29. Большой совет

— Послушай, мама. Это все лишнее. Мы добились главного: знаем, кто похитил ребенка. Зачем мне готовиться к совету, зачем мне готовиться к балу и, прости, какого хрена я должен пытаться влюбить в себя демоницу? Я знаю точно, где Вера, и почти точно, где ее сын, и…

— Прекрати истерику, Вэй, — прозвучал ответ Суньи. Она сидела в кресле, в то время как ее отпрыск стоял перед ней и уже в десятый раз повторял ритуальную фразу, которая по традиции должна прозвучать из уст каждого наследника змеиного клана, будущего члена Большого совета.

— Я не истерю, — огрызнулся Ли Вэй, хотя внутри чувствовал их — панику и страх. С момента того, как он окунулся в озеро, мужчину словно разморозили: звуки стали громче, краски ярче, а эмоции острее. Чувства, которые он нынче распробовал по полной, с пугающей интенсивностью лупили по нервам. Это было то самое, что уже творилось с ним шесть лет назад по отношению к другой женщине. То самое, но все же совсем другое: в этот раз он понял, что не потерпит конкуренции и не даст своей женщине выбор. Никаких соперников. У Веры будет только он — хочет она того или нет! Так утверждала его человеческая часть, а полноценная демоническая — добавляла жару: «Вера моя! Тот, кто к ней прикоснется, умрет! Уничтожить! Покарать! Устранить!» Жестокие призывы фоновым шипением звучали в голове и никуда не уходили, чтобы он ни делал. Инстинкты, чувства — все смешалось и мешало, однако вместе с тем фокусировало мужчину на основной цели, отметая все лишнее.

Тайпан с ужасом и одновременно трепетным волнением осознавал, что не может думать ни о чем, кроме того, что нужно вытянуть Веру из лап Абакайши и показать всему миру, что она не может принадлежать никому, кроме него.

— Змееныш! Ты должен понять, что тебе ничего не остается, кроме как войти в наше общество. Ты теперь настоящий шэяо. Я сама пока не могу понять, что по этому поводу чувствую, но факт остается фактом: золотой род обрел наследника.

— Ты думаешь, я тут останусь? — удивленно и даже шокировано воззрился на мать Тайпан.

— А до тебя что, еще не дошло? Ты — змеиный демон. Ты можешь бывать у себя на Земле, но твой дом теперь тут, — сказала Суньи, и приготовилась к очередной вспышке сыновнего гнева. Однако за этим последовало лишь задумчивое молчание.

— Ладно, это неважно… — в конце концов протянул мужчина, а демоница решилась на еще одно важное уточнение:

— И спешу тебе напомнить, что Вера человек, а ее сын — не из нашего клана.

— Что ты хочешь этим сказать? — прищурился Тайпан.

— Только то, что ее отпрыск не сможет остаться: полукровкам тут не место. И скорее всего, Вера уйдет вместе с сыном. И даже если малыш окажется…

— Я буду с ней, — не дослушав, рявкнул Ли Вэй, после чего он развернулся и совершил нервный марш по комнате.

— Не сомневаюсь, змееныш! Но твоя Вера умрет, как и все люди, в свой срок. А ее сын… Если он полукровка, мы ему поможем… Отдадим твой браслет, научим его поглощать ци измененных судеб, как я когда-то научила тебя… А если он останется, то не тебе его воспитывать. Он не наш, он — антрацитовый шэяо. Впрочем, подозреваю, что тебя интересует больше судьба женщ-щины… — Суньи волновалась, это было заметно по ее время от времени выскакивающим вместе со змеиным языком шипящим звукам.

— И что, ничего не сделать? — поиграл желваками Ли Вэй.

— Нет…

— Да и черту! Это тоже не важно, мама. Ведь мы пока даже не знаем, жив ли ее сын. Нужно торопиться! Ты понимаешь, что, если он умрет… — мужчина осекся.

— Что? — насмешливо уточнила Суньи. — Боишься, что Вера тебя никогда за это не простит? Но разве это твоя вина? Ты не устал спасать тех, кто это не ценит?

— Я хочу, чтобы она была счастлива, — глухо произнес Тайпан.

— Прекрасно! История знакомая. Одну мы уже счастливой сделали! Не смотри на меня так, словно я враг. Я хочу тебе добра! Может, ты все же будешь слушаться? Ведь у меня, в отличие от тебя, есть план.

— И в чем он состоит? — уже более спокойно и с толикой раскаяния поинтересовался мужчина.

— Я размышляла и пришла к выводу, что сын Веры еще жив. Не спрашивай, с чего я так решила. Это пока теория. Но я хочу ее проверить. Для этого мне нужно попасть в дом Тиэнгао. Да-да, не спорь! Именно мне, а не тебе, — отреагировала Суньи, когда Тайпан открыл, чтобы возразить. — Галсан давно меня хочет. Я превратилась для него в навязчивую идею. Так что попасть в его замок мне проще простого. И сблизиться с ним…

— Ты готова спать с мужчиной ради этого? — уточнил Ли Вэй. — Ты уверена?

— Фу, змееныш. Как примитивно! Ничего ты не понимаешь в искусстве соблазнения, — скривилась демоница. — Чувствую, провалишь ты миссию, которую на тебя возложил Анокэ. Слишком ты прямолинеен, а теперь, с новорожденным ци-змеем, еще и взрывоопасен. Ой, натворишь ты дел. Ресторан, вон, чуть не разгромил… Возьми себя в руки и не мешай спасать твою Веру, — цокая языком, закончила Суньи.

Представление новоявленного наследника клана золотых Большому совету было назначено за сутки до приема у его главы. Ли Вэй был подготовлен: за прошедшую со злосчастного ужина в ресторане неделю он выучил слова клятвы, а также провел много часов в медитации и поиске своего внутреннего равновесия. С последним дело шло из рук вон плохо: ему нужно было действовать, а не просиживать свою пятую точку.

— Мама, послушай! Мы зря медлим. Ребенок Веры все это время в чужих руках, а она переживает, — каждый день твердил Тайпан. И каждый раз Суньи отвечала:

— Поверь, если бы змеенышу твоей Веры сделали очень плохо, мы бы узнали… Если моя теория верна, то мы должны предвосхитить…

— А если нет? — злился мужчина. — Что за теория? Почему ты не хочешь мне рассказать?

— А если нет, то похищение — само по себе чистый абсурд. Тиэнгао не мог вдруг воспылать отцовскими чувствами. Скорее, наоборот. Нет, я точно права. Иной причины того, что им понадобился ребенок, просто нет, — бормотала Суньи, убеждая то ли сына, то ли саму себя. В любом случае, Тайпан ощущал ее неуверенность и бесился еще сильнее.

Так или иначе, но день встречи членов Совета для знакомства с новым наследником наступил, и шиная Циилин со своим сыном прибыли в Зал Изначальный. Ли Вэй не видел этот зал ранее, но Вера, будь у нее возможность побывать в нем в этот день, удивилась бы тому, как изменилась обстановка: вместо площадки для аукциона это стало местом сбора элиты Акунга-Нагаши. В центре поставили длинный овальный стол, во главе которого возвышалось кресло для Анокэ, а по бокам располагались места для остальной знати. Принцип рассадки был прост: чем дальше от шидана Абакайши, тем слабее позиции у рода в Совете. Шиная Циилин занимала условно второе после антрацитовых место во внутренней иерархии кланов.

Тайпана одели в родовые цвета, а потому мужчина был ослепительно золотым в этот день. На него смотрели, и это было вполне предсказуемо: дан Циилин был диковинкой и интригой этого собрания. Кое-кто видел его оборот в ресторане, кое-кто лишь слышал, но абсолютно все ожидали увидеть некое шоу, так как каждый шэяо Акунга-Нагаши знал — у Суньи нет мужа, она не проходила обряд ни с одним даном и не реализовала свою возможность родить. Сама шиная родилась золотой, но будучи женщиной, должна была войти в род мужа, изменить масть и родить ребенка с ци-змеем любого цвета, но точно не золотого. Да, тем самым род Циилин оборвался бы, но такова была его судьба.

Зная эти особенности демонов, становится понятным, почему появление Тайпана вызвало столько вопросов. Они витали в воздухе, превращаясь в шепотки и косые взгляды, и ждали, когда мать с сыном объяснят происходящее.

Впрочем, шиная Циилин и без всяких тайн умела вызывать пересуды. Готовясь к текущему Совету, она сделала все, чтобы стать гвоздем программы. Женщина уделила особое внимание своему наряду и прическе. Гладкие волосы шелковым покрывалом рассыпались по спине, скрывая обнаженную кожу, так как платье не справлялось с этой задачей. Вырез на спине шел почти до ягодиц, зато остальное тело было обтянуто тканью как вторая кожа до самых лодыжек. Это было очень вызывающе и сексуально — на грани фола. В таком виде Суньи и в человеческой ипостаси напоминала змею. Ее целью был Галсан, именно его она собиралась соблазнять своим видом, но по ходу дела сразила своей красотой и остальных мужчин. Шэяо, сидевшие за столом в Зале Изначальном, пожирали демоницу глазами, жалея, что не могут претендовать на такую сильную и властную женщину. Даже те, кто еще не был женат, оценивали свои шансы как нулевые. Попытки сватовства к шинае Циилин закончились еще лет сто назад, когда «невеста» очень четко дала понять, что не собирается вступать в брачные отношения.

— Досточтимые! Мы все собрались тут для того, чтобы принять в наш круг нового члена! Дан Тайпан Циилин — внебрачный сын шинаи Циилин — успел доказать всем, что обладает истинным ци-змеем, — с легкой ухмылкой провозгласил Анокэ, когда все расселись.

После этих слов Ли Вэй, отрепетированным движением, полным достоинства и силы, поднялся со своего кресла и приветственно поклонился. Карим целые сутки потратил на то, чтобы научить наследника нужному углу наклона — «нельзя слишком низко, это уничижительно, нельзя слишком мало, это неуважительно». Ли Вэй злился и пару раз пытался задушить Карима своим змеиным хвостом, но с момента превращения Тайпана на озере, старик больше не пытался соперничать и бороться с ним: на все проявления ци-змея Ли Вэя он пускал умилённую слезу, на корню гася всплески бешенства наследника своим жалким видом.

Поклонившись, дан Циилин выпрямился и окинул взором стол. За ним сидело ровно шестьдесят шиданов, являющихся постоянными членами Совета, в то время как он сам был шестьдесят первым по счету — приглашенным гостем.

Пауза, которую сделал Тайпан перед тем, как произнести свою речь, тоже была четко выверена режиссером по имени Карим. Однако мужчине и самому было понятно, что в этом окружении нужно действовать с позиции силы. К слову, эта часть представления давалась китайскому бизнесмену с многомиллионным капиталом легче всего — уж что-что, а уничтожать взглядом он умел. Впрочем, и ответка от шиданов прилетала достойная: на коже кололись стрелы их интереса.

Самый пристальный взгляд Ли Вэй чувствовал совсем рядом. Тайпан физически ощущал, как его рассматривает одетый в черный халат хмурый мужчина с длинными волосами, заплетенными в несколько косиц. Цветом и вышивкой своего наряда он копировал Алдучина, которого на Совете не было, но которого Ли Вэй успел очень хорошо запомнить. Не оставалось сомнений, что это отец жениха Мины — Галсан Тиэнгао. Данное предположение доказывал и жаркий взгляд, который тот кидал на Суньи.

Антрацитовый шэяо занимал ближайшее с Абакайши место по правую руку, в то время как Циилины сели по левую. Таким образом Тиэнгао расположился прямо напротив матери с сыном и получил возможность беспрепятственно смотреть на обоих.

Тайпан видел, что Галсан ревнует. К тому неизвестному человеку, от кого его мать родила, и к нему самому — плоду ее любви. Шиная Циилин тоже видела мучения Тиэнгао, и намеренно подливала масла в огонь, окидывая сына теплым лучистым взглядом, вызывающим у антрацитового ненависть, а остальных приводящим в ужас. Золотая может быть нежной? Не к добру это!

— Досточтимые! Я, Тайпан Циилин, прошу признать меня законным наследником дома Циилин по праву рождения! — рявкнул Тайпан спустя полуминутную паузу.

— И кто же ваш отец, дан? — взял слово Галсан. — Что-то я не помню чудес о непорочном зачатии в нашем мире, — ядовито процедил он.

— Шидан Тиэнгао, это закономерный вопрос, — ответил вместо Тайпана Анокэ. — Но я уже выяснил все обстоятельства. Дан Тайпан родился полукровкой, но прошел очищение в Озере Обновления…

— Но это противоречит традициям, у нас запрещено приводить полукровок в наш мир, — прогудел чей-то бас с противоположного конца стола.

— Я не был полукровкой, точнее, был, но смог изменить свой ци-поток, став истинным еще на Земле, — спокойно ответил Ли Вэй, посмотрев при этом на Тиэнгао.

— Вреш-шь! — прошипел тот. — Я видел тебя, чуял. Ты был обычным… Я пришел к тебе…

— Ты следил за моим сыном? — подалась к Галсану через стол Суньи. По плану она не должна была говорить, а лишь красиво смущать шидана антрацитовых своей красотой, но эта новость ее поразила и заставила заговорить. — С чего бы это?

— Ты слишком часто носилась на Землю, милая! — проскрежетал Галсан.

— Забываешься, ш-ш-идан! — налилась яростью Суньи. — Это мое личное! Лучше за сыном своим следи!

На этом моменте Ли Вэй, решил, что план летит в тартарары, и собирался взять слово, но не тут-то было. Его мать все контролировала. Она состроила обиженное выражение лица, в момент перестроив Галсана на нужное настроение.

— Я просто не желаю тебя никому отдавать, Суньи, — схватил он ее за руку.

— Тебя не смущает, что на нас сейчас смотрит весь свет Акунга-Нагаши? — сбавила резкость тона и почти игриво произнесла шиная.

— Да мне плевать! Пусть все знают, что я за тебя убью….

— Все настолько плохо? — шутливо ударила по пальцам мужчину демоница.

— Даже хуже… Суньи… Я хотел сказать… — поплыл антрацитовый.

— Досточтимые шиная Циилин и шидан Тиэнгао! — перебил Галсана Анокэ. — Наша сегодняшняя повестка не касается ваших отношений. Совсем!

На эту ремарку Галсан усмехнулся, а Суньи кокетливо поправила волосы. Никого из них отповедь Абакайши не смутила, но все же оба замолчали. Ли Вэй мысленно восхитился игрой своей матери. «Вот уж точно демоница!» — подумал он

— Дан Тайпан, прошу! Мы хотим услышать вашу клятву. И заодно убедиться в том, что вы истинный, — тем временем продолжил глава Совета. Ли Вэй вновь сделал легкий поклон, после чего произнес:

— Я клянусь не нарушать традиции древних, даже если они противоречат моим интересам!

В ответ все присутствующие, включая Суньи и Галсана, произнесли:

— Да будет так!

После этих слов вокруг тела Ли Вэя появилось золотисто-голубое свечение. Шиданы зашипели: «Истинный! Смотрите! Но как полукровка смог стать?.. Теперь что, любой может обрести ци-ипостась? Древние о таком не говорили. Нужно изучить книги, как такое может быть? А если рабы тоже способны? Это же катастрофа!»

Всеобщее возбуждение говорило об одном: право дана Циилина на наследование было полностью подтверждено, а повестка заседания — исчерпана.

— Достопочтенные! Вы уже получили приглашение на прием в моем замке. Он состоится завтра, я всех жду. Это прием в честь клана золотых, который обрел наследника! Это ли не повод для радости! — этой фразой Абакайши завершил встречу.

— Ну что, поздравляю тебя, сынок! Хотел ты этого или нет, но ты теперь наш, — похлопала Тайпана по плечу Суньи, когда все встали со своих мест. Ли Вэй собирался ответить, но не успел.

— Шиная! — раздалось позади. Галсан не видел, как Суньи подняла бровь, выразительно взглянув на сына.

— Слушаю вас, шидан Тиэнгао, — промурлыкала демоница, поворачиваясь к обратившемуся к ней мужчине.

Оба вновь перешли на формальный тон, хотя только что при всех общались вполне панибратски.

— Я приглашаю вас на ужин. Сегодня! — Галсан смотрел напряженно и заранее хмурился. Он звал эту женщину на свидание сотни раз, но всегда получал отказы. Однако, что еще оставалось влюбленному шэяо, кроме как продолжать пытаться? Каждый в Акунга-Нагаши был уверен, что антрацитовый шидан посягает на силу клана золотых. И только сам Галсан знал, что это не так. Единственное, что ему было нужно, это сама шиная — смотрящая со страстью в его глаза. Под ним в его постели. А досужие домыслы — ерунда. Им он даже радовался. Уж лучше выглядеть злодеем, чем влюбленным идиотом.

— А знаете, шидан… — начала Суньи. Тиэнгао точно знал, чем закончится эта фраза. Он даже смог сам ее продолжить в своей голове: «Поужинайте с кем-то другим. Вы мне неинтересны».

— Я, пожалуй, соглашусь, — тем временем ответила шиная.

— Вы разбиваете мне сердце, — привычно начал Тиэнгао, но осекся. — Что? Ты согласна? Да? — вновь перешел «на ты» мужчина.

— Именно так! — улыбнулась демоница. — Сегодня я приду к тебе в гости в замок. Надеюсь, ты сможешь меня удивить, — промолвила Суньи, после чего взяла сына под руку.

Циилин направились к порталам, а шидан Тиэнгао еще пару минут стоял на месте, глядя им вслед. Он был рад. До безумия. До холода по телу и нервной дрожи. Думать о том, почему его прекрасная фея согласилась, он не желал. Даже если это какой-то расчет, пусть. Его задача сегодня не облажаться!