XI

Хватаю Тенебрис за волосы и выкидываю ее с постамента, тут же забираясь в него. – Помоги мне! – хватаю Дена за плечи. – Она во мне! Тенебрис. Она… Меня выбрасывает на каменный пол. Богиня уже снова управляет телом, не давая ему даже потерять сознание. – Кто? Что с тобой? – Ден пытается трясти меня, но Тенебрис его останавливает. – Ничего, – говорит она испуганно. – Что-то случилось? – Ты только что просила помочь… – парень сбит с толку. Мне нужно что-то, что задержит ее на более долгий срок, чем пара секунд. Это же моя голова! Тут должно быть все, что сможет мне помочь. Поток ледяной воды выбивает Тенебрис их круга в люк, только что выдуманный мной. Этот люк ведет прямиком в ту комнату без дверей, но с одним-единственным окном. Там ей и место. Тело еще не успевает обмякнуть на руках у Дена, когда я запрыгиваю на постамент. – У меня есть минуты две, пока она не выберется, – сообщаю я ему. Тенебрис внутри меня, и ты должен ее остановить. Придумай что-нибудь, пока она снова не взяла верх над моим сознанием. Ветер с моря начинает дуть сильнее. Разгневанным мифическим существам надоедает ждать новых приказов, и они все как один устремляются в сторону леса к выходу в наш мир. Над головой пролетают огромные драконы, хлопая кожистыми крыльями. Рядом проносятся кентавры, на спинах у которых, весело болтая рыбьими хвостами, сидят русалочки. Две сирены устремляются за остальными. Но я не вижу среди них Аглаопы. Большие черные птицы с искрящимися молниями крыльями летят вслед за другими животными. Волосы на голове встают дыбом от созерцанияа жуткой картины. Я уверена, большинство этих прекрасных созданий погибнет в первые несколько дней. Поздно соображаю, что надо что-то сделать! – Остановитесь! – кричу я, забыв про Дена. – Немедленно остановитесь! Вам не выжить там! Вас убьют или заберут на опыты! Пожалуйста, стойте! Бегу, пытаясь ухватить хоть кого-то, но маленький дракончик, тот самый, которого Тенебрис отбросила в сторону, путается у меня под ногами. Я спотыкаюсь об него и падаю на асфальт, раздирая руки и колени в кровь. Дракончик победоносно фыркает и пытается улететь, но я хватаю его за хвост. – Ты останешься здесь, – сообщаю я, прижимая змея к земле. Но тот кусает меня и стрелой устремляется за своей стаей. – Ну, пожалуйста! Люди убьют вас! На глаза наворачиваются слезы. Я так и остаюсь лежать на асфальте с кровоточащими руками. Они ведь и правда погибнут… Когда я понимаю, что что-то не так, уже поздно. Тенебрис минут пять назад должна была уже атаковать мое сознание, но она этого не сделала. Подскакиваю на ноги, наблюдая, как лицо Дена искажает кривая ухмылка, а глаза на мгновение становятся полностью черными. Черт, черт, черт! – Не ожидала такого поворота? – смеется Тенебрис. – Ден, ты слышишь меня? Борись! Все, что ты видишь, создает твое воображение! – я пытаюсь докричаться, но ничего не выходит. Надо что-то делать, но я не знаю что. Тенебрис головного мозга очень плохо сказывается на других. – Я вижу панику в твоих глазах, – усмехается Ден. Конечно, это не он, а богиня, но сути это не меняет. – Не знаешь, что я буду делать дальше. Не знаешь, зачем мне твой парень. Не знаешь, оставлю ли я его в живых. И тут Тенебрис хватается за голову. – Тело слишком слабое, – бормочет она, проводя рукой под носом. На ладони остается кровь. – Боюсь, что скоро оно не выдержит. Она заливается каркающим смехом и бросает меня в панике и одиночестве. Наверняка есть какие-нибудь заклинания, чтобы удержать Тенебрис. Не может не быть. *** Тетка оказывается дома. Чувствуется запах жареной курицы и картошки с луком. От голода начинает урчать живот, но сейчас не время. – Мы должны спасти Дена! – с порога бросаю я. – Он помогает Виталине, не надо никого спасать, – Пелагея, протягивает чашку. Но мне не нравится запах, и я отставляю ее в сторону. – Давайте, мальчики, заприте ее, – требует тетка, и меня хватают Руслан и Виктор, стоящие за дверью. Мужчины заламывают мне руки за спину и отводят в ванную комнату. Это единственное место в доме, где нет окна. Они швыряют меня на кафельный пол и закрывают дверь на щеколду. Теперь я одна в ванной, а Ден с Тенебрис в голове расхаживает по поселку. Здесь жарко и душно от горячих труб. А еще жутко хочется пить. Я открываю холодный кран и смываю кровь с рук и коленей, ополаскиваю лицо и делаю несколько жадных глотков. – Откройте, пожалуйста, я должна помочь Дену, – стучу в дверь, но никто не реагирует. Надо быть максимально убедительной, чтобы тетка выпустила меня на свободу. Через некоторое время появляется Пелагея. Она заходит в ванную и просит Виктора, чтобы тот нас закрыл. Снова щелкает шпингалет. – Ты не Морена, – начинает Пелагея. Я вижу, как она вся напряжена, готова в любой момент отразить удар. – Морена. А Тенебрис сейчас в Дене. И мы должны что-то сделать. Теть, ну это, правда, я. Хочешь, отвечу на какой-нибудь вопрос? – я не приближаюсь к Пелагее, знаю, что любое движение может вызвать у нее негативную реакцию. – А где Аглаопа? В последний раз я ее видела, когда она упала, затронутая Тьмой. – В твоей комнате. Повредила ногу. – Так сирены же быстро восстанавливаются, – бормочу я. – Мы надели на нее кольцо. И теперь она просто человек. – Но его ведь легко снять… – И привязали к кровати, – добавляет Пелагея. – Хорошо. Один вопрос и ты можешь выйти. Я вся напрягаюсь. Вдруг она спросит что-то такое, чего я не помню. – Как ты называла меня в детстве? – да, Тенебрис было бы не нужно забираться так далеко в мой разум. Она этого знать не должна. – Гея. Мне было сложно выговорить все имя, – я улыбаюсь. Тетка стучит несколько раз по двери и нас выпускают. – Идем в библиотеку. *** Здесь темно и пыльно. Столько старых фолиантов я не видела никогда. Электричества нет. Весь поселок остался без света – каменные глыбы повредили линии электропередач. С фонариками мы пытаемся найти нужную книгу. – Здесь есть про перемещения душ, – бормочу я, указывая на обряд. – Но есть ли душа у Тенебрис? Что она вообще такое? Пелагея только пожимает плечами. Мы отправили Виктора и Руслана выследить Дена и обездвижить его. Но Тенебрис может переселиться в любого, и как мы тогда узнаем, в ком она? – Тенебрис же чувствует то же, что и тело, в котором она находится, – говорю я. – Что если перетащить ее сознание в человека, а тот сбросится со скалы, к примеру, и умрет. Умрет ли Тенебрис? – Ты что задумала? Мало нам смертей? Не смей. Мы найдем другой способ. – У нас нет времени, – я вырываю листок с заклинанием и выбегаю прочь из библиотеки. Для начала перетащу Тенебрис обратно в себя, а там уже решу, что делать. Они заперли его в ванной комнате, как и меня, будто нет более надежной тюрьмы. Я захожу так же, как и Пелагея, с опаской, готовая ко всему. Но Ден не набрасывается. Он сидит на полу, изредка вытирая кровь выступающую из носа. – Тенебрис? – несмело произношу я. – Она самая, – выдыхает богиня. – Его слабость обессиливает и меня. Я не могу переместиться. Загнала сама себя в ловушку. Ты победила, поздравляю. Она фыркает и ударяет рукой по стиральной машинке, оставляя вмятину. Можно было бы бросить ее в Дене и просто дождаться, когда он умрет. Но не смогу себе этого простить. Поэтому я достаю листок и начинаю читать странные слова на латыни.