаж – пещера, где темники оборудовали алтарь для жертвоприношений. Концентрация боли и человеческих страданий здесь зашкаливала, хотелось завыть от накатившей тоски.

Когда-то в этом месте выходил на поверхность источник. Потоки магической энергии пробивали путь сквозь толщу породы, а в подземелье расширялись и со временем преобразовывали камень вокруг в подобие чаши. А уже люди, наткнувшись на подобное чудо, придали чаше окончательную форму и приспособили магическую силу под собственные нужды.

Но во что священное место превратили темники? Иначе, как кощунством, не назовешь! Одна только статуя уродливого монстра, разинувшего клыкастую пасть, вызывала омерзение. Длинный язык твари опускался в черную жижу, заполняющую чашу. На менгирах висели изможденные еще живые маги. Источник тянул из жертв энергию и поддерживал подобие жизни. Перед чашей установили прямоугольный камень, испещренный рунописью. Алая кровь на нем еще не свернулась, стекая по специальным желобкам в чашу.

По левой стороне пещеры я рассмотрела пыточные приспособления, от одного вида которых внутренности скрутило в тугой узел. Жилистый мужик в кожаном фартуке как раз протирал тряпочкой острые железки и любовно раскладывал их на специальном столике.

Будущие жертвы ожидали горькой участи по правую сторону от алтаря. В ужасе уставилась на женщину, распятую на стене. Голову несчастной плотно фиксировал металлический обод, вынуждая смотреть в центр пещеры, руки-ноги были разведены в стороны и закованы в кандалы. Чтобы бедняжка не магичила, в ладони вбили металлические штыри.

Это зрелище стало последней каплей. Магический ошейник давно уже не запирал силу, я выжидала подходящего момента для нападения. Как только конвоир наклонился, чтобы снять путы с ног, я рывком высвободила руки и выпустила воздушные щупы. Прежде не получалось комбинировать разные по сложности действия, но сейчас оба урода синхронно взмыли в воздух и распластались на месте жертв под звуки защелкивающихся кандалов. Следующим выпадом я спеленала палача и волоком протащила по полу, бросив неподалеку. С удавкой на шее убийца мог только бешено вращать глазами, хрипеть и стонать.

– Я помогу, потерпи, пожалуйста, – убедившись, что из подручных мага никого не осталось, поспешила к магичке.

Первым делом высвободила голову из захвата, затем сняла кандалы с ног. Бедняжка обессилела и повисла на руках, застонав от боли, которую причиняли штыри в ранах. Я облегчила вес тела заклинанием и окутала воздушным барьером.

– Будет больно, но иначе не выйдет, – предупредила женщину, которая кивнула и крепко стиснула зубы.

Целительница, если я правильно распознала забитые гадкой энергией магические каналы. На ауре еще нет багровой сетки от привязки магией крови. Скорее всего, и клятву пленница не принесла, предпочитая смерть рабскому служению.

Я приготовила целительский амулет, чтобы сразу залечить раны, и рванула оба штыря одновременно, пользуясь воздушными щупами как второй парой рук. Бедняжка вскрикнула и потеряла сознание от болевого шока. Из ладоней хлынула кровь, но я уже активировала амулет, а сама метнулась к столу палача в надежде разжиться перевязочным материалом. Нашла полотенца, которые порвала на полоски и наложила повязки на пострадавшие ладони. Пока женщина приходила в себя, осмотрела жертв на столбах. К сожалению, этим пленникам уже ничем не поможешь. Грязная энергия настолько пропитала тела, что не берусь даже предположить, в кого они превратились.

Эх, сюда бы магический взрыватель, чтобы разнести алтарь и испоганенный источник в клочья, предать это место очищающему огню! Другого такого шанса, может, не представится. Но что я могла сделать?

Парочка флаконов с кислотой осталась. Железо она разъела, но справится ли с камнем? На всякий случай окуталась щитом и поставила воздушный фильтр, женщину перенесла поближе к выходу.

Алтарный камень пропитался эманациями смерти и ощущался как концентрированный источник зла. Плеснула токсичной жидкости на край, и та с шипением принялась за органику, не причиняя самому камню никакого вреда. Второй пузырек даже тратить не стала – бесполезно. Со злости ударила воздушным кулаком, и тоже никакого эффекта. Что-то ведь должно на него подействовать? Глупо тратить резерв впустую и задерживаться опасно, маг того и гляди вернется. А что, если…

У меня хранилась вещь, сущности которой я не понимала. Но она точно имела отношение к темникам и их магии разрушения. Чуть поколебавшись, правильно ли поступаю, вытащила древний жертвенный кинжал и ударила по камню. Лезвие погрузилось по рукоять, и я почувствовала, как в него хлынула сила. Прежде я думала, оружие – это проводник для императорского артефакта, но сейчас убедилась, что оно способно действовать самостоятельно. Вот только энергии алтарь впитал так много, что она заполнила кинжал и хлынула ко мне. Древний мастер, создавший костяной клинок, сотворил чудо. Нож поглощал энергию, даже такую грязную, как у жертвенного алтаря, преобразовывал ее и отдавал уже нейтральную, которая подходила магу любой стихии.

Растраченный мной резерв восполнился быстро, и тогда я задействовала пустые накопители. Когда камни зарядились, пришлось спешно кастовать энергоемкие плетения, чтобы не лопнуть от переизбытка магии. Тонкие пластины щитов срывались с левой руки как разряды молний и били по черной статуе, высекая искры и разрушая до основания. Затем я создала вихрь. Закрутила в центре чаши смертоносную воронку, расщепляя обломки статуи и черную жижу на мельчайшие частицы. Слишком поздно спохватилась о магах, их тела затянуло смерчем за считанные секунды. А потом вдруг раздался оглушительный треск и меня отбросило на десяток метров. Щит сгладил жесткое приземление, а боли от ушибов я даже не почувствовала.

Подскочила на ноги, пребывая в полном ошеломлении от того, что сотворила. Посмотрела на нож, что сжимала в руке, – светился от избытка силы. Припрятала его в пространственный кошелечек, еще не хватало потерять такую ценную вещь. Алтарный камень раскололся на части – это радовало. Однако вихрь, подпитку которого прервала с падением, продолжал жить собственной жизнью.

– Бежим! –  подскочила к очнувшейся магичке, растерянно озирающейся по сторонам.

– Ты? Это ты освободила меня? – вцепилась в руку мертвой хваткой, – я должна…

– Потом поблагодаришь, – схватила женщину в ответ и вздернула на ноги, помогая воздушным щупом. – Скоро тут камня на камне не останется. Уходим!

Взлетев по лестнице на второй этаж, я столкнулась с Еремеем и двумя парнями из банды Марийки.

– Госпожа! – мужик припал на колено, прижимая ладонь к животу. – Приказ выполнен.

Я замешкалась, припоминая, о чем идет речь. Внизу пробыла полчаса, но они растянулись в вечность. Точно! Я приказала подмешать в питье верцелу и напоить прихвостней мага. Ишь, какой шустрый! А ведь еще из камеры выбрался без моей помощи.

– Ты молодец! Ранен? – заметила проступившую через пальцы кровь.

– Пустяки, – отмахнулся Еремей, – заживет, как на собаке.

– Так, ты с ними заодно? – процедила притихшая магичка, явно узнав разбойника.

– Нет! – развернулась к женщине. – Я сама по себе. Такая же жертва, как и остальные. С той лишь разницей, что вовремя распознала обман и первая нанесла удар. Если новость порадует, Марийка мертва и ее банда тоже. Эти люди теперь служат мне. Имеешь что-то против?

– Кто ты?

 Я чувствовала смятение магички и понимала разумные опасения, но раскрывать себя ради удовлетворения чужого любопытства не собиралась.

– Это не важно. Меньше знаешь, дольше живешь, – усмехнулась. – Ты свободна! И ничего не должна за спасение. Беги отсюда, пока хозяин не вернулся.

 С освобожденной пленницей я нянчиться не собиралась, а вот за людей, с кем невольно связала магия крови, отвечала.

– Еремей, остальные где? Впрочем, не говори, знаю, – в подземелье я не заметила, когда связь оборвалась, – идемте! Здесь опасно оставаться.