Глава 13

Вдруг я почувствовала, как кто-то остановился около моего укрытия. Кажется, я даже дышать перестала. Сейчас крышка откроется, и…

— Вы кто и что делаете в моём доме? — голос Дамира я могла бы узнать среди тысячи голосов.

За этим вопросом последовал звон стали, стон, падение тела, ещё несколько ударов металла об металл, крик боли и ругательство. Как же мне хотелось зажать уши и не слышать этих страшных звуков, но в то же время нужно было понять, что же происходит за тонкими стенками моего укрытия. Поднять бы крышку и посмотреть в щель… но всё равно ничего не увижу — в комнате темно.

Темно и тихо.

Осознание того, что в доме воцарилась тишина, заставило меня действовать. Я попыталась приподнять крышку, но она стала невозможно тяжёлой, и я не смогла её сдвинуть даже на асбу*.

Просить помощи я боялась — а вдруг там не Дамир, а злодей. Но мои сомнения развеяла распахнувшаяся крышка, впустившая в моё убежище вместе со свежим воздухом запах мужского пота и крови.

— Сама вылезешь или помочь? — Дамир, придерживая одной рукой крышку, вторую протянул мне.

Из сундука меня словно выбросило. Я бросилась на шею господину, уткнулась лицом в его халат и разревелась.

— Чего ты ревёшь? Всё уже закончилось, — гладя меня по голове, наворчал танцор. — И нам надо срочно отсюда уходить.

— Ты нашёл злодея? — размазывая слёзы по щекам, спросила я.

Но последовал приказ:

— Расскажу по дороге, а сейчас уходим.

И опять мы идём по ночным улицам, прячась в тени заборов и деревьев. На мне была мужская одежда, которую я носила в последние дни, стараясь привыкнуть к образу мальчика-заики. Через плечо перекинута сумка с дорожной женской одеждой и многострадальной накидкой. А вот браслет я решила с собой не брать, он так и остался среди старых тряпок на дне сундука.

Перед уходом Дамир скинул трупы злодеев, прокравшихся в дом, в отхожую яму. Мы спешно замыли и затёрли песком, после чего припорошили землёй следы крови на глинобитном полу.

— Конечно, опытного следопыта такая маскировка не обманет, — подосадовал танцор, но успокаивающе добавил: — Это в том случае, если искать будут.

Дорогу запоминать я даже не пыталась. Одинаковые узкие переулки, заросшие пустыри и множество поворотов слились в бесконечный запутанный лабиринт, не имеющий выхода. Я, стараясь не демонстрировать свою усталость из-за страха показаться обузой, не выдержала всего лишь один раз:

— До чего же большой город, — прислонилась к какой-то стене, чтобы перевести дыхание.

Дамир взглянул на меня как-то странно и тихо сказал:

— Думал, ты заноешь намного раньше.

— Я не ною, — вскинулась я.

— Успокойся. Вижу, что устала. Сейчас подойдём к воротам, выйдем из города, пройдём немного и устроимся на отдых. Потерпишь ещё чуть-чуть? — я кивнула. На слова сил не было. — Если хочешь, могу забрать твои сумки.

Опять без слов покачала головой, но, собравшись с силами, объяснила:

— Нам лучше порознь выходить. Человек, путешествующий без поклажи, пусть и подросток, это странно. Лучше скажи название ближайшего города в том направлении, куда мы пойдём.

— В десяти парасангах* есть город-порт Байрат. Там мы сядем на корабль и поплывём на север, — как всегда, подробно ответил на мой вопрос Дамир. — Но сейчас нам надо выйти из города. Идёшь первой, я следом.

Когда светило поднялось над горизонтом, у ворот уже собралась небольшая очередь. Стража сначала выпускала путешественников, а потом уже разрешала въезд нетерпеливым желающим, толпящимся по ту сторону стены.

— Как зовут? Куда и зачем идёшь? — остановил меня стражник, преградив дорогу древком копья.

Его меч висел на поясе, а щит стоял у стены в ряд с другими щитами стражников. Кольчуга и шлем, положенные по форме, похоже, настроения ему не добавляли, и он искал на ком сорвать злость.

— З-з-з-з-з-у-ф-ф-ф-ф-ар. И-и-и-и-и-ду в-в-в Б-б-б-б-б-а-а-а-й-рат. М-м-м-м-м-а-а-а-а-ря-к-к-к-к-ом х-х-х-х-о-чу с-с-с-с-с-та-а-а-а-ть, — старательно изобразила я заикание, в довершение шмыгнула носом и вытерла предполагаемые сопли рукавом.

Стражник, с трудом поняв ответ, разозлился. То ли он не любил море и всё, что с ним связано, то ли просто понял, что мальчишка слабый и заступиться за него некому, но он замахнулся, чтобы ударить. Не имея возможности избежать оплеухи, втянула голову в плечи.

— Зачем убогого обижаешь?

Голос Дамира был спокоен, но спорить с ним вряд ли кому захотелось.

— Да морочит голову тут, — промямлил стражник и подтолкнул меня в спину. — Иди отсюда!

Подхватив сумки и забыв об усталости, я припустила на выход из города.

Остановились мы на отдых в придорожном караван-сарае. Поели, выспались, даже в купальни сходили. Правда, пока я торопливо мылась, Дамир стоял на страже, повернувшись к мыльне спиной, и караулил, чтобы никто чужой не помешал мне смывать грязь.

Покупать верблюдов танцор не стал, а сговорился с погонщиком, чтобы сопроводил нас до Байрата. Пришлось трястись вдвоём на одном животном, но третьего дромадера у крестьянина не было, а пешком он идти отказался.

В пути господин и рассказал мне историю моего похищения:

— Понимаешь, девочка, Скользящий-по-лезвию — это не только танцор с каскарой, но и боец, обладающий множеством навыков. За время службы у вальди я познакомился с многими полезными людьми. Кто-то из них пересказывал мне городские новости и сплетни просто потому, что любит поболтать, кто-то за небольшое вознаграждение, кто-то за ответную услугу. Эту массу сведений необходимо несколько раз просеять. Через сито правды, через сито полезности. Я так узнал о заговоре, который сын правителя готовил и смог сохранить жизнь нанимателя. Также узнал и о человеке, устроившем охоту на тебя. Его зовут Икрам аль Камаль, и он долгие годы был другом твоего отца. Они вместе учились в школе Танца, потом ходили с одним учителем, потом некоторое время работали в паре. Отчего разошлись их пути и почему Икрам затаил на Алесса злость, я не знаю. Только желание отомстить вынашивал он долгие годы. Арена, которую он держит, известна многим. Там можно заработать деньги, выйдя на бой, можно сделать ставку или получить удовольствие от зрелищ красивых схваток. Всё законно. Но поговаривают — и я склонен этому верить, — что на той же Арене, исключительно для избранных, организуют и другие зрелища. Спарринги там не до первой крови, а до смерти, и противники не обязательно равные. Главное, чтобы зрителям было интересно.

— Выгнав меня на Арену, Икрам и денег бы заработал, и отцу отомстил? — едва слышно, пересохшими губами смогла задать я свой вопрос.

— Скорее всего, так. Но что-то случилось. Похитители, выманившие тебя из дома и поймавшие на улице, отчего-то не отвезли добычу заказчику, а передали в караван, везущий подарки вальди. Кажется, Икрам не заплатил им вторую часть платы за проделанную работу. Тут мнения моих осведомителей разнятся. Но браслет, который не только обозначал рабский статус, но и был артефактом, по которому тебя везде можно было найти, на ногу надели. То-то я понять не мог, как преследователи находили тебя и в пустыне, и во дворце, и в том тайном убежище, где я тебя спрятал.

— И что теперь? — несмотря на тёплую погоду, меня знобило.

— Теперь мы доберёмся до порта и поплывём на север. Учителю Алессу я написал о случившемся и передал свиток с надёжным караванщиком. Думаю, что он сам разберётся со своим старинным «другом». В пути буду выдавать тебя за мальчика-слугу. У тебя отлично получается изображать убогого заику. Так дальше и продолжай. Переплывём моря и там посмотрим, как дальше путешествовать станем. А сейчас садись на верблюда и поехали дальше.

*Асба — арабская малая мера длины, равная шести ячменным зёрнам.

*Парасанг — арабская мера длины, равная 5.76 км.