Глава 8

Я проснулась резко, будто кто-то грубо выдернул меня из сна.

Сердце бешено колотилось, а глаза бегали по комнате, пытаясь найти того, кто разбудил меня. Несколько секунд ушло на осознание, что это был всего лишь ночной кошмар и я в безопасности. В комнате, кроме меня и Аделы, больше никого не было.

Взгляд метнулся к окну. За стеклом ещё не рассвело, но небо уже становилось светлее. Я села на кровать, обхватив себя руками. Тело до сих пор ломило. И страх за своё будущее никуда не уходил. В голове постоянно крутились слова профессора Жане, что мне ни в коем случае нельзя оставаться одной. Даниэль попытается похитить меня.

«Вероника…» — раздался властный голос Маркуса.

Я подскочила. Что им снова нужно от меня? Появляются, когда им вздумается. И так утро не задалось, я проснулась в плохом настроении и встала явно не с той ноги. А тут ещё и маги объявились.

«Ты в опасности, — сказал Лан. — И общение с некромантом только усложнит твою ситуацию».

— Вы говорите про Эриона? — произнесла я вслух.

И вздрогнула, когда Адела начала ворочаться в постели.

«Он спас мне жизнь», — ответила я магам.

«Этот маг хочет снять с тебя магическую маску, — недовольным голосом произнёс Маркус. — Это делать пока нельзя. Если все узнают, что ты попаданка, то быть беде!»

«Она и так трещит по швам, — с горечью хмыкнула я. — Её уже не спасти».

«Мы можем восстановить её, — неожиданно произнёс Лан. И я вздрогнула. — Не доверяй ему. Он хочет навредить тебе».

Лан сейчас серьёзно? Тело покрылось мурашками. То есть они хотят, чтобы я и дальше была под проклятием Даниэля? Маги же прекрасно знают, что через маску Даниэль может манипулировать мной. Не полностью, но всё же… Этот тёмный маг наверняка воспользуется остатками магии, чтобы навредить мне. Или вовсе похитит при первой же возможности.

Я сейчас слишком уязвима. И все этим пользуются.

Сердце до боли сжалось. Я на миг ощутила себя плюшевой игрушкой, которую тянут в разные стороны. Неприятно осознавать, что мной все манипулируют для достижения своих целей. С первого же дня, как я попала в этот злосчастный мир. Сколько ещё меня будут подвергать опасности?

Я тяжело задышала.

«А почему я должна доверять вам? — прямо спросила магов. — Вы обещали защищать меня. Но когда я в опасности, то вас рядом нет. Только единожды вы и правда спасли мою жизнь. Да и жизнь Эриона тоже. Вы появляетесь, когда хотите. Требуете, что хотите. Но когда я вас зову, то вы молчите! Вы мне так ничего не объяснили про ту книгу, не учите магии…»

«У тебя снова истерика, — грубо перебил меня Маркус, громко вздохнув. — Успокойся, пожалуйста. Когда придёт время, то мы всё тебе объясним. А сейчас тебе нужно прислушиваться к нашим советам».

И как успокоиться после таких слов?

«Поэтому я и ненавижу работать с бабами», — прошептал незнакомый мужской голос.

С бабами, значит… Я на роль спасительницы себя не выдвигала. Меня нагло украли из моего мира и заставили пойти на тропу войны. И тем более я не хотела спасать чужой мир от надвигающейся беды. Да и в принципе не хотела рисковать своей жизнью!

Мне двадцать лет! Я хотела успешно окончить университет, закрыть папины долги и зажить спокойной жизнью в своём маленьком городе. А что в итоге? Этому не сбыться никогда.

«Я не доверяю вам», — сказала я магам.

«Вероника, не глупи, — произнёс Маркус. — Хочешь довериться семье Имриль? Так ты о них ничего не знаешь!»

«Так же, как и о вас, — быстро ответила я ему. — Эрион хотя бы объяснил мне, почему помогает мне. А вы вечно молчите!»

«Мы не молчим, — буркнул недовольно Лан. — Связь нестабильна. У нас не всегда получается достучаться до тебя».

Я громко вздохнула. Внутри всё сжималось от негодования.

«Сейчас связь есть. Так расскажите мне правду! — чуть ли не закричала на них. — Что в этом сложного?»

Маги замолчали. Что только сильнее разозлило меня.

«Пока рано, — сухо произнёс Маркус. — Ты не готова».

«К чему?» — спросила я.

«К правде, — так же сухо продолжил Маркус. — Не доверяй некромантам. Они знают о твоей связи с Даниэлем и попытаются использовать тебя, чтобы до него добраться. Ты для них всего лишь пешка. А от них избавляются в первую очередь».

«А я кто для вас? — хмыкнула. — Такая же пешка или нет?»

Маги замолчали. Прошла минута, пять, десять… Они мне не ответили.

Я закрыла глаза, стараясь не вздыхать громко, чтобы не разбудить Аделу. Дрожь пробежала по телу, я обняла себя за плечи. Сколько же у меня вопросов и к магам, и к Эриону, и к этому миру… Только вот ответов я так и не получу.

***

Адела проснулась ближе к рассвету.

— Атанасия? — её голос был сонным, она тёрла глаза. — Ты всю ночь ворочалась и стонала. Я пыталась тебя разбудить, но ты ни в какую не хотела просыпаться. Я уже хотела миссис Стайси позвать, чтобы она тебя осмотрела.

— Со мной всё хорошо, — с улыбкой ответила я. — Просто снились кошмары.

Адела нахмурилась и подошла ближе.

— Ты своё бледное лицо видела? — она присела на край кровати и сжала мою ладонь. — Я же вижу, что ты совсем не выспалась. Что с тобой происходит?

Я резко отдернула руку. Адела напряглась.

— Я же сказала, что всё хорошо, — настаивала на своём.

— Атанасия, я же не слепая, — тихо произнесла девушка, продолжив хмурить брови. — Да и многие заметили твоё странное состояние. После бала ты стала растерянной и вечно уставшей.

Разве это так заметно? Не думала, что за мной так пристально следят мои сокурсники. Да и после бала же прошло всего ничего. Меня резко охватила тревога. Я очень хотела снять маску, но… не представляла, как буду дальше жить.

— Ты можешь мне довериться, — сказала Адела, обняв меня. — Мы же подружки. Я помогу тебе.

В горле появился неприятный ком, который никак не получалось сглотнуть. Мой голос стал тяжелее, а глаза защипало. Я знала, что ей нельзя говорить правду… Но как же мне не хватало этих слов и этой поддержки.

Адела отпрянула и улыбнулась.

— Я вижу, как тебе тяжело, — произнесла она. — И хочу помочь.

— Спасибо, — прошептала я.

Последующие дни прошли как в тумане. Я помнила лишь, что держалась рядом с Аделой, словно боялась отойти даже на шаг. Но это правда. Мне было страшно. Казалось, что за мной следят из-за каждого угла. Всё дошло до того, что я стала вздрагивать от собственной тени.

«Вероника. Некромант наблюдает за тобой, — неожиданно произнёс Лан. — Слева. В дальнем углу».

Я повернулась и встретилась взглядом с Эрионом. Мужчина не подошёл ко мне, не позвал. Он стоял рядом со своими приятелями и внимательно смотрел на меня, будто хотел убедиться, что я жива.

Сердце быстрее забилось.

«Не подходи... — голос Лана стал тише. — Пожалуйста...»

А я и не собиралась. Сейчас в коридоре целая толпа студентов, и я не хотела привлекать ненужное внимание. Если Эриону нужно будет связаться со мной, то он обязательно что-нибудь придумает.

Во время обеда профессор Жане подошла ко мне так тихо, что я даже не заметила её появления.

— Атанасия Люфер, — произнесла она громко, прожигая меня взглядом. — Идите за мной.

Я сразу же напряглась. Девочки, сидевшие рядом со мной, начали шептаться.

— Профессор... Что случилось? — поинтересовалась Адела.

— Госпожа Мелус, продолжайте обедать, — холодно произнесла женщина. — Мисс Люфер скоро вернётся.

Я постаралась успокоиться и пошла за ней.

Мы вышли из столовой, прошли в конец коридора и зашли в пустой кабинет. Профессор Жане закрыла дверь и активировала защитные щиты, чтобы нас не подслушивали. Воздух моментально стал тяжелым.

— Садитесь, — приказала она.

Я подчинилась. Её взгляд стал более настороженным.

— Как вы себя чувствуете, мисс Люфер? — женщина села рядом и взяла меня за руку.

— Терпимо, — прошептала я.

Хотя понимала, что со мной происходит что-то странное. Я спала — и не высыпалась. Ела — и не наедалась. На занятиях как тень сидела и ничего не запоминала. Ходила словно в тумане.

— Зачем вы врёте? — нахмурив брови, спросила профессор Жане. — Вы истощены и напуганы. Маска совсем ослабла, ещё несколько дней, и она совсем разрушится. Ваш истинный облик проявляется всё сильнее. Скоро все начнут замечать несоответствия.

Женщина подняла мою косу, перевернула её. И взглянула на рыжие волосы, которые я тщательно скрывала уже второй день. Тело тоже стало меняться. Хорошо, что за формой не видны эти изменения.

— Я знаю, кто вам помогает, — произнесла профессор Жане. Я напряглась, сжала ткань юбки. — И могу вам с уверенностью сказать, что у этого мага есть все шансы разрушить столь опасное заклинание. Я впервые сталкиваюсь с подобным. Обычно магические маски могут снять только те, кто их создал. Хотя такие истории можно пересчитать по пальцам. Как правило, на жертве маска остаётся до её кончины.

Внутри всё больно сжалось, будто чёрная магия отозвалась на слова профессора. Я ахнула и прижала руки к груди.

— Что мне делать? — хриплым голосом спросила я женщину. — Я запуталась, мадам.

Профессор Жане посмотрела на меня с сожалением.

— Вам придётся выбрать сторону, Вероника, — произнесла она.

Я посмотрела на неё широко открытыми глазами. Откуда профессор Жане знает моё имя? Сердце забилось как сумасшедшее. Эрион рассказал ей? Или... Она знает обо мне намного больше благодаря своей магии?

— Я знаю меньше, чем вы думаете, леди, — с лёгкой улыбкой продолжила она.

— Вы читаете мои мысли?! — вскрикнула я удивлённо.

Женщина тихо посмеялась.

— Всё было написано на вашем лице, — сказала профессор Жане. — Нужно вовремя скрывать свои эмоции.

Я быстро задышала и задрожала.

— Какой выбор я должна сделать? Я не хочу выбирать! — чуть не заплакав, сказала ей. — Всё так запутанно.

— Вы должны выбрать того, с кем продолжите... эту битву, — с грустью сообщила профессор Жане. — Этого не избежать. Все уже готовятся.

Я до крови прикусила губу. Виски ныли от пульсирующей боли.

Почему все перекладывают ответственность на меня? Раздражает. Я хочу спокойной жизни, а не думать, как выжить в предстоящей войне.

Профессор Жане вдруг заговорила тише:

— Вероника... Пора признаться. Время магической маски истекает. Скажи правду хотя бы одному человеку.

— Кому? — тоже прошептала я.

У женщины заметно блеснули глаза.

— Тому, кто готов умереть за вас, — с уверенностью произнесла она. — Тому, кто примет вас настоящую.

Я поняла, о ком говорит профессор Жане. Эрион. Он всегда рядом... даже когда я его не вижу. И уже дважды спасал мою жизнь.

— Я... не уверена, что могу довериться ему, — честно призналась ей.

Пока что я не готова никому доверять.

— Вероника, — профессор Жане села ближе. — У вас ещё есть время. Но если вы продолжишь молчать, маска сломается окончательно. И все увидят ваше истинное лицо. До этого времени вы должны заручиться поддержкой. Семья Имриль готова взять вас под покровительство.

Ладони заметно вспотели, я вытерла их о плащ.

— Я не могу... — прошептала я.

— Вам придётся, — ответила она. — Я не вправе указывать, как вам поступать. Вы должны сами решить.

Я сделала глубокий вдох.

— Я уже дважды доверилась не тем людям, — честно призналась ей. — И сейчас боюсь обжечься в третий раз.

Женщина задумалась.

— Могу сказать, что вы лишь единожды ошиблись в своём выборе, — её глаза на несколько секунд засветились, она словно сканировала меня. Мне стало не по себе, я прикрылась плащом. — Вторые... помогают вам. Хоть и пытаются играть в свою игру.

Я напряглась. Профессор Жане прожигала меня изучающим взглядом. Вторые... Она знает и про магов? Да откуда? Что у неё за сила, что она меня, как книгу, прочитала? Мне стало страшно.

Профессор Жане вышла из транса, сняла защитные щиты и резко встала. Щелкнула пальцами, и двери открылись.

— Идите, мисс Люфер, — произнесла она. — И берегите себя. Эти дни будут непростыми для вас.

Я вышла из кабинета, едва держась на ногах. Виски пульсировали от боли. Мне стало плохо, и мутило. Страх сковывал тело.

— Вот ты где, — меня нашла Адела. И сразу же напряглась. — Ты еле стоишь на ногах.

Перед глазами всё плыло. Я уже не видела девушку и плохо слышала. Меня кто-то подхватил на руки и куда-то понёс. Очнулась я уже в госпитале, на жёсткой кровати. Была ночь, холодный ветер завывал через щели. Приподнявшись на локтях, я поняла, что нахожусь одна в зале. Я легла под одеяло и заплакала.

— Проснулась? — надо мной кто-то навис. — Вставай давай! Мне надо все койки перестелить.

Одеяло резко стянули, а меня грубо взяли за руку и подняли с кровати. Я увидела незнакомого мужчину лет пятидесяти. У него была бледная кожа, плешивая голова с кудрявыми седыми волосами и шрам на шее. Он скорчил отвращение на лице.

— Хватит пялиться, — мужчина больно схватил меня за плечо и развернул. — Иди в общежитие. Твоей жизни ничего не угрожает.

Он сильно толкнул меня в спину, и я упала на колени.

— И прекрати ныть, — продолжил он свои издевательства. — Раздражает.

Не знаю, где я нашла в себе силы, чтобы встать и дать ему пощёчину. Мужчина явно не ожидал этого.

— А вам бы научиться общаться с девушками, — процедила я, зло посмотрев на него.

Мужчина зарычал. С бешеными глазами пошёл на меня. Мне стало страшно. Мы тут одни. И мало ли что он задумал сделать со мной… Я быстро выбежала из зала, не оглядываясь.

Прыгнула в общий портал и перенеслась к общежитию. Только перед дверью я смогла отдышаться. В коридоре царил полумрак, лишь редкие магические светлячки парили под потолком, отбрасывая дрожащие тени на стены.

Я хотела пройти незамеченной — просто подняться в комнату, упасть на кровать и уснуть. Но стоило мне переступить порог общего зала, как открылись двери столовой и донёсся резкий голос моего куратора:

— Леди Люфер! Опять вы! — он затащил меня в комнату. – Неужели нельзя хотя бы один день не нарушать правила?

Я замерла на месте. Я ничего не нарушала. Только если слишком поздно пришла… Поскольку уже за полночь.

Напротив меня в шеренге стояло ещё двадцать студентов с опущенными головами. Что здесь происходит?

— Я… просто поздно пришла, — произнесла я растерянно.

— Не оправдывайтесь! — крикнул куратор Брор так громко, что даже светлячки дрогнули. — Вы постоянно создаёте проблемы! Думаете, я не вижу, что от вас одни неприятности?

Он ткнул в моё плечо пальцем. Внутри всё сжалось от обиды и унижения.

— Но я ничего не сделала… — попыталась объяснить я, надеясь, что меня наконец услышат.

— Идите к себе в комнату и не попадайтесь мне на глаза! — рявкнул он громче.

Я не поняла, это он обращался ко всем или ко мне? Но я не стала препираться и молча ушла в свою комнату. Но как только закрылась дверь, тело задрожало, и я с трудом устояла на ногах. Адела уже спала.

Я тихо села на свою кровать и попыталась успокоиться. Что это только что было? И там, в лазарете, и тут, в общежитии. Почему все на мне срываются? Что я такого сделала? Как будто кто-то специально навёл порчу на меня. Я задумалась. А может, это маска так работает? Всё же чёрное заклинание, тем более проклятие. Но кто бы мне рассказал правду?

Я и так старалась быть тише всех. Мечтала, чтобы меня приняли. Но вместо этого слышала лишь оскорбления. Почему всё так?

Закрыла лицо руками и заплакала. Виски вновь начали пульсировать, а в груди что-то так больно резало, что хотелось кричать. Вдруг тело обдало жаром. С каждым вдохом жар усиливался, и появились плохие мысли.

Я стянула одежду и легла на кровать, натянула одеяло, будто оно могло укрыть меня от всех этих мыслей. Я проплакала около часа и наконец провалилась в тяжёлый сон.

Мне приснилась война. Настоящая. Страшная. Небо было разорвано, как будто кто-то разодрал его когтями. И в разрывах плясал огонь. Я стояла среди поля боя: руки горели, а магия рвалась наружу. Кровь стыла от криков и скрежета металла, а глаза слепили вспышки заклинаний.

Я обернулась и увидела рядом с собой Эриона. Он держал в руках меч, отбиваясь от врага. А потом закричал:

— Вероника! Не смей!

Но было уже поздно. Я уже бежала в сторону толпы в синих плащах. Как вдруг надо мной пролетела чёрная тень. А потом раздался оглушительный треск.

— Эрион! — закричала я, пытаясь предупредить.

Он обернулся слишком поздно. Смертельное заклинание летело прямо в него. Я видела, как его отбросило в сторону. Эрион упал, и его глаза закрылись. Навсегда.

Я закричала от боли. А потом почувствовала, как внутри что-то взрывается. Из моей груди поднялся яркий столб света. А потом из ниоткуда появился дракон. Настоящий. Огромный. Огненный. Он издал крик, от которого задрожала земля.

Я поняла: это мой хранитель. Моя сила. Моя сущность. Он вырос благодаря моей силе, как и обещал мне в тот день. Враги отошли назад, увидев дракона. Но сбежать не успели. Пламя заливало поле, дым поднимался к небу. И вдруг всё исчезло.

Я проснулась от жара. Настоящего. Сердце до боли колотилось в груди. Паника охватила меня. Из-за дыма было тяжело дышать.

— Нет… нет-нет-нет… — хрипела я, вставая с кровати.

Стены комнаты горели. Пламя ползло по ковру, добиралось до штор и стола. Наверху трещала перекладина. Чёрт! Я посмотрела на свои руки, которые горели в пламени. Это сделала я?! Моя магия вышла из-под контроля.

— Адела! Проснись! — я подбежала к соседке и стала будить её. — Пожар!

Она вскочила, закашлялась, в её глазах застыл ужас.

— Атанасия, что происходит?! — закричала она.

— Скорее, бежим, — я помогла ей встать с кровати и повела к двери.

Пламя уже почти добралось до её кровати.

— Помогите! Мы горим! — закричала на всё общежитие Адела.

Из соседних комнат начали выглядывать испуганные студенты. Кто-то уже звал магов стихии, кто-то — кураторов. Мы с Аделой стояли босиком, прижавшись друг к другу, и дрожали от страха.

Пожар довольно быстро потушили, но комната была уничтожена огнём, и на её восстановление уйдёт несколько недель. Чтобы мы не спали в общем зале, нам выделили небольшую подсобку, где был старый диван. Кураторы сказали, что разбираться со всем будут утром, и отправили всех спать.

Я дрожащими руками застелила пыльный диван, и мы с Аделой легли отдыхать.

— Это была ты? — прошептала Адела, до сих пор дрожа от страха.

Я ничего не ответила. Страшно было признаваться самой себе, что это случилось из-за меня. Я чуть не погубила нас. Ещё бы несколько минут, и мы с Аделой не проснулись бы. Огонь слишком быстро расходился по комнате.

И этот странный сон… Он был слишком реалистичным. Что бы это значило?

Мы с Аделой так и не смогли уснуть. Лежали в тишине до самого утра, пока в комнату не зашёл куратор Брор и не попросил меня пройти в его кабинет.

Он дал мне плащ и приказал скорее одеться. Так-то мы с Аделой выскочили в коридор в одних ночных сорочках. Теперь понимаю, почему на нас так косо смотрели некоторые парни. Да в тот момент было совершенно наплевать, как мы выглядим. Мы спасали свои жизни.

В холле уже было полно студентов, все собирались на занятия. И они притихли, когда увидели меня. Я старалась не поддаваться эмоциям, хотя мне было неприятно, что абсолютно все пялятся на меня.

Я дошла до кабинета куратора, и тот не стал закрывать дверь. Я услышала, как студенты подошли ближе, чтобы подслушать, как меня снова отчитывают.

— Леди Люфер, вы понимаете, что устроили? — прошипел куратор Брор. — Ещё одна выходка, и вас отчислят из академии!

Я даже не успела ничего сказать, как куратор продолжил рычать на меня:

— Вся комната сгорела! — Брор говорил громко, чтобы все слышали. — Леди Люфер, признайтесь, что вам нравится устраивать хаос в нашей академии!

К чему такая агрессия? Я даже не успела объяснить, что пожар случился случайно, из-за того, что моя сила вышла из-под контроля. Куратор кричал и обвинял меня во всех грехах, припоминая каждую мою неудачу. Он явно решил слить на меня весь свой негатив.

Мне было до боли обидно.

— Я не хотела… — тихо сказала я, вытирая слёзы.

— А вас никто и не спрашивал! — продолжил срываться на мне мужчина. — Наказание начнётся прямо сейчас. Леди Люфер, вы отправляетесь в одиночку на южную территорию наводить порядок в загонах зверей. До самого вечера. Магию использовать запрещено. И вам никто не должен помогать.

В толпе все ахнули. Они знали, что на южной территории слишком опасно для первокурсников. Там держат магических зверей, которых с трудом укрощают призыватели. Одно лишнее движение — и на меня понесутся сотни озлобленных тварей.

А правилами не запрещено кидать первокурсников на съедение монстрам? Я же там буду одна! Меня даже никто не спасёт, если звери вырвутся из клеток.

Куратор Брор, наслаждаясь моим отчаянием, добавил:

— Может, хищники выбьют из вас желание нарушать правила академии.

Я почувствовала, как внутри снова поднялся жар. Но в этот раз смогла подавить его.

— Форму возьмите на складе, — приказным тоном сказал куратор. — И отправляйтесь прямо сейчас. Пешком.

Я догадалась, что спорить бессмысленно. Нарвусь на еще худшую отработку. Поэтому молча вышла из кабинета, с осуждением посмотрела на студентов, которые даже не попытались как-то остановить мужчину. И пошла на склад за формой. До южной территории идти около часа, поэтому я не спеша пошла туда. Куратор же не сказал, сколько мне убираться, просто побыть там до вечера.

Меня больше напрягало то, что я на этой территории буду совсем одна. Я боялась, что Даниэль воспользуется этой возможностью.

Южная территория встретила меня запахом навоза и рычанием зверей. Клетки были огромными, выше меня на два метра точно, с потёртыми рунами защиты. Звери оживились, увидев меня, и стали рычать.

Но едва я подошла ближе к клеткам, как услышала знакомый голос:

— Ты не должна быть здесь.

Я вздрогнула и обернулась. Эрион стоял совсем рядом.

— Вероника, кто тебя послал сюда? — недовольным голосом спросил он.

— Куратор, — с улыбкой произнесла я, хотя внутри всё бушевало от негодования. — В наказание за то, что ночью устроила пожар.

Эрион явно удивился.

— Твоя сила вышла из-под контроля? — сразу же догадался мужчина. — Твой куратор — настоящий кретин, раз послал тебя в одиночку в такое опасное место. Чем он думал? А если бы с тобой что-нибудь случилось?

Эрион недовольно потёр переносицу.

— Ладно, я доложу об этом отцу. Пусть он разбирается с этим.

Я хмыкнула.

— Но наказание нужно отработать. Куратор явно будет проверять чистоту вольеров.

Эрион оглядел территорию.

— Я помогу тебе, — сказал мужчина, взяв в руки лопату.

— Куратор сказал, что мне никто не должен помогать.

— А куратору необязательно знать об этом, — подмигнул мне Эрион. — На твоём месте я бы вернулся в общежитие. Ты же знаешь, что тебе опасно гулять в одиночку.

— Ты всегда рядом, — с улыбкой произнесла я.

Глаза Эриона слегка блеснули. Мужчина улыбнулся.

— Стараюсь.

До самого вечера мы чистили вольеры и клетки. На удивление, тут и правда не было людей. Только во время обеда пришёл какой-то дедушка-эльф, чтобы накормить зверей, и всё. Так что вообще не представляю, что бы делала здесь без Эриона. Он не задавал вопросов, сказал, что будет ждать, когда я сама доверюсь ему.

И в один момент из-за ветра с моей головы слетел платок, и взгляд Имриля устремился на мои волосы.

— Твои волосы… рыжие? — хриплым голосом спросил он.

— Да, — тихо ответила я ему.

Хотя утром в зеркале они всё ещё были золотистыми, как у истинной Атанасии. Видимо, за эти несколько часов маска сильнее разрушилась, и мои настоящие волосы проявились во всей красе.

Эрион внимательно рассматривал меня.

— Я разрушаю заклинание потихоньку, — сказал он вдруг. — Чтобы не навредить тебе. Ещё две ночи, и…

— И все забудут об Атанасии Люфер, — как приговор произнесла я.

Мужчина тяжело вздохнул.

— О ней никто никогда не забудет, — усмехнулся он. — Зато тебе больше не нужно будет скрываться под её обликом.

Да… Главное, чтобы теперь меня не приняли за сбежавшую Верону Аймерию. Мы же с ней одно лицо.

— Вероника, ты сможешь продолжить обучение в академии. Нам нужны такие сильные маги, как ты, — успокоил меня Эрион. — Мы с отцом придумаем, что сказать студентам, чтобы у них не возникло вопросов о появлении новенькой.

Я улыбнулась.

— Спасибо.

Если и делать выбор, то в пользу семьи Имриль. Всё же пока что они больше располагают к себе.

Мы с Эрином пробыли на южной территории до самой ночи. А потом он сопроводил меня до общежития и сказал, что утром нужно будет сходить к ректору. Он попросил не умалчивать этот инцидент, чтобы другие студенты не пострадали от рук взбалмошного куратора. Я согласилась. Тем более что у меня появилась куча вопросов, на которые, скорее всего, сможет ответить только ректор.

В общежитии было подозрительно тихо. Я не знала, дали нам новую комнату или нет, поэтому пошла в ту кладовку, чтобы хотя бы чуть-чуть отдохнуть после отработки. Но как только свернула в коридор, резкий удар в голову ослепил меня болью.

Я упала на пол.

— Тихо, — прошипел кто-то. — Уносите её.

Меня схватили, связали руки и заткнули рот. А потом волокли по коридору. Я пыталась вырваться, но меня снова ударили чем-то тяжёлым по голове. Последнее, что я услышала:

— Лорд Даниэль велел доставить её живой…

А потом темнота поглотила всё.