Глава 18

Ешки матрешки… ну и морда. Василиса по сравнению со мной реально красотка. Глаз у меня и вправду мало. А про губеси страшно говорить, ощущение, что их кто-то грыз. И в этом зрелище виноват я. Лучше бы трахнул пьяную Васю, нежели жрал этот чертов перец и лез к ней целоваться. Я же потом его еще и ей пихал, а она в отместку им по моим губам провела. М-да… два дебила — это сила.

После трех выпитых стаканов воды немного полегчало. Быстро надел футболку с джинсами, нацепил солнцезащитные очки и поковылял к машине.

— Сначала домой, я хочу опорожниться и помыться, потом за телефонами. А затем уже за собакой. Я, кстати, ждал тебя значительно позже. И да, уже можешь говорить, Мишаня.

— Интуиция подсказала мне, что надо позвонить пораньше, поэтому и встретились мы с вами, стало быть, раньше.

— Я тебя почти люблю, Миша. Это все? Ты даже ничего не спросишь, как я до такого докатился?

— Знать не хочу, что с вами в очередной раз сделала эта женщина. Живы и хорошо.

— Ты удивишься, но в этот раз она не виновата. Ладно, давай о насущном. Что у нас с поливом огорода у Василисы?

— Если вы будете устанавливать систему, то тогда уже скорее завтра-послезавтра, после обучающего материала. Если профи, то сделают сегодня пока мы будем в городе.

— Конечно же, это буду делать я. Ну или мы вместе с тобой завтра. Там сложно?

Вопрос задать задал, слушать — не слушал. Слишком занудный рассказ. Вместо того, чтобы вникать, у меня в голове только одно «шесть лет». Ну просто не укладывается в голове, как можно быть одной столько времени при такой внешности. Фригидная? Да нет, какая она на хрен была вчера фригидная. Все там нормально. Просто… просто ни хрена не просто. Зачем человеку добровольно лишать себя секса? Перевожу взгляд на Медведева.

— Миш, у тебя девушка есть?

— Нет.

— А секс?

— Откуда такая заинтересованность в моей сексуальной жизни?

— Да ты мне нравишься. Подумал, что ты такой какой-то правильный и занудный от недотраха. Хотел бы тебе помочь. Мужчина и женщина должны быть хорошо оттраханными. Причем не работой затраханными. И не родственниками.

— Вы мне тоже нравитесь, но не настолько, чтобы дать вам меня оттрахать.

— Мишаня, за такие шутки в зубах бывают промежутки.

— Извините, но вы ступаете на территорию личного, я не обязан с вами это обсуждать.

— Ладно, не хочешь говорить — не надо. Но девочку я тебе могу подкинуть.

— Я понимаю, что вы потеряли возможность пользоваться проститутками лично и вам надо кому-то их подсунуть, но я не пользуюсь их услугами.

— Ой, все такие правильные вокруг, прям бесят.

— Отнюдь. Элитные проститутки дорогие, мне есть куда потратить деньги. А для обычных я слишком брезглив. Так что никакой правильности. Как всегда, дело в деньгах.

— Я тебе хорошо плачу, но, если надо — могу увеличить.

— И я все равно применю их на другие нужды, так что не стоит.

Пуленепробиваемость и равнодушное спокойствие Миши маленько подбешивают, а, впрочем, таким он и должен быть.

* * *

Чувство такое, словно я вернулся в детство. Радуюсь, как пацан, рассматривая телефон, купленный Василисе. Точнее на его девчачий розовый чехол с бабочками. Типично женская штучка, ей должно понравиться, девочка как никак, пусть и со стальными яйцами.

— Наигрались? — невозмутимо бросает Миша, как только мы подъезжаем к новостройке. — Мне с вами подниматься?

— Не наигрался. Справлюсь один.

Нет, мне такой тон и невозмутимость как у Миши не идет. Вновь надеваю очки и иду к подъезду. Я бы мог взять в прокат какую-нибудь собаку, причем менее габаритную, нежели Гриша, но, учитывая, что Григорий мне знаком и мы не испытываем друг к другу неприязни, надо брать его. Ну и ладно, чего уж греха таить, дело не только в этом. Возьми я в прокат породистого маленького кобелька, аля Василисин шпиц, это было бы непривлекательно в ее глазах, а когда у тебя подобранный беспородный пес с отрезанным ухом, это беспроигрышный вариант. Подумаешь, не я подобрал.

Черт, когда я так низко пал, чтобы вот так получать расположение женщины? А, впрочем, на войне и в любви все средства хороши. За своими раздумиями не сразу понял, что хозяин Гриши уже встречает меня с распростертыми объятьями, а если быть точнее с типичным видом «какого хера надобно». Такие как Зорин доброжелательностью и вежливостью не обладают. Скорее всего и я бы никогда к нему не подошел, и не воспылал дружбой и привязанностью, если бы не воля случая. Случай, надо сказать, запоминающийся. Не встреть я на своем пути Лешу, сейчас бы здесь не стоял. В лучшем случае, был бы похоронен с безымянной табличкой.

— Прекрати делать вид, что я тебе не нравлюсь. О чувствах, Лешик, надо говорить вслух. Мало ли завтра помрем.

— У меня закончились слова при виде твоих губ. Ты землю ртом рыл? — ухмыльнувшись, произнес Зорин, пропуская меня в квартиру.

— Пропалывал им травку.

— То есть ты уже перешел на травку. Лучше просто бухай, Петя.

— Не переживай, никакой травки. Я даже не пью уже больше недели, — тянет руку к моему лицу и снимает очки. — Ну только вчера пригубил. Был особый случай. В общем это все неважно. О, а вот и мой любимый Гришаня, иди сюда, — треплю собаку за ухо, тот, на мою удачу, проявляет ко мне явно симпатию, виляя хвостом. — Лешик, у меня к тебе деликатное дело.

— Слушай, я собирался есть. Не порть мне, пожалуйста, аппетит.

— В смысле?

— В прямом. Я — терапевт, а не дерматовенеролог. Что ты мне собираешься показать на этот раз? Снова член? Прекрати трахать проституток и тогда не будешь думать, что мог подцепить.

— Господи, один раз показал, а разговоров-то, разговоров, — демонстративно цокаю. — Успокойся, не буду я ничего тебе показывать. Мне просто хотелось бы забрать Гришу на пару недель, может, больше. Я перебрался до сентября на великолепнейшую природу, ну и хотелось бы побольше гулять. А одному как-то странно, вот и хотелось бы с собакой наматывать километры. И ему полезно, и мне. Ты не против?

— Зачем тебе моя собака?

— Девушку одну расположить к себе, — честно отвечаю я, привставая с колен. — Обещаю за ним ухаживать, выгуливать, кормить, любить и не ругать.

— Петя?

— Оу.

— Пойдем, поедим. Поговорим.

— Нет, Лешик, я спешу, много дел.

— С тобой все нормально?

— Я влюбился. А если верить ученым, что любовь — это болезнь, то нет, не все в порядке. Но скоро все будет пуки чики. Или чики пуки, как правильно?

— Правильно будет — прекрати бухать.

— Уже, — отбираю очки. — Ну так что, я заберу Гришу?

— Забирай.

* * *

19:12

«Ну что, красопета, как насчет нарушения твоего полового покоя?:)»

19:13

«Я уже в кровати с мигренью, так что нарушай чей-нибудь другой половой покой. Спокойной ночи»

В кровати она, ну-ну, без телефона и ноута. Врушка.

19:13

«У меня тоже голова все еще бо-бо, давай лечить вместе?»

19:14

«Сладких снов»

Ну и ладно, чем труднее путь, тем слаще победа. Выглянул в окно — свет у Василисы горит, что и требовалось доказать. У самого мысли только об одном — завалиться к ней в дом, хоть через окно и наконец уже продолжить начатое. Останавливает только здравый смысл. Мягче. Сегодня просто подарить телефон. Нет, не только его.

С энтузиазмом начал запаковывать пилку и прочие атрибуты для идеальных ног в коробку. За такое Василиса, меня, конечно, может нахер послать, но в принципе мне не привыкать. Полезный подарок, как ни крути. Пока более-менее сносно обмотал долбаную коробку не менее долбаной подарочной бумагой — весь, сука, вспотел. Квест, твою мать.

— Пойдем, гулять.

Стоило мне только произнести «гулять», как Гриша подорвался с места и пошел за мной на улицу. Из-за того, что так умаялся с коробкой, прогулка получилась не долгой.

Принял бодренький душ и, толком не успел вытереться, как открылась калитка и вошла «случайная» обливательница кофе.

— Добрый вечер, Петя, а я принесла тебе футболку, — о, мы на ты, какая прелесть.

— Гранд мерси, Светлана, — беру протянутую вещь.

— Какая у тебя классная собачка. Обожаю таких больших, — о, кажется, кто-то тоже притворяется любителем собак. Лыба до ушей. Какие, однако, у нее ровные зубы. Надо к стоматологу сходить. Интересно у нее свои или нет? Надо спросить. Она от такого вопроса точно больше не захочет со мной флиртовать. Усмехаюсь в голос. А вот Светик это явно интерпретирует по-своему. И все-таки симпатичная девка, надо ее Мише турнуть.

— Свет, а у тебя зубы свои?

— Эээ… — да, вот теперь я улыбаюсь в тридцать два зуба.

— А что?

— Да так, интересно.

— Свои, — выпрямляется во весь рост, не переставая делать вид, что испытывает к Грише нежные чувства.

— Красивые, как у породистой лошади. В хорошем смысле. Глядя на твою улыбку, вспомнил, что мне самому пора к стоматологу.

— Могу дать телефончик хорошего специалиста.

— Да нет, у меня свой.

— Петь, не сочти за наглость, можно у тебя попить водички? В горле пересохло.

— Можно.

Вот как-то я не планировал, что Света окажется впереди меня, да еще и напросится открыть ей дверь. Хваткая девка, надо точно Мише ее сейчас же подсунуть.

Пьет, ну просто охрененно медленно, словно в кружке нектар, а не простая вода.

— Добрый вечер, — о, спаситель мой двуногий с трехлитровой банкой в руках.

— Это мой троюродный брат Миша.

Бла-бла-бла, перемотать охота эти никому ненужные преставления и ужимки. У меня трубы горят, а Светик какую-то херню несет. Медведев же вообще намеков не понимает. Уже и так, и сяк показываю взглядом.

— Светлан, извините, у нас с Петей намечаются дела. Шли бы вы домой.

Не ржать, не ржать! Бедная Светлана, то с лошадью сравнили, то выгоняют.

— Ты охеренно общаешься с женщинами, Миша, — не сдерживаюсь, когда мы наконец-то остаемся одни.

— Вы тоже. Вангую, у меня будет секс раньше, чем у вас.

— Это шо за такие намеки?

— Прямо говорю, я со своим стилем общения могу наскрести по сусекам на элитную проститутку, а вам ваша Василиса не даст в ближайшие пару недель.

— Чего это?

— Подозреваю, вы так славно общались со Светланой на улице, что спугнули свою Василису, которая, по всей видимости, хотела вас навестить. Я увидел ее возле калитки. Этот сок, — указывает взглядом на банку. — Она дала мне его для вас и попросила сказать, что это не от нее, а от какого-то там соседа. А теперь попробуйте докажите ей, что за десять минут вы эту Свету не трахнули в этом доме.

Радоваться или огорчаться, что брехушка Вася пришла ко мне сама? Однозначно, радоваться. И… огорчаться. Поди уже расчленила меня мысленно. Черт, только не надо снова сто шагов назад. Быстро надеваю футболку и выхожу на улицу.

В доме, несмотря на то что у Василисы горит свет, ее нет. А вот на огороде есть. Ее собака, кажется, впервые не обратила на меня никакого внимания. Как сидит около хозяйки, так и сидит, опустив хвост. Видимо, тоже, как и я зассал от вида Васи. С каким выражением лица она вырывает траву — не описать словами. Поди на месте нее она представляет мою физиономию. Парадокс, но мне так кайфово стало в этот момент. Больной, однозначно, но оправдание тому есть, я сто лет не испытывал на себе ревность женщины. Кажется, это было в другой жизни. Не безразличен и это так… неебически кайфово.

— Может, хватит работать, Василиса Петровна? Ты еще позавчера была со скрюченной спиной. Оставь себя на вечер, зая.

По взгляду вижу — не ожидала меня увидеть.

— Обо мне заботиться не надо. Сама как-то за тридцать три года хорошо справлялась. А вот Светлане можешь помочь, например, майку на грудь натянуть, а то она может простудиться. Погода, знаешь ли, обманчива.

Да ты ж моя хорошая. Видимо, поняв, что сдала себя с потрохами, изменилась в лице, но не убежала, сломя голову, домой. Медленно скинула перчатки, выпрямилась во весь рост и взглянула на меня.

— Мне приятно, что ты меня ревнуешь, но не переживай. У меня с твоей подружкой ничего не было. Можешь ее спросить или Мишу. Хотя, она может приврать. В общем, клянусь твоими пятками — я ее даже не трогал. Она просто попросила попить воды. Да, это был подкат, но я ни-ни. У меня для тебя подарки дома лежат. Это легко проверить, к кому я собирался.

Теплеет. Вот прям на глазах теплеет ее взгляд. А я только сейчас заметил, что одета Василиса ну никак не для огорода. И волосы какие-то другие. Красивая зараза. Рука сама потянулась к ее волосам. Заправляю прядь за ухо и притягиваю ее к себе за талию.

Так бы и сожрал. Но вместо этого спокойно, не напирая, целую ее в едва приоткрытые губы. Длилось это недолго, буквально пару секунд. А затем она резко оттолкнула меня ладонью в грудь.

— Сука, — сквозь зубы процедила Вася, сжав руки в кулак.

— Света?

— Ты!

Какая-то секунда и бешеная Василиса быстрым шагом идет к дому. Еле успеваю за ней. И как раз перед тем, как она закрыла дверь, уcпел подставить ногу, а затем резко распахнул дверь.

— Ты чего?

— Я смотрю у кого-то мужское начало проснулось.

— А оно и не засыпало, Васенька, — захлопываю дверь, на что Василиса тут же открывает ее, указывая мне взглядом свалить отсюда.

— Статья 139 УК РФ — незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица. Знаешь такую, Петя?

— Знаю. Зарплаты чакролога мне хватит, чтобы заплатить штраф.

— Там еще арест до трех месяцев.

— Ой, боюсь, боюсь. Передачки мне будешь носить?

— Видел? — тычет мне фигой в нос.

— Ну тогда вместе сядем. Ты за незаконное разведение кур и за нанесение тяжких телесных повреждений. Я еще что-нибудь придумаю. Будем вместе в одной камере сидеть. О, мне даже так нравится. За решеткой — ты никуда не сбежишь.

Если до этого взгляд ее был злющий, то теперь просто испепеляющий.

— Ну чего ты как обиженная девочка себя ведешь? Я же пошутил. Да что снова не так?!

— Только появись еще раз на моем участке, я реально ментов вызову. Понял меня?!

— ПМС?

— Пошел вон отсюда.

— А ты не охренела ли, принцессочка моя?! Я тебе что мальчик, чтобы терпеть твои выкрутасы и бегать за тобой?

— А ты не бегай, просто забудь о моем существовании.

Шутки шутками, но готов поклясться, что сейчас это не типичные бабские отвали в переводе на русский — «не уходи». Не знаю, как сдержался и вышел из ее дома. Спокойно… и не такие крепости брали. Всему свое время.

А сейчас… сейчас можно в очередной раз нагрузить свою печень.