Глава 20. Париж

2007

Перед выходом я оглядела себя в ростовом зеркале… Когда-нибудь все мужчины будут сходить по мне с ума и станут завидовать Доминику… Моему ЕДИНСТВЕННОМУ…

– Ну, наконец-то, – протянул Хосе, когда я спустилась в холл. Он оглядел меня с недоумением. – Я был уверен, что ты сплетаешь себе наряд из золотых нитей и наводишь боевую раскраску. А чтобы нацепить на себя эту крошечную тряпочку, достаточно и пары минут.

– Мне лучше переодеться? – я забеспокоилась, приняв его слова за критику.

– Ни в коем случае, выглядишь просто потрясающе.

– Врёшь небось?

– Клянусь, что красивее тебя вообще никого не знаю, – Хосе приложил ладонь к своей груди, но тут же её убрал и дёрнул меня за руку. – Всё, поехали уже, а то до вечера не выйдем отсюда.

Я даже и не предполагала, что так быстро решится вопрос с поездкой к Доминику. Только вчера я осторожно затронула эту щекотливую тему с Хосе, а он вдруг сам предложил отвезти меня к Нику. Что же я раньше-то?..

И вот мы уже мчимся в направлении небольшого, но исторически значимого городка Шабли, в котором меня ждёт мой Доминик. Я очень верю, что он меня ждёт, но всё равно сильно волнуюсь. Сотню раз я проигрывала в голове нашу с ним встречу, представляла страстный поцелуй, а потом непростой разговор. Я догадываюсь, что встреча не будет лёгкой, но мы обязательно найдём выход и вместе отвоюем наше счастье.

Ни о каком мезальянсе между нами не может быть и речи. Кем я сама-то была ещё четыре года назад? Нищая байстрючка, не имеющая определённой расовой принадлежности. Зато, повзрослев, смогу распоряжаться собственной судьбой по своему усмотрению. И любить, и выходить замуж по взаимному согласию. Возможно, придётся столкнуться с трудностями… Демон уж точно не горит желанием наградить меня свободой выбора.

Но ведь мы с Ником не планируем сразу жениться. А когда я получу образование, то легко смогу найти себе хорошую работу. Ник уже выздоровеет и тоже найдёт работу. Вдвоём мы с ним обязательно справимся. И в Париже нам жить вовсе не обязательно. Ох, но ведь Демон не отдаст мне Реми!.. Нет, всё же лучше нам жить в Париже.

– Эй, принцесса, ты о чём так глубоко задумалась? Мне скучно одному в пути, – Хосе улыбается, но в его глазах я ловлю холодный блеск. Снова этот острый взгляд убийцы. Мне стало немного не по себе, но здравый смысл подсказывает, что Хосе не может желать мне зла и причинить вред.

– Хосе, ты ведь понимаешь, куда мы едем?

– В Шабли, разве нет?

– И тебя совсем не беспокоит, что ты нарушаешь запрет Демона? Мне ведь нельзя видеться с Ником.

– А с чего ты взяла, что я нарушаю запрет Дема? В моём присутствии ты можешь встречаться с кем угодно. И я считаю, что тебе будет только полезно поговорить со своим престарелым Ромео, и занять уже свою хорошенькую головку чем-нибудь более стоящим.

Вот так новости – я могла уже давно увидеть Ника, стоило лишь попросить об этом Хосе. Но мне совсем не нравится, как он отзывается о моём любимом мужчине. И никакой он не престарелый!

– Ну, и что ты надулась? – насмешливый голос Хосе совсем не располагает к откровениям. – Ты скоро и сама поймёшь, что этот пёс тебе совсем не подходит.

Я уже открыла рот, чтобы выплеснуть всё своё негодование. Сам-то он кто, разве не пёс Демона? И к тому же лет на пять древнее, чем мой Ники. И уж точно не ему решать, кто мне подходит, а кто нет. Но всё это мне пришлось проглотить, когда Хосе опередил мой шквал возмущений твёрдым, не терпящим возражения тоном:

– Своё недовольство придержи для обратной дороги. Тогда и поговорим.

Всё оставшееся время мы ехали молча. Но я не скучала, мне было, о чём подумать.

*****

Серый двухэтажный дом был похож на высокий скворечник. Внутри пахло сыростью, и тусклая лампочка скудно освещала крутые деревянные ступеньки. По скрипучей лестнице я поднялась на второй этаж и отыскала дверь с цифрой «8». Стук моего сердца стал громче стука костяшек пальцев по обшарпанной двери. За ней послышались лёгкие шаги, затем щелчок…

– Здравствуйте, Вы к кому? – длинная худая блондинка с глазами, как два блюдца, подозрительно смотрит на меня. Кажется, где-то я уже видела эту швабру…

– Добрый день, я, наверное, ошиблась, мне нужен Доминик.

Глаза блондинки стали ещё больше, а я вдруг подумала о китайцах, которым не хватает обзора. Этим же глазным яблокам даже не нужно вращаться, чтобы оценить меня с головы до ног. И по тому, что её физиономия немного завяла, я поняла, что мадам меня оценила.

– А Вы кто? – с недовольством поинтересовалась блондинка.

– А Вы? – бесцеремонно спрашиваю, но ответ уже сформировался в моей голове и там же взорвался болезненным спазмом. Это ведь та самая пучеглазая выхухоль Лизи, бывшая подружка моего Доминика. Но… почему?

– Я вообще-то хозяйка этой квартиры, – произнесла она с таким достоинством, словно встречает меня в тронном зале, а не в тёмном вонючем коридоре.

– А я ваша гостья, – неожиданно нашлась я. Странно, что я вообще что-то из себя выдавила.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍– Диана? – из-за тощей фигуры Лизи неожиданно показался Доминик, и моё сердце снова пустилось в галоп.

– Привет, Ники, – я очень стараюсь контролировать голос и не выдать своего волнения. – Давно не виделись. Мы могли бы с тобой поговорить наедине?

Он стал рассеянно озираться, будто искал место, где можно уединиться. Но осмелевшая Лизи не готова была уступать Доминика без боя. Она задрала вверх острый подбородок и выпятила грудь. Вернее, то место, где у женщин обычно бывает грудь.

– И о чём же ты хочешь поговорить с моим мужем? – её слова подействовали на меня, как электрошокер.

Мужем?! Она сказала… мужем? Сохранить невозмутимое выражение лица на сей раз мне не удаётся. Я чувствую себя вдруг маленькой, беззащитной и обманутой девочкой. Скорее всего, именно такой я и выгляжу в эту минуту. Лизи смотрит на меня с победным превосходством, а Ники… Мой Ники смотрит с жалостью.

Осознание протискивается в мозг, цепляясь острыми шипами за мягкие ткани. Неужели это всё? Внезапно накатившая злость придаёт мне силы. Этой силы вполне хватило бы свернуть тощую шею Лизи и сделать омлет из яиц Доминика. В душе я уже кричу, рычу и кромсаю когтями обидчиков. Но на моём лице расцветает коварная улыбка, а за то, как звучит сейчас мой голос, Моника поставила бы высший балл:

– Не думаю, что тема разговора Вас касается, мадам, но не волнуйтесь, это не займёт много времени.

– Всё, что касается моего мужа, касается и меня лично, – пытается не сдавать своих позиций Лизи, но выглядит уже не такой уверенной.

Я не удостоила её ни ответом, ни взглядом и в упор смотрю на Доминика.

– Диана, ты войдёшь? – неуверенно спрашивает он, хотя его глаза умоляют меня уйти. Это больно…

– Нет, Ники, давай выйдем отсюда на свежий воздух, – я отметила про себя, как вспыхнула пучеглазка, когда я произнесла сокращённое имя её мужа.

– Я сейчас, – пробормотал Ник и скрылся из поля зрения.

– Дом, ты никуда не пойдёшь, – взвизгнула Лизи и устремилась вглубь квартиры, вероятно, чтобы связать по рукам и ногам непокорного супруга.

– Ник, я жду тебя внизу, – крикнула я в пустоту чужого жилища и направилась к лестнице.

В голове полный бардак и ни одной связной мысли. Женат? Не хочет меня видеть? Разве такое возможно после всего, что… После всего. А, может, плюнуть на всё и уехать, что тут ещё выяснять? Но тогда я не узнаю всей правды… А вдруг его вынудили? Мне надо просто взять себя в руки и пережить ещё несколько тяжёлых минут…

– Диана, – за спиной раздался такой родной и волнующий голос Доминика.

Очень медленно я развернулась. Он идёт ко мне, немного прихрамывая, и выглядит уставшим. Но я всё ещё вижу моего Ники, моего защитника, друга, моего любимого мужчину. Пусть только даст мне понять, что он всё ещё мой, и я прощу его неуверенность, забуду о Лизи. Мы всё начнём сначала, пусть только подаст мне знак.

– Как твоё здоровье, Ник? – спрашиваю ровным голосом, а мои глаза ищут, пытаются зацепиться… Но его взгляд ускользает.

– Да нормально всё. С рукой есть ещё проблемы, но я пытаюсь их решить. – Ник старательно не смотрит мне в глаза.

– Прости, что тебе пришлось пострадать из-за меня, – держусь отлично, но говорю какую-то хрень.

– Ты не виновата, я ведь сам нарвался, по собственной глупости.

– По глупости? – я усмехнулась. – Значит, теперь ты поумнел… Я звонила тебе, Ники.

– Я не отвечаю на звонки.

О, а я-то всё думала, почему я не могу дозвониться…

– Давно ты женат?

– Нет! – почти выкрикивает Ник и жадно шарит по мне взглядом. – То есть, я не женат.

Вот как? Что же тебе помешало сообщить об этом при пучеглазке? Ты до сих пор не определился и мечешься? Или определился и трусишь признать это вслух? Умные и красивые – это ко мне. Любовь, страсть, опасность – тоже сюда. Что же выбрал ты, мой Ники, – тихую пресную гавань?

– Не женат, но вы с Лизи вместе…

– Диана, я очень много думал… – Ник снова отводит глаза.

– Я тоже.

– Ты ведь понимаешь, что всё против нас?

Главное я уже поняла, но должна услышать причину.

– Разве всё, Ники? А мы сами и наши желания разве ничего не значат?

– Да кто я против босса? – Ник криво усмехнулся.

Когда-то твой босс, одинокий и нищий, был один против всего враждебного мира. А ты… ты действительно никто. Тогда почему сейчас я всё ещё люблю тебя?

– Ник, я ведь сказала не «ты», а «мы». Вместе мы сильнее. – Я почему-то упрямо продолжаю говорить о том, чего он не желает слышать.

– Да какая мы с тобой сила, Диана? Ты ещё девчонка совсем, а я инвалид. Кому я нужен?

Ты и правда инвалид на всю голову, но мне зачем-то ещё нужен.

– Я уже выросла, Ник, совсем немного осталось, и мы будем свободны. Я очень многое могу, а с твоей поддержкой смогу ещё больше. Ты сделал меня сильнее, Ники. Ты ведь говорил, что любишь меня, – я улыбаюсь, стараясь придать твёрдости и уверенности своим словам, но душа моя плачет.

– Я не врал, малышка, что люблю тебя. Ты самая удивительная и самая красивая, но… – Ник отводит глаза и понижает голос, – но ты никогда не была со мной честна.

– О чём ты? – я искренне не понимаю.

– Мне было не слишком приятно узнать о твоём прошлом, к тому же не от тебя, – взгляд Ника мечется, скользит по моему телу, избегая встречаться с моим взглядом. – Я понимаю, что ты была ещё ребёнком и запуталась…

– Запуталась?! – Это как ледяной водопад на мою голову. Какая же я дура!

– Прости, но мне трудно об этом забыть.

– Да что ты знаешь, чтобы пытаться это забыть? Запуталась, говоришь? Это ты верно подметил, Ники. Только вот в моём прошлом всё абсолютно ясно, это я сейчас запуталась. Но я рада, что мы это выяснили.

– Диан, послушай… – Ник протянул ко мне руку, но под моим взглядом быстро её отдёрнул.

– Не бойся, зайчик, я никогда не нарушу обещания и не стану на тебя воздействовать. Не стану только в том случае, если ты никогда не станешь протягивать ко мне руки.

Уходя, я успеваю заметить сожаление во взгляде Доминика. Плевать! Это больше не мой Ник – это Дом пучеглазой Лизи.

– Прости, – долетело мне вслед. Или мне показалось.

*****

Чёрный «Audi» с тонированными стёклами выглядывал из-за угла дома. Я знала, что Хосе зорко наблюдает за нами и готов вмешаться в любую минуту. Но это не понадобилось.

Я нырнула в прохладный салон, и автомобиль тут же тронулся с места.

– Ты хотела посмотреть город, не передумала? – Хосе был столь же невозмутим, как и его транспортное средство.

– Ты всё знал, – я смотрю в окно невидящим взглядом.

– О чём? Что твой Ромео слабак? Так ты тоже это знала.

– Вы его запугали!

– И что это меняет?

Я подумала о Демоне. Кто бы, интересно, смог его заставить отказаться от Эсмеральды? И горько усмехнулась про себя. Моя бабка была счастливой женщиной. Ей не нужно было ни с кем сражаться, и она могла позволить себе быть слабой. Ведь у неё был Демон, который всегда знает, как правильно распределить фигуры и чем закончится партия. Он и за меня всё давно уже решил…

– Не хочу тебя расстраивать, детка, но Доминика даже не понадобилось запугивать.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Почему-то именно сейчас я не удивлена. Ник сам себя запугал ещё там, в Фениксе. А ведь он ещё тогда сделал свой выбор, а я не захотела это понять и приехала к нему…

– Хосе, я очень глупая?

– Да ты что, принцесса, ты умница, каких ещё поискать. И ты очень смелая и отважная.

– А припёрлась сюда, как полная дура.

– Ты просто ещё очень молоденькая и совсем неопытная.

– Доминик так не думает, – с горечью возразила я.

– Он просто трус. Ты чистая и невинная девочка, и надо быть полным идиотом, чтобы не понять этого за несколько лет. Твой Ники тебя не достоин.

– Он больше не мой Ники, – слова даются с трудом, царапают горло, словно произнеся это вслух, я ставлю точку невозврата. – Но, Хосе, мне невыносимо чувствовать себя виновной в его травмах и потере работы.

Хосе оторвал взгляд от дороги, внимательно посмотрел на меня и ответил:

– Я подумаю, что можно сделать. Больше не тревожься об этом.

– Спасибо, – с надеждой произнесла я. – А ты действительно сможешь помочь Доминику?

Хосе расплылся в довольной улыбке:

– Для такой красавицы хоть звезду с неба, а тут всего лишь…

Как бы я хотела, чтобы меня так защищал мой любимый мужчина. Но он меня предал…

– Хосе, как ты думаешь, у Марии и Лэнсы была такая же большая любовь, как у Демиана с Эсмеральдой?

– У нас есть все основания в это верить.

– Удивительно, что наши предки были такими красивыми и так сильно любили.

– В мире много красивых людей. Что тебя удивляет?

– Может быть, такая любовь выпадает только самым красивым?

А свою я уже успела потерять?..

Хосе рассмеялся.

– С чего такие выводы, принцесса? Просто нашим предкам повезло встретить свои прекрасные половинки и испытать настоящее сильное чувство. Слышала, что в любви рождаются самые красивые дети? А если красивы оба родителя, то у детей просто нет шанса быть непривлекательными. Ты – яркое тому подтверждение.

– Но ты тоже очень симпатичный.

– Мне просто повезло с генами.

– А если бы я полюбила некрасивого парня?

– Зачем? – искренне удивился Хосе.

– Что зачем? Любят ведь не за внешность.

– Конечно, нет, но внешность – это первая визуальная оценка. А у тебя выбор огромен, и ты вполне можешь позволить себе выбирать парня с богатым внутренним миром только среди красавчиков. Зачем нарушать традиции? Заодно и генофонд сохранишь.

– Как-то слишком цинично звучит.

– Зато верно. Люди всегда ищут себе подобных, как и любые живые существа. Воробьи не создают пару с павлинами. И лебедь никогда не залетит в курятник. Это закон природы. Но есть очень редкие виды, к примеру, ирбисы. Их осталось мало и не все могут найти себе пару, или теряют её и лишаются потомства. Поэтому они вымирают. У Дема был вообще один шанс из миллиона, и он его не упустил. Конечно, такую, как Эсмеральда, невозможно было пропустить, но иногда мне кажется, что она была рождена специально для того, чтобы он не остался один.

– Значит, Демиан ирбис?

– Или белый лев, чудом встретивший свою белую львицу. Но у них родился слабый детёныш – пегий и беззубый. А сильные гены проявились через поколение – в тебе.

– Что-то я не уверена, что мне повезло… А вдруг я не встречу своего белого льва?

– Конечно, встретишь. Ты ведь не динозавр, а у львов, хоть и редких, гораздо больше шансов на успех.

Весь остаток пути я размышляла о людях, снежных барсах, белых львах, и о странностях судьбы. И в итоге я пришла к выводу, что самые свободные и счастливые – это воробьи.