28. Договор

Реакция окружающих на вопль демоницы была довольно спокойной: по крайней мере, никто не начал закидывать меня камнями. И все же к Мине с любопытством повернулись почти все, кто сидел за нашим столом и я, наконец-то, воспользовавшись моментом, смогла вернуть себе свою конечность и с укоризной взглянуть на Тайпана. Мужчина в этот момент кивнул, с чем-то соглашаясь. Я понадеялась, что это было свидетельством того, что он понял мои сигналы правильно.

— Да она просто обнаглела! — тем временм усилила напор ная Абакайши, продолжая гипнотизировать меня взглядом.

— О чем ты, дочь моя? — пророкотал Анокэ.

— Да она глазки строит! Наглая! Я смотрю, а ей плевать! — ткнула в меня пальцем девушка. — Алдучин, ты же видел, видел, да?

Подстегиваемый невестой Тиэнгао нехотя посмотрел на меня, сжав губы в узкую полоску.

— Нет, милая. Чтобы увидеть, мне нужно было смотреть. А зачем мне тратить время на человеческих рабынь? — процедил он спустя пару секунд с таким видом, словно его заставляют говорить о чем-то мерзком.

Надо же, как я ему противна! Лицемер! Я на секунду воспроизвела в памяти то, что он говорил мне во время нашего скоротечного романа, и неожиданно разозлилась.

— Крольчонок, что можешь сказать по сути обвинения? — склонился ко мне мой хозяин, выводя из ступора. Сейчас все уставились на меня в ожидании ответа, а я боролась с противоречивыми эмоциями: ярость и страх пытались отвоевать в душе свое законное место.

— Я не флиртовала, — наконец выдавила я из себя. — Простите, ная Абакайши, что моя гримаса показалась вам чем-то таким. У меня свело ногу, и я отреагировала на боль, вот и все. Или в культуре шэяо подобное является способом соблазнения? — повернулась я к сереброволосой.

— Что ты несешь? Я видела, как ты пучила глаза в сторону дана Тайпана! — не уступила демоница.

— Если бы я флиртовала, то точно не пучила бы, как вы заметили, глаза. Я бы смотрела на мужчину вот так, — с этими словами я повернулась в сторону Алдучина и состроила на лице выражение влюбленной дурочки, умирающей от страсти. В теории это должно было разрядить обстановку и еще раз дать понять Тайпану, кем для меня является этот демон, но вышло немного иначе: Мина рассвирепела и зашипела по-змеиному, Тиэнгао побледнел, а Анокэ хохотнул и сказал:

— Вера! Ты неотразима! Посмотри, что ты сделала с женихом моей дочери! Алдучин, а ты чего с лица сошел? Действует флирт моего крольчонка?

Я почти расслабилась, решив, что буря прошла стороной, но в это время громом посреди ясного неба прозвучал голос Ли Вэя.

— Я забираю Веру! Она не будет вашей рабыней! — сказал он, привлекая к себе внимание.

— Сынок! У нас это так не делается… — прикоснулась к ладони Тайпана шиная.

— Смелое заявление, змееныш! Рановато только, клыки еще ядом не пропитал, — одновременно с Суньи рявкнул Анокэ, да только Ли Вэй никого не слушал. С рыком мужчина вскочил на ноги. Мне показалось, что он был немного не в себе, но через секунду я поняла, что все гораздо хуже: пред нашими очами предстал уже не человек, а огромный золотой змей, который скрутил свои многометровые кольца посреди зала, пугая окружающих.

Гости ресторана начали вскакивать со своих мест и разбегаться в стороны. Я слышала крики, шепотки и восклицания: «Что за бестактность? Хорошо же сидели!», «Да что ж не везет так, а? Опять неконтролируемый оборот!», «Кто это? Это не шиная! Золотой дан! Откуда?», «Какой красавчик! Папа, вот его хочу!»

Тем временем взбесившаяся рептилия хлестнула хвостом, снеся несколько столов и заставляя большинство говорунов замолчать, отскочив на безопасное расстояние.

— Вера — моя! — повторяла змеиная морда Тайпана, опускаясь с высоты и шипя на Абакайши.

— А я говорила, говорила, что она флиртовала! — взвизгнула Мина, уклоняясь от летящего в ее голову стула, который Ли Вэй случайно или намеренно подцепил хвостом. Девушка испуганно дернулась, и вместо тоненькой фигурки появилась серебряная змейка. Для меня ее габариты были внушительны, но по сравнению со змеем ее отца и беснующимся золотым гигантом, она казалась просто крошечной.

— Вэй! Успокойся! — попыталась пробиться сквозь ярость сына шиная, оставаясь при этом в человеческом обличие, но Тайпан ее не слышал. Его хвост снова взметнулся в воздух и в этот раз полетел ко мне. Я заорала, но змеиная конечность не принесла мне никакого вреда. Кроме морального: я с визгом подлетела к потолку, крепко зажатая в гибких кольцах.

— Вера — моя женщ-щина! — очень убедительно прокомментировал свои агрессивные действия змей.

— По законам Акунга-Нагаш-ши это преш-ступление! Отпусти! Крольчонок — мой! А ты — даже ещ-ще не признан нас-ш-следником! — шидан тоже обратился, и очередная змеиная ипостась сотрясла пространство своей мощью.

Шидан Абакайши присоединился к всеобщему безумию, сбросив с себя оковы человеческой формы и, истекая ядом, ринулся к золотому сопернику. Державший меня змей сжал свои путы еще крепче, одновременно с этим пытаясь атаковать Анокэ. Обездвиженная, я визжала на виражах, трясясь от страха, что Тайпан не рассчитает силу и удавит меня своим хвостом или уронит с весьма приличной высоты. В это время обе рептилии — золотая и серебряная — оглушительно шипели, а гости громко комментировали их танцеподобный бой, делая ставки и уворачиваясь от летевших в них предметов интерьера.

Во время чудовищных по своей экстремальности маневров я забыла обо всем и молилась только об одном: вернуться живой на свои родные конечности. В ушах звенело, а к горлу стремительно подступила тошнота — очевидно, что в космонавты меня бы не взяли, отвергнув на этапе центрифуги. Казалось, еще чуть-чуть, и я извергну съеденные кусочки кракоса вместе с соусом из пиланьи прямо на головы мечущихся внизу шэяо.

Я видела, что демоны не спешили покинуть ресторан: присутствующим нравилось представление, а кое-кто, похоже, даже был готов присоединиться, сменяя ипостась. Зал стремительно наполнялся разноцветными рептилиями, раскрасившими пространство своими яркими телами. Теперь это был уже не ресторан, а страшный сон человека, страдающего герпетофобией.

— Достопочтимые! Это место не для битв! Я попрошу вас удалиться… В Зал Изначальный! Дуэльный кодекс гласит… — вопил какой-то демон внизу. Мужчина не смог договорить, так как в его голову, изящно сорванная чьим-то хвостом со стены, полетела картина, подкинувшая несчастного к потолку, с которого на пол шлепнулся уже не человек, а коричневая змея, с невероятной прытью рванувшая прочь из помещения.

Тем временем золотой и серебряный змеи соперничали за главный приз этого вечера: меня.

— Отдай крольчонка! Это моя игруш-шка! Ты хочеш-шь поединка, недоросль? Мы можем устроить битву! Я так давно не развлекалс-ш-ся! Интерес-ш-сно… — шипел Анокэ, пытаясь перехватить меня у Тайпана. Какое-то время ему это не удавалось, но все же Анокэ оказался ловчее и опытнее золотого.

В какой-то момент серебряный хвост пролетел у моего лица, чуть не снеся мне голову. Ли Вэй отвлекся, а морда шидана тем временем потянулась к шее золотого змея. Тайпан не успел увернуться, и клыки Абакайши вонзились в его кожу. Циилин дрогнул, его змеиный образ поплыл, хвост исчез, и в следующий момент я ощутила волнительные секунды свободного падения. Не разбилась я только по одной причине: словно бабочку сачком меня поймал очередной хвост. Черный на этот раз. Точнее, антрацитовый, если исходить из названия клана Тиэнгао. Держал меня Алдучин недолго, так как вернувшаяся в человеческую форму Мина подбежала и стукнула жениха по черной чешуе с воплем:

— Брось эту гадость, любимый!

Мой бывший любовник не стал сопротивляться, стряхнув меня со своей конечности. Я полетела навзничь, но не расшиблась, так как приземлилась на разбросанные диванные подушки. Пытаясь отдышаться, подняла голову и огляделась. А увидев лежащего в паре метров от меня Ли Вэя, забыла о своих проблемах и бросилась к нему. Подскочив к мужчине, я попыталась нащупать у него пульс. Руки тряслись, ощущая лишь холод его кожи.

— Ли Вэй! Очнись! Что с тобой? Милый! — трясла я его.

— Я не использовал смертельный яд! Это было всего лишь успокоительное для взбесившегося юнца! Подумать только, но мои змеиные инстинкты заставили железы выдать именно этот состав! — раздалось у меня над ухом. Анокэ уже на своих человеческих конечностях подошел и с искренним интересом смотрел, как я обнимаю Тайпана. Словно сделал неожиданное открытие, которое совершенно точно не планировал, но которое его не особо расстроило. — А ты, крольчонок, умеешь удивлять. Я хотел бы понять, что происходит, м-м.

— Шидан! Как вы справедливо заметили, мой сын — подросток. Его ипостась еще нестабильна! — произнесла Суньи. Она не оправдывалась, а всего лишь констатировала факт, сохраняя достоинство и королевскую стать. Шиная была единственной из нашей компании, кто, включая меня, не совершал переворот, оставаясь в своем прекрасном образе на протяжении всего действа.

— Я не идиот, шиная! Все понимаю. Все! — оскалился Абакайши — Да, твой сын чудит. Да, он вышел из себя. Но почему? Он хочет мою рабыню. С чего бы? Крольчонок, ты говорила о черном змее, ты меня обманула? Кто твой любовник?

— Нет, не обманула. Тот, с кем… у меня был роман, это Алдучин, — тряхнула я головой, решив сказать правду. Мне казалось, что самое время расставить все точки над ё. — И вот еще что, у него мой…

— Вера хотела сказать, что Тиэнгао обманул ее, — перебила меня шиная Циилин. Абакайши явно заметил ее попытку не дать мне договорить, но внезапно отвлекся на дочь.

— Ты спал с ней? — услышали мы голос Мины. Они с женихом стояли поодаль. После моего признания девушка начала вопить и лупить Алдучина по груди. — Ты спас эту… эту! Твой ци-змей схватил ее! Это инстинкт! Ты что, все еще ее хочешь⁈ Да вы тут что, с ума все посходили? Из-за девки какой-то! — визжала демоница.

— Я просто спас рабыню твоего отца! — оправдывался Алдучин. — Мина, детка, да у нас с ней давно было. Я и не помню ничего!

— Что ты несешь! Люди живут всего ничего. А этой лет двадцать! Не сто, заметь! Когда ты с ней гулял? Пока я к свадьбе готовилась? — рычала ная.

Я отвернулась от них, и пока все были увлечены яростным диалогом жениха с невестой, наклонилась к лицу Тайпана, пытаясь уловить его дыхание.

— Очнись! Ли Вэй, пожалуйста! — молила я. Некоторое время ничего не происходило, но в какой-то момент мужчина вздохнул и пошевелился.

— Вера! — прошептал он еле слышно, заставив меня вздрогнуть. — Я не хотел тебя пугать! Прости! Девочка моя!

Я замерла, наблюдая, как Тайпан медленно поднимает веки и затягивает меня в пучину своих темных манящих глаз. Сейчас в нем было столько теплоты и ласки, что я забыла, как дышать. Куда подевался холодный китайский бизнесмен, с легкостью и без лишней рефлексии уничтоживший русского бандита? Этот мужчина с теплым лучистым взглядом и мягким голосом — это кто-то другой.

— Ты… как ты?.. Алдучин — это он! Леша у него, я это чувствую, — выдохнула я ему в лицо.

— Да, я понял, Златовласка… Ты так прекрасна… — Тайпан поднял руку и ухватил меня за выбившийся из прически локон. — Я тебя не отдам никому… — продолжал шептать мужчина, а я завороженно наслаждалась нежданной лаской.

— Мой яд опьянил его, — раздался смешок. — Он сейчас не в себе. Так что, крольчонок, советую не верить его сладким речам. Дан Циилин! Такого представления наш свет не видел давно. Ждите приглашения на все балы нашей аристократии. Каждый дом захочет познакомиться с юным наследником золотого рода.

Тайпан поднял глаза на шидана, потряс головой и начал подниматься. Я придерживала его за плечи, и мужчина не сопротивлялся. Он даже на мгновение ухватил мою ладонь и сжал ее, вызвав у меня мурашечную блокаду мозга. Я едва сдержалась, чтобы не обнять его на глазах у всех

— Шидан Абакайши! — мягко обратилась шиная. — Вы же простите моего сына за?..

— Я понимаю ваше нежелание терять наследника в бессмысленной для него битве. И, пожалуй, я прощу вас, дан, забыв про оскорбление. Однако у меня будет к вам просьба, — говоря это, Анокэ обернулся в сторону Тиэнгао и Мины, проверяя, не слышат ли они. Те стояли в стороне и продолжали эмоционально спорить, в то время как персонал ресторана с грохотом стремительно наводил в зале порядок. Можно было говорить без опаски. — В ближайшее время я устрою в своем замке прием. Положим, в вашу честь, дан. И я хочу, чтобы вы на нем начали ухаживать за моей дочерью, — огорошил он собеседников.

— Я не… — начал Тайпан, но Суньи широко улыбнулась Абакайши и попросила:

— Продолжайте, шидан!

— Вера — моя рабыня. Я вижу, что вам она нужна, дан, — посмотрел на Тайпана Анокэ. — Что ж, я готов поделиться. Она может стать вашей, но только в одном случае: вы женитесь на Мине, предварительно ее очаровав. Я бы предпочел, чтобы моя девочка стала золотой шэяо, а не вошла в клан ублюдков, убивших мою жену. Заставлять Мину я не буду, поэтому вам стоит ее соблазнить. Она сама должна понять, что вы лучше лживого антрацитового. А наш союз, думаю, устроит и вас. Согласны, шиная? — перевел он взгляд на Суньи. — Так можно убить одним камнем двух кроликов. И я сейчас не про Веру, к вашему счастью, — хохотнул Анокэ, притягивая меня к себе и наслаждаясь тем, как яростно блеснули глаза Ли Вэя. — Подумайте! Для вас мое предложение — сплошная выгода. Кроме всего прочего, я защищу вас от посягательств Галсана, шиная Суньи. Каждый в нашем мире знает, что эта черная гадина только и ждет, чтобы затащить вас к себе в постель и уничтожить клан Циилин. Тиэнгао-старший недостоин вас…

— Думаете, ваша дочь порадуется, что у ее мужа есть рабыня, которую тот любит больше нее? — с вызовом подняла бровь шиная. Я вздрогнула, отреагировав на ее смелое заявление о любви, но Ли Вэй не стал опровергать слова матери, продолжая молча слушать диалог шинаи и шидана.

— Это неважно. Вера состарится и умрет рано или поздно, да и надоест она вашему сыну очень скоро. А Мина родит наследников вашему клану и сама навсегда останется золотой, — отрезал шидан.

— А как же ваша с Тиэнгао договоренность? Вы заключили договор на брак детей, — продолжала возражать женщина.

— С этим я разберусь сам, — отрезал мой хозяин. — Когда-то я заключил этот договор ради мира… Но после жалел об этом каждый день! И теперь я найду повод для его расторжения. Обнаружить то, в чем Галсан оказался нечист, будет легко. Я мог сделать это и раньше. Но Мина любит его сына. И мне нужна альтернатива этому говнюку, прежде чем разлучать их, — пожал плечами шидан.

— А если у меня не получится обаять вашу дочь? — мрачно поинтересовался Тайпан. — Боюсь, что я не лучшая кандидатура для таких заданий…

— Ну что вы, дан Циилин. Вот это сердечко под моей рукой бьется чаще рядом с вами, — говоря это, Анокэ прижал свою ладонь к моей груди, явно провоцируя Ли Вэя. Мать ухватила сына за плечо, предвосхищая его протест, а шидан продолжил:

— Вы — другой. Пока. А Мина — женщина. Они любят таких мужчин: сложных, недоступных, иных. У вас все шансы. Ну что, по рукам? — склонил голову набок, Абакайши. Его ладонь пробежалась к моей талии, а затем собственнически спустилась к бедру. Я попыталась вырваться, но мужчина в этот момент был невероятно силен.

— У меня условие, — произнес Тайпан. — Вы не будете спать с Верой. Вы не прикоснетесь к ней.

— Ты заигрался, змееныш! — рявкнул в ответ Абакайши, привлекая внимание дочери и Алдучина. Зал к этому времени был восстановлен, гости вернулись за свои столы, продолжив ужин как ни в чем ни бывало, а мы так и стояли в центре, украшая собой помещение.

— Шидан! Предлагаю компромисс, — прошептала Суньи. Мне показалось, что она нервничает, но держалась при этом очень хорошо. Словно точно знала, что делает.

— Так! — глянул на нее мужчина.

— Месяц. Вы даете Тайпану, а сами это время не… трогаете девушку.

— Хм-м… И что дальше?

— Если Мина к тому времени не увлечется моими сыном, то будет понятно, что план провалился. А если все пойдет хорошо… То Вера станет подарком дану Циилину.

— И где тут компромисс? — нахмурился Анокэ.

— Что для вас этот месяц? Вы и не заметите… — улыбнулась шиная. Абакайши прищурился и пробежался взглядом по ее лицу, прыгнув глазами ниже — на плавные изгибы точеной фигуры.

— Может, тогда я вас приглашу… — с хитринкой начал он.

— Я слышала, что вы купили не только Веру? Ну так почему бы не уделить внимание новой рабыне? — сверкнула глазами шиная.

Абакайши продолжал некоторое время изучающе смотреть на Суньи, а потом притворно горестно вздохнул и произнес:

— Не будь вы шинаей, я поставил бы как условие вас в моей постели…

— Не будь вы главой Совета, я разорвала бы вас на части…

— Я согласен! — обрубил Анокэ

— Прекрасно! — промурлыкала Суньи.

Договор был заключен.

Дом Тиэнгао

— Я говорил, отец, что нужно было убить Вериного ублюдка еще на Земле! — воскликнул Алдучин, ворвавшись в комнату к отцу.

— Что с тобой? Откуда столько непочтительности? — поднял глаза на сына Галсан. Он сидел за столом и читал какие-то бумаги.

— Мне кажется, Анокэ хочет расторгнуть наш с Миной брак. Я чувствую! Нужно ускорить обряд, но пока жив наследник… — взволнованно продолжил Алдучин.

— Абакайши не посмеет разорвать наш договор. Для этого нужно основание, — бесстрастно отозвался шидан Тиэнгао.

— Он найдет! Девка тут! — простонал его сын, садясь в кресло и яростно откидываясь на его спинку.

— О чем ты? Объясни! — прозвучало требование отца.

— Мать ублюдка тут, — крикнул демон и тем самым смог привлечь к себе полное внимание отца.

— Рассказывай! — рявкнул тот, и Алдучин поведал ему все события этого вечера.

Некоторое время Галсан молчал, нервно постукивая пальцами по столу, а затем резюмировал:

— Она пришла за сыном и если расскажет…

— Никто не поверит, что мы притащили полукровку, — отмахнулся Алдучин.

— Анокэ будет следить за нами. Этот гад с удовольствием отдаст меня под суд за нарушение древних законов, — покачал головой шидан.

— Давай вернем ребенка на Землю, и я убью его там, — с надеждой взглянул на отца Тиэнгао-младший.

— Идиот! Ты знаешь, сколько наших на Земле? Они увидят сломанную судьбу! Нас вычислят на счет раз! Нет! Нужно это сделать тут. Но пока я ищу возможности убить младенца, тебе нужно устранить землянку. Она должна сдохнуть немедленно. И не только потому, что может нас выдать. Чувствую я, Абакайши ее использует. Этот старый змей всегда был интриганом и ничего не делает просто так, — прищурился Галсан. — Девку в расход, но чтобы никто не догадался, что ты приложил к этому руку. Понял?

Алдучин кивнул и с поклоном покинул комнату. В его голове мгновенно созрел план, как осуществить приказ отца.