30. Ужин

Суньи Циилин осталась круглой сиротой в ранней юности. Ее отец, шидан золотых и тогдашний глава Большого совета, был демоном тяжелого нрава. Несговорчивый, делящий мир лишь на черное и белое, он погиб на дуэли, которую сам и инициировал. Причина, по которой золотой тогда вызвал на поединок шидана аквамариновых, заключалась в болезненной ревности по отношению к жене. Да, это было странно — ревновать ту, с кем прошел обряд, и кто вошла в его род. Но вот таким он был демоном — любителем драмы и скандалов.

Освободившись от тирана, мать, тем не менее, не смогла прожить долгую и счастливую жизнь. Она пережила мужа всего лишь на пятьдесят лет. Ее смерть оказалась беспрецедентно печальной — ная вышла замуж за шэяо, который ранее убил ее мужа. Удивительно: демоница не изменяла супругу, но после дуэли сошлась с его убийцей.

В браке бывшая золотая забеременела, но ее ци-потоки не смогли перестроится на новый лад. Повторный брак и вторая смена масти — редкое явление в Акунга-Нагаши, и, как оказалось, подходит не всем. Второй ребенок так и не родился: ная умерла родами, а ее единственная дочь, ставшая по иронии судьбы главой клана золотых, поклялась, что никогда не выйдет замуж и не будет менять свои ци-потоки. Золотой родилась, золотой и умрет. Таков был план.

Суньи, как и все аристократки, была с колыбели сговорена на брак с сыном именитых шэяо, однако со смертью родителей договор утратил силу, а сама демоница вновь заключать его отказалась. Это был скандал, но в законах Акунга-Нагаши не было ни одного повода оспорить решение шинаи.

С тех пор Суньи никогда не сближалась ни с одним шэяо и заводила любовников исключительно среди людей. Земля, кроме всего прочего, давала женщине возможность досыта питаться судьбами: шиная не любила пополнять свой резерв ци на дававших мощный выброс энергии свадебных обрядах и дуэлях в Акунга-Нагаши, как это делали остальные змеиные демоны. Она развлекалась с судьбами людей и полукровок земной мира.

В Совете и среди остальных аристократов об этом знали, но всем было плевать. Кроме Галсана.

Антрацитовый всегда посматривал в сторону шинаи, а после смерти жены словно с ума сошел. Он всеми правдами и неправдами добивался любви неприступной демоницы, да только толку не было: Суньи даже не смотрела в его сторону.

Как-то раз Суньи в очередной раз посетила Землю и встретила Ли Мэнфу. Любовная связь демоницы с китайским бизнесменом была короткой, но плодотворной: родился Ли Вэй. Суньи не хотела, но привязалась к змеенышу. И сейчас готова была плюнуть на свои принципы и окрутить хоть черта лысого, лишь бы у сына все было хорошо.

Как так получилось? Материнский инстинкт, что тут скажешь. Куда от него деться? У шинаи Циилин в итоге он взыграл в тройном размере: демоница по-настоящему никогда никого не любила, а потому выплеснула всю свою заботу на своего полукровку. Пусть не сразу, но она это сделала: погрузилась в судьбу отпрыска до самого кончика хвоста.

Ближний круг шинаи Циилин всегда был до безобразия пустынен: на постоянной основе рядом с ней был лишь Карим, который всю жизнь относился к ней как дочери. Но все же он являлся лишь слугой, хоть и родовитым. Зато теперь рядом с шинаей был Тайпан — истинный шэяо. Равный. Золотой. Повод для гордости.

Она обманула судьбу. Сделала то, что казалось невозможным!

Это было так неожиданно и волнительно, что демоница не позволяла себе много об этом думать, откладывая эмоции на потом. Тем более что сегодня, после Большого совета, у нее была особая задача, не терпящая лишних волнений: женщина шла на свидание с шиданом.

Собираясь на встречу, Суньи поверить не могла, что это с ней действительно происходит. Всматриваясь в зеркало, которое отражало ее бесконечно привлекательный лик, демоница, усмехаясь, пыталась разогнать ощущение нереальности происходящего: «Молодец, золотая! Наследником обзавелась. Это раз. Почти любовником. Это два. Что следующее? Начну, пожалуй, вязать или выращивать розы!»

Наряд на вечер шиная выбрала необычный: белое струящееся платье на бретельках с высоким разрезом на бедре создавало непривычный для нее образ: невинной словно невеста, порочной как сама дьяволица. Суньи улыбнулась своему отражению, после чего развернулась и пошла к порталам для того, чтобы ровно через пять минут войти в просторный холл замка антрацитовых.

— Шиная! Вы… Ты… — встретил ее лично сам хозяин. — Ты ослепительна!

— Что-то мы никак не определимся со стилем общения. Впрочем, «ты» — тоже хорошо, — с легкой улыбкой демоница протянула мужчине руку для поцелуя. Это был небывалый для неприступной шинаи жест близости и доверия, который Галсан ошеломленно принял, выглядя при этом как путник, месяц бредущий по пустыне, которому предложили глоток родниковой воды.

— Одно твое слово, и я буду носить тебя на руках… Суньи, — прохрипел он и прикоснулся губами к нежной коже тыльной стороны ладони шинаи.

Женщина вздрогнула и с досадой прикусила губу. Ей не понравилась ее собственная реакция. Она должна контролировать ситуацию, а не трястись. Она — хозяйка положения, а не скромная девственница!

Мысленно одернув себя, золотая шэяо ответила:

— Я способна передвигаться на своих двоих, Галсан. Но вот показать мне свой замок ты можешь. Я ведь была тут только в бальном зале.

— Да, конечно! Это… Все, что тут есть, может быть и твоим, шиная! — говоря это, Тиэнгао подошел к вплотную и, взяв женщину за плечи, заглянул ей в глаза.

— У меня все есть, — с вызовом задрала подбородок демоница. — А с появлением наследника — все на сто процентов.

— Но мужчина тоже нужен… Я могу им стать, твоим защитником и опорой, — недовольно оскалился антрацитовый при упоминании о Тайпане. — Сын — это еще не все.

— Тебе виднее, шидан, — отстранилась шиная. — А себя я умею защищать — сам знаешь. Так оставь никому ненужные обещания. И лучше веди меня по своим владениям. Хочу понять, насколько я тебя богаче, — усмехнулась женщина.

— Твоя воля, шиная, — склонил голову Галсан. После чего указал рукой направление. — Нам туда. Начнем с террасы. С нее открывается чудесный вид на лавовые источники. Подземелье — ничуть не хуже ваших горных и морских замков…

— У меня лесной замок, — поправила его Суньи.

— Да-да, моя нимфа, — наклонился и прошептал ей на ухо шидан.

Прогулка по замку и правда вышла занимательной. Но ни на секунду Суньи не забывала о цели своего визита: ей нужно было найти сына Веры. А потому она совала свой нос буквально в каждую щель, не встречая при этом никакого сопротивления Галсана. В какой-то момент демоница даже подумала, что ошиблась, и младенца нет в этом замке — слишком уж шидан беспечен. Они посмотрели уже десять гостиных, пять кладовых, восемь балконов и террас, кабинет, кухню, трапезную и даже комнаты для гостей, а Галсан лишь улыбался и пытался ненароком прикоснуться к демонице, позволяя при этом шинае рассматривать любую вещь.

Более того, оценив такое любопытство и пытаясь его использовать в свою пользу, Галсан предлагал посмотреть демонице и его спальню, но Суньи отказалась, решив, что змееныша там точно нет, а убедить после этого шидана, что она вовсе и не собирается с ним спать, будет сложно.

— Хозяин! — раздался тихий голос за спиной Тиэнгао и шинаи, когда они поднялись на крышу замка. Пара осматривала окрестности, вдыхая тяжелый воздух подземного грота. Галсан рассказывал шинае о добыче ценных минералов, которые оказывают благоприятное влияние на ци-энергию его клана, а Суньи не слушала, углубившись в свои мысли, пока их с шиданом уединение не потревожили.

Нежданным гостем оказалась служанка — невысокая девушка в темно-сером платье. Она смотрела под ноги, ожидая, когда Тиэнгао даст разрешение обратиться.

— Айя! Я же просил меня не беспокоить! — рявкнул шидан.

— Я понимаю. Но дан Алдучин отсутствует, а дело не терпит отлагательств.

— Да что там у тебя могло стрястись? — раздраженно рявкнул Галсан, а Суньи вдруг почуяла след. Мозг включился, мысли побежали одна за одной — инстинкт шинаи вопил, что она на верном пути.

С какой стати обычная служанка смеет обращаться к шидану во время того, как он принимает такую родовитую гостью? И не боится ведь нарваться на его гнев. Значит, чувствует, что имеет на это право. Возможно, любовница? Он ведь помнит ее имя! Часто ли такое бывает? Но все же на это не похоже… А вот на то, что она исполняет важный приказ…

— У меня — ничего, но… — начала Айя отвечать на гневный вопрос хозяина, но антрацитовый ее перебил.

— Я понял. Иди… к себе. Я решу, — отрезал шидан, а Суньи возликовала. Это точно не был обычный разговор. Она просто обязана проверить эту Айю.

Служанка ретировалась, а шиная вдруг взяла Галсана за локоть.

— Так, а я не поняла! Что между вами? Эта девка смеет строить тебе глазки, когда я рядом? — Суньи изображала гнев и для пущей убедительности выпустила золотую чешую и сверкнула вертикальным зрачком.

Тиэнгао замер, пожирая демоницу взглядом, а потом вдруг наклонился и прижался своими губами к ее. Секунда замешательства — причем, обоих шэяо, а потом последовал звук хлесткого удара: Суньи влепила мужчине пощечину.

— Прости! — прошептал шидан, не особенно переживая из-за удара. Наоборот, прижимая руку к своей щеке, он радовался тому, что на ней остался алый отпечаток женской ладони. — Я не сплю с этой…

— Да? Ну так докажи! — отошла на шаг шиная, сложив руки на груди и глядя на Галсана как на провинившегося холопа.

— Фея моя! Да о ней тебе и думать не стоит! Она не стоит и мизинца твоего… — вновь сделал шаг к Суньи мужчина. Вкус губ, запах кожи и взор этой женщины превращали его нутро в лаву, пожирающую волю, самоуважение и все принципы. Демон боялся, что вот-вот бросится к ногам этой ведьмы, моля поверить ему и подарить еще один поцелуй. Боялся и держался. Потому как вряд ли этой шэяо нужны слабые мужчины. Для того, чтобы завоевать золотую шинаю, ему нужно быть твердым как скала. Чтобы подчинить, победить, взять…

Эта мысль невольно бросила мужчину в пучину эротических фантазий, вызвав в организме одну очень характерную твердость, точно сравнимую со скалой.

— Допустим, я тебе верю. Но что тогда хотела эта серость? Как посмела вмешаться в наш разговор? — настаивала Суньи, внимательно следя за эмоциями шидана. Тиэнгао желтел взглядом, с трудом сглатывая слюну. Ему казалось, что судьба подарила ему непомерно драгоценный подарок. Еще вчера он и помыслить не мог, что Суньи будет допрашивать его на предмет постельных грелок.

Если бы мужчина мог, приказал бы сейчас эту служанку повесить прямо на глазах любимой демоницы. Однако Айя была нужна: она присматривала за ребенком и была верна как никто. Искренняя лояльность, не зацикленная на страхе, слишком ценна, чтобы так ею разбрасываться.

— Она дочь моей няни… Ее семья тысячу лет служит нашему клану… — попытался объяснить шидан.

— Отлично! Веди меня к ней. Она же что-то хотела? Ну так ты разберись, а я посмотрю, — продолжала исполнять свою роль шиная. Она понимала, что пережимает, но мужчина почему-то этого не замечал или делал вид, всеми силами пытаясь оправдаться.

— К ней, но…

— Или я ухожу, — топнула ногой демоница, мысленно кривясь от тупости своего поведения. Разыгрывать ревнивую истеричку было тяжело — не ее натура.

— Хорошо! Пойдем! — сдался Галсан. Он вздохнул и повел Суньи на нижние этажи, где обитали слуги и рабы. Шиная ступала рядом, держась за локоть шидана и стимулируя тем самым его на подвиги. — Вот! Это комната Айи… — громко сказал он так, что служанка его явно услышала. Шиная фыркнула и толкнула дверь.

— Хозяин! Шиная! — склонила голову девушка, когда они вошли. Она стояла посередине просто обставленного помещения с кроватью, туалетными столиком и небольшим деревянным шкафом.

— Айя! Моя гостья желает знать, зачем ты меня звала… — начал Тиэнгао.

— И с каких это пор служанки призывают к себе главу рода? — вставила свое слово Суньи.

Девушка посмотрела по очереди на обоих шэяо. Шиная Циилин ощутила, что за молчанием Айи скрывается лихорадочное и пока тщетное желание выкрутиться из ситуации. Впрочем, Суньи уже не нужны были слова — она увидела все, что хотела. Возле шкафа прислуги виднелась дверь, почти сливающаяся текстурой с грубой отделкой стены. Глядя на этот вход, шиная убедилась, что комната служанки имела еще одно помещение. Демоница сразу отмела идею, что это персональная ванная. Обычно слуги мылись в общей купальне в цокольном этаже, так что эта дверь, по мнению Суньи, вела куда-то поинтереснее.

Через минуту женщина уверилась, что за этой дверью находится тот, кого она ищет: ей показалось, что совсем рядом она чувствует чьт-то ци-потоки. «Мальчик тут! Попались!» — с триумфом подумала демоница.

— Шиная Циилин! Простите мне мое скудоумие. Я просто хотела передать послание шидану от его сына. Оно срочное, но конфиденциальное, — срывающимся голосом начала объяснять служанка, теребя край передника. «Хорошая попытка!» — подумала Суньи, но вслух сказала:

— Ладно!

Шиная резко потеряла к Айе интерес. Она пожала плечами и потянула Галсана из комнаты.

— Мне все понятно, шидан. И теперь я хочу ужинать! — капризно скривила губы шиная.

— Как скажет моя богиня, — отреагировал Тиэнгао. Несмотря на затуманенность мозга любовной лихорадкой, инстинкты и опыт мужчины буквально вопили, что его гостья неискренна. Ей явно что-то было нужно, но он игнорировал голос разума. Галсан как паук стремился затянуть демоницу в свою паутину — любой ценой, на любую наживку. Чтобы золотая завязла и уже не смогла выбраться из его объятий.

Он спросит ее о сегодняшнем представлении. Потом. Может быть. А, может, и нет… По мнению, антрацитового, у женщин всегда было что-то на уме — это проза жизни.

Галсан повел Суньи в небольшую уютную гостиную с камином, в котором вместо огня плескались язычки вулканической лавы. Посередине был накрыт стол на двоих; освещение притушили, диван накрыли шкурами горных лирсов— шидан тщательно готовился, создавая романтическую атмосферу.

— Как тут… необычно, — прокомментировала Суньи. Она осматривала обстановку и почему-то нервничала. В душу закралось скребущее душу подозрение, что Тиэнгао способен ее переиграть.

— Присаживайся, — приглашающим жестом указал на диван мужчина. — Я открою двухсотлетнее вино — гордость моей коллекции. За такую встречу мне хочется приносить жертвы. Если не кровавые, то хотя бы такие. Такая удача… Ты так близко…

Демоница промолчала, растерянно кусая губу. Она стояла перед сложным выбором, который только сейчас обозначился со всей четкостью.

— Я, пожалуй, пойду… — ненавидя себя за трусость, вдруг прошептала она.

— Почему? — хриплым голосом спросил Галсан. Он подошел к шинае со спины, поднял руки и, едва прикасаясь, положил ладони на ее плечи. Шелк ее кожи запустил цунами эмоций в мужчине; ему вдруг захотелось сорвать с Суньи платье, чтобы ощутить ее гладкость всем телом.

— Пожалуй, я зря согласилась на ужин, — уже более твердым голосом ответила шиная и резко повернулась к Тиэнгао лицом. — Слушай, Галсан… Я не буду твоей любовницей.

— Ты меня с ума сводишь, — сдавливая пальцы на хрупких предплечьях демоницы, выдохнул демон. — Если бы ты могла хотя бы на секунду почувствовать то, что ощущаю я…

— Все, Галсан! Проводи меня к порталу! — приказала Суньи, пытаясь привести возбужденного мужчину в чувство. Но вместо того, чтобы послушаться шидан вдруг побледнел, сжал губы и процедил:

— Ш-шиная… Моя ж-ш-женщ-щина… Какой портал, ты о чем? Со мной будеш-шь…

Его правая рука скользнула к горлу Суньи и сжала — не особо сильно, но достаточно, чтобы сбить шинаю с дыхания.

— Пош-шел прочь! Ш-шидан, — злобно прошипела в ответ демоница, пытаясь вырваться. — Ответиш-шь… Не терплю нас-ш-силия… — она подняла руку, чтобы вцепиться ногтями в лицо мужчины, но тот перехватил ее кисть свободной рукой и, толкнув женщину, заставил ее сделать несколько шагов назад.

Суньи ощутила, что уперлась спиной в стену, в то время как тело шидана буквально вдавило ее в холод каменной преграды. Осознав, что Галсан больше не готов вести переговоры, шиная попыталась поменять ипостась, призывая свою ци-змею.

— Даже не пытайся! — понял ее намерение мужчина. — Сегодня я хочу ощущать, как ты оплетаешь меня своими ножками, а не змеиным хвостом, — выдохнул Тиэнгао, выпустив клыки и куснув женщину в изгиб шеи. Суньи вскрикнула, но не от боли, а от теплоты и влаги языка, который начал зализывать место укуса. — Фея моя! Ну же, расслабься… Нам будет хорошо! Я дам тебе все! Проси!

Мужчина шептал словно в лихорадке, одновременно с этим пробираясь под подол платья Суньи. Его ладони добрались до нежной кожи бедер, ощутили тонкое кружево белья… Ничто не могло остановить шидана в этот момент.

— Все, что угодно? — прошелестела демоница, тело которой вдруг начало отвечать на ласки. Точная причина этого была неясна: то ли антрацитовый успел впрыснуть афродизиак во время укуса, то ли у нее просто давно не было мужчины.

— Все… все… все… Дам тебе, — простонал Галсан, спуская лиф платья и касаясь изящных полушарий женской груди, которые так и просили ласки.

— Да будет так! — решилась шиная. — Отдай мне ребенка! Я хочу, чтобы ты отдал мне сына землянки и Алдучина! И тогда я буду в твоей постели! — потребовала Суньи со стоном, выгибаясь от переизбытка ощущений, когда Тиэнгао прикусил ее сосок.