Глава 30

Гарри старался оставаться спокойным, но получалось с трудом. Несмотря на то, что в прошлом он был полицейским, это никак не влияло на его контроль над эмоциями. В конце концов, Гарри не оканчивал никаких курсов актерского мастерства, чтобы уметь ловко жонглировать масками, что отображали те или иные чувства на его лице. Его стрессоустойчивость трещала по швам там, где возникала серьезная угроза жизни небезразличных ему людей.

Стиснув в руке распечатки с информацией, которая напрямую касалась Адель, Гарри тихо выдохнул и поглядел на себя в зеркало заднего вида.

— Соберись, придурок. Нет времени хныкать и жалеть себя, — обратился он к своему отражению и поторопился выйти из машины.

О том, что Дэвид укокошил своего папашу стало известно всего лишь несколько дней назад. Эту новость каждый воспринял по-своему. Диего, сплюнув, отсалютовал друзьям и опрокинул в себя несколько рюмок текилы. Бобби выразил сдержанный оптимизм. Макс всерьез задумался над тем, что случилось. Адель была растеряна и расстроена, что оказалось совсем неудивительно. Дэвид отнял у нее клуб, а теперь занял место своего папаши, фактически укрепив свои позиции, что уже не сулило ничего хорошего. Гарри не хотел признаваться себе в том, что последние новости его здорово напугали.

Он как никто другой знал, насколько сынок Говарда безумен. Такого человека подпускать к власти было не просто опасно, но и очень-очень глупо. Ничего дельного такие как Дэвид сделать не смогут. Его отец был далек от человека с безупречной репутацией. Мягкосердечием Говард тоже никогда не славился. Он мог идти по головам, если того требовало достижение его целей. Мог пользоваться весьма и весьма жестокими и грязными методами. Тем не менее чаще руководствовался умом, а не эмоциями. Кое-какие действия Томсона-старшего можно было предугадать. А вот что могло взбрести в голову его сыну предугадать не мог никто, даже его собственный отец.

И вся эта внутрисемейная рокировка являлась лишь вершиной айсберга. С процессом передачи прав на подпольный бизнес, который начался еще при жизни Говарда, возникли серьезные проблемы. Роберт никого не посвящал в детали этой ситуации, но Гарри краем уха слышал, что была перестрелка. Дэвид впал в бешенство.

С одной стороны, Гарри всё это даже немного веселило. Он на секунду представил перекошенное лицо Дэвида, когда тот понял, что легко и просто на новом «посту» не будет. Этому говнюку многое сходило с рук. Удача его определённо любила. Но, похоже, не теперь. И этот нюанс сразу же стирал улыбку с лица Гарри.

Он понятия не имел, какую именно игру вел сам Роберт. Сначала он метил в друзья к Говарду, а теперь фактически подставил его сына с подпольным бизнесом. Гарри нашел всему этому лишь одно объяснение. Выходка Дэвида спутала Роберту все карты, вот он и пошел на попятную. Но это было не главным. Главным оставалось то, что Дэвид начнет мстить. И под удар могла попасть Адель, как самый слабый игрок и игрок, с которым Дэвид уже ни раз сталкивался. И которого не сумел выбить из игры.

«Он не привык проигрывать. Более того, проигрывать одному и тому же человеку. Да еще и женщине!», — раздраженно подумал Гарри, пока спешил к Адель.

Всё это время пока он бесплодно искал хоть какую-нибудь серьезную зацепку, которая могла помочь найти компромат на Говарда, почти на поверхности лежала другая информация. Она напрямую касалась Адель. Эта информация была в распечатках, которые Гарри забросил в бардачок автомобиля.

Семья Адель стала случайной жертвой перестрелки. Перестрелки, которая произошла между группировкой Дэвида и бандой Зейна. Оба были еще двадцатилетними сопляками и решили потрясти оружием. Зейн только выглянул из трущоб, в которых он рос и стремительно обретал власть среди своих. Дэвид же лишь вошел в отцовский круг и уже стремился выделиться, прижать к ногтю выскочку. Не получилось.

Адель чудом осталась жива. Она была еще ребенком. Помнила ли Адель что-то или нет, Гарри не знал. Зато знал о другом. В тот роковой вечер ее спас Зейн.

Когда Гарри перепроверил всю информацию и убедился в ее правдивости, он понятия не имел, что ему делать с ней. Если бы Адель знала, кто именно причастен к гибели ее семьи, то определенно вела себя иначе и Дэвида тоже воспринимала совершенно по-другому. Как минимум, она бы захотела ему отомстить. Убить. В каком-нибудь их разговоре Адель определённо об этом упомянула. Но этого так и не произошло, что лишь подтверждало догадку Гарри.

Знал ли сам Дэвид о том, чью семью убил, Гарри также не имел ни малейшего понятия. Но ему хотелось надеяться, что — нет. Иначе у Дэвида в его больной голове возникла бы еще одна причина поскорее покончить с Адель. Слишком уж часто она вставала у него на пути и ускользала почти целой и невредимой.

«Ее нужно просто увезти отсюда, — решил Гарри, пока поднимался к Адель. — Другого удобного случая может больше и не подвернуться».

Пока внимание Роберта было перенаправлено на перестановку в семье Томсонов, его можно было не опасаться. Уже потом, когда Адель родит тогда Гарри и расскажет всю правду. А пока… пока ее надо было увезти подальше от Дэвида и риска, что Адель сама внезапно прознает о том, кто убил ее семью.

— Нет, — последовал ожидаемый жесткий ответ. — Я никуда не уеду. Пока Зейн здесь, я тоже останусь здесь.

— Теперь ситуация кардинально изменилась, — терпеливо объяснил Гарри. — У Дэвида развязаны руки.

— Будто раньше он держал их при себе, — с ироничной улыбкой парировала Адель.

— В сравнении с тем, что он может устроить сейчас — да. Тебе может показаться, что раньше Дэвид держал руки при себе. Ты для него как красная тряпка для быка, понимаешь? Это уже стало для него чем-то личным. Ты — была его поручением. Он его так не сумел выполнить. Поверь, для такого больного ублюдка, как Дэвид, этого уже вполне достаточно, чтобы ты превратилась в его мощный триггер. Пока он не поставит точку, не успокоится. А здесь еще и Роберт подключился.

— А что Роберт?

Гарри провел ладонью по лицу и присел на край кровати. Арес, лежавший рядом, взглянул сначала на него, затем на Адель.

— Я его перестал понимать после того, как он занял место Зейна. И сейчас ничего не изменилось. Сначала он отказался от всего подпольного бизнеса в пользу Томсонов. Затем его же люди устраивают перестрелку с людьми Дэвида и сдают его службам. Если бы так поступил прежний Роберт, я понял логику его поступков. Заманить врага, окружить своими людьми и захлопнуть ловушку. Но какой толк всё это устраивать сейчас?

Адель всерьез задумалась над этим вопросом, но никакая внятная догадка толком и не успела оформиться у нее в мыслях, потому что Гарри продолжил гнуть свою линию.

— Тебе нужно уехать. Временно. Переждать бурю в спокойном месте. А затем ты вернешься. В конце концов, подумай о ребенке.

Ребенок был весомым и важным аргументом. Адель прекрасно знала об этом, но всё равно чувствовала себя так, будто раскалывалась надвое. На одной чаше весов — ребенок, а на другой — любимый мужчина. Выбирая одного, она словно предавала другого.

— Ты ничем не можешь сейчас помочь Зейну, — мягко произнес Гарри, догадавшись, о чем размышляла Адель.

Всё это время она старалась думать иначе, но реальность диктовала свои условия. Слушая Гарри, Адель понимала, что рисковала в конечном итоге потерять всё. И тогда она точно проиграет. Но на этот раз уже навсегда.

— А как же ребята? — тихо спросила Адель.

— Они взрослые мальчики и сумеют о себе позаботиться. Возьми всё самое необходимое, договорились?

— Мне придется забрать и Ареса. Я не могу его здесь бросить.

Гарри взглянул на пса. Он был огромным, но в машине всё же мог поместиться.

— Хорошо. Только поторопись.

Бросив в багажник сумку, Гарри открыл дверцу и помог Адель сначала усадить Ареса, затем сесть и ей самой. Пока что всё складывалось даже лучше, чем Гарри изначально мог предположить. Тем не менее радоваться он не торопился.

Пристегнувшись, Адель опустила руки на свой маленький живот и посмотрела в окно. Она вдруг поймала странное чувство дежавю. Гарри снова пытался ее спасти, рискуя собой. Единственным различием служило лишь что, что сама Адель на этот раз не была избита до полусмерти.

Когда Гарри сел за руль, она мельком взглянула на него.

— Ты не должен так подставляться из-за меня, — тихо произнесла Адель, когда их машина тронулась с места. — Подумай о матери.

— Я поступаю так, как считаю нужным, — твердо ответил Гарри.

— Ты поступаешь так, потому что любишь меня, — Адель отвернулась и прикусила губу. Этот вопрос давно уже следовало решить и расставить все точки над «i».

Временами Адель льстило осознание, что она небезразлична Гарри. Но с тех пор много всего случилось и на эту ситуацию она теперь смотрела совсем другими глазами.

— Всё верно, — кивнул Гарри и крепче сжал руль.

— Но ты же знаешь, что я не могу ответить взаимностью на твои чувства. Ты очень хороший человек. Умный и симпатичный. Возможно… Если бы мы… Если бы мы встретились гораздо раньше у нас могло что-то получиться. Но всё сложилось, как сложилось. Я не хочу, чтобы ты рисковал из-за меня. Не хочу, чтобы всё выглядело так, будто я играю твоими чувствами.

— Адель, ты сама только что сказала, что я умный.

— Да, сказала.

— Затем ты говоришь так, будто я непроходимый тупица. Думаешь, я не понимаю, что мне с тобой ничего не светит? — Гарри взглянул на Адель и на миг она почувствовала себя неимоверно глупой. — Я хочу помочь тебе не потому, что надеюсь потом получить приз, как надрессированный пес на выставке. Я так поступаю, потому что иначе не умею, вот и вся правда. Да, ты мне небезразлична, но я уже прошел стадию надежды на взаимные чувства. Сейчас наша основная задача — выбраться из этого дерьма. Всё остальное — вторично. Как ты считаешь?

— Считаю, что ты абсолютно прав, — Адель вздохнула с облегчением. Еще один вопрос, который долгое время находился в подвешенном состоянии, наконец-то прояснился.

— Это уже несмешно, — после недолгого молчания прокомментировал Гарри и глянул в зеркало заднего вида.

— Ты это о чем? — Адель обернулась и заметила, что позади них ехало несколько машин. — Они за нами?

— Каждый раз случается одно и то же дерьмо, — раздраженно бросил Гарри.

— Разве Дэвид мог так быстро узнать о нашем отъезде? Да и откуда? Я, ведь и сама ничего не знала. Ты никому не говорил о своем плане?

— Нет, но мне всё это не нравится.

Ощутив неладное, Арес поднял голову и заскулил.

— Всё хорошо, мальчик, — ласково произнесла Адель. — Не волнуйся.

Преследователи не вели себя агрессивно, что совершенно не было похоже на людей Томсонов.

— Может, они и не за нами, — озвучила свое предположение Адель, наблюдая за ситуацией, что разворачивалась позади.

Гарри ничего не успел на это ответить. Как только встречная полоса освободилась, загадочные преследователи пошли на опережение и фактически прижали их машину к обочине. Гарри не решился прибегать к опасным маневрам, чтобы не навредить Адель. Грязно выругавшись, он достал из бардачка пистолет и проверил патроны.

— Постой, — прошептала Адель и посмотрела на вышедшего из автомобиля человека. — Это не Томсоны. Это… Серджио Грассо?

Рассматривая итальянца, Адель не поверила собственным глазам, но почувствовала странное облегчение. Считать этого человека своим союзником она не могла, потому что он уже однажды отказал ей в помощи. И всё же лучше уж он, чем люди Томсонов или сам Дэвид.

— Какая встреча! — Серджио патетично развел руки и улыбнулся.

Адель поторопилась выйти из машины, Гарри тоже не стал отсиживаться за рулем.

— Беременность тебя украшает всё больше и больше, моя дорогая, — отметил Серджио, глянув на Адель.

— Что вам нужно? — прямо спросил Гарри, стиснув за спиной пистолет.

— У меня к вам встречный вопрос, — всё с той же улыбкой заявил Серджио. Он выглядел спокойным и даже безобидным, но ни Адель, ни Гарри не спешили расслабляться.

— Не помню, чтобы мы хоть когда-то были обязаны перед тобой отчитываться, — ответил Гарри.

— Хорошо. Сформулирую вопрос иначе. Куда это вы собрались?

— Вас это не касается, — вступила в разговор Адель.

— Моя дорогая, все мы в одной упряжке. Вы, — Серджио указал взглядом на нее и на Гарри, — натворили черт пойми, что, как и ваш дражайший Зейн, а теперь что? Убегаете? И кто, позвольте узнать, должен наладить мир? Я? В одиночку? Нет уж.

— Не все проблемы возникли из-за нас, — заявила Адель. — Да и потом, каждый выживает как умеет и в первую очередь думает о себе. Я просила вас о помощи, вы отказали. Тогда почему сейчас я должна послушаться вас?

— Меня не нужно слушаться. Я лишь говорю о том, что не собираюсь в одиночку убирать всё то дерьмо, что разбросали вы, ваш любовник и Томсоны, — слегка прищурившись, заявил Серджио. — Судя по тем сплетням, что я слышал о вас, моя дорогая, и своим выводам, которые я сделал, когда мы лично встретились, вы не из трусливых. Похоже, я здорово ошибся. Иначе с чего бы вам вместо мести нужен был побег?

— Причем здесь месть?

— Как? — брови Серджио удивленно взметнулись вверх. — Ваш друг вам ничего не рассказал?

— Заткнись, — Гарри направил дуло пистолета на итальянца.

— Что должен был рассказать? — напряженно спросила Адель и посмотрела сначала на Серджио, затем на своего друга. — Гарри?

— Помнишь я пытался найти отставных полицейских, чтобы через них получить компромат на Томсонов?

— Помню.

— Поиски были безуспешными, но я нашел кое-что другое. Это касается Дэвида и Зейна.

Адель затаила дыхание.

— Давай, парень, не робей. Мы же не будет здесь стоять до ночи, — подгонял Серджио.

— Твои родители, Адель, — раздраженно продолжил Гарри и опустил пистолет. — Их убил Дэвид. И сестру — тоже. Они просто стали случайными жертвами. Случилась стычка между Дэвидом и Зейном. Ты выжила только потому, что тебя спас Зейн. Допускаю, что он даже не знал, что ты — это ты. Тебе тогда было лет десять, верно?

Адель лишь машинально кивнула. Она почти ничего не помнила из того злополучного вечера. Знала лишь о том, что ее семья мертва, а ей удалось выжить. Мозг надежно упрятал воспоминания о гибели родных. И всё же потеря сильно отразилась на психике Адель. Тот порядок, которому ее всегда учил отец со временем стал для нее той единственной спасительной соломинкой, которая не позволяла уйти на дно. Адель пыталась всю свою жизнь держать под контролем до появления Зейна. Или правильней было сказать — возвращения?

— Я хотел повременить с этим и рассказать уже после рождения ребенка, — добавил Гарри.

Адель лишь моргнула несколько раз. Она ничего не ощущала, кроме шока.

— Теперь, когда всё встало на свои места, думаю, мы можем вернуться в город? — поинтересовался Серджио. — Простите, моя дорогая, что вам пришлось узнать правду в период вашего такого деликатного положения. Но теперь, уверен, у вас возникла более чем просто веская причина остаться в городе, ведь так?

— Откуда тебе известно об этом всём? — спросил Гарри.

— За столько лет «дружеского» соседства с Томсонами, Легранами и Зейном научишься не только добывать всю возможную информацию, — Серджио улыбнулся. — Не смею вас больше задерживать.

Гарри лишь скрипнул зубами. Задерживать их и не имело смысла, потому что теперь они вряд ли куда-то уедут. Адель уж точно не согласится. И никакие уговоры здесь не помогут.