Глава 11

«Итак, — размышляла я, возвращаясь в отель по тёмной улице, освещаемой тусклыми электрическими фонарями, — мне нужно всеми правдами и неправдами заставить Орфея совершить обратный обряд. И чем скорее, тем лучше! Не хватало ещё, чтобы убийца нашёл меня. Стоит побыстрее выбраться отсюда. А дальше Орфей пусть сам занимается поисками убийцы своей возлюбленной. Я не готова играть её роль!»

Потом я стала обдумывать, с какой стороны подойти к убитому горем чёрному магу, чтобы он провёл обратный обряд.

«Для Орфея это будет означать потерю возлюбленной навсегда. Даже если он догадывается, что я не Керианна, всё равно я выгляжу как она. А так Орфей навсегда потеряет возможность лицезреть свою любовь… А что, если прибегнуть к психологии? — возникла в голове мысль. — Убедить его, что необходимо жить дальше, не цепляясь за прошлое, что мёртвых уже не вернёшь… Чёрт, ну он же уверен, что воскресил меня! То есть её… Ай, я запуталась!»

К тому времени, как план в моей голове умер, не родившись, я ступила на мост. И тотчас отчаяние накрыло меня! До отеля оставалось всего ничего, а у меня по-прежнему не было плана действий, а потому и вовсе не хотелось возвращаться туда.

«Если бы было какое-то место, куда я могла пойти, чтобы пожить там денёк-другой, всё тщательно взвесить и уже потом идти к Орфею, — размечталась я. — Но я здесь никого не знаю. Кто согласится приютить меня? Да и что я скажу? Что я не Керианна, а Орфей чёрный маг? Ясновидец утверждает, что о даре Орфея никому не известно, так что вряд ли мне поверят, особенно учитывая мои проблемы с памятью».

Внезапно раздался шум — грохот колёс и стук копыт по мостовой. Я обернулась: к мосту подъезжала карета. Показалось странным, что у неё не было передних фонарей. Единственный свет, что падал на неё, был от фонарей, установленных перед мостом, но я находилась на его середине, и рассмотреть, кто управлял экипажем, при таком тусклом свете не представлялось возможным. А луна, ярко освещавшая мне путь туда, сейчас оказалась спрятана за тучами. Тем не менее я заметила на козлах кучера, облачённого в серый балахон с капюшоном, полностью скрывающим лицо.

«Столько таинственности! — поразилась я, отходя в сторону, чтобы карета проехала по узкому мосту, не задев меня. — Кто-то явно не хочет, чтобы его узнали. Нет фонарей, капюшон… Интересно, кого он везёт?» — любопытство одолело меня, и я намеревалась заглянуть в окно кареты, когда она поравняется со мной. Однако прежде чем я успела это сделать, из тёмного окна высунулась рука в чёрной кожаной перчатке и с силой толкнула меня!

Я отшатнулась назад, наваливаясь на ограждение.

«Что за чёрт?» — успела подумать я прежде, чем услышала противный скрежет, а в следующую секунду полетела вниз с моста!

Глаза расширились от ужаса, я тщетно пыталась ухватиться за воздух, а потом раздался всплеск: металлическая балка упала первой и разбила водную гладь, смягчая мне падение. Погрузившись с головой под воду, я тотчас заработала руками и быстро вынырнула, благодаря Господа за то, что тут было не так высоко и что родители научили меня плавать. Конечно, было неприятно вот так вымокнуть насквозь… Повезло ещё, что летняя вода в реке достаточно прогрелась, чтобы не вызвать обморожение.

Я попыталась грести к берегу, но тут же поняла, что длинное многослойное платье практически лишило меня ног! Вдобавок мешались туфли, которые в текущей ситуации не представлялось возможным снять. Мокрое платье с каждым мгновением становилось всё тяжелее. Я отчаянно барахталась, но не могла сдвинуться с места. Силы покидали меня…

«Боже, неужели это конец? Пожалуйста, помоги мне, Боже!» — молилась я.

Я запрокинула голову, чтобы удерживать лицо над водной гладью и дышать. Надо мной нависало хмурое небо, как будто напоминая, что вся моя жизнь была подобна ему: затянута тучами моего эгоизма и амбиций, не пропускающими ни единого луча света…

Я успела сделать вдох прежде, чем опуститься под воду. Только сейчас я осознала, что и вторая попытка убийства Керианны увенчалась успехом. Всё было так тщательно подстроено, а ограждение оказалось подпиленным неспроста… Стоило послушать Орфея и Ясновидца и быть осторожнее! Но самонадеянность затмила мой разум, а теперь было уже поздно: я не справлялась с утягивающим меня ко дну платьем, как бы ни старалась. Воздух в груди заканчивался. И словно флешбэки, в моей голове начали всплывать воспоминания о событиях последних трёх дней — ровно столько я провела в этом мире, прежде чем погибнуть…

Резкий толчок будто выбил воду из моих лёгких, отчего я очнулась с дикой болью и, упираясь ладонями в землю, принялась кашлять что есть мочи до тех пор, пока вода полностью не освободила мои дыхательные пути. Жадно вдыхая такой спасительный кислород, я вскинула голову. Лунный свет с прояснившегося неба падал прямо на лицо Зоара: художник, тоже весь вымокший, сидел возле меня на корточках и терпеливо ждал, когда я приду в себя.

— Ты, — прохрипела я, приложив ладонь к груди. Вместо привычного голоса послышался какой-то скрип.

— Вот, выпей, — Зоар протянул мне флягу.

Я хотела спросить, что в ней, но горло ужасно саднило, так что я лишь вопрошающе посмотрела на Зоара.

— Простая вода, — пояснил он, угадав мои мысли. — Смягчит горло.

Казалось странным пить её после того, как она меня чуть не убила. Но несмотря на это я ощущала жажду. Взяв флягу, я быстро осушила её и сразу почувствовала облегчение. Присев на траву, устилающую берег, я приложила ладони ко лбу.

— Зоар, ты спас меня, — выдохнула я, и на этот раз мой голос прозвучал гораздо более приятным тембром, но осиплость до конца не прошла.

— Керианна, я же предупреждал тебя: нужно быть осторожнее. Идём!

Я подняла голову и увидела, что он уже не сидит, а стоит надо мной, протягивая мне руку. Машинально подав ему свою руку, я только потом поинтересовалась:

— Куда?

— Отвезу тебя домой.

— Отель не мой дом, — проговорила я, когда он поднял меня на ноги.

— К себе домой, если ты не против, — уточнил Зоар. — Твоя одежда вымокла, и тебе нужен отвар хороших трав, чтобы восстановить силы. Я не могу бросить тебя, просто вытащив на берег.

Я молча кивнула, соглашаясь. Возможно, это было опрометчиво с моей стороны, ведь мы познакомились не далее как утром. Но за сутки Зоар дважды спас мне жизнь, а его двойник являлся моим лечащим врачом в другом мире, так что моё доверие к Зоару было вполне оправдано.

Он громко свистнул, и в темноте послышался глухой стук копыт, а уже через пару мгновений к нам на берег прискакал конь.

— Знакомьтесь, это Блэк, — Зоар указал на чёрного коня. Тот, услышав своё имя, приветственно заржал. — А это Керианна, — Зоар кивнул в мою сторону.

Я натянуто улыбнулась, с недоумением глядя на своего спасителя. Но его, похоже, не смущало, что он обращается с конём как с человеком.

«Хотя в моём мире некоторые к автомобилям относятся с большей любовью, чем к людям. А конь хотя бы живой», — как только я провела это сравнение, ситуация уже не казалась мне странной.

— Смелее, Керианна, подходи, — сказал Зоар. — Я помогу тебе забраться: в мокром платье неудобно.

Я подошла к Блэку, и Зоар, подхватив меня, как будто я ничего не весила, лёгким движением усадил на спину коню. Последний тут же мотнул головой, снова издавая ржание, и было неясно, это он так радуется мне как наезднице или, наоборот, возмущается. Чтобы ненароком не слететь, я вцепилась в гриву, а в следующее мгновение на коня запрыгнул Зоар и по-хозяйски одной рукой прижал меня к себе за талию, а во вторую руку взял поводья.

— Блэк, домой, — негромко произнёс он.

Конь развернулся и поскакал вдоль берега так быстро, что от страха я сама ухватилась за Зоара. В подростковом возрасте родители водили меня на уроки верховой езды, но там и кони были спокойнее, и одежда другая, и ситуация отличалась, да и времени с тех пор прошло немало. И пусть я сейчас практически недвусмысленно обнимала Зоара, мне было без разницы, что он подумает. Потому что хотелось ощутить себя в безопасности! А он держался на коне настолько уверенно, что я не допускала даже мысли, что при таком положении мы упадём на землю непременно вместе.

Сквозь мокрую рубашку Зоара моё тело окутывало тепло, несмотря на встречный ветер, и я поймала себя на том, что испытываю неловкость. Вдобавок сердце билось часто — от страха, адреналина или…

Я не запомнила дорогу. Было темно, а я прежде никогда не бывала в здешних местах. Да и смешанные эмоции мешали анализировать происходящее. Я отреагировала лишь тогда, когда Зоар остановил коня и сообщил:

— Приехали!

Тогда я нехотя отлипла от него и посмотрела вперёд. Дом, освещаемый тусклой лампой, расположенной над дверью, не был похож на те роскошные особняки с моей улицы и уж точно не мог конкурировать с отелем, но всё равно был статным, и уютным, и в меру большим, хоть и одноэтажным.

Зоар слез с коня первым, а затем спустил меня. Страх отступил, но не смущение. Я подняла глаза на Зоара, но он так быстро развернулся к коню, отпустив меня, что я ощутила разочарование, перестав чувствовать на коже касание тёплых рук моего спасителя.

— Спасибо, Блэк! Возвращайся к себе, — велел он коню. Тот опять заржал и ускакал за дом, а Зоар вновь обратился ко мне: — Идём, Керианна!

Следуя за ним, я вошла в дом. Поначалу было темно, но Зоар, громко чиркнув спичкой, зажёг от неё лучину, а уже от последней — одну за другой керосиновые лампы, и комнату озарил свет! Мы находились в прихожей, заполненной картинами — теми самыми, что я видела на ярмарке.

— Храню картины тут, чтобы не относить в мастерскую, — пояснил Зоар. — Завтра я снова повезу их на ярмарку, — с этими словами он вручил мне одну лампу, а сам взял вторую и зашёл в основную часть дома.

Первой комнатой оказалась кухня. Просторная кухня могла похвастаться большим и высоким деревянным столом, занимающим всю центральную часть комнаты. Рядом с ним стояло несколько высоких деревянных табуретов, похожих на барные стулья. Поверхность его была абсолютно свободной от каких бы то ни было предметов. Вся кухонная утварь и еда прятались, судя по всему, в шкафах, расположенных у стен, одну из которых полностью занимала печь.

— Оставь лампу на столе, — велел Зоар и пошёл в следующую комнату.

Поставив лампу, я направилась за ним. Следующей комнатой была гостиная — очень светлая гостиная. Не в плане освещения, а в плане цветовой гаммы: преобладали белый и золотой цвета. Стиль в интерьере сочетал в себе викторианский, классический и минималистический. Мебели было мало: только кресло, небольшой диван и низкий столик перед ним. И большой книжный шкаф, полностью занимающий пространство одной из стен.

Зоар водрузил на столик лампу и сказал:

— Я принесу тебе сухую одежду, Керианна. Пока присядь!

— Но диван вымокнет, — мотнула я головой.

— Переживу, — усмехнулся Зоар и скрылся в следующей комнате. Однако я продолжала стоять, не желая портить белую обивку дивана с золотой цветочной вышивкой.

Вновь раздался звук чиркающей спички — судя по запаху, фосфорной, и из другой комнаты также полился приглушённый свет керосиновой лампы.

Через пару минут показался Зоар, держа в руках штаны и рубаху молочного цвета с нежно-голубыми тонкими полосками.

— Прости, у меня нет женской одежды, — извинился Зоар. — Надеюсь, ты не против на время переодеться в мою пижаму?

— Пижаму? — повторила я.

— Платье не высохнет до утра, — пояснил он. — Останешься в моей комнате, а я посплю здесь, на сухом диване, — улыбнулся он.

— Хорошо, — я приняла одежду из его рук. — А где мне повесить сушить платье?

— Отдай мне. Я развешу во дворе.

— Тогда я?.. — я указала рукой в сторону спальни.

— Иди, — кивнул Зоар.

Спальня также была просторной, с минимальным количеством мебели. Справа от окна стояла широкая кровать, а рядом с ней — тумба, напротив — шкаф для одежды. У противоположной от окна стены располагалось овальное зеркало в полный рост, установленное в раме, позволяющей проворачивать его вокруг своей оси. И больше мебели в комнате не было, если не считать деревянный стул, притаившийся у шкафа.

Сняв с себя платье и мокрые панталоны, я кинула их как раз на этот стул и тут же облачилась в пижаму. Она оказалась достаточно свободной и приятной на ощупь. Правда, рукава и штаны были длинноваты, но я закатала их. И сразу во мне проснулась ностальгия по моему миру, где женщины нередко надевали на ночь пижамы. Но тут, наверное, это было слишком вульгарно.

Подхватив своё платье и панталоны, я тут же залилась краской.

«Панталоны… Мне отдать их вместе с платьем? Нет, оставлю здесь! Пусть сохнут на спинке стула», — решила я и, аккуратно повесив их, вышла из комнаты обратно в гостиную с одним лишь платьем в руках.

— А тебе идёт, — улыбнулся Зоар, оглядывая мой внешний вид. — Давай, — он забрал из моих рук платье. — Теперь идём в ванную.

— В ванную? — повторила я.

— Конечно, тебе нужна горячая ванна! — он зашёл в спальню, и я вслед за ним. Взяв лампу с прикроватной тумбы, он уверенным шагом подошёл к зеркалу и отодвинул его. Показалась дверь! А я и не заметила её… Отворив её, он вошёл в ванную.

Ванна располагалась посреди комнаты и была достаточно большой. Рядом с ней находился небольшой табурет, и широкий шкаф для белья стоял возле стены. Зоар положил моё платье на табурет, а сам занялся котлом, возвышающимся над ванной. Через несколько минут тот был растоплен, а Зоар, подхватив моё платье, спросил:

— Дальше справишься?

Я кивнула.

— Хорошо. Как закончишь, приходи на кухню. Тебя будет ждать горячий чай, — и, улыбнувшись, он вышел из ванной.