Глава 7

На следующий день во время перемен я пряталась, общаясь только с Кирой. Юрка искал меня, но когда встречал в коридорах, я тут же отворачивалась и делала вид, что очень занята. К концу уроков он передал через одноклассницу записку: «Жду после драмкружка возле школы». Точно! Сегодня занятия по актерскому мастерству. Мы с Кирой любили драмкружок. Его проводила наша учительница по литературе Валентина Васильевна – милая, утонченная и приветливая женщина. Она могла часами с упоением слушать стихи, записанные на виниловые пластинки. Она-то и пристрастила нас к творчеству. Мы ставили отрывки из произведений Булгакова, Лермонтова, Островского… Когда я поднималась на третий этаж, где находилась театральная студия, то услышала стальной голос Азарова. Он с друзьями спускался по лестнице и над чем-то смеялся. – Вот блин! – растерялась я, понимая, что убежать и спрятаться не получится. Очень не хотелось встречаться с ним. Я собрала храбрость в кулак и пошла навстречу хаму. – Привет, Милана, – спокойно, будто ничего не случилось, сказал он и остановился. – Милая Лана! – подхватили его друзья и засмеялись. Я ничего не ответила и попыталась прошествовать мимо, однако Алекс остановил меня, схватив за локоть. – Подожди и не обращай внимания, – кивнул он в сторону уходящих товарищей. – Можем поговорить? – У меня драмкружок, спешу, – Я высвободила руку. Видеть его не хотелось, но что-то меня удерживало. – На Осеннем балу все пошло не так. Не ожидал от себя, да еще этот Белов… – Алекс почесал затылок и отвел взгляд в сторону. – Прости, я дурак! Давай забудем тот вечер? – Извинения приняты, всего хорошего, – холодно ответила я и сделала еще одну попытку удалиться. – Значит, ты теперь с Беловым? – агрессивно и вместе с тем растерянно спросил он. – Не твое дело, иди куда шел. В считаные секунды он снова схватил меня за запястье и развернул к себе. Что-то свирепое вспыхнуло в карих глазах. Бешеный взгляд испугал. Раньше никто так не позволял вести себя со мной. Не потому, что я была всеобщей любимицей, просто из-за авторитета мамы и моего миролюбивого характера у ребят не возникало желания меня обидеть. Глядя на цепкие крепкие пальцы, я попыталась высвободить ладонь. – Сейчас же отпусти, мне больно! Он отпустил руку и медленно, выделяя каждое слово, проговорил: – Никогда больше не указывай мне… Я была шокирована его наглостью. – Никогда больше не подходи ко мне… – ответила я тем же тоном. – Милана! – Кира выглянула из студии. – Нужна помощь? – Нет. Уже иду. – Я отвернулась от грубияна и подошла к кабинету. – Почему так долго? Чего Азаров прикопался? Он тебя обидел? Или тоже влюбился? – накинулась подруга с вопросами, едва за мной закрылась дверь. Я отрицательно покачала головой. – Долго собирала учебники, – как на автомате отрапортовала я и отвернулась. Меня колотило, будто я только что совершила преступление и почему-то захотелось заплакать. – Решила всех красавчиков заграбастать в этом году? Заметила, как он смотрел в твою сторону? – недовольно, даже с упреком ворчала Кира. – А где Валентина Васильевна? – сменила я тему и шмыгнула носом. – Сказала, что задержится на совещании. Вот, раздала текст сценария и попросила вжиться в образ. Кстати, ты опять Снегурочка, ну а я, как водится, Баба-яга. Мы играли эти роли начиная с младших классов. Вначале мне нравилось, улыбаясь, ходить по кругу и петь новогодние песни, но с каждым годом образ лохматой старушенции, желающей украсть у детишек елку, привлекал все больше и больше. Кира была такой естественной и убедительной в роли Бабы-яги! Все – от учителей до родителей – смеялись до слез, глядя на выкрикивающую проклятья чумазую ведьму с молоденьким личиком. Я читала текст, но не понимала слов. Все внутри клокотало: возмущение, обида, негодование и что-то еще, в чем было страшно признаться. Почему Азаров – наглый, самонадеянный и невоспитанный троечник – вызывает эти эмоции?! Я вспомнила его взгляд на Совете старшеклассников и снова почувствовала жар на щеках. Неужели он нравится мне? Стоп! Уж лучше позволить ухлестывать за собой Белову, чем увлечься недалеким Азаровым. Хотя… Зачем эти глупости?! У меня отличное будущее: университет, хорошая работа. Сейчас о романтике думать некогда. Решено: прекращу общение с ними обоими. Растворюсь в Кире, Максе… Они мои друзья. Чем там они увлеклись? Магией? Значит, и я ей займусь! – Ребята, простите за вынужденную задержку, – извинилась Валентина Васильевна, проходя в студию. – Смотрите, кто ждал меня у дверей! Я отвлеклась от рассуждений и подняла взгляд. – Алексей Азаров изъявил желание присоединиться к нам. Предлагаю доверить ему роль Деда Мороза, о которой, как оказалось, он всегда мечтал. Кто-нибудь возражает? – режиссер окинула взглядом присутствующих. – Конечно нет! – захихикали девчонки. – Похоже, он и правда запал на тебя, – шепнула Кира и недовольно скривилась. Всю репетицию я старалась не смотреть на Алекса, хотя чувствовала на себе его взгляд. Но игнорировать Азарова было сложно: уж очень смешно у него получалось говорить: – Здравствуйте, детишки! Я подарки вам принес, я ваш Дедушка Мороз! Девчонки умирали от смеха, пытаясь привлечь его внимание, а у меня все чаще возникало желание испариться. Улучив момент, когда на сцене играли другие «актеры», Азаров подошел ко мне. – Не знал, что ты такая прикольная в гневе. Особенно глаза… – А ты противный в обольщении. – Думаешь, хочу обольстить тебя? – Вообще о тебе не думаю, – я дала понять, что разговор закончен, и отвернулась к ребятам. – Никогда вы больше не увидите вашу елочку! – выкрикивала со сцены Кира. Только сегодня мне не удавалось насладиться игрой подруги. Алекс перегородил вид, приглашая продолжить беседу. Карие глаза завораживающе вспыхнули. – Значит, Белов – предел твоих мечтаний? – серьезно спросил он. Казалось, в его голосе промелькнули нотки ревности. – Тебе-то что? – Переживаю за парня. В наше время девчонки такие непостоянные… – теперь Алекс надел маску доброго товарища, но его улыбка выдавала сарказм. «Как хочешь», – подумала я и вступила в игру. – Можешь быть спокоен. Юрка не пострадает, уж я-то о нем позабочусь. – Да?! Ну и как он в обольщении? – снова спросил Азаров с ухмылкой и шагнул ко мне. – Классный! – выпалила я, повысив голос, который так и норовил выдать мое почти истерическое состояние. – Ух, ты! Прям классный?! – с нескрываемым раздражением и издевкой поинтересовался Азаров. Затем отвернулся, чтобы уйти, но в следующее мгновение, будто о чем-то вспомнив, повернулся и сделал еще полшага навстречу. – Значит, будете жить долго и счастливо? – Именно так! Я откинула с лица прядь выбившихся волос и вызывающе улыбнулась. В ту же секунду, не обращая внимания на окружающих, Алекс обхватил меня за талию и притянул к себе. Он опустил голову, и его лицо приблизилось к моему так близко, что каждой клеточкой тела я ощутила аромат его кожи. Манящий запах мужского парфюма вывел из равновесия мое и так помутившееся сознание. Собрав мизерные остатки здравого смысла, я тихо прошипела: – Только попробуй! – Только попробуй! – передразнил он и впился в мои губы поцелуем. Это было похоже на мощный удар током. Поверхность, на которой я стояла, попыталась выскользнуть из-под ног, колени дрожали. Будто понимая это, Алекс положил ладонь мне на затылок и еще крепче прижал к себе. Я невольно закрыла глаза, забыла о страхе, вопросах, всевозможных табу и, сама того не осознавая, ответила на поцелуй. – Вау! – раздались рядом восхищенные возгласы, которые привели меня в чувство. Я поддалась эмоциям и забыла, что нахожусь в студии, и ребята смотрят на нас. Я быстро освободилась из объятий и отвернулась к окну. – Что ж, на сегодня достаточно… – удивленно и с укоризной произнесла Валентина Васильевна. – Не думаю, что это хорошая идея. Вы все-таки Дед Мороз и Снегурочка, его внучка… Если подобное повторится на детском утреннике, малыши вас не поймут, – учительница неодобрительно развела руками. – Ребята, пора по домам, – обратилась она к остальным участникам спектакля. – Мне придется уехать, так что сделаем перерыв. Учите роли, через месяц продолжим подготовку. Алекс тоже пришел в себя. На его лице отражался целый калейдоскоп эмоций. Теперь он был совсем другим: растерянно и беззащитно смотрел на меня, во взгляде сквозила нежность. – Азаров, ну и цирк ты устроил! Не мог найти другого места для признаний?! – недовольно проворчала Кира, протягивая мне школьный рюкзак. – Лана, пошли! Завтра вся школа гудеть будет…