Глава 24

Таймон

– Ходдо, у тебя появился шанс вернуться в отряд, – предупредил Таймон, покидая темницы. – Не упусти. Отвечаешь за леди Талиону головой, – повторил данный когда-то приказ.

Кто бы мог предположить, что решение отправить провинившегося солдата служить в подземелье замка, окажется таким дальновидным.

– Не упущу, милорд.

Белый дракон уже ждал в большом загоне. Он нервно дергал крыльями, будто чувствовал настроение своего всадника.

А Таймон чувствовал беспокойство. Все внутри противилось тому, чтобы оставлять Талиону в замке. Запертую в темнице.

Если она действительно та, о ком говорится в письме, ее не в чем обвинять. А Таймон не сомневался, что поведение Источника связано именно с этим.

Возрождение Единого произойдет здесь, на Севере. Вопрос – как?

И что будет с Талионой?

До перевала между Южными и Восточными вратами Таймон добрался быстро. Дракон с охотой ответил на его просьбу лететь выше и не жалея сил.

Опустившись на небольшой пятачок. Таймон, как всегда поблагодарил гордое существо за помощь, но дракон, как это обычно бывало, не улетел. Остался улегшись на землю возле старого огнища.

Таймон развел костер и сел на расстеленную на земле мантию. Достал кинжал и полоснул ладонь. Кровь закапала в огонь тоненькой струйкой, вызвав черные искры.

– Я хочу видеть тебя брат, и поговорить, – произнес он тихо.

Языки пламени пустили черный дым. Тот потянулся вверх, но и не думал таять, а направился прямиком на Восток.

Пора братьям забыть о глупой вражде – есть враги и опасней.

Ночь окрасила небо в переливы черного и синего. А звезды и луна светили ярко. Весь день Таймон прождал Сайдара. Даже стал сомневаться, что всадник – это он. Поэтому не может так быстро откликнуться на зов крови. Или вовсе не желает этого делать.

Но когда терпение Таймона почти иссякло, белый дракон глухо рыкнул, почувствовав другого.

Черный всадник и дракон приземлились неподалеку.

Лицо наполовину скрывала повязка. На голову накинут темный капюшон. Но по манере двигаться, крадучись словно хищное животное, с важностью свойственной настоящему принцу, и ухмылке темных глаз, Таймон узнал брата.

Лорд Сайдар сел у костра, снял повязку и перчатки.

Не напал – хороший знак.

– Говори, раз позвал, – произнес принц вместо приветствия.

– Откуда взял дракона?

– В Огненных горах, – не стал скрывать Сайдар, а усмехнувшись, добавил, – но тебе, должно быть, интересует, откуда я взял столько магии, чтобы с ним договориться?

Таймон кивнул. Он уже соскучился по манере брата шутить по поводу и без.

– Все просто – наш источник возродился.

– Не может быть. Слишком рано.

– Очень даже может. А также Южный и Западный. Придворные архимаги засекли возрождение Источников почти одновременно.

– Но как вам удалось так быстро его отыскать?

– Отцу повезло – Источник сам к нему вышел.

Еще одно совпадение? Нет, в такое Таймон не поверил бы. Но не спешил посвящать брата в тайну его бывшей невесты.

– Зачем ты напал на меня и Талиону, когда мы были в Первом городе?

– Я не нападал, – фыркнул Сайдар. – Не знаю, что это было… Землетрясение, наверное.

– И улетел, даже не побеспокоился о жизни брата, – напомнил Таймон.

– Не хотел нарушать вашу идиллию. Вы так мило ворковали. Я даже сначала не поверил своим глазам. Что бы мой ледяной чурбан братец, и вел себя как влюбленный олух – целовал ручки и заглядывал девице в глаза.

– Я уже жалею, что решил тебе довериться.

– Не кипятись, – Сайдар достал круглую флягу и сделал несколько глотков, но тщательно скрываемая радость от встречи с братом так и просилась наружу. В конце концов, последний раз их встреча, без боев и пролития крови простых воинов, была лет пятнадцать назад. – Хочешь пригласить на свадьбу? Так и знай, не пойду. Открыто признавать проигрыш я не намерен.

Кулаки зачесались, но Таймон сдержался. У Сайдара эта манера, провоцировать своими шуточками, с детства. Но это никогда не мешало ему со всей серьезностью подходить к обучению военному делу и различным наукам, необходимым будущему принцу.

– Так что за секрет ты хочешь мне рассказать? – напомнил он.

– Во дворце Заосгана есть предатель, а может, и не один, – начал Таймон издалека, достал одно из писем и протянул брату.

– Поэтому спрошу и потревожу твою отвергнутую душу, – не остался он в долгу. – Как ты вышел на леди Талиону.  Теперь я сомневаюсь, что это случайность.

Принц задумался. Шутливое настроение тут же изменилось.

– Помнишь одного из визирей отца, лорда Мортиге?

Забыть того, кто чуть ли не с пеленок хотел отправить тебя подальше от матери и всячески настраивал Правителя против общения братьев, трудно.

– Это с его подачи, мне пришлось искать невесту. Он вбил отцу, что мне срочно нужно обзаводиться наследниками. Он же и советовал отправится на Юг.

– Видать, прознал, что Львина ждет ребенка. Выходит, с Советником отца в переписке он давно.

Кажется, лорд Сайдар был не в курсе как дела у еще одной его бывшей невесты. Черты лица его стали острыми как скалы, что окружали.

– Рад за твоего братца, – выдавил он из себя. Показывать, насколько сильно задето его самолюбие совсем не хотелось. Но скрывать эмоции было не просто.

Таймон удивился такой реакции, но шутить не стал.

Пользуясь возникшим неловким молчанием, Сайдар стал вчитываться в письмо. И с каждой строчкой он становился еще злее.

Подавив желание порвать ценное доказательство, он вернул его Таймону.

– Ты знаешь о каком Ордене идет речь?

– Догадываюсь. Но все это относится к сказкам времен раскола Единого источника. Не понимаю, какой смысл это все имеет сейчас.

– Поверь мне, еще как имеет. Чего добивается этот Орден?

– Ты не помнишь версию Востока как появились четыре Источника? – удивился Сайдар.

– Нет, я же не был принцем, чтобы столько времени проводить за книжками.

– Ну да. Тогда я заполню пробел в твоем образовании.

В целом, легенда была одна на весь Нефреэйн. Но у каждой стороны имелись свои детали в том, что касалось случившегося много столетий назад. Только вражда из-за страха потерять контроль над Источниками не давала соединить все эти кусочки в целую картину.

На Востоке о Великом расколе помнили многое. Как и везде главным оставался в той истории Единый Источник и великий род Правителей, которым под силу было им управлять. Нефрэйн – хранитель Единого Источника и целого мира.

В истории, которую помнил Сайдар раскол произошел также из-за проклятия богов. Но в отличие от Таймона, он знал причину. Считалось, что Пять королей закончили свою эпоху, убив Правителя Нефрэйна. То ли власть, сосредоточенная в одних руках, не давала остальным покоя. То ли безумие завладело главным хранителем, а остальные решились на предательство во благо всего мира. Точно, теперь только богам известно. Но один факт оставался однозначным. За предательство боги наказали людей. Лишили Вечного источника, расколов его на четыре, которые каждые сто лет вынуждены перерождаться. А люди страдать без магии.

– Орден считает, что потомки Нефрэйна разбрелись по миру, и их долг уничтожить их. Они против возвращения древних порядков. Против объединения Нефрэйна. Его целью столетия назад было избавить мир от его потоков. Но это давно сделано, насколько я знаю. А значит, существование Ордена сейчас бессмысленно, – произнес Сайдар и презрительно скривился. По его мнению, только полные идиоты могут отказаться от возможности вернуть магию в мир навсегда.

– Может, ты еще знаешь, как возродить Единый источник? – усмехнулся Таймон.

Хотя ничего смешного – Талионе грозит смертельная опасность. И не только из-за глупой кражи магии, в которой она совершенно не виновата.

– Может, и знаю, а тебе это зачем?

– Хочу возродить его, – хмыкнул Таймон, предчувствуя реакцию брата.

Сайдар сначала смотрел серьезно, ожидая, когда брат не выдержит и скажет, что это шутка. Но не дождался. Сам засмеялся и его басистый смех эхом отразился от скал. Драконы дернулись, взмахнув крыльями, и недовольно выпустили клубы дыма из носа среагировав на внезапный шум.

– Ты, должно быть, свалился с дракона и ударился башкой об лед.

– Я был бы рад, что бы это была шутка, и Талиона оказалась простой южанкой. Да только это не так. И сейчас она в темнице, за полнейшую глупость. А один из членов этого Ордена –  Советник Правителя. Возрождение Источника – единственный шанс ее уберечь.

Сайдар запустил руку в волосы растрепав их. Его съедали противоречивые чувства. Досада, смешанная с облегчением, и где-то между ними сочувствие к брату. Одно дело, когда ты четко понимаешь кто твой враг. Знаешь примерное количество противников и их оружие. Другое дело, когда враг словно стая крыс прячется под полом, в стенах да на чердаке. Ты вроде бы слышишь его, знаешь точно, что он там есть, но сколько их – не видишь. Пара особей, что легко можно удавить, стоит загнать в угол, или тысячи, способные сожрать живьем? Орден этот был именно таким. И это самый неприятный вид противника.

– Впору всплакнуть и посмеяться над судьбой, – Сайдар смотрел на брата, пытаясь разгадать, о чем тот думает. – Ты хоть понимаешь во что ввязываешься?

– Надеюсь.

– Есть два варианта, и оба они не принесут тебе ничего хорошего.

– Какие же?

Таймон и сам знал, но услышать со стороны – совсем другое.

– У тебя либо все получится, и ты потеряешь ее. Потому что она станет Правительницей всего Нефрейна. Первой в своем роде. И второй сын, да еще и бастарда – будет ей совсем не пара. Либо ничего не выйдет, она погибнет, и ты вместе с ней.

Правда сдавливала грудь, не давая вдохнуть глубоко. Сайдар был прав. Но о кое-чем он забывал. О чувстве, в которое не верил. Способном преодолеть, на первый взгляд, непреодолимое.

– Если все получится, она станет Правителем, как ты верно заметил, и будет вправе сама выбирать с кем ей быть.

– И ты настолько наивен, что думаешь, она выберет тебя? – усмехнулся Сайдар. – Даже если это и так. Ты же понимаешь, что это неправильно? Ей будет лучше заключить союз с кем-то из Правителей или с наследным принцем, чтобы укрепить позиции. Всласть и любовь вещи редко совместимые.

– По крайней мере, она получит выбор, и уже только этому я буду рад.

Признавать слова брата было больно. Но он был прав, грядут перемены. И он не вправе ставить на первое место свои чувства.

– Ой, не надо тут мне заливать похлебку в уши, – отмахнулся Сайдар от пафосных речей. – Ты ее любишь. И если какой-нибудь ушлый принц, например, один из твоих братьев уведет ее у тебя, ты захочешь убивать от ярости. Уж поверь мне, я-то знаю, о чем говорю.

– Можно подумать, ты был влюблен в Львину…

– Это уже неважно, – перебил восточный принц. – Ты хочешь знать, как возродить Единый источник. И я тебе отвечу – только главный хранитель, наследник Нефрэйна знает, как это сделать.

– Так бы и сказал, что не знаешь, – проворчал Таймон. – Как Талиона может знать, как его возродить, если только недавно узнала, что последняя из проклятой династии?

–Только она может понять, что нужно сделать. Память крови и все такое… Это часть проверки.

– Отлично, – раздраженно ответил Таймон. – Все очень просто.

Сайдар лишь развел руками.

– Пожалуй, нужно напиться и впасть в спячку с теплой и мягкой девицей в обнимку, – перевернув пустую флягу и убедившись, что там действительно ничего нет, Сайдар поднялся и бросил, уже направившись к своему дракону. – Удачи братец.

– Не советую напиваться. Я почти уверен, что источники не просто так пробудились так рано. Ты можешь понадобиться.

Тяжко вздохнув, Сайдар обернулся.

– Я подумаю прежде, чем влезать в это, насколько сильны во мне братские чувства.

– Подумай заодно, не надоело ли тебе каждый день думать о том, сколько потратить магии сегодня. А не придет ли кто за Источником? И хватит ли, в конце концов, магии твоим детям и внукам, чтобы жить спокойно, или им тоже придется воевать за последние крохи.

Слова Таймона легли тяжелым грузом на плечи восточного принца. Он даже не стал оборачиваться. Вскочил на своего дракона и только тогда обернулся.

– Я и так об этом думаю. Каждый день, – и чуть помедлив, добавил, – ты знаешь, как меня позвать. Уверен, тебе тоже стоит торопиться. Если все так, как ты говоришь, твоей розе грозит опасность. Не стоит оставлять ее надолго одну.

И тут брат был прав. Например, суд не станут откладывать, как обычно. Или Орден доберется раньше.