Глава 32

– Брюс, что ты думаешь о леди Карлайл? – Вильгельм с любопытством взглянул на генерала. – Мы ведь представляли совершенно другую картину. А оказалось, что Пенелопа умна, предприимчива, хороша собой и ко всему прочему, отлично готовит. Что само по себе удивительно для девушки благородного происхождения. Интересно, где она обучилась поварскому искусству? На это ведь требуются долгие годы.

Мужчины сидели под деревом прямо на траве, глядя на звёздное небо. Праздник закончился, и все гости разошлись по шатрам. Летняя ночь была тепла и тиха. Поляну окутывал лёгкий туман, лунный свет серебрил листья, а звуки ночи наполняли свежий воздух.

– Она необычна, – ответил Эджертон и замолчал, чем удивил короля.

– Это всё, что ты можешь сказать?

– Почему леди Карлайл так интересна вам, Ваше Величество? – задал ему генерал встречный вопрос. – Мне кажется, или у вас к ней какое-то особое отношение?

– Не знаю… Но признаюсь, что Пенелопа привлекает меня, – задумчиво ответил Вильгельм. – Мне трудно выразить свои эмоции. Они еще очень зыбкие…

– Вы хотите сделать девушку своей любовницей? – в голосе герцога послышались металлические нотки.

– Я не подлец, Брюс. И ты это знаешь, – король посмотрел на него хмурым взглядом. – Возможно, если бы Пенелопа была уже опытной женщиной, без всяких условностей… Мы могли бы подарить друг другу чудесные мгновения… Но растоптать этот цветок было бы верхом жестокости. Вот только леди Карлайл – невероятно притягательная особа. В ней скрывается довольно сильная личность. Мне бы хотелось следить за ее судьбой.

– Не вмешиваясь в неё? – уточнил генерал.

– Я не могу пока ответить на этот вопрос…

– Пенелопа в нарядном платье выглядела совершенно иначе, – герцог внимательно всматривался в лицо короля, пытаясь прочесть скрытые мысли сюзерена. – Кстати, откуда оно?

– Я хотел подарить его леди Розенбранц, – усмехнулся Вильгельм. – Платье сшито из Пилонского шелка и стоит, как целый дом! Ну ничего, ей я подарю какое-нибудь украшение. Леди Розенбранц одна из моих лучших фавориток.

– Женщины – ваша слабость, Ваше Величество, – хмыкнул Эджертон.

– Нет, Брюс. Это всего лишь способ заполнить пустоту, – Вильгельм слегка толкнул его локтем. – Ты напряжен. Что такое? Не из-за моей ли драгоценной сестры?

– Мне кажется, что принцесса оказывает мне знаки внимания, – честно признался герцог. – Нет, я даже уверен в этом.

– Я не буду против, если ты об этом, – улыбаясь, сказал король. – Лучшей партии ей не найти.

– Ваше Величество… я не хочу оскорбить ни вас, ни принцессу Патрицию, но я испытываю к ней лишь уважение, – голос Эджертона звучал твёрдо. После этих слов воцарилась тишина.

– Уважение… – медленно повторил Вильгельм. – Это, конечно, немало, но недостаточно для тебя. Я правильно понимаю?

– Да, так и есть, – согласился генерал.

– Но совсем недавно твоё отношение к браку было совершенно другим. Что изменилось за столь короткое время? – с любопытством поинтересовался король.

– Ничего. Но мне бы не хотелось сделать принцессу несчастной, – не сразу ответил Эджертон. Он будто подбирал слова, стараясь не обидеть сюзерена.

– Жаль. Я бы с удовольствием породнился с тобой. Что ж… думаю, Патриция воспримет эту новость с присущей ей сдержанностью, – вздохнул король. Но в его голосе не было гнева или раздражения. Скорее легкое разочарование. А потом он вообще сменил тему: – Адам Норфолк не найден?

– Нет. Норфолку удалось уйти. Но он был тяжело ранен, – генерал говорил спокойно, даже немного отрешенно. – Ваше Величество, рано или поздно кузен всё равно попадет к нам в руки. Если, конечно, останется жив.

– Я всегда восхищался твоим хладнокровием, Брюс… – Вильгельм обнял генерала за плечи. – Не знаю, смог бы я так поступить…

Эджертон промолчал, опустив голову. На душе было тяжело и муторно, словно он обманывал не только короля, но и самого себя…

* * *

Я испытала облегчение, когда праздник закончился. Король вел себя вежливо, но порой в его взгляде, брошенном на меня, загоралось что-то тёмное и опасное. Всё было окутано какой-то тайной, вкрадчивым напряжением, непониманием и неясными намерениями. Каждый миг, когда взгляд Вильгельма останавливался на мне, казалось, что он пробирался до самых глубин моей души.

Мы беседовали на отвлечённые темы, но я чувствовала, как мысли короля скользят по другим путям. Я притягивала его, и это не могло меня не настораживать. Но когда пришло время прощаться, Вильгельм выглядел немного отстранённым. Он не изъявил желания увидеть меня снова, никуда не приглашал, лишь поцеловал руку.

– Я провожу вас, леди Карлайл, – генерал Эджертон появился за моей спиной как чёрт из табакерки. – Где ваш слуга?

– Рон уже ждёт, – я жестом подозвала слугу, который в ожидании замер у ворот. – Ваша светлость, вам не стоит утруждать себя…

– Это моя обязанность, – чересчур резко ответил Эджертон. Я не стала больше возражать. Хочет, пусть идет.

Сестра короля надменно кивнула, когда я попрощалась с ней, не удостоив даже взглядом.

– Ваша светлость, надеюсь, вы не задержитесь, – обратилась она к герцогу. – Мне бы хотелось кое-что обсудить с вами.

– Я вернусь, как только провожу леди Карлайл, – холодно ответил он. Лицо Эджертона оставалось непроницаемым. Его тяготит общество принцессы Патриции! В этот момент это было очень заметно.

Мы покинули Изумрудный Луг и медленно пошли между кибитками. Ещё кое-где слышались пьяные голоса, смех и громкий храп. Праздник выдался на славу.

– Отправимся в путь до обеда, – сказал генерал, когда мы подошли к нашей кибитке. – Сразу после получения вами королевской награды.

– Хорошо, – кивнула я. – Мы с утра соберём все свои вещи.

– Охрану я оставлю на ночь. Так будет спокойнее и мне, и вам, – герцог поклонился и быстро пошел обратно, сложив руки за спиной. Какой же тяжёлый человек!

– Пенни, у нас точно всё будет хорошо? – в голосе Рона прозвучали нотки страха. – Я тут подумал и решил, что радоваться вниманию короля опасно… Одному Богу известно, чем это может закончиться! О чём вы говорили с ним?

– Не переживай, все обязательно будет хорошо, – я улыбнулась слуге, хотя сама испытывала те же чувства. Но пугать Рона в мои планы не входило. – Его Величество интересовался делами таверны и хвалил нашу еду.

– Дай Бог, чтобы всё на этом и закончилось, – вздохнул мой помощник. – Пойдём спать, Пенни… Завтра трудный день.

Утром мы собрали вещи в кибитку, вернули мебель, которую брали в аренду, и стали ждать награждения. Оно прошло быстро, без всяких пафосных речей. Двое мужчин передали мне пятьсот тир, поздравили и покинули кибиточный городок.

Через час мы в сопровождении генерала Эджертона и охраны из нескольких человек выехали на дорогу, ведущую к дому. Сопровождающие двигались чуть впереди. А герцог до самого вечера не пытался заговорить со мной. Лишь когда огненный диск солнца уже наполовину скрылся за горизонтом, он направил лошадь к телеге.

– Леди Карлайл, мы можем сократить дорогу, если свернём в лес. Что вы думаете по этому поводу?

– Если есть возможность приехать домой быстрее, я не против, – с такой-то охраной бояться было нечего. – Давайте поедем через лес.

Наша процессия свернула с большой дороги, сразу же попав в темноту густого ельника. Рон зажёг фонарь и повесил его на жердь, торчащую из крыши кибитки.