Глава 59

Через три дня мы с Авелем отправились в столицу. Генерал Валлахан распорядился, чтобы полковник Пратчет вместе с солдатами лично сопровождал нас. Сам же он остался разгребать то, что осталось от гарнизона после пожара и нападения разбойников. Естественно, лес генерал заказал на мой лесопилке, что существенно поправило наше финансовое положение. Теперь и лесорубы получат жалованье в полной мере.

А ещё Валлахан принёс важные новости. Король пришёл в ярость, когда узнал об участии Патриции в заговоре с Норфолком. Вильгельм закрылся у себя в кабинете и не появлялся несколько дней. Принцессу заключили под стражу. Правда, не в тюрьме, а в её покоях.

Ну а потом Вильгельм вынес решение. Патриция должна выйти замуж за министра Тайного Совета Симона Бафутса. Ему давалось полное право «воспитывать принцессу любыми способами, которые сделают из неё покорную супругу и благочестивую матрону». По словам Валлахана, министр обладал тяжёлым характером, был жесток не только с врагами королевства, но и со своими подчинёнными. Ещё Бафутс имел своеобразную внешность. У него в результате ранения отсутствовал один глаз, а лицо было изрыто следами от перенесённой оспы. Похоже, Патрицию ждало совсем не радостное будущее и уж точно не власть, к которой она так стремилась. Но каждый получает то, что заслуживает. Поэтому мне не было жалко эту злобную мадам. Может, замужество её исправит.

Оказавшись в городе, мы с Авелем сняли комнаты в гостинице. После чего он отправился к доктору, а я к поверенному семьи Эджертон. Он без всяких вопросов выписал мне чек на тысячу тир, предложив перед этим взять больше. Но я, естественно, отказалась. Поверенный Пиппер Слайрэт мне не понравился сразу. Вот когда пригодились школьные знания: не зря нам вдалбливала англичанка, что Sly Rat – хитрая крыса. Его скользкий взгляд, подобострастные улыбочки заставили меня моментально напрячься и подумать, что он действительно похож на этого грызуна. Уж очень Слайрэт хотел показать своё дружелюбие. Зализанные редкие волосы, длинный нос, тонкие губы и жёлтоватые зубы производили ещё более неприятное впечатление.

Вернувшись в гостиницу, я попросила принести обед в номер. Дождусь Авеля, а уже потом, может быть, пройдусь по магазинам. Когда в дверь постучали, я решила, что принесли мою еду, но в комнату неожиданно заглянул охранник и объявил:

– Леди Эджертон, к вам посетительница.

– Кто? – удивилась я. Меня здесь никто не знал.

– Леди Робиспью. Тётушка его светлости, – тихо сказал охранник. – Она так представилась.

– Ну что ж, пусть войдёт, – я с интересом смотрела, как солдат отходит в сторону, пропуская кругленькую женщину в тёмном вдовьем платье. На её голове был белоснежный чепец, а воротничок украшала изысканная камея.

– О, моя дорогая… Моя дорогая! – воскликнула гостья, всплеснув пухлыми ручками. – Как же я рада видеть тебя! Наконец-то мой племянник решился связать себя узами брака! Какое это счастье!

Женщина бросилась обнимать меня, а я, немного ошалевшая от такого напора, не понимала, что происходит.

Наконец этот «розовый пупс» оторвался от меня и защебетал:

– Я тётушка Брюса, моя сладкая! Меня зовут Лионелия Робиспью! Я родная сестра вдовствующей герцогини. Дай же рассмотреть тебя! Ох, какая милашка! Чисто золото!

– Очень приятно, леди Робиспью, – ответила я, пока та вертела меня из стороны в сторону. – А меня зовут Пенелопа.

– Ах, Пенни, моя уточка! Ты знаешь, что по одной из версий имя Пенелопа означает «уточка-чирок»? Именно эти птицы спасли маленькую Пенелопу, будущую жену Одиссея, когда её выбросили в море! – леди Лионелия устроилась в кресле и снова расцвела улыбкой, демонстрируя мелкие зубки.

– Мне, конечно, очень приятен ваш визит. Но откуда вы узнали, что я здесь? – задала я волнующий меня вопрос.

– Как только Эванджелина рассказала мне, что Брюс женился и позволил своему поверенному выдавать тебе средства, я тут же бросилась к Слайрэту! – заговорщицким тоном произнесла моя гостья. – И попросила Пиппера сразу же сообщить мне, как только герцогиня появится в городе! Мне так хотелось познакомиться! Найти тебя было проще простого! Это самая лучшая гостиница в столице!

– Думаю, ваша сестра не будет в восторге, узнав, что вы нанесли мне визит, – хмыкнула я. – Наши отношения оставляют желать лучшего.

– И что? Мне какое дело до её капризов? – фыркнула леди Робиспью. – Она с детства была высокомерной и злобной! Сладкая моя, я вольна делать всё, что хочу, не оглядываясь на Эванджелину! И вот ещё что, я очень хочу, чтобы ты погостила у меня хотя бы несколько дней! Прошу, не отказывай тётушке Лионелии!

Я никогда не любила таких вот людей, которые сюсюкали или называли собеседника «лапочка», «кошечка», «птичка». Мне всё время казалось, что таким образом они пытаются скрыть своё лицемерие. Чувствовалась во всём этом какая-то фальшь. И с визитом тётушки Робиспью было что-то не так. И как же мне хотелось узнать: что именно!

– Дорогая, ну не расстраивай меня! – Лионелия бросила на меня умоляющий взгляд. – Мне так хочется похвастаться, что у меня гостила герцогиня! Не лишай старую женщину этого маленького удовольствия!

– Хорошо, – согласилась я. – Но у меня есть ещё кое-какие дела. Поэтому я приеду вечером, леди Робиспью.

– Замечательно! Тогда я поспешу домой, чтобы распорядиться насчёт праздничного ужина! – женщина метнулась к двери. – Будет ягнёнок под мятным соусом! Сладкая моя, я живу на Грасс-авеню, семнадцать! Дом с мезонином!

Она ушла, а я подошла к окну. Леди Робиспью забралась в экипаж, а потом выглянула в окошко и что-то зло крикнула вознице. В этот момент её лицо было не таким добрым, как еще десять минут назад. Бояться мне нечего, со мной везде была охрана, а ещё наблюдательный полковник Пратчет. Но вот интриги я не любила. Ничего… я вас выведу на чистую воду. Ещё никому не удалось обвести вокруг пальца Римму Бифштекс. Но если со мной свекровь и её сестра действительно затеяли какую-то игру, я покажу этой семейке интриганов «где раки зимуют». Это будут их последние поползновения в мою сторону.

Авель вернулся с хорошими новостями. Доктор согласился лечить малышку. Но им нужно было переехать на время лечения в столицу. Я отдала мужчине тысячу тир и ещё добавила из своих на то, чтобы он снял угол для них с дочерью. После долгих благодарностей Авель отправился домой, а я позвала к себе полковника Пратчета.

Рассказав ему всё, что думаю по поводу гостьи и её предложения, я вызвала у него искренний смех.

– Леди Эджертон, вы не перестаёте удивлять меня. А не проще ли лишить этих леди возможности навредить вам, отказавшись от предложения?

– Нет. Это дело чести, – улыбнулась я. – Я должна дать понять свекрови, что меня никто не сможет сломать. И урок этот должен быть назидательным. Не стоит недооценивать силу женщин. Если я сдамся сейчас, то дам родственницам шанс продолжать свои каверзы. Пора бы их успокоить.

– С удовольствием понаблюдаю за этим, – Пратчет не переставал смеяться. – Естественно, оставаясь в тени.

– Благодарю вас, полковник, – я огляделась. – А теперь нужно собрать вещи. Мы едем в гости.

Уже смеркалось, когда мы подъехали к окутанному вечерними тенями кирпичному особняку с мезонином леди Робиспью. Перед домом находился ухоженный палисад. У ажурных ворот сидел старый привратник. На первом этаже уже зажгли свечи, и я обратила внимание, что в гостиной находятся люди. Значит, в гостях я буду не одна…