Глава 23

Как я и предполагала, главным претендентом на звание моего мужа оказался один из вампиров. И пускай за право обладать мною боролись лучшие из лучших, знатные из знатных и самые богатые сверхъестественные мужчины со всего света, вампиры имели здесь значительный перевес. Именно с ними хотело иметь дело Содружество Наций, и это неудивительно. Ведь кровососы владели всеми полезными ископаемыми в мире, и мой брак с одним из них давал бы людям сплошные выгоды.

Самое печальное было то, что моего мнения никто не спрашивал. Хотя в СМИ преподносилось всё так, будто это я выбирала себе жениха. А на самом деле весь этот процесс напоминал торги, где главным лотом являлась уникальная ведьма. По злой иронии судьбы я вновь оказалась в этой роли, вот только в этот раз ставки на меня били все мыслимые и немыслимые рекорды.

Кроме того, меня возмущало до глубины души то, что для людей я вдруг стала почитаемой и чертовски важной. Я — ведьма, которую ещё совсем недавно считали недостойной для проживания на их земле! Куда же подевались их принципы?

К сожалению, всё продаётся и всё покупается. И как только забрезжили всевозможные выгоды, даже ведьма стала для них вдруг гордостью нации!

Раньше меня почти не интересовали проблемы сверхъестественных. Но когда всех оборотней начали выселять в резервации, это коснулось в полной мере и меня. Ведь моя единственная подруга, с которой мы вместе выросли, оказалась вервольфом. С ведьмами всё было по-другому, я никогда не слышала, чтобы их задевали подобные проблемы. А всё потому, что они единственные из сверхъестественных существ не желали расставаться с людьми. Им не нужна была независимость, их не волновали политические вопросы. Они чувствовали себя в человеческом обществе как рыбы в воде, став вполне добропорядочными гражданами, и люди отвечали им тем же. Это было странное взаимовыгодное сотрудничество, продолжающееся вот уже сотни лет.

В основном ведьмы зарабатывали себе на жизнь колдовством: мелкое, крупное, бытовое и производственное (когда ведьма добывала нужные сведения для конкурентов). Люди называли это промышленным шпионажем, ведьмы же — магией. И, конечно же, колоссальную прибыль им приносило любовное колдовство: отвороты и привороты, всевозможные заговоры и прочая чертовщина, пользующаяся у людей огромной популярностью. Так что ведьмы нуждались в людях так же, как и они в них…

Голос старшего советника по политипическим вопросам вернул меня в действительность:

— Ангелика, спешу представить вам мистера Прайса. Он послан к вам в качестве помощника и советника от Всемирного Альянса Вампиров.

Я тотчас изобразила на лице снисходительную улыбку и только тогда осмелилась посмотреть этому кровососу в глаза. В ту же секунду меня словно бы ударило током. Такого мне ещё не приходилось видеть: его чёрные, как сама преисподняя зрачки медленно расширились и заполнили собой всю глазницу. Лощёный красавчик подарил мне ответную улыбку (тоже снисходительную), после чего его глаза стали вполне нормальными.

По мне пробежала нервная дрожь. И что это было? Прямо как в фильме ужасов! Он это проделал со своими глазами, чтобы меня напугать, или же для них это нормальное явление?

Я впервые видела вампира вживую, поэтому про себя решила, что мне не мешало бы узнать про них побольше. Не хватало ещё, чтобы подобными финтами он и дальше выбивал у меня землю из-под ног. Ведь только что я испытала такой шок, от которого все мои мысли разлетелись в разные стороны.

— Честно говоря, мне советчиков и так хватает. А если все кланы сверхъестественных начнут присылать ко мне своих представителей, то я буду ходить в сопровождении толпы, — с невинным видом прощебетала я.

С огромным удовлетворением заметила, как округлились глаза у старшего советника по вопросам политики, который и представил меня вампиру. Он деликатно прокашлялся, прочищая першение в горле, и тут же попытался сгладить мою бестактность:

— Госпожа Морелли имела в виду, что…

— Я прекрасно понял, что она имела в виду, — как отрезал вампир, поглядывая на меня с откровенным любопытством. — Не знаю почему, но госпожа настроена ко мне враждебно.

— Не к вам, а ко всем вампирам. — Я посмотрела на него с вызовом. — С чего это ваш Альянс решил приставить ко мне соглядатая? Чем вы лучше других сверхъестественных? Настолько уверены, что я достанусь одному из ваших, и поэтому уже сейчас хотите меня контролировать?

— А если и так? — вампир нагло мне улыбнулся, явно испытывая моё терпение.

И тут я не выдержала. В конце концов, я девушка, которую насильно выдают замуж. И при этом ещё хотят, чтобы я улыбалась и строила из себя счастливую дурочку!

На какие-то секунды я полностью потеряла над собой контроль. Обезумела настолько, что единственным моим желанием стало — стереть самодовольную ухмылку с этого бесспорно красивого мужского лица.

Не знаю почему, но этот кровосос не понравился мне с первого взгляда. Даже его броская вампирская внешность вызвала у меня внутреннее отторжение. Его высокомерный вид и вызывающая надменность показались мне настолько отвратительными, что я даже почувствовала разочарование. А как же вампирская загадочность и обаяние? Где же благородство и мужественность Эдварда Каллена из известных «Сумерек»? Неужели это всё киношные стереотипы и большинство вампиров — прожжённые дельцы и финансовые воротилы без совести и чести?

А когда вампир посмотрел на меня так, будто бы уже купил меня с потрохами, моя колдовская сила и вовсе пошла в разнос… Опомнилась я только тогда, когда вокруг меня полыхало огненное кольцо. Необузданное пламя бушевало с таким оглушительным рёвом, что я ничего не слышала, а только видела, как что-то кричал мне обезумевший от страха старший советник по вопросам политики.

Что самое удивительное, мистер Прайс, этот чёртов кровосос, даже не пошевелился! Его глаза, как ни в чём не бывало, продолжили буравить меня с ужасающим постоянством.

Кажется, мне его не то чтобы напугать, а даже вывести из равновесия не получилось. Языки пламени высотой в человеческий рост подбирались к нему всё ближе и ближе, а он стоял как вкопанный, не отводя от меня пристального взгляда.

— Браво, ведьма! — неожиданно прозвучал в голове его низкий волнующий голос. Причём, его губы при этом остались плотно сжатыми. Значит, он потрудился узнать обо мне всё, и даже то, что я сумею прочитать его мысли. — Если в постели ты будешь также хороша, как и в магии, то тебе действительно нет цены.

«Вот нахал!» — подумала я и в ту же секунду ощутила в висках сильную тупую боль…

Очнулась я у него на руках, вампир нёс меня куда-то, прижимая к себе словно невообразимую ценность. Видимо, его вампирский Альянс сильно во мне заинтересован, коли он так обо мне печётся.

Насколько мне было известно, в мужья мне пророчили одного из самых известных и загадочных вампиров в мире. Николас Ричард Луи Гилмор — отпрыск знатного рода (поговаривали даже, что он королевских кровей). Миллиардер, мизантроп, страстный коллекционер живописи и таинственная личность, лицо которого ещё ни разу не засветилось в СМИ. Поэтому никто не знал, как он выглядел, даже его родственники, с которыми он не поддерживал никаких отношений. Правда, все они были людьми, возможно, этим всё и объяснялось…

Я гнала от себя эти мысли, но меня не мог не мучить этот вопрос: сколько ему лет? Вернее, сколько ему было на тот момент, когда его обратили? Ведь даже мои уникальные способности могли дать осечку, если мой будущий муж окажется дряхлым стариком! В конце концов, детородные функции ни у кого не вечны, будь то человек или же сверхъестественное существо. И если этот вампир хотел бросить вызов самой Природе, то его возраст имел огромное значение. О другой стороне этого брака я старалась, вообще, не думать… Даже в нелюбимых мужьях не хочется иметь дряхлого вампира, пропахшего многовековой старостью.

— Очнулась? Вот и славно, — пробурчал кровосос себе под нос.

— Охраняешь меня как зеница око? Боишься не оправдать надежд Хозяина? А я-то думала, что все вампиры без исключения могут позволить себе не работать у кого-то на побегушках. Кстати, что со мной случилось? Почему я потеряла сознание?

— Все ведьмы такие болтливые, или же только светлые?

Почему-то меня задели его слова. Хотя, какое мне дело до вампира-прихвостня? Ведь как только он сплавит меня своему загадочному хозяину, я его больше не увижу.

Но я не смогла смолчать, когда этот кровосос с внешностью голливудского актёра беспардонно «сгрузил» меня на диван, а попросту небрежно на него бросил:

— Эй, ты! Полегче! Чурбан неотёсанный… — возмутилась я, пробурчав последнюю фразу себе под нос.

Судя по всему, он её расслышал, потому как его бледное лицо на минуту стало вполне нормального человеческого цвета. Его глаза вмиг превратились в две щелочки, но даже это не помешало им стать страшными зияющими дырами.

— Ведьма, не распускай язык. Как ты уже поняла, у меня имеется против тебя безотказное оружие. Я бы даже назвал это магическим хлыстом. Так что имей в виду: каждый раз, как у тебя случится колдовской псих или заскок, называй это как хочешь, ты будешь получать от меня хороший удар хлыстом. Придётся дрессировать тебя как собаку, коли ты не понимаешь по-хорошему…

Страшная догадка полоснула мне мозг, и всё встало на свои места.

Вот что придумали против меня эти чудики в белых халатах! А ведь они уже опробовали на мне это оружие, или как назвал его вампир «хлыст» (точнее и не скажешь). Именно поэтому мне показалось знакомым это состояние: когда в висках бьют невидимые молотки, после чего ты проваливаешься в глубокое беспамятство.

Нашли-таки, как со мной справиться! А я-то удивлялась, почему они не учат меня самоконтролю? А они пошли другим путём…

Бесчеловечные твари! Решили выработать у меня условный рефлекс на моё самопроизвольное колдовство. И теперь мой будущий муж получит этот хлыст вместе со мной в придачу и станет меня дрессировать, как русский учёный Павлов своих подопытных собачек!

В бешенстве я вскочила с дивана, но тотчас плюхнулась обратно от неимоверной слабости. Вот чёрт! Этот хлыст, оказывается, имеет очень неприятные побочки.

— Извини, но ты сама напросилась.

Вампир посмотрел на меня откровенно сочувствующим взглядом.

— Ой, вот только не надо строить из себя совестливого добряка. Можно подумать, тебе и на самом деле меня жаль, — выдохнула я и начала растирать подушечками пальцев себе виски.

— Я скажу, чтобы тебе дали какое-нибудь обезболивающее средство…

— Не утруждайся, мне уже гораздо лучше.

— По тебе этого не скажешь, — возразил мне вампир и достал из бара бутылку со спиртным.

Его тонкие красивые губы тронула мимолётная улыбка, и кровосос протянул мне высокий бокал с янтарной жидкостью, в котором живописно перекатывались кубики льда.

— Не пью, — сухо заметила я, даже не пошевелившись.

— Как знаешь. Принуждать тебя силой я не собираюсь.

— Какое милосердие! Вот только вампирское слово — пустой звук. Совсем скоро я выйду замуж против своего желания и непонятно за кого!

— Ну почему же непонятно за кого? Этот господин очень уважаемая личность…

— Среди таких же, как и он кровососов?

— Я бы попросил тебя не называть вампиров кровососами. Это бестактно.

— Какие мы нежные! А лупить девушку невидимым хлыстом так, что у неё чуть ли не череп разрывает от боли, это тактично?! Интересно, все вампиры такие лицемеры, или же мне опять крупно повезло?

— Я уже просил прощения, одно и то же дважды не повторяю.

В знак протеста я демонстративно от него отвернулась.

Как же меня достало его высокомерие! Хотя, этим грешили все сверхъестественные мужчины без исключения. Но, судя по всему, оборотни по сравнению с кровососами — просто мишки Гамми.

— Я хочу к себе, с меня на сегодня хватит. К тому же, ты мне доходчиво объяснил, чего мне ожидать в будущем.

Незаметно мы с ним перешли на «ты». Но это вовсе не означало, что между нами возникло некое доверие.

— Зря ты так. Уверен, что твой будущий муж не собирается тебя наказывать.

— Откуда ты знаешь? И вообще… ты его, хотя бы, видел?

Я закрыла глаза на свою неприязнь к нему и решила выпытать у этого кровососа как можно больше о своём будущем муже. В том, что именно Николас Гилмор станет победителем в этом вопиющем состязании за право обладать мною, в этом уже не было сомнений.

— Видел и не раз.

— И как он? В смысле, как мужчина… — Я смущённо замолчала.

— Ты хочешь сказать, в состоянии ли он сделать тебе ребёнка? — Вампир усмехнулся, окинув меня снисходительным взглядом. — Насчёт этого даже не сомневайся, он сумеет. И будет это делать до тех пор, пока ты не родишь ему наследника…

Не помню, как я попала в свои апартаменты. Мою грудь сковало так, что я не смогла сделать ни одного полноценного вдоха. Рухнула обессилившая в кресло, после чего застыла, тупо уставившись в паркет.

Когда в дверь деликатно постучали, я даже не среагировала. Но после того как стук повторился, мне пришлось встать. Проклиная всё на свете, я распахнула дверь и… не поверила своим глазам.

На пороге стояла Джанин Фейнингтон — мать Маркуса собственной персоной!

— Здравствуйте, Ангелика, — произнесла герцогиня подозрительно приветливым голосом.

Находясь в состоянии шока, я непроизвольно сделала шаг назад, тем самым дав ей возможность попасть в гостиную. И вервольфша моментально воспользовалась этой возможностью: прошмыгнула мимо меня, словно змея проползла.

— Зачем я вам понадобилась? — пролепетала я растерянно. Моё безграничное удивление вытеснило весь гнев, который я испытывала к этой женщине.

— Вы даже не представляете, чего мне стоило попасть к вам! Вас охраняют словно принцессу! — темпераментно высказалась герцогиня. — Но у меня не было другого выхода, это вопрос жизни и смерти…