Глава 21. План адмирала

Арнад Томмон, адмирал космофлота Федерации миров галактики Млечного пути

Я хотел заткнуть всех, начиная с дерущих горло церлад, заканчивая этой склочной бабой, которая положила глаз на Морфа и не погнушалась прийти в зону заражения. А теперь явно злилась на Элию и дико ей завидовала. С такими я предпочитаю не иметь дел, если только по рабочей необходимости. Подобных особей нужно сразу ставить на место, а учитывая нынешнюю ситуацию, то это жизненно необходимо. Чтобы больше ни у кого дурацких вопросов не возникало.

В конце концов, мы все здесь взрослые люди!

Больше всего хотелось просто взять Элию и увести подальше, но нельзя – док убьёт, если я нарушу правила красной зоны. Поэтому я резко осадил главного агрессора, краем глаза наблюдая за реакцией рептилоидов. Найти их даже при ограниченном зрении было несложно, так как лежали сейчас только они, остальные стояли.

С их стороны пошли пси-волны любопытства и… беспомощности. А ещё неудовлетворённой злости. М-да, главные кандидаты на проблему, и они явно будут действовать исподтишка, надо бы не прошляпить момент. Если у них, конечно, хватит сил. Уже сейчас видно, что температура тел повышается, и это неудивительно. Во-первых, они в группе риска, так как холоднокровные, а во-вторых, находились недалеко от нулевого пациента. Наверняка ещё и вентиляция сыграла не последнюю роль.

Кстати, от Элии шли пси-волны (излучатель я ещё вчера у неё забрал, поэтому сейчас ничто не искажало её естественной реакции) странного недовольства. Причём именно после моей фразы, что она здесь больше работать не будет. Надо бы пояснить ей свои мотивы, но не при всех.

— Отойдём, — я взял её под руку и двинулся в сторону санузла.

Да, выглядело это, наверняка, неприлично, но, в общем-то, плевать.

— Ты не сможешь здесь больше работать сразу по нескольким причинам, — принялся объяснять ей, едва за нами закрылась дверь. — И самая главная из них – твой статус.

— Какой такой статус? — недовольно выдала она.

Что характерно, вырываться из моих объятий не спешила – уже хороший признак.

— Уроженки Эрты.

— Подожди, так ты всё-таки сдашь меня этим? Которые кураторы Земли? — В голосе зазвенела обида пополам с разочарованием. — Я-то думала, что ты мне поможешь, не выдашь. Что мы…

— Помогу, но не так, как ты думаешь. — Притянул ей к себе, привычно зарылся носом в волосы, но тут же поморщился.

Совсем не те ощущения. И запах. Нет, надо будет обязательно избавить её от этого дурацкого парика, но не сейчас.

— А как тогда? — Голос дрожал, выдавая сильное волнение, отчего захотелось её поцеловать.

На самом деле, мне хотелось это делать всё свободное время, и это навевало на определённые мысли… связанные с расовыми особенностями альвианцев. Правда, я полукровка, по идее, ко мне это относиться не должно, но факты – вещь упрямая.

— Честно? — Получив утвердительный кивок, я замер, а потом решил: была – не была! Похоже, другого варианта у меня всё равно нет, моя альвианская кровь уже поёт, а это значит… — Я бы хотел, чтобы то, что между нами зародилось, оформилось в нечто большее, постоянное.

Гулко сглотнул, ожидая её ответа, но его не последовало.

— Если ты захочешь, конечно… — И снова молчание.

Я откровенно растерялся. Да, адмирал, управляющий военным космическим флотом одного из секторов галактики, и растерялся. Хрогс, я сейчас вёл себя вовсе не как командир, а словно сопливый пацан, который впервые влюбился. Что за формулировки из меня лезут? «Если ты захочешь…» Да я ни за что не допущу, чтобы она пропала из моей жизни, пусть даже не рассчитывает! Надо же, подумала, что я собираюсь сдавать её кураторам Эрты. Обломятся! Моя она и только моя, вон как кровь кипит в её присутствии.

Хрогс, почему она ничего не говорит? Опять. Может, у неё, как в тот раз, горло сжало спазмом?

Одной рукой я убрал искусственные пряди парика ей за ухо, огладил скулу, проверяя, может, она плачет? В этот раз слёз, вроде бы, не было. Второй рукой я продолжал прижимать её к себе и, кажется, сопротивления в этом плане тоже не было.

— Ладно, позже об этом поговорим, — решил свернуть щекотливую тему, но не успел ничего другого сказать, например, что пора возвращаться  в общество, как мои губы смяли в о-очень горячем поцелуе.

О, она целовала меня так, будто завтра большой взрыв. Стоит ли говорить, что я тут же вспыхнул, дрожь удовольствия прокатилась по позвоночнику, и я… не выдержал. Подхватил её под попку, усадил на раковину и, раздвинув ей ноги, сцепил их за своей спиной. Вот так, чтобы она почувствовала, как сильно она мне нравится! Как я буквально с ума по ней схожу!

Если бы не стук в дверь, боюсь, я бы не сдержался. Нет, всё-таки это не дело вот так домогаться девушки, как бы не пела альвианская часть моей крови! В конце концов, мы с ней даже не объяснились до конца. Я, конечно, дал понять, к чему веду наши отношения, вот только она не совсем типично реагирует. Очень остро. Её пси-волны так и бьют по глазам, уставшим от напряжения, которое я дал на них, когда анализировал обстановку в зале. Разве что уши чувствуют некоторый отклик, но там такой коктейль эмоций, что трудно понять, какая из них превалирует.

Там было всё: изумление, радость, страх, растерянность, неуверенность и даже боль. Одно чувство сменялось другим, наслаивалось, перемешивалось, и в итоге было не понятно, какое из них главное. Молчание это – как напильником по нервам. Ведь тот же страх или неуверенность могут иметь разные причины, не говоря уже о боли. Если бы я видел весь спектр излучения… а ещё её лицо, глаза… Но пока это невозможно, поэтому приходится угадывать по косвенным признакам.

Хотя, поцелуй косвенным никак не назовёшь – это очень даже прямой ответ. Она тоже хочет идти дальше. Развивать отношения. Возможно, даже замуж согласится пойти, хотя, видит космос, со мной это будет то ещё испытание. Адмиралом быть – значит иметь минимум свободного времени. Постоянные проблемы в подотчётном секторе, которые нужно анализировать, направлять туда переговорщиков, а заодно и войска, чтобы переговоры состоялись. Порой самому выдвигаться на миссии, а это риски, на которые я не хочу обрекать свою вторую половину, значит, оставить её дома?

Тоже не вариант, особенно если она действительно моя грата, тогда мы попросту не сможем быть долгое время в разлуке, недаром по закону такие пары имеют особые права. Правда, гратами могут быть только чистокровные альвианцы, но вдруг? Слишком сильна моя тяга к ней, простым влечением не объяснить, даже учитывая, что у меня давно не было секса.

С другой стороны, даже если она и не грата, как представитель высшего командования я имею право на присутствие жены на борту. Правда, над нами будет постоянный контроль со стороны искина, чтобы не было излишних эмоциональных нагрузок. Понравится ли это Элии?

Хотя, о чём это я, для начала нужно выбраться из текущей задницы, разобраться с легализацией Элии и вылечить, наконец, глаза. И легализовать её будет гораздо проще, если заявить о нашем намерении вступить в законный брак. Проверять будут, конечно, всё, начиная со всевозможных тестов на совместимость геномов (в случае с Элией проблем не должно возникнуть, у неё пластичный ген, из-за чего она является лакомым кусочком для многих рас), заканчивая психологией. Искренность намерений тоже будет подвергаться проверке и оценке.

Мне проще, я – наполовину альвианец. Достаточно будет сдать кровь, чтобы доказать нужное, а вот её могут помучить. С другой стороны, когда будет доказана её искренность, отказать в браке нам не имеют право. Да происхождение у неё нетривиальное, но для безопасников главное, чтобы она не несла угрозы моей жизни и здоровью, остальное – несущественно.

Конечно, лёгкой победы ждать глупо. На одной чаше весов будет благополучие и психо-эмоциональная устойчивость адмирала космофлота, на другой – интересы кураторов Эрты. Учитывая, что Элия не относится к гениям (хотя в уме ей точно не откажешь), не так она им и нужна, но они наверняка закусятся…

Надеюсь, здравомыслие всё же перевесит.

Что ж, будем решать проблемы по мере их поступления, а сейчас всё же лучше выйти из санузла. Да, он тут не один, но и гуманоидов здесь собралось немало.

— Ой, я вам помешала! — воскликнула регонианка, когда увидела нас, выходящими из того самого места, куда она стремилась попасть.

В отличие от Марувы, женщина явно восприняла нашу связь с Элией положительно, и сейчас чувствовала неудобство от того, что прервала своим стуком наш разговор по душам.

— Ничего, это мы заняли столь важное помещение не по назначению, — ответил я.

Элия, что характерно, молчала.

Хм, в прошлый раз после поцелуя к ней вернулся голос, а сейчас что?

— Улитка взбесилась! — раздался чей-то вопль, стоило нам вернуться в зал.

М-да, только этого не хватало.

— Где? — хрипловато вскрикнула Элия и закашлялась.

Ага, значит, спазм был, а сейчас голос всё-таки восстановился.

— Она хочет меня сожрать! — В голосе искренняя паника, значит, не притворяется.

Кажется, вопит кто-то из церлад.

— Скорость передвижения улитки невысокая, она лежала на столе, так как же она оказалась на вашей щеке?  — принялась разбираться в ситуации Элия.

— Я хотел её погладить, а она как подпрыгнет, как вцепится в меня! Её нужно утилизировать, она агрессивна и опасна для общества.

О, чёрная дыра, только со взбесившейся улиткой нам проблем не хватало! Хотя, о чём это я, по пси-волнам видно, что этот рыбоголовый явно привирает. Похоже, он сам эту улитку к щеке приложил, а может и вовсе хотел сожрать. Мало ли, церлады – они те ещё гурманы, у них национальная кухня из таких блюд состоит, что даже я не всё могу у них есть, а я всеядный.

Ну, вы в курсе.

— Простите, а вы ведёте себя не агрессивно? Может, утилизировать именно вас? — раздался голос дока, вернувшегося из более чистой зоны.

Быстро он. Видимо, там нет заболевших, точнее тех, кто получил большую дозу вируса. Хотя, осмотр, заведение карточки и расчёт медикаментозного лечения, пусть даже профилактического, это не отменяет.

— Уля, брось каку, а то отравишься, — бросил Морф небрежно и… улитка отцепилась.

Я ясно это видел, пусть и своим психоделическим зрением, как она шевельнула усиками, отлипла и упала прямо в подставленные для этого руки дока.

— Итак, у меня для вас две новости: хорошая и не очень. С какой начать?

Все тут же загалдели, мол, дайте позитиву.

— Тогда начну с хорошей. — Док любовно поглаживал свою необычную пациентку, сам же буквально источал сарказм. — Новые кабели в скором времени доставят на станцию и установят вместо повреждённых. То есть к нам вернётся нормальный объём электричества, а блок таверны можно будет распаковать.

Все принялись радоваться, возбуждённо переговариваться, даже рептилоиды оживились. Церлады и вовсе устроили настоящее буйство и что-то запели.

— Стоп, это что ещё за завывания? — гаркнул док. — Отставить звуковую атаку! У меня есть для вас и другая новость, похуже.

— Да ладно, то, что таверну распакуют, это уже хорошо! — отозвался фаргонианин.

Надо же, он умеет позитивно мыслить?

— Конкретно нас с вами эта распаковка заденет по касательной. Во-первых, в больнице сейчас режим повышенной нагрузки, так как все, кто летел вместе с нулевым пациентом, изолированы в боксах. До этого и он сам, и его соседи успели много с кем переконтактировать и, соответственно, в той или иной степени заразить. Во-вторых, у нас с вами никто, кроме ацтеран ещё даже болеть не начал. Поэтому все мы остаёмся в одном котле до того момента, как лихорадка пройдёт активную стадию. Зато при нормальном электричестве сможете выходить в инфранет, сколько влезет. И мне станет легче с осмотрами и прочими делами.

Реакция была самая разная: от стенаний, что мы все умрём, до радости, что можно будет снимать фоточки и стримы, выкладывать их в Космограм и набирать просмотры, лайки и комментарии. Как думаете, кто были те, кто радовался? Конечно же, церлады. О, они ещё долго рассуждали, что пусть произошла досадная задержка, но она сможет повысить их рейтинги. Ведь все им будут сочувствовать, сопереживать и лайкать.

Клиника, короче.

После обеда мы с доком вновь уединились по поводу лечения моих глаз и анализа обстановки.

— Что там с остальными работниками таверны? — спросил я, слегка поморщившись от препарата, который раньше казался мне водой.

— Они по минимуму хапнули, разве что администратору могло перепасть чуть больше, так как он контактировал с официанткой. Анализ записей с видеокамер показал, что со времени захода нулевого пациента в таверну и до объявления кода «жёлтый» никто из живых, кроме твоей Маркчи в зал А1 не заходил. Только роботы, к которым никто не прикасался, и которые не поднимались выше полутора метров от пола.

— Хм, то есть все шансы, что они переживут её максимально легко?

— Возможно, не заразятся вовсе, так как администратор, как самый спокойный, разумный и эрудированный в плане эпидбезопасности, сразу надел респиратор. А ещё он предварительно обработал лицо и все свои четыре конечности дезинфектантом. Одно слово – энбен, тут даже удивляться нечему.

— Отличная новость, — я был искренне рад за остальных. — Хорошо бы, чтобы и он максимально легко пережил.

— Я взял у него анализы, ввёл препараты, так что перенесёт по лёгкому. А вот что касается вашей парочки, тут у меня возникают сомнения. Колись, вы вчера обменивались слюнной жидкостью?

— Фу, ну у тебя и формулировки, — скривился я. — Да, мы целовались, и на это есть веские причины.

— Хм, удиви меня! — подначил Морф. — Скажи, что это не внезапный приступ вожделения на фоне вынужденного отказа от сдерживающих либидо препаратов, стрессовой ситуации и общей привлекательности девушки.

— Мне её внешняя привлекательность… сам знаешь.

— Запах, пси-волны, голос, — продолжал иронизировать Морф. — Это тоже слагаемые привлекательности. Особенно запах.

— Он у неё искусственный, кстати. Я только ночью смог учуять настоящий, когда она парик сняла.

— Ага, тогда-то тебе крышу и сорвало!

— Думаю, тут не всё так просто, ведь я наполовину альвианец, — не стал поддаваться на провокацию.

Да и понимал, что друг просто шутит. Кто ещё меня вот так может подколоть, если не Морф? Другим такое точно слабо. Да и стоит признать, что крышу у меня действительно сорвало, просто не по такой банальной причине, как отказ от сдерживающих препаратов.

— Думаешь, взыграла та хрень, которая привязывает альвианцев друг к другу, принуждая к моногамии? — М-да, ну у него и формулировки. — Кстати, никто научно так и не обосновал, в чём там дело. По крайней мере, на общегалактический уровень эту информацию не выносят.

— Вот не надо мне сейчас о психосоматике, — хохотнул я. — Да, такой информацией альвиане не разбрасываются во избежание попыток имитаций и манипуляций. А вообще, помнишь, я рассказывал тебе о том, как пару лет назад по пути захватил пиратский корабль?

— Как не помнить, ты потом как с катушек сорвался из-за той эртанки, которую у тебя из-под носа увели, — хмыкнул Морф. — Кстати, а как же она, ты столько по ней убивался, а тут нате. Хотя в целом я одобряю, потому что на той ты реально зациклился.

— Это та самая эртанка и есть, — с удовольствием огорошил я друга.

Тот замер, видимо, сопоставляя данные.

— Хрогс, точно, ты ведь написал, что Элия с Эрты, а я не сообразил! Не сопоставил факты! Замотался с этой лихорадкой, вот и не допёр. Слу-ушай, а вот это уже интересно! О-очень интересно! Ну-ка, ну-ка, и как она умудрилась спастись от тех инсектоидов, а потом адаптироваться?

— Думаю, как раз с помощью того знакомого, о котором ты недавно упоминал… — и я принялся рассказывать Морфу ту душещипательную историю, которую поведала мне вчера Элия. Разумеется, кратко, обозначив лишь основные события. О контрабандном салате и вовсе умолчал, а то ещё начнёт мораль читать, а то и вовсе – завидовать. Обойдётся!