Глава 38

Отправив Банча с провизией в Ормонд-холл, я с головой окунулась в дела таверны. Но разговор с королём не выходил из головы. Сколько бы я ни размышляла над предложением Вильгельма, всё сходилось к одному: он хочет приблизить меня к себе. Я нужна королю как очередная необычная игрушка. Причём не только для душевных разговоров, но и для дел куда более интимных. Выхода из этого щекотливого положения я не видела. Но знала одно: рано или поздно придётся сделать выбор. Как взрослая женщина, я прекрасно понимала, что, скорее всего, придётся смириться. Иначе моя несговорчивость обойдётся дорого не только мне, но и всем, кто рядом. Это только в романах героини могли себе позволить быть гордыми и принципиальными. А реальная жизнь всегда бьёт наотмашь. Нет, естественно, я не собиралась сдаваться без боя, но действовать нужно очень аккуратно. Попытаться объясниться с Вильгельмом? Он создавал впечатление неглупого человека. И, кажется, не был плохим.

Неделя пролетела как один день. Пора было наведаться в поместье виконта, чтобы посмотреть, как обстоят дела у Банча. Осталось попросить солдат, обедающих в таверне, чтобы они передали генералу о моём желании его видеть.

Забота Дези о нашей больной нянюшке сделала своё дело. Ваола ожила и уже могла сама держать ложку в сухонькой дрожащей руке. Мы каждый день выносили старушку на улицу и усаживали в кресло под раскидистой кроной старого дуба. Холли устраивалась у её ног, рисовала или рассказывала нянюшке сказки. Мы с ней выучили половину алфавита. Девочка оказалась способной и любознательной ученицей: всё схватывала на лету, задавала много вопросов, искренне интересовалась не только чтением, но и математикой. Дон Ивэн выстругал ей из дерева счётные палочки, при помощи которых Холли с удовольствием изучала арифметические действия.

Герцог Эджертон пришёл вечером, когда таверна закрылась. Мы присели за солдатский стол, и я высказала свою просьбу:

– Я позвала вас, чтобы попросить. Ваша светлость, вы можете выделить мне охрану для поездки в Ормонд-холл?

– Хорошо. Завтра утром мои люди будут ждать вас, леди Карлайл, – вежливо ответил генерал. – Вы уже решили, что станете делать с поместьем?

– Я думала продать его, чтобы рассчитаться с долгами. Остаток денег отложить на будущее Холли. Или вложить их в развитие своего дела, чтобы потом вернуть девочке намного больше. Холли виконтесса, и ей нужно приданое, – поделилась я с ним своими планами. – Мне бы хотелось, чтобы у неё было достойное будущее.

– Если вы примите предложение короля, то сможете устроить достойное будущее и себе, и Холли, и ещё нескольким сиротам, – усмехнулся Эджертон.

– Вы знаете о предложении короля? – я подняла на него глаза. Мои щеки вспыхнули.

– Естественно, леди Карлайл. Мы дружны с Вильгельмом, – герцог смотрел вдаль отсутствующим взглядом. Но вдруг он резко повернулся ко мне, и наши глаза встретились. – Вы понимаете, зачем это королю? Пожаловав вам титул маркизы, он поднимает вас до своего уровня. Чтобы сделать своей фавориткой.

– Вы думаете, я не понимаю его намерений? – мой голос звучал спокойно, но в моей душе всё всколыхнулось от злости. – Вильгельм может даровать титулы, но не власть над моей волей.

Герцог усмехнулся, его глаза загорелись холодным любопытством.

– Осторожнее, леди Карлайл. Вы вступаете в неравный бой, – жёстко произнёс Эджертон. – Из оружия у вас лишь красивые глаза. Скажите мне честно, неужели вам не хочется улучшить свою жизнь? Плюс ко всему, король хорош собой, и многие леди желали бы оказаться на вашем месте.

– Я с радостью уступлю своё место любой из них, – с горькой иронией ответила я. – Поэтому откажусь от столь щедрого подарка. Я решила объясниться с Вильгельмом.

– Вы считаете, что это так просто? – герцог не сводил с меня изумлённого взгляда. – Я считал вас разумной женщиной. Но сейчас вы рассуждаете, будто наивное дитя. Вильгельм не отступит. Я знаю его как никто другой. Отказ лишь раззадорит короля.

– И что же мне делать? – настроение начало стремительно падать, стоило только представить себя в роли королевской куклы.

– Я попробую помочь вам, Пенелопа, ибо понимаю вашу уязвимость, – лёд в голосе Эджертона начал таять. – Возможно, мне удастся достучаться до Вильгельма. Но если он не станет слушать меня, нужно будет искать другие способы, чтобы избежать участи любовницы.

– Благодарю вас, ваша светлость, – если честно, я не ожидала, что генерал станет помогать мне в таком щекотливом деле. – Ваше слово имеет вес при дворе, и я надеюсь, что король прислушается к вам. Я не желаю становиться игрушкой в его руках, пусть даже это сулит мне богатство и положение. Для меня свобода и честь выше всех королевских милостей. Если вы сможете донести до него мои чувства, я буду благодарна вам всю жизнь.

– Я видел, как вы бесстрашны и как добры. Вы не заслуживаете такой судьбы, – он резко замолчал, а потом поднялся и поклонился мне. – Как только будут какие-то вести, я сразу же сообщу вам.

Эджертон вернулся в гарнизон, а я пошла собираться в поездку. Теперь мне стало намного спокойнее.

Ранним дождливым утром я в сопровождении охраны отправилась в путь. Капли дождя барабанили по крыше экипажа, серое небо цеплялось за верхушки деревьев, а залетающий в приоткрытое окошко ветерок нёс с собой запах мокрой земли и свежих папоротников. На душе было тревожно.

* * *

Адам Норфолк открыл письмо от принцессы и пробежал взглядом по размашистым строчкам. Его брови удивлённо поползли вверх. Что? Вот это новость… Вильгельм и Брюс влюблены в одну леди?

– В Пенелопу Карлайл?! – хохотнул Адам, обмахиваясь письмом. – Вот так дела! Ладно, король! Но Брюс?! Этот солдафон с каменным сердцем любит только раздавать приказы!

Он выпил вина и снова принялся за чтение.

«Сейчас нам не нужны такие фаворитки возле Вильгельма. Эта леди Карлайл слишком дерзка, слишком умна и станет мешать нам, находясь рядом с братом. Мне не нравится, как он смотрит на неё. Нужно избавиться от девки, пока она не села на трон рядом с Вильгельмом. Сделай так, чтобы на репутацию леди Карлайл упала тень. Связь с тобой: с разбойником, врагом короны, станет её похоронным маршем. Пенелопа ведь спасла тебя, не так ли? Значит, первый шаг к вашему сближению уже был сделан. Поторопись. У нас мало времени, любовь моя. Навеки твоя королева Патриция.».

Адам усмехнулся, потом скомкал письмо и бросил его в огонь. Сделать так, чтобы пошли слухи об их с Пенелопой связи не составит труда.

– Королева Патриция… – брезгливо повторил Адам последние строчки, написанные рукой принцессы. – Ну уж нет… Как в давние славные времена, над этими землями засияет величие Норфолков!

Адам осторожно взял золотую корону, лежащую на бархатной подушке. Он торжественно водрузил венец на голову, и большие рубины засияли в лучах солнца, льющихся из окна. Норфолка переполняло чувство величия. Он должен править. Его предки были первыми королями! И он вернёт власть, чего бы это ни стоило. Адам посмотрел на своё отражение в зеркале, и его сердце переполнилось чувством превосходства.