20

Мы долго целовались, стискивая друг друга в объятиях. Сильные руки сжимали мою талию, скользили вверх-вниз, а затем опускались на ягодицы. Я прижималась к широкой груди Тамерлана, ерзая на его коленях все больше и больше. Кожу саднило от грубой щетины, губы распухли, но я не жаловалась. Мне всё нравилось! Нравилось, как крепкие руки окутывали мои плечи, ласкали спину, а жадный рот срывал с моих губ тихие стоны.

Прервав поцелуй, Тамерлан отстранился, и я огорчённо вздохнула. Опустила взгляд на его губы, а затем дотронулась до них указательным пальцем.

— Мне нравятся твои губы, — промолвила шёпотом.

Он прикусил мой палец, не больно сжав зубами, а после потянулся ладонью к моим волосам и заправил за ухо длинный локон.

— Какая же ты красивая, малыш, — произнес с хриплыми нотками в голосе.

Я улыбнулась на его признание и тихо вскрикнула, когда сильные руки подхватили меня под ягодицами.

— Держись крепче.

— Ты меня не уронишь? — удивленно захлопала ресницами.

Он же не собирался выходить из ванной, держа меня на руках?

— Не бойся, — качнул головой. — Ты легкая, как ребенок.

— Я — не ребенок, — ответила, обиженно поджав губы.

Он усмехнулся, но продолжать диалог не стал, а просто прижал моё тело к себе и переступил через бортик ванной. Зажмурившись, я прильнула к голому торсу, обвивая его ногами и руками. Он нес меня на руках до самой спальни и даже, когда мы оказались лежать на кровати, не выпустил из своих объятий. Устроил сверху себя, усадив в позе всадницы, и продолжил жадно целовать, сминая и покусывая губы.

Его руки опустились на полные полушария груди, ласково погладили, а затем остановились на твердых вершинках сосков. Меня будто прошибло током, когда вокруг одной вершинки сомкнулись его губы. Тамерлан втянул в себя сосок, поласкал его кончиком языка, а после повторил — со вторым полушарием груди.

В какой-то момент мужчина сделал крутой маневр, и мы поменялись местами. Теперь я лежала под ним, широко разведя бедра в стороны, сгибая ноги в коленях. Опершись на руки, согнутые в локтях, Тамерлан снова прильнул губами к груди, но вскоре решил поцеловать каждый сантиметр моего тела, как мне показалось. Он ласкал нежными, почти невесомыми поцелуями: шею, плечи, руки, живот. Очертил кончиком языка пупок и спустился вниз.

Я вцепилась за мощные плечи обеими руками:

— Стоп! Не надо.

Тамерлан, немного отдалившись, удивленно повел бровью, мол, что случилось.

— Сладкая моя, расслабься. Я ничего плохого не делаю, а лишь хочу доставить тебе удовольствие.

Я доверчиво кивнула и, отвернувшись в сторону, прикрыла глаза. Пусть не видит, как я смущаюсь, как краснею…

Он развел мои бедра в стороны, устроившись между ног. Обвел кончиком языка клитор, скользнул вверх-вниз, а затем принялся посасывать твердую горошину. Я заерзала, ощущая между ног разгорающийся пожар. Эти прикосновения кружили голову, опьяняли, и я даже не знала, что мое тело способно на “такие” ощущения, а он… Он всё знал, потому и гладил влажные складки пальцем, усиливая экстаз. Меня раскачивало на волнах эйфории и я, пытаясь сдержать стоны, поднесла ко рту руку, прикусывая кулак.

— Не сдерживай себя, малыш, — ласково произнес, перехватывая мою руку. — Я хочу слышать, как ты кричишь.

После этих слов я вспыхнула алым румянцем и, облизав пересохшие губы, ухватилась пальцами за прокаченные плечи Тамерлана.

Он довел меня до грани языком и пальцем, проник внутрь лона. Тело пронзило, будто разрядом тока, я взлетела до самой вершины и, не удержавшись, все-таки застонала. И пока с моих губ срывались громкие вздохи, он не переставал ласкать клитор и водить пальцем внутри дырочки.

Я не знаю, сколько длился этот “взрыв”, но мне показался целой вечностью, а потом последовало сладкое послевкусие, и я окончательно расслабилась.

Тамерлан поднялся с колен, лег рядом и, обняв меня рукой за талию, прижал к своему телу. Я устроила голову на его сильном плече и шумно вздохнула.

Вот это да!

— Понравилось? — шепнул на ушко и я согласно ответила: “Да”. — Сейчас я войду в тебя. Не бойся. Будет неприятно, но это только сейчас. Тебе понравится потом.

Мамедов потянулся к прикроватной тумбочке и, открыв ящик, достал серебристый квадратик. Надорвал его уголок зубами и, достав из пачки полупрозрачный презерватив, принялся раскатывать по всей длине члена. Я наблюдала за ним со стороны, ощущая волнительную дрожь, бегущую по спине. Мне очень хотелось почувствовать его там, внутри себя. Хотелось слиться с ним в одно целое и целовать, обнимать…

— Ты доверяешь мне? — спросил, устраиваясь сверху меня.

— Да, — кивнула головой.

— Моя сладкая, маленькая девочка, — погладил рукой макушку.

Я робко улыбнулась и, обвив Тамерлана за шею обеими руками, впилась в его губы глубоким поцелуем.

Он вошел в меня одним толчком и замер, когда я скривилась от боли. Подождав несколько секунд, Тамерлан углубил проникновение и начал медленно двигаться внутри лона. Первые ощущения были неприятными: меня распирало изнутри, жгло огнем, но совсем скоро боль отступила, и на ее месте появился дискомфорт, который я могла терпеть.

Подхватив меня руками под ягодицами, Тамерлан углубил проникновение и, сделав несколько резких толчков, замер. Его дыхание стало быстрым, шумным. Прикрыв глаза, он зарылся лицом на моем плече, нежно целуя в шею:

— Моя девочка, я теряю голову из-за тебя…