Глава 23

Дальше подмигнул и улыбнулся углом рта. Рейгаль! Неужели это он? Но я представляла его совсем иначе: моложе, смазливее, хитрее что ли. В реальности же его взгляд был очень серьезным и напряженным, нос — обычным прямым, не похожим на птичий клюв. Короткие темные волосы только придавали ему серьезности, но я уже видела, что там, где пряди длиннее, они начинают складываться в завитки. Вроде бы ничего знакомого, но чем дольше на него смотрела, тем тревожное становилось на сердце.

Рей практически бежал к выходу, а когда вышли на улицу, набросил на голову капюшон плаща и прижал меня, чтобы спрятать под полой.

— Ты такая лёгкая, как котенок, Невена была крупнее.

И этот туда же! Ещё бы рассказал, при каких обстоятельствах носил мою бабушку! Хотя пусть болтает, Рейгаль сегодня мой герой.

— Только не превращайся обратно, тебя могут искать, а новость о моем обороте пока ещё не успела расползтись по Дагре. Надо успеть спрятаться в безопасном месте.

Он шагал быстро и размеренно, постоянно оглядывался по сторонам и словно уже не был тем Рейгалем, к которому я привыкла. Где бесконечная болтовня? Рассказы о своей несравненной красоте? Жалобы на тяжёлую жизнь?

Самое же плохое — запах. Очень знакомый, напоминающий о прошлом, том, к которому я уже не смогу вернуться. Поговорить бы с ним на тему моей свадьбы, о которой действительно уже жалею, но превращаться сейчас было неразумно.

Наша таинственная связь, о которой никто не помнит. Чары, слетевшие, стоило мне простить Винсента и Рея. Таинственный предмет, который пугает наёмного убийцу. Что это может быть кроме кольца? Если Рейгаль не преувеличивал свою известность, как бойца, а я правильно толкую местные законы, то защищая жену он мог безнаказанно прикончить человека с лицензией на ее убийство.

Только доберёмся до таверны — сразу же поговорим! Но Рейгаль шел не туда, он сбавил шаг возле гостиницы с неприметной вывеской и постучал по двери.

— Флинн? — встретившая нас женщина отскочила назад и прикрыла рот ладонью. — Во плоти? Поговаривали, что ты навечно стал вороном, но я как знала — врут!

— Не врали, я меньше получаса человек. Дай комнату с ванной побольше!

— Только топиться там не смей! И не зови пятнадцать девок, как в прошлый раз! Хотя вижу, ты сегодня всего с одной, стареешь!

Она лукаво рассмеялась, затем толкнула его в бок и жестом подозвала горничную, которая опустила глаза в пол и побежала к лестнице, готовить номер.

— Ключ, — Рей протянул руку, а хозяйка гостиницы нехотя вынула его из кармана.

— С этого момента и до выселения признаю Рейгаля Флинна моим постояльцем.

От ее руки отделился магический сгусток, который обвил запястье Рея и осел на нем татуировкой.

— И для моей подруги тоже.

Хозяйка поджала губы, но выдала еще один ключ, который Рей повесил мне на шею.

— Эх, а были времена, когда ты приходил ко мне просто отдохнуть, а не прятаться от врагов. Деньги-то не растратил? Будет чем расплатиться?

— Деньги на месте, не волнуйся, лежали в банке нетронутыми два года, за которые я сильно поумнел, так что от твоей гостиницы хочу безопасного отдыха и большую ванную. Сможешь принести ещё и ужин — буду благодарен вдвойне.

— Да?

Рейгаль показал ей два пальца, отчего хозяйка расплылась в улыбке и прикрикнула кому-то, чтобы сходили в соседний ресторан за едой.

Пока мы поднимались по лестнице, я успела немного разглядеть гостиницу изнутри. Совсем небольшая, на шесть номеров, расположенных по два на этаж. По виду — ничего особенного, кроме магических ключей, но я видела шелковые обои на стенах, расписанные вручную, редкие породы дерева, использованные для стеновых панелей, пушистые ковры, по которым мягко ступал Рейгаль, видела и понимала, что место не простое и явно не дешевое.

— Здесь безопасно, насколько вообще может быть безопасно в Дагре, — заговорил он. — Переждем до утра, а там решим, что делать дальше. Как-то многовато у нас врагов, не находишь?

Я бы хотела ему ответить, но в кошачьем облике не получалось. Надеюсь, этот ягуар был единственным, кто хотел вытрясти из меня данные об артефакте, потому что если их много — мне конец.

Горничная уже ждала нас возле массивной двери и протянула Рейгалю заполненную бумагу на мое и его имя, в которой мы значились постояльцами отеля.

— “Ригара” — особое место, — пояснил он, когда мы остались одни. — Лет двести назад главы гильдий и бургомистр подписали соглашение и объявили ее местом без насилия. Здесь можно укрыться и провести переговоры без опаски, что получишь стилет под ребра, потому что каждый, проливший здесь кровь или взявший чужое отправится в Дикие земли в тот же день. Для покусившихся же на постояльца наказание ещё строже. Не думал, что однажды воспользуюсь “Ригарой” по назначению, а сейчас жалею, что здесь нельзя пробыть дольше трёх дней.

С пятнадцатью девушками здесь точно веселее, чем с одной лунной кошкой, есть о чем пожалеть. Я постаралась погромче фыркнуть, но вышло похоже на чихание. Рейгаля это развеселило, он поднял меня повыше, чтобы заглянуть в глаза, затем потерся носом о мой нос.

От возмущения я попыталась расцарапать ему щеку, но вдруг поняла, что его лицо совсем близко, а руки держат меня за талию.

— Отпусти! — я отшатнулась от него, а Рейгаль вдруг поднял руки вверх и кивнул на ванную, в которой уже набиралась вода.

— Эй, Бэкки, успокойся, все хорошо. Хочешь, полежи в пене, пока я дождусь ужин, потом обсудим все.

— А ты будешь сидеть на бортике и насвистывать, пока я моюсь?

— Только если ты настаиваешь. Там есть задвижка, Бэкки.

Я дошла до двери, оглядела ее с двух сторон и в самом деле заметила массивный засов. Белая пена поднималась пышной шапкой над громадной ванной, утопленной в пол. Тысячу лет не видела такой и не отмокала в горячей ароматной воде. Флинн точно знал, чем меня можно подкупить. Но в чем подвох?

— Не узнаю своего Рея, — я подошла чуть ближе, разглядывая его лицо. Нос все же длинноват, но в целом смотрится неплохо, парни с такой внешностью в самом деле заставляют невест жалеть о свадьбе.

— Я всё вспомнил. Всё, Бэкки.

* * *

Осознать себя клюющим корку заплесневевшего хлеба — то еще испытание, но это было далеко не самым худшим. Рей понял, что его снова чуть не убили, и в этот раз действовали эффективнее. Поэтому он решил затаиться до поры и наблюдать за Бэкки.

События двухлетней давности до сих пор были как в тумане, но больше не прятались за непроницаемой завесой. Первым же в их ряду шло то, как он корчился от боли на столе в Хелькторе, а мать нависала над ним и водила руками вместе с помощницами.

— … надо остановить, я почти докопался до истины. Они хотели обхитрить всех…

— Угомонись, Рейгаль. Ты почти умер, слишком серьезные раны и большая потеря крови. Все, что держит твою душу в теле — наша магия.

— Тогда выслушай меня, найди записи и отнеси бургомистру, это важнее, чем моя жизнь.

— Мои люди все найдут и разберутся. А ты, если хочешь жить, забудешь обо всем, уйдешь в мир людей и хотя бы на время отложишь свои глупости!

Рей не смог переубедить ее, силы утекали из искореженного тела. Он сесть-то смог спустя несколько дней, к тому времени ведьмы Хельктора уже основательно затерли память, а Лилиана успела добраться до всех его записей о Собирателе, прочитала их и обозвала бредом. Да, в Дагре пропадали люди, но только больное воображение Рейгаля могло связать их всех вместе и придумать какого-то одного жестокого убийцу. По ее мнению их было много, тех, кто по тем или иным причинам избавлялся от нежеланных людей и не брал для этого лицензию, тела же надежно прятали в водах Гнилого или сжигали без остатка.

Тогда же Лилиана обрадовала, что Рей отправляется к отцу. Никаких расследований, девиц, показухи. Никакой магии. Никогда. Иначе верховная ведьма снимет чары, которые поддерживали его тело. Раны оказались слишком серьезными, на полное восстановление уйдет несколько лет, а до тех пор Рей — почти инвалид и подчинен Лилиане.

Первое время это казалось настоящей пыткой, Рейгаль чувствовал себя похороненным заживо. Затем неожиданно втянулся, стал своим в коллективе, познакомился с Адель. Эта горячая девчонка изматывала даже его, к тому же могла дать фору в познаниях и выдумке, что дорогого стоит. Рейгаль подумывал о том, чтобы узаконить их отношения и признался в этом отцу. Все равно родители заводили разговор о наследнике, да и на службе больше ценили женатых.

Они с матерью приняли идею на удивление ровно, даже одобрили. Лилиана говорила, что выпускница Первой королевской женской академии — отличный выбор и обещала все организовать.

И в один прекрасный день попросила Рея сменить личину и познакомила с его будущим. Ребекой Марвейн, тихой и порядочной девушкой из благородной семьи, а не избалованной девицей, которой тоже нашли мужа где-то на северных островах. Хрупкая блондиночка с завитыми локонами мило улыбалась ему, легко поддерживала беседу на любую тему и казалась до противности правильной и скучной. Редкие встречи с ней превратились в настоящую пытку, тем более Лилиана настояла на полном разрыве отношений с Адель. По сравнению с пылкой любовницей невеста казалась особенно пресной.

Он улыбается — она улыбается в ответ, расскажет шутку — смеется, предложит прогулку по парку — Ребекка согласна, а потом чихает тайком от распустившихся цветов. Ни капли характера или чувств, точно у куклы, которую слепили в той самой королевской академии, чтобы играла роль жены.

Вначале Рей думал, что провести жизнь рядом с такой — не просто похоронить себя заживо, а лично задвинуть крышку гроба, но Лилиана не слушала жалобы и напоминала о чарах. Тогда Рей попытался найти в будущем союзе положительные стороны: Ребекка мила, обаятельна, не пытается учить его жизни и ни во что не вмешивается. Может быть и неплохо, если такая жена будет ждать его дома? Вдруг во время брачной ночи у малышки откроются скрытые таланты? Двигалась Ребекка грациозно, точно кошка, была такой же гибкой и ласковой, можно предположить, что и в постели с ней не будет скучно.

После Рей осознал, что с ней в принципе не бывает скучно. Ребекка могла поддержать любую беседу, даже на тему астрономии или новомодного поиска преступников по отпечаткам пальцев. Кому вообще это интересно? Но Бэкки притащила из отцовского кабинета лупу и пристально всмастривалась в линии на своих пальцах, затем на пальцах Рея, служанки и садовника, чтобы проверить его теорию.

Ещё Ребекка была на диво хороша, пускай не такая яркая и взрывная, как Адель. Оттого период ухаживаний давался Рею крайне тяжело, он не привык к долгим прогулкам и разговорам, к тому, чтобы держаться с девушкой за руку, как мальчишка, а не целовать ее губы и очерчивать рукой изгибы тела. После свадьбы он рассчитывал компенсировать все эти неудобства.

Стоило же остаться с ней наедине, как Ребекка сжалась в комок и дрожала от страха. Рей пытался успокоить ее, быть осторожным и терпеливым, надеялся, что в конце концов они смогут провести время с пользой для них обоих.

И тогда увидел, как насквозь правильная, скучная и понятная девчонка вдруг превращается в мага. Чужой зверь пробуждался медленно, как от долгого сна. Встал на лапы, потянулся и призвал свою магию. Мир вокруг него пошел рябью и расцвел красками, а Рей чуть не завыл от боли и собственной неполноценности. У Бэкки была магия, старая, мощная и чистая, а его зверь заперт, вместе с ним — сила, энергия и будто бы сама душа. Ему захотелось наброситься на девушку и выгрызть из нее магию, чтобы забрать хотя бы каплю. Точно так себя чувствуют ловчие, которые день и ночь рыщут по населенным территориям в поисках магов, потому что рядом с теми они чувствуют себя живыми.

Рей закрыл лицо, переводя дыхание, чтобы усмирить жажду, а когда пришел в себя — Бэкки уже не было в комнате. В коридоре встретился ее отец, начал лепетать что-то о серьезном недуге дочери и извинениях, которые они непременно принесут их семье, но Рейгаль отпихнул его и побежал по магическому следу. Тот петлял по дому, затем вывел на улицу и оборвался возле ведущего в Дагру портала.

Он прыгнул туда, убедился, что Ребекка в порядке, ждет регистрации, затем решил перекинуться парой словечек с матушкой. Как так вышло, что она подсунула ему в жены магичку и даже не намекнула об этом?

Картинки из прошлого наслаивались на свежие воспоминания, смешивались, перестраивались, пока Рей наконец не смог уложить их в голове. Как будто две разные Бэкки — та, на которой он женился, и другая, ставшая управляющей в таверне Скарлетов.

Вторая ему нравилась гораздо больше, настолько, что придя в себя, Рей первым делом полетел проверить, как у нее дела. Вороны отчего-то увязались за ним, пытались объяснять, где припрятана добыча и как ее раздобыть. Рей тоже понял, что может вполне сносно общаться с птицами, матушка бы наверняка пошутила, что наконец он нашел себе друзей равных по интеллекту.

Тогда он думал, что Ребекке безопаснее быть подальше от него, но у нее нашлись и свои враги. Довольно пугливые, по счастью, но это и неважно.

Он снова в человеческом облике, надо только разобраться с Собирателем — и жизнь наладится. Как бы так осторожнее сообщить Ребекке новость, чтобы не сильно огорошить? У бедняги и так сегодня перебор с приключениями.

Хотя смотрела она строго и сосредоточенно, без капли испуга, ждала объяснений, что же такое он вспомнил.

Рей протянул руку и разжал ладонь, на которой лежало обручальное кольцо с потускневшим рубином, ведь Ребекку в жены брал Винсент Коул, хотя Рейгаль Флинн был полностью согласен с этим решением.

Ребекка вначале отшатнулась, прикрыла рот руками, потрясла головой, затем успокоилась и произнесла:

— Это совсем неважно. Разберемся с нашими врагами, потом уже решим эту проблему. Как я понимаю, ты хотел себе тихую приличную жену, я рассчитывала получить в мужья надежного и спокойного человека. В результате же тебе подсунули лунную кошку, это несправедливо.

На буйную радость он не рассчитывал, скорее думал, что Ребекка будет ошарашена, но потом обязательно все примет и поймет. Она же столько болтала о своем обожаемом Винсенте, получив его во плоти, должна хотя бы сделать шаг навстречу, проявить какие-то чувства.

— А тебе кого подсунули, Бэкки? — Рей сам не понимал, почему это его так задело и откуда полезла злость. — Ты не договорила!

— Я сказала все, что хотела. Мой отец жестоко тебя обманул, ты вправе вернуться и потребовать выплаченные по договору с ним деньги, найти себе другую жену или же вернуться к прежнему образу жизни.

— Плевать на деньги! Мне нужна ты.

— Уверена, пятнадцать девушек смогут тебя переубедить и утешить.

Ребекка подошла к нему, взяла за руку и мягко улыбнулась, отчего тут же исчезла всякая злость. Проклятая магия лунной кошки! Она не дала ему остановить Бэкки, переубедить, рассказать о своих чувствах. Нет, Рей просто стоял и смотрел как кошка разворачивается и уходит в ванную, чтобы показательно проскрипеть задвижкой.

Бэкки все сидела и сидела в ванной, пока он кругами ходил под дверью. Что можно так долго делать с водой и пеной? На прямой вопрос Ребекка еле слышно ответила, что хорошая внешность требует хороших вложений времени, пусть наберется терпения.

С этим у него всегда было неважно, тем более в такой момент. Внутри все рвалось на части, так хотелось обсудить все, убедить Бэкки, что свадьба не была ошибкой, и теперь, когда все прояснилось, а у него из хвоста выпали перья, можно наконец-то сблизиться.

Но минуты все текли и текли, а Ребекка продолжала торчать в ванной. Рей не выдержал, постучал к ней и внезапно услышал приглашение войти. Помявшись за дверью минуту или меньше, он пригладил волосы, которые давно пора было или отпустить или состричь еще короче, чтобы не вились, сбросил пиджак, расстегнул пару пуговиц на рубашке, подумал и закатал рукава. Пуговицы на манжетах всегда тяжело даются, что вечно отнимает драгоценное время и сбивает настой.

— Я так много хотел тебе сказать, — когда открыл дверь, то понял, насколько же поторопился.

Ребекка сидела на мягком пуфе у зеркала и старательно расчесывала важные волосы. Она тонула в плотном светлом халате, поэтому, как бы плотно его не запахивала, слишком широкий ворот все равно открывал неплохой вид на ее ключицы и грудь.

— Давай помогу, я неплохо умею обращаться с расческой.

— Мне будет неудобно пользоваться навыками, отточенными на сотнях других женщин, — она даже не подняла на него взгляд, следила только за своим отражением в зеркале.

— Конкретно эти я оттачивал только на себе. Так уж вышло, что лет до двадцати мои волосы были пышнее и длиннее, чем у большинства любовниц.

Он взял гребень с редкими зубьями, а не ту щетку, которой драла волосы Бэкки, поднял тяжелую прядь, потемневшую от воды, и начал осторожно расчесывать, начиная с кончиков. От Ребекки опьяняюще пахло цветами и свежестью, а грудь ее вздымалось часто-часто, выдавая волнение.

В другое время он бы подумал, что это вызвано его близостью, но не после намека на число его любовниц. Почему это вообще волнует Бэкки? Опыт должен только радовать, особенно у мужа. Не будет краснеть и мяться во время брачной ночи.

Рейгаль успел расчесать еще несколько прядей, прежде чем Бэкки выдернула у него из рук гребень и вскочила на ноги, заверив, что дальше справится сама.

— Удивляюсь, как с таким подходом к опыту ты пользуешься услугами парикмахеров. Они же оттачивают навыки на сотнях других женщин! — он приблизился к Бэкки и прижал ее к туалетному столику. — Или тебе нравятся только новички?

— Если решу воспользоваться услугами профессионала, то непременно обращусь к тебе. Надеюсь, с обновлением лицензии проблем не возникнет.

— Кто сдал? — Рей не предполагал, что настанет момент, когда ему будет стыдно за ту шутку с лицензией, но это случилось. В потемневших от гнева глазах Ребекки отражалось все когда-то высказанное Лилианой. Только истинная потаскуха может радоваться, когда получит официальное одобрение своего промысла, и только ей придет в голову брать лицензию не ради заработка, а по велению сердца. Точнее, не сердца, но кошечка вряд ли также хорошо разбиралась в мужской анатомии, как Лилиана.

— Долорес, — дыхание Бэкки обожгло ему шею, а еще Рей понял, что не помнит вкус ее поцелуя, не распробовал в их несостоявшуюся брачную ночь. — Рассказала в деталях, как и множество других историй. Ты своего рода знаменитость в Дагре.

— Обычные байки, и это все в прошлом, я решил остепениться и изменить свою жизнь. Теперь мне нужна только одна девушка.

Он склонился над ней и попытался поцеловать, но Бэкки ловко вывернулась и через мгновение уже стояла в метре от Рея, перебравшись ближе к ванне.

— Который раз ты это говоришь? Сотый? Или это новый крючок, ещё не обточенный? Уверена, в следующий раз прозвучит убедительнее.

— Что тебя заклинило на моих бывших? — Рей попытался ее догнать, но Бэкки ловко держала дистанцию. — Винсент тоже не был идеальным. Он навещал Адель пару раз, когда уже начал встречаться с тобой.

Ее глаза потемнели, а пальцы на руках сжимались и разжимались, удерживая рвущиеся наружу когти. Рей видел это и чувствовал, как в нем закипает кровь. Вот такая Бэкки ему нравилась, вот такую он хотел. Горячую, дикую, взрывную, а не похожую на куклу ледышку, как показалось при первой встрече.

— По крайне мере я знала женщин, которые с ним не спали. С тобой же, дай подумать, — она показушно загнула пальцы, — четверо. Двое переехали в Дагру после твоего исчезновения, третья — твоя мать, четвертая — Анита, но она слишком уникальна для этого.

— Если это тебя задевает, значит, я тебе не так уж безразличен. К тому же ты вращаешься среди моих друзей, естественно там хватает моих бывших.

Казалось, с губ Ребекки сейчас сорвётся "потаскун!" или что-то пожестче, но она глубоко вздохнула, выдохнула и натянуто улыбнулась.

— Главное, что ты вел приятный тебе образ жизни.

— Главное, что ты обожала меня в облике Винсента, позволила целовать и раздевать себя, а теперь шарахаешься. Ему ты была не нужна, он согласился на брак из-за угроз матери, а я настоящий настроен серьезно!

— И меня бы прикончил отец, если бы я обидела Винса или оставила без брачной ночи. В благородных семействах браки, заключенные под давлением родителей, норма, поэтому я не злюсь на Винсента. Он подарил мне несколько счастливых недель в период официальных ухаживаний. После же кое-кто доходчиво объяснил мне, что брак — пустое слово, нравы в Дагре более свободные, а я сильная и независимая женщина, которая плюет на мужа и может целоваться с кем угодно, даже с вороном.

— С кем угодно? Ты за этим ходила к Драммонду? Ульрих уже не устраивает?

Рей видел, как Ребекка пытается справиться с эмоциями, отчего сквозь ее облик проглядывало что-то кошачье, по-настоящему хищное, далекое от тихой домашней любимицы, но краткий миг борьбы и все стихло.

— Ты прав. Ульрих меня совершенно не устраивает, как и Драммонд, а ты всего две его трети, так что давай выбросим злосчастные кольца и закроем тему с нашим супружеством.

— Нет! — Рей подошел к ней, но Бэкки невозмутимо взяла его за руку и улыбнулась.

— Да.

Бурлившие в нем злость и отчаяние вдруг стихли, вместе с ними затухали и другие эмоции, захотелось прикрыть глаза и наконец-то выспаться. Чего он разошелся? Надо отдохнуть, а дальше все само собой наладится. Или нет? Его ворон тени был в разы слабее лунной кошки, нечего и думать о том, как побороть ее магию, это всего лишь утешение. Рей попробовал уцепиться за другие свои чувства.

Страх, что он своими руками разрушил свою жизнь и уже ничего не исправить.

Злость на собственное бессилие.

Неуверенность.

Желание… О да, сейчас бы он не отказался поцеловать Ребекку, а еще — почувствовать под ладонями ее горячее после купания тело и продолжить с того момента на котором они остановились в брачную ночь, только в этот раз он не испугается ее когтей и шерсти.

Рейгаль переплел пальцы с пальцами Бэкки, склонился и осторожно прикоснулся к ее губам, чтобы не испугать.