Глава 8

– Что будем делать? – спросила Кира, выходя из школы. – Это долго длилось? – Секунд десять, не больше, – уверила она, хотя такой ответ вряд ли мог успокоить. Я пыталась оценить обстановку, но губы все еще горели от поцелуя. Мыслить трезво не получалось. Будь что будет! Новости в школе распространялись быстро, поэтому наше появление во дворе вызвало интерес у старшеклассников, которые не успели разойтись по домам. Ребята разбились на небольшие компании и мирно наслаждались последними теплыми деньками осени. Ленивый ветерок скользил среди опавшей листвы, позволяя ей создавать причудливые орнаменты на школьной аллее. Решительной походкой к нам приближался Белов. «Скорее всего, ему доложили, – подумала я. – Он попробует устроить сцену ревности. Какая глупость! Я ничего не обещала и совершенно не обязана отчитываться». – Ланочка, с тобой все в порядке? – Юрка немного присел, чтобы его лицо оказалось на одном уровне с моим лицом, и взял мои ладони. Я откинула его руки и сделала шаг назад. – Все нормально. Кира, пойдем быстрее, – Я взяла Власову под руку, пытаясь найти у нее спасение. – Где он? Убью его! – не успокаивался Белов. – Вы видели Азарова? – спросил он у ребят, которые стояли в стороне и с нескрываемым интересом наблюдали за нами. – Юра, хватит устраивать балаган, иди домой. – твердо сказала я. «Какой-то дурдом происходит. Поскорее бы спрятаться!» – проскочило в голове. В этот момент в дверном проеме показался Алекс. Тонкий свитер с треугольным вырезом, густая копна черных волос с небрежной челкой, острый взгляд, уверенная походка… он был бесподобен! Все застыли, не зная, что будет дальше. Многие ждали драки, а драка между школьными лидерами была неизбежна! Не обращая внимания на зевак и свирепое выражение лица Белова, Алекс подошел ко мне. – Хочешь прокатиться на байке? – непринужденно спросил он, протягивая раскрытую ладонь. – Мне надо идти, – смутилась я. – Да брось, обещаю, тебе понравится! Я заметила, как Юркины глаза на мгновение стали огромными, а затем недобро сощурились. – Убери от нее лапы! – грозно прорычал он и скинул на землю пиджак, показывая, что готов к сражению. – Придется задержаться, – спокойно произнес Алекс, глядя на меня. – Ненадолго. Только далеко не уходи. Он повернулся к Белову. В одно мгновенье его нежный взгляд сделался жестким. Мышцы лица окаменели. – Отойдем? – ледяным голосом спросил он Юрку. Я достала сотовый, написала маме сообщение и в ужасе зажмурилась. «Боже мой! Это же из-за меня! Какая я дура!» – Ничего себе… – перебила мои внутренние терзания Власова и ахнула: – Разве такое возможно?! – Что случилось? – я открыла глаза. Алекс стоял на том же месте, но где же Юрка? – Воон там, – ответила подруга, словно прочитав мои мысли, и показала на спортивную площадку. – Никогда не видела, чтобы от удара человек отлетал на такое расстояние и оставался жив… – промолвила Кира и от удивления приоткрыла рот. Юрка неестественно быстро мчался к нам со стороны школьного стадиона. Казалось, он летит над опавшей листвой. В этот момент из школы выбежала мама в окружении завучей и охранника. – Сейчас же прекратите! – крикнула она и вышла наперерез обезумевшему Юрке. – Хватит! Ее резкий властный голос громом прокатился по школьному двору и привел в чувства диких соперников. – Азаров, живо ко мне в кабинет! А ты, – она строго посмотрела на Белова, – в учительскую! Все! Представление окончено, расходитесь по домам! – Мама… – попыталась я вставить слово. – По домам! – отрезала она. – Вечером поговорим. «Вот так и закончилась моя история первой любви, – думала я, приближаясь к подъезду своей пятиэтажки и вытирая слезы. – Спасибо, мамочка, что быстро отреагировала на мое сообщение и вовремя остановила поединок, который мог закончиться трагедией. Да, мне нравится Алекс, сейчас я полностью осознала это, но я никогда не буду встречаться с ним, чтобы не причинить боль Юрке. Не хочу драк и конфликтов.» Чувства, которые вспыхнули во время поцелуя, сейчас вызвали такое невыносимое волнение и желание оказаться рядом с Алексом, что все остальное казалось мелочью. Однако рассудок говорил, что этой «мелочью» может стать здоровье человека. Надо было сразу отказать Белову, не давать ему надежды… Вечером после трудного разговора с родителями я закрылась в комнате. Слезы, нахлынувшие от страха, стыда и мыслей о несостоявшейся любви, быстро перешли в рыдания. Как жаль, что нет рядом Кати! Как жаль, что я не смогу быть с Алексом! В таком состоянии невыносимо оставаться одной, но звонить Кире не хотелось. Зачем впутывать ее в мои проблемы? Я одна во всем виновата, к тому же терпеть не могу жалость. Вот если бы подруге было плохо, я с удовольствием подставила бы свое плечо и нашла нужные слова для успокоения. А для себя… Сама справлюсь. Внезапно в окно постучали. Холодок пробежал по коже, когда я вспомнила, что живу на четвертом этаже. Все мое существо превратилось в слух. Стук повторился. Я медленно подошла к окну, слегка отодвинула занавеску и взвизгнула от удивления. На карнизе, держась за оконные своды, стоял Азаров. Молниеносно задернув штору, я замерла, словно увидела приведение, но быстро взяла себя в руки, накинула халат и распахнула окно. Алекс запрыгнул в комнату и сел на подоконник. – Без одежды ты еще красивее, – протянул он, озаряя комнату улыбкой. – С ума сошел? Зачем? Как сюда забрался? – я перескакивала с вопроса на вопрос, ошарашенная его внезапным появлением. – Для того, кто занимается паркуром, забраться на любой этаж – плевое дело! По водосточной трубе и решеткам. Я выглянула в окно и осмотрелась. На нижних балконах действительно были решетки, так что если сильно постараться, то это возможно, но зачем? – Мое предложение в силе, хочешь прокатиться? – Алекс внимательно взглянул на меня. – Что случилось, ты плакала? – в его голосе послышалась тревога. – Из-за него? Не переживай, ничего с Беловым не случится, – с раздражением бросил он и переместился на карниз, свесив босые ноги на улицу. – Если хочешь, больше не подойду к нему, пусть живет… Испугавшись, что он упадет или вдруг обидится, я сменила тему: – Я еще ни разу не каталась на мотоцикле. А может, через дверь войти было хорошéе? – торопливо и нелепо прозвучал мой вопрос. Да, Морозова, совсем ты не умеешь общаться! Что за слово такое – хорошéе?! Надо больше читать и расширять словарный запас, если хочешь понравиться! – Твой отец сказал, что поздно, а мне обязательно надо было поговорить, – ответил Азаров, не обратив внимания на мою бессвязную речь. – Тогда почему без куртки и где потерял обувь? – буркнула я. «Разве так поддерживают разговор, когда человек взобрался на четвертый этаж по водосточной трубе, а ты очень хочешь, чтобы он остался?!» – не уставал ругать меня внутренний голос. Алекс сидел на карнизе в футболке и джинсах. Ветерок теребил его челку, а по точеному лицу скользил лунный свет. В этот момент он был нереально красив! Я поймала себя на мысли, что готова вечность смотреть на него, и незаметно ущипнула себя. Пытаясь образумиться и завязать наконец-то интересную беседу, я накинула на него плед и села рядом. Невесомой поступью надвигалась ночь; в осеннем небе мерцали звезды. Мне показалось, что очертания небольшой тучи, которая появилась на темном небосклоне, напоминают контур сердца. Из-за макушек елей выглянула луна, озарившая ковер из желто-красных листьев. В прохладном воздухе улавливался запах жженой травы. Он всегда нравился мне… В дыхании позднего вечера струился морозный серебристый цвет, но холодно не было. Легкий ветерок… Он был необыкновенным – мягким и ласкающим. – Прости, что вел себя как болван, – нарушил молчание Алекс и посмотрел мне в глаза. – Я люблю тебя и не знаю, как сказать об этом… Его слова удивили и смутили одновременно. Конечно, о таком я даже не мечтала. Разве может человек влюбиться спустя два дня после знакомства? Да мы и познакомиться-то не успели. Разговор на Осеннем балу едва ли можно назвать знакомством. Конечно, раньше мы сталкивались в школе, но не обращали внимания друг на друга. – Я влюбился, когда увидел тебя в лесу, – продолжил он, словно услышав мои мысли. – Вы сидели с подругой, ты рассказывала сон о мужчине, который пытался защитить тебя. Позже на Совете старшеклассников я не мог отвести от тебя взгляда… Мне надо было сразу подойти, но Белов опередил. – Алекс недовольно скривил губы и отвернулся. Казалось, слова давались ему с трудом. – Я видел, как вы вошли тогда в подъезд и как долго он не выходил. Я пытался все исправить: следил за тобой, хотел привлечь внимание… Его тихий голос еле сдерживал волнение, которое я все равно чувствовала. Мне не терпелось сказать что-то в ответ, но что? Счастье оттого, что моя симпатия взаимна, переполнило сознание. Боясь спугнуть Алекса какой-нибудь глупостью, я просто молчала. – Я устал. Считал, что вы с Беловым вместе. Это трудно… Поэтому решил оттолкнуть тебя, – он опять пристально и смущенно посмотрел на меня. – Думал, твое отвращение… – он тяжело вздохнул. – Думал, так будет легче. Прости, что не сдержался и поцеловал. Со мной никогда такого не было, я никогда не любил, – Алекс снова вздохнул. – Знай, что, если выберешь другого, я отойду в сторону, – он замолчал, коснулся моего подбородка и осторожно повернул мою голову к себе. – Ты веришь мне? Аромат и тепло его кожи, тихий, чуть хриплый голос дурманили. Все было как в любовных романах, которые я читала перед сном. Даже слова немного похожи. Наконец я робко ответила: – Честно? Он кивнул.