22. Данияр

– Вы уверены? – всё ещё не мог поверить в то, что сказал врач. – Ошибки нет? – Никакой ошибки, – заверил меня он, и моё сердце окончательно провалилось в пропасть. Это было похоже на дурацкую шутку, сюр. Должно быть, сам Аллах надсмехается надо мной? Хорошо, допустим, я заслужил, я плохой человек. А с Софией за что он так? У нас с Эльвирой должны были родиться дети. Много детей – дочерей, сыновей. Мы мечтали о них, надеялись что бог пошлёт нам это благословение. Но этот шутник решил, что София достойна стать матерью моего ребёнка больше, чем мин яраткан? Уму непостижимо! Нет! Я отказывался принимать это наказание. Всё что угодно, только не ребёнок. Нежеланный, нелюбимый, ненавистный! – Она знает про беременность? – проскрипел я каким-то не своим голосом, в глубине души надеясь на реальное чудо, что Софии ещё не сказали, что она пока в неведении, что носит под сердцем плод своей чудовищной глупости. – Да, конечно, – добил меня доктор. Я хотел спросить, как София восприняла эту новость, но потом передумал. Как она может её воспринять? Охренела, наверное, похлеще моего? Это мой грех. Я возьму его на себя. София ни в чём не виновата. – Сделай ей аборт! – решительно заявил я. – Избавься от плода! Я отказывался произносить слово "ребёнок" вслух. Плод, просто никому не нужный сгусток клеток. – Что? – брови врача едва не уползли под шапочку от удивления. – Ты сам сказал: срок маленький. Реши проблему так, чтобы София подумала, что у неё выкидыш. Деньги не проблема. Сделай, или я тебя, сука, в лесу закопаю. Живьём! Мужик понял, что я не шучу сразу, поэтому возражения свои засунул глубоко в задницу. Пораскинув мозгами, он выбил барабанную дробь на столе пальцами, действуя мне на нервы, а потом сказал: – Хорошо, я всё сделаю. Пусть пациентка в себя придёт. Пару дней мне дайте, чтобы всё подготовить. Этот ответ меня устроил более чем, поэтому я закрыл тему. Оставалось самое неприятное и больное. – Я хочу увидеться с Софией! – не попросил, потребовал. – Только не волнуйте её и не расстраивайте, молю! Как, блять, не расстраивать, если мне выпало "счастье" рассказать, что она теперь круглая сирота? Пусть лучше сейчас узнает, пока в больнице. Здесь её хотя бы успокоительными могут накачать, в случае истерики. А дома я что с ней делать буду? Как успокаивать? Может, сама ребёнка скинет на нервной почве, и мне руки марать не придётся? Для неё эта новость станет ударом. Увидел её, и все слова застыли в горле. Маленькая, хрупкая, бледная, обвешанная какими-то проводами и трубками, а внутри неё мой ребёнок. Сердце разрывалось от этого зрелища. – Данияр! – радостно воскликнула София, увидев меня. – Как хорошо, что ты пришёл! Я приказал медсестре выйти, взял стул и присел рядом с Софией. Она расплакалась, выворачивая все мои кишки наружу. – София, у меня плохие новости, – начал я, пытаясь подобрать слова, но подбирать было нечего. – Твой отец… Он… Дальше не смог. Не смог, и всё тут. Смотрел на Софию, и меня самого слёзы придушили. – Ты убил его? – озвучила догадку. – Скажи мне правду! – Нет, не я. Клянусь Аллахом, что не я. Она разрыдалась в голос, и я взял её безжизненную руку в свою. Мне хотелось разделить с ней её боль, облегчить её страдания, но что я мог сделать? Молчал, как мудак, сжимая тонкие пальцы Софии. – Ты, наверное, расстроился, что тебя опередили? – произнесла София и забрала у меня свою руку. – Не думай об этом, София. Это уже неважно. Расскажи мне, как так вышло, что ты упала? Зачем ты покинула комнату? – Я хотела сбежать, – всхлипнула она, причиняя мне новую порцию боли. – Но не получилось. Меня кто-то столкнул. – Что? Это правда? Это был Матвей? – Я не видела, кто это был. Кто-то сильный. Повезло, что я шею не свернула. Долбанный предатель! Мне хотелось взвыть от осознания, что Матвей меня предал. Я считал его другом, братом, а он… – У меня тоже есть новости, Данияр, – продолжила София. – Я жду ребёнка. От тебя. Я не стал говорить ей, что уже в курсе об этом, просто решил подыграть. Разницы, от кого я узнал, не было никакой. – Странно, да, что так получилось? – не дождавшись от меня никакой реакции, продолжила она. – Я сначала расстроилась, а теперь думаю, что это, наверное, хорошо, что у нас будет малыш? Да что, блять, хорошего? София просто в неадеквате сейчас, вот и несёт что попало. Слишком много событий на сегодня, головой тронулась девочка. – Ты хочешь этого ребёнка? – сам не знаю, зачем спросил. – Это всё, что у меня теперь есть, Данияр. – Отдыхай, бәбкәм. – Не уходи, пожалуйста! Мне страшно! – взмолилась София. – Я буду рядом, София! Не беспокойся! Я больше не допущу, чтобы с тобой ещё что-то случилось! Ты мне веришь? Я бессовестно ей врал, но мне хотелось сказать ей что-то ласковое, ободряющее. Больше пообещать было нечего. – Если они убьют меня, твой ребёнок тоже погибнет! Я поднялся со стула, потому что больше не мог здесь находиться. Мне нужно было остыть, обдумать всё хорошенько. Решить, куда теперь девать Софию. Два неудачных покушения уже. В третий раз не может повезти. Я вообще не верил в везение. Она думает, что я теперь стану охранять её, потому что она от меня залетела? Глупая! Плевать я хотел на ребёнка! Пусть бы поскорее его не стало – одной проблемой меньше. София рассчитывала на меня, надеялась на мою защиту, а я не знал, потяну ли эту телегу. Я уже не смог защитить её. Не смог защитить Эльвиру. Я никчёмный человек, не мужчина. И жить мне тоже незачем.