Глава 20

Герман.

Уже двадцать минут мы молчим.

Молчим так напряжённо, что тишина в салоне становится почти физическим предметом: лежит между мной и Алисой тяжёлым металлическим бруском и звякает на каждом повороте автомобиля.

Алиса совсем притихла, что странно. Обычно её рот не закрывается ни на секунду — то ли в силу темперамента, то ли юного возраста. Но сейчас она, выпрямив спину, увлечённо смотрит в окно. Огни вечернего города отражаются в стекле, дробятся в зрачках и скользят по её лицу.

У неё красивое лицо.

Лицо женщины, на которой я должен жениться.

Вот только чем чаще я сталкиваюсь с Лидой, тем отчётливей скрипят ржавые петли моего решения.

Крепче сжимаю руль, потому что перед глазами снова рисуется образ Лиды и горячие обрывки нашего танго. Её ладонь, доверчиво вложенная в мою руку. Мои пальцы на гибкой пояснице.

Я был слишком близко, тогда как вообще не должен был к ней прикасаться.

И сейчас я не должен думать о том, что с Алисой танго было правильным, а с Лидой — настоящим.

Чёрт…

Башка дымится. Мозг вываривается до состояния киселя.

Четыре года я заставлял себя верить, что тот день всё отрезал. Я всё сжёг и похоронил.

А потом Демидова вошла в мою жизнь снова, плеснула водой в лицо, станцевала со мной танго и одним взглядом развалила всю мою тщательно построенную систему внутренней безопасности.

Нет, так продолжаться не может. Если я и дальше буду сталкиваться с Лидой, то псу под хвост пойдёт мой план спасения отцовского холдинга. Но у меня есть долг, бремя, которое я обязан нести на своих плечах. Ведь отец вложил в меня всю свою жизнь. Я просто не имею права подвести его сейчас, когда он слаб и уязвим.

— Алиса, мы должны сменить агентство.

Он медленно поворачивает голову. Хмурит брови.

— Какое?

— Свадебное.

— Сменить не на ритуальное, я надеюсь?

— Наплевать на какое. С этим я больше сотрудничать не хочу.

Она поджимает серьёзно губы. Обычная лёгкость пропадает из её лица.

— И каким образом это решение созрело в твоей голове?

— Разве это так важно?

— Важно, Герман. Очень важно! Ты сказал, я могу выбирать. Я выбрала, а ты теперь даёшь заднюю. Так не делается. Мы заплатили задаток, подписали договор, разработали концепцию. Скатерти с ручной вышивкой едут к нам из самой Италии! Так что либо ты даёшь мне вразумительный ответ на вопрос, либо всё оставляем так, как есть.

Она умеет быть твёрдой, когда ей это нужно. Семейная черта Корсаковых.

Загадка лишь в том, почему она так отчаянно вцепилась именно в агентство Лиды.

Неужели она сама не видит, что между нами не только настоящее, но и прошлое? Но вместо того, чтобы собрать вещи и громко хлопнуть дверью, она словно нарочно толкает меня к Лиде.

— Герман, давай на чистоту. Ты не хочешь эту свадьбу, в этом дело?

— Ты прекрасно знаешь, что всё упирается не в мои желания.

— Да-да, великий долг Германа Неверова перед человечеством, — она осекается и замолкает на пару секунд. А после продолжает уже мягче: — Послушай, я не хочу быть обузой. Не хочу сажать тебя на цепь и обзывать это благородным словом «брак». Но если ты не хочешь, мы можем всё отменить. Просто сам скажи всё моему отцу, тебя он точно послушает и…

— Нет, — крепко сжимаю челюсти, не дав себе и секунды на размышление.

Слишком опасно это — размышлять в подобном ключе. Слишком много возможностей вдруг открывается передо мной, когда я сбрасываю со счетов отца и холдинг.

— Ладно… Нет, значит нет, — растерянно.

А мне тут же становится стыдно, потому что Алиса тоже лишь винтик в этой огромной и сложной системе.

— Алиса, прости. Я не хотел тебя обидеть. Знаю, что ты стараешься и хочешь, чтобы свадьба прошла идеально. Я лишь хочу, чтобы подготовка шла ровно. Без лишних сюрпризов.

— Я тоже.

— Тогда зачем ты постоянно добавляешь сюрпризы?

— Я? — Алиса возмущённо прикладывает ладонь к груди. — Ничего подобного.

— Сегодняшний номер с заменой партнёрши был не сюрприз?

— Это педагогический приём. И Яна, между прочим, поддержала. Если ты так не любишь непредвиденные ситуации, почему вообще согласился жениться? Брак сам по себе одна большая непредвиденная ситуация.

— Не в нашем случае.

Она смеётся тихо и почти безрадостно.

— Да. В нашем случае всё, конечно, предельно предсказуемо.

— Ты знала, на что соглашалась.

— Разумеется.

Разговор сам собой сходит на нет.

А я должен настоять на смене агентства. Должен выдержать недовольство Алисы, объяснить всё Корсакову, взяв удар на себя. Перестроить подготовку. Убрать Лиду из этого уравнения насовсем.

Так правильней, безопасней.

Это просто необходимо.

Но все мои доводы разума разбиваются о простой факт: я не хочу убирать Лиду.

Вот и вся моя взрослая, рациональная, крепкая мужская позиция.

Сворачиваю к элитному ЖК, в котором находится квартира Алисы. Шлагбаум, просканировав номера, дружелюбно отъезжает наверх и пропускает меня в закрытый охраняемый двор.

Алиса отстёгивает ремень, но не торопится выходить. Глядя прямо перед собой, теребит ремешок сумочки.

— Можешь зайти ко мне, — произносит, едва размыкая губы. — Выпьем чаю, поболтаем. Можем посмотреть фильм.

В удивлении вздёргиваю брови. Она никогда не приглашала меня к себе, чтобы посидеть, поговорить, провести вместе хотя бы полчаса.

И я должен согласиться, наверное, но…

— Прости, не сегодня.

Алиса кивает, а на лице её мелькает облегчение, которое она умело прячет за привычной улыбкой и красивым поворотом головы. Но я всё равно успеваю поймать эту микроэмоцию.

Это была не обида и не досада, а именно облегчение. Будто она тоже предложила чай только потому, что так полагается, и теперь рада, что мне хватило невоспитанности отказаться.

Странное чувство.

Мы с Алисой знаем друг друга с детства. Она не чужой человек. Мы можем спорить, язвить, молчать рядом без неловкости. У нас есть общие воспоминания, привычка понимать контекст с полуслова.

Но любви нет.

И, кажется, мы оба это знаем.

Просто каждый делает вид, что не замечает, потому что так удобнее всем.

— Ладно, поезжай, — она открывает дверь, выходит. Тут же суёт голову в салон. — Но агентство остаётся. И тебе меня не переубедить.

Захлопывает дверь автомобиля.

Смотрю на удаляющийся силуэт.

Почему ты так вцепилась в Лиду? И какую игру затеяла на этот раз?