Глава 22

Я проснулась, когда солнце уже вовсю светило в окно. Потянувшись в мягкой постели, я вылезла из кровати в пижаме Зоара. Первым делом я отправилась в ванную, чтобы умыться. Холодная вода для этого подходила отлично, даже в своём мире я никогда не умывалась горячей водой. Закончив с водными процедурами, я промокнула лицо полотенцем и пошла на кухню.

Войдя туда, я так и застыла на пороге. На прежде пустом столе сейчас стояли тарелки с пирогами, порция жареного лосося с варёными овощами, а из фруктов — яблоки с клубникой.

— Ого, Зоар! — поразилась я. — У нас пир? Когда ты успел всё это… купить? — подумала я, что вряд ли сготовить, и взглянула на часы: они показывали полдень.

Я приложила ладонь ко лбу, вспомнив, что за разговорами мы легли ближе к утру: около четырёх-пяти часов. Мне стало так стыдно, ведь Зоару нужно было на ярмарку, а тут я со своими проблемами! Я уже представила, как он, зевая, рассказывает о своих картинах покупателям, а то и вовсе засыпает, пока они любуются ими, как на выставке.

«Жаль, что у Зоара нет собственной галереи», — я считала это жуткой несправедливостью, ведь он был так талантлив!

— Нет, ну как?! — всплеснула я руками. — Ярмарка раз в три месяца и никакой выставки? Люди должны иметь возможность любоваться творениями Зоара! И неплохо бы брать деньги за посещение, — проснулся во мне коммерсант, однако, потянув носом, я почувствовала запах вкусной еды и тут же отложила все идеи на потом.

Сперва я подошла к чайнику, чтобы налить себе еле тёплого чая.

— Ну, какой есть. И на том спасибо Зоару, — поставив чашку на стол, я присела на табурет и закрыла лицо руками. — Боже, я что, влюбилась? — при воспоминаниях о Зоаре сердце начинало биться чаще и бабочки порхали в животе. Тем не менее я была благодарна Зоару за то, что за две ночи он ни разу не воспользовался тем, что я сплю в его доме. Потому что я, вероятно бы, не отказала. Перед взором тотчас предстал голый торс Зоара, а потом я ощутила его руку на своей талии, когда мы возвращались с ярмарки, а затем в памяти всплыли наши объятия по дороге в отель… Отель! Он отрезвил меня. Я мотнула головой и принялась пить чай, пододвинув к себе тарелку с лососем. Он тоже был еле тёплый, но всё равно вкусный.

«Нет, надо попросить Зоара научить меня пользоваться печью», — я с интересом посмотрела на неё. Она была выполнена полностью из чугуна и представляла собой небольшой шкаф, встроенный в стену. Внизу были заслонки и топка — в ней горел огонь во время приготовления пищи. Жар подавался на плиты, сверху над которыми нависала решётчатая полка — скорее всего, для подогрева блюд и хранения посуды. Но Зоар никогда не держал там ни кастрюли, ни сковороды, предпочитая убирать их в отдельный шкаф.

Закончив с лососем и овощами, я допила чай и пошла мыть посуду. Пироги и фрукты я оставила на обед и ужин… Всё-таки Зоар попросил меня не приходить сегодня на ярмарку и вообще не покидать дом, поскольку всерьёз озаботился моей безопасностью. Он заверил, что убийца не придёт к нему домой. Однако я не была в этом уверена, потому что Ясновидец спрятал меня лишь от магии Орфея, а вот какой магией обладал убийца, я не знала. Нельзя было исключать возможности, что он тоже мог следить за мной, как Орфей — за королевской кухней.

— Ох, и как быть? — находилась я в растерянности. — Кобылка при мне — до ярмарки доберусь не в пыли. И буду босиком отпугивать покупателей Зоара, — вспомнила я, что у меня нет обуви. — А если ещё и Орфей туда заявится… Нет, побуду здесь! Надеюсь, что убийца не так силён, как Орфей. А если убийца та самая Милли, то постараюсь объяснить ей, что я не Керианна. Вдруг она окажется сговорчивее Орфея? — придумала я откровенно провальный план и, чтобы не отчаиваться, отправилась в мастерскую.

Оказавшись там, я снова вошла в состояние гармонии, созерцая картины Зоара. Солнечные леса, лазурные озёра, аппетитные фрукты — я пребывала будто в раю безмятежности, окружённая такими великолепными работами! И если людям казались живыми портреты отеля, то мне таковыми казались пейзажи Зоара. Нет, ветер не шумел в листве деревьев и реки не журчали, но ото всех картин Зоара словно исходило сияние! И я принялась размышлять о значении имён: Зоар, Кьяра, Керианна — все они отражали наш характер. Только Кьяра и Керианна были двумя сторонами одной монеты, и мне предстояло решить, кем именно я хочу быть.

Я провела пару часов, наслаждаясь работами Зоара, а потом пошла в дом, где меня ожидали пироги и фрукты. Однако с завтрака мне есть пока не хотелось, потому я ограничилась сочной и сладкой клубникой. В моём мире английская клубника всегда ценилась за свой насыщенный вкус, и я была рада, что и здесь она не хуже.

После лёгкого перекуса я захватила с собой все яблоки на тарелке и с ними пошла в конюшню. Она была не такой большой, как конюшня отеля, — всего на два стойла. Одно — для Блэка, и оно пустовало. А второе было вроде как гостевым, и в нём сейчас находилась моя лошадка.

— Привет, милая! — поздоровалась я с ней и погладила по носу.

Она зафырчала и тряхнула головой.

— Я принесла тебе яблок, — я принялась прямо с рук кормить лошадь фруктами. Она очень обрадовалась и съела все. После этого она даже ткнула мне носом в лицо, когда я засмотрелась чуть в сторону, и весело заржала. Я тоже рассмеялась, вытирая щёку. — И как тебя звать? Если вернусь в отель, спрошу у Орфея… Ага, и он прямо так и ответит! «Вот этого коня зовут так-то, а эту лошадь — так-то. В следующий раз будешь бежать — не перепутай», — идея была глупая и оттого смешная.

Я отперла калитку стойла, и лошадь вышла из него.

— Погуляй тут во дворе, но далеко не уходи, ладно? — попросила я её. Вчера ведь она ждала меня у шатра Ясновидца, поэтому я решила, что она не из тех, кто норовит сбежать. Не такая, как я, в общем.

Она отправилась осматривать двор, но к магической траве не прикасалась. Похоже, у отеля росла такая же, и лошадь понимала, что откусить от неё невозможно. Я заметила в её стойле ведро воды и небольшой стог сена, а потому оставила калитку открытой на случай, если лошадь проголодается.

Сегодня погода тоже радовала: солнце припекало, небо было малооблачным, лёгкий ветерок дарил приятную прохладу — и я подумала о том, как хорошо в такую погоду лежать на пляже или возле бассейна, попивать коктейли и расслабляться после тяжёлой рабочей недели! Летом наш отель предлагал гостям отдых на свежем воздухе у бассейна. И там царила поистине райская атмосфера! Так что и я порой тратила выходной на отдых в своём отеле. А заодно следила за персоналом и узнавала мнение гостей.

К сожалению, во дворе Зоара не было никакого бассейна, зато был замечательный и совершенно чудесный газон! Я подошла к клумбе с лилиями и, поставив тарелку на газон, прилегла рядом с клумбой прямо на траву. Вероятно, многие девушки этого мира сочли бы меня сумасшедшей, но мне нравилось загорать. Нравилось, как солнце ласкает кожу, как его лучи согревают. Родители говорили, это потому, что во мне течёт горячая итальянская кровь. И правда, в детстве я очень любила проводить школьные каникулы в солнечной Италии.

До переезда в Лондон родители жили на Ривьере, и на лето меня отвозили туда же, к бабушке. Она жила возле такого редкого для Ривьеры песчаного пляжа, и я очень любила купаться в Лигурийском море. Сейчас бабушки уже не было в живых, она умерла до моих родителей. Дедушка — и того раньше, я его практически не помнила. Родители отца погибли ещё до моего рождения, и тоже в автокатастрофе. Таким образом, из родственников у меня были лишь дальние дяди и тёти, но с ними я практически не общалась.

Размышляя о своей жизни и сравнивая её с жизнью Керианны, мне стало грустно оттого, что у неё хотя бы был Орфей, а вот у меня — никого. Даже кошки, потому что я могла не появляться дома сутками, проводя всё время на работе и ночуя там же. Так что хозяйка из меня вышла бы никакая.

— Ну так и? Бери Орфея и называйся Керианной, — прошептала я себе под нос. — И вновь богатство, отель. Любимый, готовый всегда воскресить… Всего лишь небольшая плата за это — одна душа в неделю, — от отчаяния слёзы покатились из моих глаз. Я уже не ощущала такую потребность вернуться, потому что дома, кроме работы, меня не ждало ничего. Да, она затыкала пустоту в сердце, но скорее — отвлекала внимание от того факта, что я никому не нужна. И я нашла в себе смелость признаться, что никто не будет плакать, когда умрёт Кьяра Конте, и никакой Орфей меня не воскресит.

Жалость к себе захлестнула меня на добрых полчаса, а потом во мне что-то переключилось, и я вдруг ясно ощутила, что обязана сделать что-то хорошее!

— Нужно остановить Орфея, — произнесла я, вытирая щёки от слёз. — Люди не должны больше пропадать в отеле. Осталось лишь найти охотника, — вариант самой избавиться от Орфея я отмела сразу, потому что не осмелилась бы убить человека, будь он хоть чёрным магом, хоть серийным маньяком. Но также я считала, что зло необходимо наказать. А раз в этом мире наказанием чёрных магов занимались охотники, то я планировала одного такого отыскать. Где угодно!

Я поднялась с газона и отправилась в дом. Кобылка по-прежнему гуляла во дворе. Убедившись, что она не пытается сбежать, я зашла в дом, чтобы переодеться. До вечера и возвращения Зоара было ещё несколько часов, а потому я решила прогуляться по округе.

Облачившись в платье, я вышла во двор и завела лошадь в конюшню. Там я обнаружила седло и запрягла лошадку. Забираться с помощью стремян было гораздо проще, и через пару минут я уже ехала верхом по песчаной улице.

Оглядываясь по сторонам, я с удивлением отметила, что в каждом дворе были подобные газоны, как у Зоара. Они напоминали оазис, окружающий пустыню, коей я нарекла песчаную дорогу. И хоть они и имели каждый свой неповторимый узор на траве, всё же чувствовалась рука одного художника, то есть садовника.

Ещё примечательной являлась тишина и отсутствие людей. Редко в каком дворе встречался человек. Это и неудивительно: при таком солнце все стремились защитить свою кожу и лишний раз не показывали носа из дома. И оттого экипаж и кучер, суетящийся вокруг него в одном из дворов, привлекли моё внимание. Присмотревшись, я поразилась: у кареты не было передних фонарей! Немедля я погнала свою кобылку прямо в открытые ворота.

— Мисс, вы куда? — преградил мне дорогу кучер, но я, не обращая на него внимания, спрыгнула босыми ногами на газон и подбежала к экипажу.

— Так это были вы? — я рассматривала карету и не обнаруживала на ней передних фонарей. — Вы пытались убить меня! — со злостью заявила я кучеру.

— Мисс Керианна, о чём вы говорите? — опешил мужчина в шляпе-цилиндре, плохо прикрывающей уже поседевшие волосы.

— Так вы знаете меня! — не прекращала я нападки. — У вашего экипажа нет передних фонарей! — указала я на это.

— Я их снял, чтобы прочистить, мисс. Вот они, — кучер завёл меня за экипаж, и там на тряпице, застилающей газон, я увидела два снятых фонаря.

«Чёрт!» — выругалась я про себя.

— Простите! — сказала я вслух.

— С вами всё в порядке, мисс Керианна? Какими судьбами здесь? — уже спокойнее спросил кучер.

— А ваш газон, — проигнорировав вопрос, я указала на траву, на которой стояла запряжённая лошадьми карета, — тоже магический?

— Да, спасибо Герману! Он всю нашу улицу облагородил, — улыбнулся кучер, явно довольный его работой. Да и кто бы не был доволен? Такой газон — мечта любого хозяина частного дома!

— И каждый двор без исключения постоянно оплачивает работу этого Германа? — засомневалась я, ведь Зоар говорил, что такие газоны стоят дорого. Не то чтобы я считала этот квартал бедным, но казалось странным, что на всей улице не нашлось ни одного скупого семейства.

— Мисс, это всё подарок Зоара, — улыбнулся кучер.

— Зоара? — в изумлении переспросила я.

— Да, он художник, и ему важно созерцать красивое, — последнюю фразу кучер произнёс с небольшим недоумением, и я поняла, что он просто передал слова самого Зоара. — Вот он и облагородил дворы нашей улицы. А уж во сколько ему это обходится, я не знаю. Но моя жена часто готовит пироги и приносит их ему в знак благодарности. Очень уж ей нравится этот газон, — он кинул полный любви взгляд на дом.

— Так вы тут живёте? Вы не кучер? — догадалась я.

— Я и кучер, и хозяин — всё делаю сам! — расправив грудь и вздёрнув подбородок, гордо заявил он. — Кстати, хотите пироги? Жена уже отнесла с утра порцию Зоару, но думаю, найдём и для вас.

— Так это ваши пироги? — вспомнила я богатый стол, который встретил меня утром на кухне.

— Где? — не понял мужчина.

— Неважно, простите меня! — отмахнулась я, возвращаясь к своей лошади. — Передавайте спасибо жене! Скажите, что Керианна благодарна ей за пироги, — и, оставив мужчину в полном недоумении, я забралась на лощадь и поскакала прочь.