Глава 16

Тяжелые двери Главного зала, окованные потемневшей от времени бронзой, отворились с глухим, пробирающим до костей скрипом. В огромном, погруженном в полумрак помещении царил душный, тяжелый холод. Высокие готические своды терялись где-то в вышине, среди сплетения мрачных теней, а из узких стрельчатых окон, затянутых инеем, пробивался бледный, безжизненный дневной свет. Вдоль стен молчаливыми изваяниями застыли гвардейцы в черных латах. Их лица скрывали глухие забрала. В этом замке даже воздух казался мертвым, пропитанным страхом, сыростью и тонким, едва уловимым запахом дорогого ладана, которым пытались заглушить вонь гнили.

Аскольд, которого в этих стенах знали исключительно под именем Дракона, шагнул через порог. Его тяжелые кожаные сапоги чеканили ровный, размеренный шаг по полированным мраморным плитам пола. Эхо от каждого шага гулко разносилось под сводами. Полы его темного, подбитого волчьим мехом, плаща слегка колыхались во время ходьбы, а лицо оставалось абсолютно бесстрастным, точно высеченным из темного горного гранита. Серые, стального оттенка глаза смотрели прямо перед собой — холодно, отстраненно и сокрушительно. Внутри колдуна не было ни паники, ни сомнений. Каждое движение, каждый вздох были выверены до мельчайших деталей. Он слишком хорошо знал человека, к которому сейчас шел, и слишком долго играл в эту смертельную игру, чтобы позволить себе хоть одну случайную эмоцию.

На другом конце зала, на высоком возвышении из черного базальта, покоился массивный трон, вырезанный из кости и мореного дуба. На нем восседал Герцог. В его глубоких глазницах лихорадочно горели пронзительные и полные неутолимой, болезненной жажды власти глаза. Сегодня на герцоге был тяжелый бархатный кафтан цвета спелой вишни, шитый серебряными нитями, а длинные пальцы, усыпанные перстнями с крупными рубинами и сапфирами, непрерывно барабанили по резным подлокотникам кресла.

Рядом с троном, чуть позади Герцога, замерла еще одна фигура — верховный эмиссар Темного Ордена в длинной мантии. Его лицо скрывал глубокий капюшон, но Дракон и без того чувствовал на себе его липкий, ядовитый взгляд.

Орден давно пустил свои корни в этом замке, снабжая правителя древними фолиантами в обмен на его безграничные ресурсы.

Дракон остановился точно в десяти шагах от подножия тронного возвышения. Он не стал преклонять колено и даже не подумал отвешивать льстивые поклоны. Его статус главного придворного чародея и легата позволял держать дистанцию. Он лишь коротко, едва заметно кивнул.

- Вы вызывали меня, Герцог? — прозвучал низкий, спокойный голос Дракона, не выражающий абсолютно ничего.

Герцог прекратил стучать пальцами по подлокотнику. Он медленно подался вперед, вглядываясь в лицо колдуна. Рубины на его перстнях вспыхнули кровавыми бликами в бледном свете заснеженных окон.

— Наконец-то, Дракон, — проскрипел правитель. Голос его был сухим, точно треск надломленной ветки. — Я уже начал думать, что мой главный чародей настолько увлекся прогулками у моря, что забыл дорогу к залу аудиенций.

— Я выполнял вашу волю, Герцог, — суховато отозвался Аскольд.

— Вот как? — Герцог прищурил свои черные глаза и оперся подбородком на сцепленные в замок пальцы. — В таком случае, перейдем сразу к делу. До моих ушей дошли крайне любопытные слухи. Стражники на южной пристани и матросы торговых судов в один голос утверждает, будто сегодня утром видели тебя в гавани. В компании одной весьма интересующей меня брюнетки.

Дракон даже не моргнул. Он слегка повел плечом, поправляя край тяжелого плаща.

— На пристани кипит торговля, Герцог. Матросы и докеры видят много вещей, о которых любят посудачить после пары кружек дешёвого эля.

— Не увиливай! — резко оборвал его Герцог, и в его голосе проскользнули визгливые, истеричные нотки. — Мне доложили совершенно конкретные вещи! Ты схватил её прямо на мостках в порту. Ты вел через гавань брюнетку, у которой на руках были твои магические оковы! Те самые оковы из черного железа, которыми ты связываешь пленников!

Герцог поднялся с трона. Его длинная тень протянулась по мраморному полу прямо к ногам Дракона.

Правитель сделал несколько шагов вниз по каменным ступеням, всматриваясь в бледное лицо мага.

— Весь город шепчется, что ты поймал девчонку из иного мира. Ту самую, которую я лично с таким трудом вытянул через антикварную лавку, вручив ей этот чертов бубен! И где же она?! Почему её не привели в мои подвалы? Почему она не стоит сейчас передо мной?!

Дракон выдержал паузу. Он дал гневу Герцога закипеть, подняться до нужной температуры, чтобы затем накрыть его ледяной крышкой расчетливой лжи.

— Девчонка действительно была у меня в руках, Герцог, — ровно проговорил Дракон, выдерживая прямой взгляд правителя. — И заковал в оковы я её лично прямо в порту, чтобы заглушить шепотки горожан. Но слухи, как всегда, передают лишь половину правды.

— Так поведай мне вторую половину! — подозрительно мягко проговорил Герцог, останавливаясь в трех шагах от колдуна. От правителя пахло дорогими духами, вином и болезненным потом.

— Где она?!

— Она выскользнула, — без единой эмоции на лице ответил Дракон. — Местные кварталы у гавани — это сплошная суматоха из-за разгрузки судов. Мы пробирались через узкий переулок меж складами, когда девчонка споткнулась, подняла шум и спровоцировала давку среди матросов. Воспользовавшись тем, что толпа сбила стражу, она проявила неожиданное проворство. Девчонка вывернулась из оков, которые ослабли на секунду из-за наложения портового антимагического фонового поля, и нырнула в лабиринт городских трущоб.

— Вывернулась?! Из твоих-то оков?! — лицо Герцога налилось багровой краской. — Ты хочешь сказать, что обычная человеческая девка, без единой капли магии в жилах, просто сбежала от тебя в порту?!

— Уличная сутолока и животный страх иногда придают обычным людям удивительную прыть, Герцог, — холодным, отстраненным тоном произнес Аскольд. — Девчонка не владеет заклинаниями, это правда. Но она напугана, как загнанный зверь, и прекрасно понимает, что её ждет. В трущобах Нижнего города сотни заброшенных подвалов и контрабандистских лазов. Человеку без магии затеряться там среди нищих проще простого.

— Ты хоть понимаешь, что натворил?! — зашипел Герцог, подскакивая к Дракону и тыча своим костлявым, усыпанным перстнями пальцем прямо ему в грудь. — Ты понимаешь, насколько она мне нужна?!

Из-за трона бесшумно выступил эмиссар Ордена. Его сухой, шуршащий голос прорезал зал, точно лезвие бритвы:

— Легат Аскольд прекрасно знает ритуал Бессмертия, Герцог. И знает условия. Девчонка-брюнетка — ключ к первой фазе. Бубен, который вы передали ей через лавку в том мире, связывает её душу с артефактом. Но древняя магия бессмертия требует полного соблюдения законов воли. Если мы замучаем девчонку в казематах или заставим её силой — артефакт разрушится. Девчонка должна отдать бубен САМА. Добровольно. Без принуждения и ментального насилия! Точно так же, как вторая временная путешественница должна добровольно отдать свою Великую Чашу! Иначе ритуал высшей трансформации просто испепелит нас всех!

Герцог судорожно сжал кулаки, тяжело задышав.

— Именно! — рявкнул он, снова поворачиваясь к Дракону. — Мне не нужен её труп! Мне не нужна калека, которая будет немо проклинать меня перед алтарем! Я должен был убедить ее, заставить сломаться, довериться мне или выторговать свою жизнь, чтобы она САМА протянула мне бубен! А ты дал ей сбежать в трущобы! Если она замерзнет в каком-нибудь вшивом подвале или её зарежут портовые воры — ритуал сорвется навсегда!

- Она жива, Герцог, — твердо ответил Дракон, даже не шелохнувшись под рассерженным взглядом правителя. — И бубен все еще при ней. Девчонка считает его единственным спасением и держится за него мертвой хваткой. Чтобы заставить чужачку отдать артефакт добровольно, её сначала нужно загнать в угол, а затем предстать перед ней единственным спасителем. Именно это я и собирался сделать.

Герцог застыл. На его бледных щеках заиграли желваки. Он прошелся взад и вперед перед Драконом, вытирая батистовым платком взмокший лоб.

— Ты перевернешь этот город вверх дном, Дракон! — наконец выдохнул правитель, впиваясь в мага своими черными, как мрак глазами. — Ты обыщешь каждый притон, каждый вшивый подвал в Нижнем городе! Ты найдешь её, войдешь к ней в доверие, сыграешь роль её защитника! Мне плевать, как ты это сделаешь! Но она должна доверять тебе настолько, чтобы прийти на алтарь и своими руками отдать мне бубен!

- На то, чтобы аккуратно обследовать трущобы и не спугнуть девчонку окончательно, потребуется время, — спокойно проговорил Дракон. — Мне нужно по меньшей мере пять дней, чтобы закрыть район за районом и выследить ее.

— Пять дней?! — Герцог задохнулся от возмущения. — Ты сошел с ума! Никаких пяти дней! Я даю тебе ровно три дня! И поторопи своего брата. За это время он должен мне приготовить этот чертов эликсир бессмертия!

Герцог вытянул три трясущихся пальца перед лицом колдуна.

— Три дня, Дракон! Ни часом больше! Если через семьдесят два часа девчонка не будет под твоим чутким контролем готовиться к передаче артефакта, я решу, что ты больше не справляешься с обязанностями! Я лишу тебя Северной башни, а на поиски отправлю личную гвардию и ищеек Ордена! И поверь, они перероют весь город, и тогда о том, чтоб вернуть твою сестру можно будет забыть! Ты меня понял?!

Дракон глубоко и медленно вздохнул. Внутри него вспыхнуло чувство тихого, холодного торжества. Поймал. Правитель заглотнул наживку вместе с крючком и леской. Три дня. Это было ровно то время, которое требовалось Тени и Миле, чтобы закончить непрерывный, сложнейший процесс варки «Эликсира Сокрытия Сути» из древнего фолианта в их башне.

Три дня Герцог будет свято верить, что его главный колдун носится по вонючим подворотням Нижнего города, выслеживая затерявшуюся человеческую девчонку, чтобы войдя в доверие, выманить у нее бубен. Три дня у Дракона будет легальный предлог отсутствовать в замке и выигрывать время. A Элис в это время будет в абсолютной безопасности, укрытая далеко в горах у знахарки, где никакие ищейки Герцога не догадаются её искать.

Лицо Дракона осталось неподвижным, словно высеченным из камня. Он опустил взгляд, имитируя неохотное подчинение.

- Три дня — это слишком жесткий срок для подобной игры, Герцог, — с намеренной досадой проговорил он, сгущая краску своей лжи. — Но если такова ваша воля, я сделаю всё. Сегодня же ночью я начну прочесывание восточных кварталов трущоб.

— Не забывай о своей сестре, Дракон! — рявкнул Герцог, упираясь руками в бока. — Иди! И без новостей о девчонке с бубном не возвращайся!

Дракон слегка склонил голову, развернулся на каблуках и ровным, неторопливым шагом направился к выходу из Главного зала. Полы его темного плаща снова взвились, точно крылья исполинской птицы.

Проходя мимо застывших в доспехах стражей, колдун чувствовал на своей спине тяжелый, подозрительный взгляд эмиссара Ордена. Но это его уже не волновало. Первый ход в этой опасной партии был сделан идеально. Время было выиграно.

Выйдя из душного замка на морозный воздух, Дракон глубоко вдохнул ледяной ветер. Снег тихо падал на его огненно-рыжие волосы. Впереди были три дня смертельно опасной игры, и где-то там, высоко в горах, среди метели и овец, его ждала человеческая девушка Элис, брюнетка с темными, как ночь, волосами и дерзкими глазами, о которой он теперь не мог забыть ни на секунду.