Глава 16

Я волнуюсь. Мне даже хочется обратно - в своё коматозное существование, когда мне было  абсолютно все безразлично. Сейчас меня терзают сотни различных страхов разом. Самый главный, конечно, Данька. Я усилием воли стараюсь не думать о нем, но мысли просачиваются, истязают и без того измученный мозг. Я боюсь верить в то, что он жив. А ещё больше того, что погиб. Но не думаю, что Макс настолько человеколюбив. Да, щенка он подобрал. Но сомневаюсь, что ему нужен чужой ребёнок. Для этого он слишком прагматичен, рационален. Поэтому, я склонюсь к тому, что Даньку он все же прячет. А мне надо найти где. И заодно сломать Максима. Чтобы кровавыми слезами рыдал за каждый из дней этих последних лет.

– Не волнуйся, – сказал Саша.

Мы ехали на вечеринку. Я была в платье, которое прохладной волной обтекало моё тело. Я чувствовала себя более обнаженной, чем если бы шла нагишом. Скромненькое Сашкино платье льнуло ко мне, обрисовывая каждый изгиб моего тела.

– Я словно голая, – пожаловалась я в ответ.

Саша думал, что все мои переживания касаются корпоратива. Ах, если бы он знал, что за демоны терзают мой мозг. А вечеринка… я и волновалась, и предвкушала встречу с Максимом. Я хочу увидеть его лицо. Пусть боится, что я вновь сломаю ему жизнь с таким же успехом, как и несколько лет назад.

– Не стоит прятать такое тело, – усмехнулся Саша и скользнул ладонью по моему бедру. Тонкая ткань была никудышным барьером, я чувствовала сквозь неё жар его кожи. – Никто тебя не обидит.

Автомобиль остановился у ресторана. Мне открыли дверь, я вышла. Саша снова закурил, не спеша войти внутрь. Я остановилась рядом с ним, ожидая, словно и правда боялась без него шагу ступить. Хотя, может и боялась… Максим будет в ярости, но наше знакомство явно афишировать не захочет.

Сегодня был очередной дождь на которые это лето было богато. Садящееся уже солнце отражалось ярким апельсином в лужах. Поблёскивал мокрый асфальт, воздух был свеж. Прекрасный вечер. Наверное…

– Пойдём?

Я кивнула. Вцепилась в Сашин локоть, словно утопающий за соломинку. В приветливо распахнутых дверях нас встретили и провели в отдельный зал. Людей было ещё немного и все сплошь мне не знакомы. Я и не пыталась запомнить череду имён. Эти люди, которые разглядывали меня с таким любопытством, были мне безразличны. Женские взгляды скользили оценивая моё платье и украшения, мужские - обшаривали мою весьма условно прикрытую грудь. Я встретила один из таких взглядов, не сдержалась, взметнула руку к груди, словно пытаясь прикрыться. Пальцы натолкнулись на очередной Сашин подарок. На тонкой, едва различимой цепочке из светлого металла, висела крупная, розовая жемчужина. Такие же, только поменьше, в ушах. По сравнению с многими дамами, которые были увешаны побрякушками словно новогодняя елка, очень даже скромно. Но смотрели на меня, а не на них. Саша увлекся разговором с дородным мужчиной, я шагнула в сторону. Думала уйду незамеченной: негромко играла музыка, говорили люди. Но он словно почувствовал, обернулся сразу, вопросительно приподняв бровь.

– Пройдусь, – шепнула я. – Разговаривай.

Он кивнул. Я прошла вдоль накрытых столов, за которыми ещё никто не сидел, мимо сцены, с которой пела девушка в длинном, чёрном платье. Вышла на веранду. Она была общей, на неё вели двери и с других залов ресторана, в стороне стояли люди, тянуло ненавистным, сигаретным дымом. Относительную иллюзию уединенности дарили раскидистые пальмы в горшках. Я вспомнила Сашкину, поливает ли её кто, бедняжку? Или чахнет в кабинете, всеми забытая?

Впереди разливалось море, с одного краю обрезанное лесистым мысом. Набережная светилась фонарями - уже темнело. Вдоль кромки воды гуляли пары, смеялись дети. Я вновь остро почувствовала своё одиночество, свою ненужность. Вернулась мыслями к Даньке. Конечно же он меня не узнает. Захочет ли уйти со мной, с блудной матерью, которая невесть где пропадала несколько лет? Ему скоро семь, он уже не смешной малыш, и отнюдь не неразумный младенец. И Максима наверняка любит… Буду решать проблемы по мере поступления. Сначала нужно его найти.

– Вера! – позвал меня Саша. – Начинается. Пойдём встречать гостей.

Видимо те, кто приехал раньше виновника торжества, за гостей не считались. Или статуса им не хватало для того, чтобы мой личный маньяк пожал им в дверях руку. Мы встретили несколько пар, каждая сопровождающая свой денежный мешок девушка считала необходимым поцеловать меня в щеку. Точнее коснуться щеки щекой, но меня это все равно напрягало. Я столько времени избегала ненужных контактов, а теперь вся пропахла чужими духами. Неприятно. Запахло едой, я почувствовала вдруг, что не на шутку проголодалась.  Потоку гостей не было конца, так же как и шарящим по мне взглядам.

– Саш, можно я отойду? Голова кружится. Присяду.

Саша посмотрел на меня внимательно. Я уже привыкла к его покладистости и возражений не ожидала. Он нашёл мою руку, чуть сжал, погладив по тыльной стороне ладони. Я улыбнулась ему в ответ. И стиснула зубы, чтобы не вскрикнуть. Он сдавил мою ладонь так, что мне показалось, что треск моих костей слышат все. Я хотела выдернуть руку, но устраивать сцену не стоит. А он стиснул ещё сильнее и улыбнулся.

– А как же Максим? Ты не хочешь встретить своего любовника? Боюсь твоё невнимание может его обидеть…

Я вспыхнула. Доказывать ему я ничего не собиралась. Оправдываться тоже. Пытаться обелить себя перед параноиком  - зряшный труд. А если ты ещё и трахалась у него на глазах с его партнёром…. Мда.

– Если тебе будет угодно, милый, –расцвела я в улыбке.

Саша склонился и поцеловал меня в висок. А рука, которую он не вздумал отпускать, горела огнём. Наконец, меня окликнула одна из новоприбывших девушек, я шагнула к ней, и Саше пришлось отпустить меня. Больно было так, что хотелось растереть и засунуть руку в холодную воду, но уходить мне не велено. Буду стоять и улыбаться дальше. В конце концов, терпеть боль мне не привыкать.

Прошло ещё несколько томительных минут. Я устала, я отвыкла от высоких каблуков. Уже начинала злиться на Макса – уж на такое-то событие мог бы прийти в числе первых. Все же партнёр. Я чувствовала, что и стоим-то мы тут из-за одного лишь Макса, именно он Сашу волнует. Да и меня, чего греха таить.

Я скорее почувствовала его присутствие, чем увидела. Шагнула назад, к Саше. Хотелось по-детски спрятаться за его спину, но глупый порыв сдержала. Встала рядом, взяла под локоть. Сердце стучало так, что я с трудом слышала слова. Я смотрела вниз, на кончики своих туфель. Затем, решилась и подняла взгляд. Максим шёл широко улыбаясь, ведя под руку свою девочку.  Подошёл к Саше, пожал ему руку, чуть приобнял. Посмотрел на меня мимолетно, словно не заметив. Вот гад, мог бы и в обморок свалиться. Порадовал бы женушку.

Саша разговаривал с Максом, а смотрел на меня. Тоже ждал моей реакции. Какой она, интересно, ему виделась? Представлял, что я сброшу платье и сольюсь с Максом в страстных объятиях? Невозмутимость я умела сохранять не хуже своего мужа. Два сапога пара, блин.

А вот у кого с этим были проблемы, так это у Лены. Сначала она мне улыбнулась. К щеке моей потянулась, подобно своим предшественницам. А потом узнала. И без того огромные, оленьи глаза распахнула во всю ширь, хотя куда уже больше. Назад дернулась. Максим вел себя невозмутимо и она растерялась. Ведь я не на её пороге стою, а рядом с партнёром будущего мужа. Смутилась. В руку спутника вцепилась.

Господи,  какой ребёнок она ещё. Я испугалась, что она по залу сейчас побежит с воплем: это она, это она! Но обошлось. Они пошли прочь, но Лена ещё не раз обернулась, выглядывая меня. Мы шли следом, на каждый её взгляд я отвечала милой улыбкой. Она потянулась к уху Макса, трогательно встав на цыпочки, зашептала горячо. Он успокаивающе погладил её по предплечью, но не обернулся.

Что-то говорил ведущий праздника, я не вслушивалась. Я успокоилась. Мы, наконец, заняли свои места: кто-то уже загремел приборами, в мой бокал налили вина. Я выпила его до дна, поймала насмешливый взгляд Саши. Мне хотелось смотреть на Макса и его спутницу, но не стоило забывать о том, что и Саша за мной наблюдает. Увиденного, мне, в принципе, хватило с лихвой. Я глупо, по-бабски радовалась, что я выгляжу лучше Лены. Я выше, ярче, да и фигура у меня лучше. Плюс дурацкая стрижка, которая смотрится очень вызывающе. Она одна выделяла меня из толпы. Да, мне не нужен её мужчина, но мне, в кои-то веки, хотелось быть красивой.

Я выпила второй бокал. Подумала что пьяная смелость мне не помешает. Не сомневаюсь даже, что стоит отойти от Саши, и невозмутимость Макса как ветром сдует и разговора мне не избежать. Хотя я и бегать-то не хотела. Пусть сам теперь бегает.

Веселье было в самом разгаре. В воздухе витал сигаретный дым и алкогольные пары. Слышался пьяный смех, с одного из столиков мужчина пел песню Уитни Хьюстон, пытаясь перекричать девушку на сцене. Кто-то периодически брал слово и так расхваливал Сашу, словно это он построил компанию с нуля, а не освободил для себя местечко, убив отца. Один из них вообще затянул речь чуть ли не на полчаса -под конец этого словоблудия зевал даже Саша.

Я выпила уже несколько бокалов вина, неумело, но с удовольствием съела лобстера, и в данный момент занималась тем, что отщипывала ягоды от виноградной грозди и украдкой смотрела на Максима. Украдкой, потому что Саша ловил каждый мой взгляд.

– Потанцуем? – предложил он, когда очередная скучная речь закончилась.

Я согласилась. Посмотрела на него – пьян, глаза блестят. Пока - в хорошем расположении духа, а что будет, когда мы останемся наедине - одному Богу ведомо. Я с трудом подавила горький вздох, встала, взялась за предложенную руку. Музыка сменилась, вместо энергичной популярной песни заиграла лиричная. Самое то для танцев. Интересно, когда я танцевала в последний раз? Даже и не помню. Не отдавить бы Саше ноги. Хотя с чего бы мне его жалеть?

Однако тело помнило все само. Саша притянул меня к себе и мы поплыли в танце. Я даже глаза закрыла -так было проще. Можно было не думать о том, с кем я танцую. Потом, в какой-то момент, я открыла глаза, словно, подсказал кто. Саша находился спиной к залу. Нам расчистили площадку, то ли восхищаясь нашими умениями, то ли просто из уважения к Сашиным мнимым заслугам. Я смотрела на столики поверх его плеча. Взгляд скользил по незнакомым мне лицам и предсказуемо остановился на Максиме. Я удивилась: ради разнообразия тот решил, наконец, меня заметить. Сидел, откинувшись на спинку стула, смотрел на меня мрачным взглядом, даже не моргая. Лена придвинулась к нему, и, судя по всему, что-то говорила. Может даже пыталась донести до него, что я и есть та самая сумасшедшая девица, что вломилась ночью в их дом. Но Максим её не слушал. Я улыбнулась, но моей улыбки он видеть не мог. Но словно угадал её.

- Сука, - сказал он одними губами.

– Ты здесь? – спросил Саша, в который раз угадав, что моё внимание ускользает прочь от его царственной персоны. Экстрасенс хренов.

– Да, конечно. Ты прекрасно танцуешь.

Музыка сменилась, Саша за руку подвел меня к нашему столику. Раздались такие бурные аплодисменты, что я буквально почувствовала себя титулованной балериной, хотя, право слово, особых достижений на ниве танца я не имела. Я села на заботливо отодвинутый стул. Бокал был уже полон, незаметно сновавшие по залу официанты своё дело знали. Я посмотрела по сторонам, словно невзначай. Стул Максима пустовал, а Лена тосковала в одиночестве. Эх, была не была. Или чему быть, того не миновать? Я вновь выпила вино в два глотка. Терпкое, сухое - оно было лёгким и вкусным, но пьянило не хило.

– Ты куда?

Вопрос догнал меня едва я поднялась. Честное слово, даже в подростковом возрасте меня так не контролировали.

– В туалет, Сашенька, – терпеливо ответила я. – Люди периодически писают, и я - не исключение.

Я даже ожидала, что он пойдёт следом за мной, но, слава Богу, обошлось. У выхода из зала я обернулась, он продолжал сидеть на месте. Хоть бы кто его разговором отвлёк, что ли. Или завел очередную получасовую речь. Но когда мне так везло?

Я прошла пустым коридором. Сюда музыка доносилась значительно тише, зато мои каблуки отстукивали по плитке звонкой дробью. Туалетов в ресторане было несколько, я выбрала тот, что дальше. Максим меня найдёт, даже не сомневаюсь.

Туалет был пуст, все три кабинки чуть приоткрыты. Я и правда посетила одну из них, когда ещё меня выпустит мой истеричный диктатор. Умылась, плеснула в лицо холодной водой, стараясь не смыть старательно наложенный в салоне красоты мейк, промокнула салфеткой щеки. Оперлась руками о край раковины, посмотрела в помпезное, с золочёной рамой, зеркало. Чуть не отшатнулась. У меня был слишком… шальной взгляд. Возможно вино тому виной, а возможно мой хронический пофигизм пошатнулся. Может поэтому Саша бдит надо мной, словно наседка над своими цыплятами? Дверь приоткрылась, впуская в комнату приглушенную музыку. Я досчитала до пяти, потом повернулась навстречу. Максим молча стоял засунув руки в карманы брюк .

– Ты помолчать пришёл? – не выдержала я. – В таком случае можешь продолжать сверлить меня гневными взглядами в зале, а я пошла.

Я обошла его и устремилась к дверям. Он поймал меня за локоть. Думала сожмет, как Саша, оставляя синяки, но он сдержался, хотя, думаю, это стоило ему немалых усилий.

– Стой.

– А чего бы не постоять, – хмыкнула в ответ, дёрнул руку, но несмотря на мягкость, хватка была основательной. – Руку отпусти. Я не убегу.

Он отпустил. Я вернулась к раковине, оперлась о неё, чувствуя, как холодит кожу через тонкую ткань платья.

– Ты что творишь? – наконец сказал он. – У тебя вообще мозги отбило?

– Твой Сашенька внёс в это неплохой вклад.

– Ты чего от меня хочешь? – голос его был спокоен, говорил Макс короткими предложениями, а я буквально чувствовала, что вот немного, и его прорвет, как плотину.

– Ничего.

Я улыбнулась. Он заиграл желваками. Я лениво думала о том, что ненавижу его, но это чувство не поглощало, а маячило где-то на периферии сознания. Мне хотелось спровоцировать его, вывести из себя. Хватит существовать в комфортном мирке, как мне, так и ему. Меня из него выбили насильно - и Максима я щадить не буду. Про Даньку я решила молчать. Не сегодня. Не хватало ещё, чтобы он просто вывез и перепрятал его посреди ночи, а я даже сделать ничего не смогу.

– Что, блять, нужно тебе? – заорал он, не выдержав моей улыбки. – Давай я вывезу тебя, прямо сейчас. Вылазь, блядь, в окно, машину я подгоню и насрать на твоего Сашу.

– Неа, – снова улыбнулась я. – Мне и тут весело.

Я шагнула вперёд, ближе к нему. Глаза в глаза, как раньше. Встала на цыпочки, как Лена недавно. Потянулась к его губам. Глаза Макса были такими темными, что даже крупинок в них видно не было, словно растворились в этой черноте. Я была так близко к нему, что чувствовала на своём лице его дыхание. От него чуть пахло сигаретным дымом, хорошим коньяком, я ещё неуловимо чем-то родным, запахом, который был присущ только ему. Он вызывал ненужные воспоминания и щемящую грусть. Я думала, что просто подразню его. Но пошла дальше. Этого не было в моих планах, видимо, все же с импровизацией у меня проблемы.

Его губы были сухими и теплыми. Я коснулась их своими губами и замерла на мгновение. Подумала: да это же смешно. Словно первый поцелуй у подростков. Кто-то из нас должен отодвинуться по меньшей мере. Но…никто этого не сделал. Я приоткрыла губы и коснулась его языком. Странно, но мне было так весело. Если бы мой рот не был занят, я бы пожалуй расхохоталась в полный голос. Но вот только оторваться не могла. Вся причина в его запахе, теплом, немного соленом, терпкой туалетной водой, едва уловимо - мужчиной… Если закрыть глаза, то можно вообразить, что всего этого нет, что мы у себя, в доме, который я никогда не любила. Но в нем мне спокойно, в нем Данька, который прибежит ранним, воскресным утром, выдергивая нас из сонной дремы, запрыгнет в постель с требовательным криком. А потом, когда Аришка уедет его гулять, Макс прижмется ко мне голым боком, через тонкое одеяло я буду чувствовать его тепло и степень  возбуждения, явно упирающуюся мне в бедро… Да, когда это было.

Максим простонал, то ли сдаваясь, то ли выражая своё ко мне отношение. Обхватил меня за затылок одной рукой, надавливая, заставляя прижаться к его рту ещё сильнее, словно собираясь меня съесть. Мы старались не касаться друг друга телами, он даже второй рукой меня не касался. Зато целовал глубоко, яростно, вымещая на мне свою злость. А затем оттолкнул в сторону, спиной к стене. Мы оба тяжело дышали, словно марафон пробежали.

– Убирайся из моей жизни.

– Иначе что? – с вызовом спросила я, вздергивая подбородок. – Убьешь меня? А может просто бросишь истекать кровью, предоставив это другим? Это больше на тебя похоже.

Он вскинул руку. Время для меня растянулось в замедленную съемку, а несколько секунд в вечность. Я чётко понимала – сейчас он меня ударит. Никогда не бил, а сейчас вот начнёт. Но его я не боялась, не смотря ни на что. Вообще бояться устала. Я перехватила его руку, а второй нанесла ему пощечину. Сама. Она была звонкой, обожгла ладонь. Максим опешил, да я и сама не верила в то, что сделала. Я до сих пор удерживала его руку. Хотя кому я вру? Моих сил не хватило бы сдержать мужскую ярость, он просто позволил мне себя остановить.

– Ты пожалеешь.

– Как бы самому жалеть не пришлось.

Я беспрепятственно обошла его и вернулась в зал. Посмотрела на часы – наш бессмысленный разговор занял всего пару минут, а казалось-то… Саша танцевал с какой-то фигуристой блондинкой, имени которой я не помнила, но моё возвращение заметил. Я выпила ещё вина, а затем просто считала минуты до того мгновения, когда наконец можно будет уйти. Время тянулось медленно, Саша пил, стремительно пьянея, я тосковала и томилась. Наконец, когда часть гостей уже разошлась, а над морем приподнялось солнце, он покачиваясь поднялся.

– Поехали.

Шофер открыл нам двери автомобиля. Я трусливо надеялась, что Саша просто уснет, вырубится, прямо не доезжая до дома, а водитель поможет поднять его наверх, но моим мечтам не суждено было сбыться. Мы молча поднялись в квартиру.

– Разговаривала с ним, да? – Саша обдал меня запахом алкоголя, прижал к стене. – А может даже отсосала торопливо в туалете?

– Ты пьян, давай поговорим позже, пожалуйста.

– Нет, я хочу сейчас.

Затрещало, разрываясь по швам, моё новое платье. Гнев и не до конца выветрившийся хмель правили моим телом. А может лёгкая победа над Максимом придала мне смелости. Я оттолкнула не ожидавшего от меня такой прыти Сашу в сторону. Он пошатнулся, едва не упав, и устремился за мной. Но по сравнению с ним я была трезва, как стеклышко. Я бросила в него торшером, тот упал ему под ноги, вынуждая споткнуться. Потом связкой ключей. Из рассеченной брови вытекла тёмная капля крови, прочертила полоску на лице. Глаза полыхнули гневом, и я поняла, поймает – убьет. И трахнет ещё до кучи.

Бросилась в ванную и одним рывком захлопнула за собой дверь. Задвижка здесь была изнутри, и основательная. Саша врезался в дверь всем телом, она содрогнулась, протяжно заскрипев. Насколько её хватит? - подумала я. А на сколько Саши? Он пинал дверь, я сидела на полу, закрыв уши ладонями.

– Открой, дура тупая!

Отвечать я не стала. Нашарила рукой тяжёлый, стеклянный подсвечник, оставленный мной в прошлый раз. Вломится - кину ему в морду. Но Саша устал. Ему, пьяному, дверь была не по зубам. Завизжало что-то тяжёлое по полу, придвигаясь к двери, отсекая меня от внешнего мира. Саша ушёл, а я легла на пол, прямо на холодную плитку. Что же, надеюсь к утру его гнев пройдёт. Утро вечера мудренее - это факт. А иначе мне не поздоровится.