Этьен

― Думаешь, это действительно необходимо?

Маленькая не выглядела счастливой, и я ее понимал, но нам надо было узнать, кто ее мучил и что именно с ней делали. Был очень большой шанс того, что пойманный профессор и мучитель Рины ― одно и то же лицо.

– Не переживай, он нас даже не увидит, ― я взял Рину за руку. ― Мы перенесемся, ты на него посмотришь, и мы сразу же вернемся обратно.

Про себя я очень надеялся, что на этот раз все обойдется, и Рина не вляпается в очередную неприятную историю. То, что с ней происходило, с каждым разом выходило за рамки развлечения и мелких проблем все больше и больше. Взять хотя бы последний случай с ее превращением в эльфа, к тому, же довольно непростого.

Того, что рассказал мне целитель, хватило, чтобы удивить даже меня, прожившего почти несколько тысяч лет. Эльфы всегда ревностно хранили свои тайны и, если бы Лалитан не был обязан Лазару за спасение своей жизни, я не узнал бы и половины того, что знаю сейчас.

Радужным у этих эльфов было только название и внешний вид, на самом же деле это были крайне опасные существа, которые умели принимать вторую, боевую форму. Но вместе с тем имели весьма необычный дар ― возвращать к жизни как тело, так и душу. Правда, о том, как это выглядит на деле, не знал даже Лалитан, который являлся одним из трех старейшин. Не думаю, что он рассказал мне все, что знал о радужных эльфах, но все же его слова хоть как-то пролили свет на происходящие с малышкой изменения.

– Хорошо, ― вывел меня из задумчивости ее голос. ― Я готова.

Спустя секунду мы с ней стояли возле решетки, за которой находился профессор. Я, как и обещал, скрыл нас невидимостью.

По учащенному дыханию и отчаянному сердцебиению Рины я сразу понял, что она его узнала. Теперь появилась надежда узнать, что именно он сделал с телом малышки.

Я приготовился к перемещению, но Рина настойчиво потянула меня за руку в сторону. Ничего не понимая, я вопросительно взглянул на нее, а она просто пожала плечами и, отвернувшись, продолжала упорно куда-то меня тянуть. Я был настолько изумлен и заинтригован ее поведением, что понял, куда она направляется, почти у самой цели.

Рина замерла напротив решетки, в которой находилась спасенная Лазаром и Севереном Высшая. Я сам узнал об этом только вчера, когда братья появились после нескольких дней отсутствия вместе с профессором.

– Она больна, ― ответил я на вопросительный взгляд маленькой. ― Ее нашли там же, в пещерах, где держали тебя.

Маленькая с интересом рассматривала девушку, хотя девушкой ее сейчас можно было назвать с трудом. Темная, почти черная кожа, длинные острые когти и чрезмерно выпирающие от истощения кости.

– Это боевая форма всех Высших. Она не желает или не может выйти из нее и кидается на всех кто подходит слишком близко. Если в ближайшее время с ней не произойдет никаких изменений к лучшему, ее придется убить, она слишком опасна даже в таком плачевном состоянии. Мне безумно жаль ее, но я не могу ничем ей помочь.

Малышка подошла слишком близко к решетке, и я потянулся к ней, чтобы отвести ее подальше, но наткнулся на невидимую преграду.

Перед глазами всплыла картина из ближайшего прошлого. В тот вечер, когда она сгорала, осыпаясь пеплом, я тоже не смог пробиться к ней.

– Рина! ― малышка никак не отреагировала.

От моего крика Высшая за решеткой дернулась и пристально уставилась на Рину. Зачем я кричал, если все равно знал, что она меня не услышит?

Сколько раз мне еще предстоит вот так вот стоять и беспомощно наблюдать, как малышка в очередной раз подвергает себя опасности? Какой по счету случай станет для нее роковым? Она беззащитна, она еще совсем ребенок для этого мира. Моя ничего не знающая, любопытная и такая уязвимая малышка. Как мне ей объяснить, что она не в своем безопасном мире, что в ее руках две жизни, которые оборвутся с последним стуком ее сердца?

Все это перестало быть увлекательным развлечением. Во мне с каждым днем росло и крепло желание посадить ее под замок, но она этого явно не оценила бы.

Скрип железа вывел меня из медленно убивающей агонии, чтобы повергнуть в настоящую панику. Рина находилась на расстоянии вытянутой руки от невменяемой Высшей. Без преград, без ограничений.

Я видел, как все тело Высшей напряглось, готовясь к прыжку, сердце замерло, а затем, оборвавшись, полетело вниз вместе с прыжком Высшей. Глухой удар от соприкосновения, и тело Высшей откинуло невидимым барьером, тем самым, который не пускал к маленькой и меня.

Острое опустошающее облегчение заполнило каждую клеточку моего тела, до слез, до слабости в ногах. Холодная стена и пол постепенно приводили в чувство мое измученное сознание. Такими темпами я не проживу и пары лет, или закончу тем, что составлю компанию Высшей в соседней комнате.

Яркое сияние слепило глаза. Опять она за свое. Ненавижу огонь! Пламя от Рины метнулось в сторону Высшей. Было жаль ее, но это было просто необходимо. Главное, чтобы маленькая смогла жить с осознанием, что она убила.

В глазах Высшей отразилась настоящая паника и ужас. Думаю, до ее сознания все же дошло, что это конец. Нет, не могу. Я закрыл глаза, чтобы всего этого не видеть. Как ни крути, а меня всю жизнь учили защищать и оберегать женщин.

Через минуту, когда пламя закончило реветь, я приоткрыл глаза и просто обомлел. От Высшей не осталось и следа, в камере находилась только малышка и небольшой огненный шар, который завис в нескольких метрах от нее.

В прошлый раз из такого же шара появилась Рина. Выходит, малышка ее не убила, но что она сделала, все еще оставалось непонятным.

Едва я встал и сделал несколько шагов к малышке, как она, резко обернувшись, пристально посмотрела на меня. Увиденное повергло в шок: это была не Рина. Абсолютно белые глаза, отсутствующее выражение лица и чужая, кривая усмешка, исказившая такие знакомые губы.

* * *

Братья не появлялись уже больше суток, во мне все еще теплилась надежда, что они вернутся с найденной девушкой и мне не придется добивать их узнанной новостью. За прошедшие пять дней я был настолько морально истощен, что уже сомневался в адекватности своего поведения.

Было такое ощущение, будто раньше мы жили под колпаком, который защищал нас от проблем и бед. За какой-то месяц все встало с ног на голову, одно нереальное событие сменялось другим, и все бы ничего, вот только каждое новое событие влекло за собой немаленькие проблемы и огромную кучу вопросов. Если в ближайшее время не удастся найти хоть какие-то ответы и разрешить часть проблем, то вся эта ситуация накроет с головой, словно лавина.

Я посмотрел на плачущую малышку. Возможно, я переусердствовал и не стоило ей снова напоминать, как она едва меня не убила. Я просто не знал, как по-другому объяснить, что чувствую, глядя на то, как она постоянно подвергает опасности не только свою жизнь, но еще и наши.

Я понимал, что в половине случаев она не виновата, но ее нежелание изучать магию меня просто убивало. Малышка напрочь отказывалась понимать, что ее же собственная магия может быть для нее опасна, если не научиться ее контролировать. Как же я был зол, когда узнал зачем она вошла в камеру к не контролирующей себя Высшей. Ей, видите ли, так сказал голос! Какая же она наивная! Да любой сильный маг мог пробраться к ней в голову и не только говорить там, но и контролировать все ее действия. Что я ей и продемонстрировал после того, как она заявила мне, что это полный бред.

После того, как она открыла окно и выглянула, оценив высоту, я заставил ее прыгнуть вниз. Да, я отчетливо видел панику и страх в ее глазах, когда ее ноги и руки делали лишь то, что приказывал я. Перед прыжком в них застыл настоящий ужас, и я почти сдался, желание прекратить демонстрацию было практически невыносимым, но это было лишь для ее блага. Упасть я ей, конечно же, не дал, подхватив в нескольких метрах над землей. А затем подробно объяснил, что и как она могла сделать для своего спасения, если бы умела управлять своей магией.

Прошел уже почти час, а она по-прежнему сидела на диване в общей гостиной и рыдала, правда, иногда как-то странно затихала, но затем рыдания начинались с новой силой. Я как раненый зверь метался по комнате, запрещая себе ее жалеть.

Воздух в комнате начал подрагивать, через секунду они будут здесь. Алэр, Лазар, Северен, Макер. Один. Значит, не нашли. На плечи навалилась свинцовая тяжесть. Я боялся представить, что с ними будет после моих новостей.

Я ощущал всей кожей исходившее от них напряжение и усталость. Замкнутые, хмурые лица, на Макера вообще было страшно смотреть, плечи ссутулены, на лице смирение и обреченность.

Помня предупреждение, я сорвался с места практически бегом, не давая себе времени на размышления.

– Вы должны вернуться! ― от волнения голос сорвался на крик. ― Нельзя прекращать поиски! Нисса беременна.

Макер пошатнулся, глаза неестественно расширились, его боль отозвалась в теле как моя собственная. Все, вздрогнув, уставились на потрясенного известием брата. Миг, и Мак исчез, уже начав меняться, оставшиеся братья не заставили себя долго ждать.

В тишине снова раздались рыдания малышки. Какого черта?! Развернувшись, я подхватил Рину на руки, усаживая на свои колени. К черту воспитание. Сердце все еще разрывалось от боли Мака, я боялся даже представить, что творится у него внутри.

Все во мне сходило с ума, желая убедиться, что моя пара рядом со мной, в безопасности. Зверь во мне, почувствовав нестабильное состояние маленькой, рвался наружу, стремясь завершить нашу связь, сделать полностью своей. Как же все не вовремя.

«Север, поторопись. Я на пределе».

«Ты должен сдержаться», ― в его голосе чувствовалось беспокойство. «Брат, не лишай меня шанса на полноценную жизнь».

«Не думаю, что продержусь больше нескольких часов», ― я посмотрел на появившиеся черные ногти.