18 глава
Будь я прежней, уже бы, захлопнув дверь, пошла к Тарасу на разборки и устроила ему скандал. А нынешняя я… будто заморожена.
— Хорошо, Вань, — натянуто улыбаюсь. — Ничего страшного.
— Страшно, Эва. Никак не получается у нас нормальное свидание, — говорит он.
Под «свиданием» Ваня подразумевает секс. Будем называть вещи своими именами.
Снова косясь в сторону Савчука, ловлю себя на мысли: может, он специально пытается вывести меня на эмоции? Но зачем? Мы больше не муж и жена. Пусть у Ангелины их вызывает. Похотливый кобель. Ненавижу!
«И собираешься от него родить», — напоминает внутренний голос. Да, собираюсь! Я снова чувствую отклик в душе, как и каждый раз, когда встречаю взгляд этого подлеца и изменника. Надеюсь, распутство генетически не передается. В конце концов, многое зависит от воспитания. А Тарас рос в таких условиях, что ничего удивительного в его легком отношении к жизни нет.
Хотя когда-то я верила, что он любит меня и что наш брак — навсегда. Навсегда… Смешно. Ничего в этой жизни не бывает навсегда.
Желание пойти и высказать Тарасу все, что о нем думаю, постепенно просыпается и растет с каждой новой секундой. Будто кто-то палкой ворошит остывшие угли и, находя живые искры, раздувает их. Именно так я себя ощущаю в присутствии Савчука. Будь он неладен! И ведь не подурнел за эти годы. Наоборот — стал шире в плечах, мужественнее, притягательнее.
А я явно отупела. Сижу и разглядываю бывшего мужа, пока Ваня, как кот из «Шрека», не сводит с меня влюбленных глаз. Или это пока он на «голодном пайке», потом интерес пропадет?
— Будет на днях нормальное, Вань, — обещаю я и вместо невинного поцелуя в щеку, как делала обычно, оставляю легкий след на его губах.
Сама не понимаю, зачем провоцирую и позволяю себе лишнее, устраивая дешевое шоу для Савчука.
Крайнов откликается моментально. С первых же секунд он жадно, дико, вовсе не с нежностью впивается в мой рот. Но мне это нравится!
Как и реакция Тараса, которую я вижу, когда мы с Ваней заканчиваем «прощаться»… Специально на Савчука смотрю. Насмешливого огонька в его глазах больше нет.
Так-то, козлина. Сегодня ты спутал наши планы, но я все равно пересплю с Крайновым. Пусть даже потом у нас ничего не получится. Пересплю, просто чтобы понять, безнадежен он или у нас могло бы быть будущее. Хотя какое будущее, когда вокруг столько лжи?
Еще хочется средний палец показать, приложив его к стеклу, но это уже будет перебор.
— Если мы рано освободимся, я наберу, — возбужденно произносит Ваня.
— Ага, — киваю я, заводя двигатель.
Помечтай, Ваня. После этого поцелуя дай бог к утру этот маньячелло тебя отпустит. Уж не знаю, что там за брак у Савчуков, но с Ангелиной в постели Тарасу, наверное, скучно, если он с таким голодом смотрит на бывшую жену.
Впрочем, мне нет до этого дела. Завтра Тарас сдаст свою сперму, а больше от него ничего и не надо. Эдуард, конечно, по-скотски поступил, и его реплика меня задела, но в чем-то он прав. Заслужил Савчук и такую жену, и липовое ЭКО. А вот я, возможно, рожу настоящего ребенка, о котором он никогда не узнает.
Выезжая с парковки, еще раз бросаю взгляд на бывшего мужа.
Жизнь, безусловно, несправедливая штука. И непредсказуемая. Однако интересная. Всего пару лет назад я бы посчитала свою идею фантастической, а теперь это моя реальность.
Дома, приняв душ и улегшись в кровать, я успеваю подумать, как хорошо, что свидание с Ваней сегодня сорвалось, и сразу засыпаю.
Сплю до самого утра без сновидений, что просто великолепно, потому что и наяву хватает бесконечной круговерти событий, локаций, людей и размышлений о происходящем, зачастую похожих на бред.
* * *
В день сдачи биоматериала Савчуки опаздывают почти на час.
Пока их нет, я перебираю в голове возможные сценарии. А вдруг они передумали становиться родителями и решили отменить процедуру? Или Ангелина внезапно захотела забеременеть естественным путем?
Снова убеждаюсь, что хочу ребенка именно от Тараса. Да, можно было бы выбрать донора, однако это совсем другое. Вряд ли у него будут те черты, которые так нравились мне в бывшем муже, будет такой же огонек в глазах. Савчук сложный и противоречивый, но я его знаю!
Когда Тарас и Ангелина все-таки появляются, огорчение, которое я испытывала при мысли, что задуманное не получится, сменяется радостной улыбкой, которую невозможно скрыть,
Чем не еще один знак, что я сделала правильный выбор?
Странная семейка выглядит великолепно. По Тарасу и не скажешь, что он полночи не спал. Ваня уже сообщил, что они разошлись лишь в начале четвертого.
По просьбе Ангелины я заново объясняю, что нас ждет в ближайшие дни. Едва сдерживаюсь, чтобы не ответить резко и не послать ее куда подальше.
Хотя далеко посылать и не нужно — в нашей клинике есть специалисты, способные помочь укрепить память. У Ангелины с этим явно проблемы. Я уже много раз подробно рассказывала, что и как будет происходить. Она могла бы наконец запомнить. Или записать на диктофон и переслушивать. А не задавать одни и те же вопросы, от которых начинает дергаться глаз.
В присутствии Тараса я опять плохо себя контролирую. Похоже, искры, которые я считала давно погасшими, все еще тлеют. И норовят вспыхнуть снова.
Но нет. Один раз я уже обожглась. Второй — непозволительная роскошь.
— Через сколько дней после переноса будет известно, прижился эмбрион или нет? — спрашивает Тарас, прерывая на полуслове, когда я начинаю повторять содержание протокола ЭКО по второму кругу, потому что Ангелина задала очередной элементарный вопрос.
Подозреваю, она делает это нарочно.
— Десять, максимум четырнадцать дней, — отвечаю, прикинув сроки. И ориентируюсь не на Ангелину, которой мы ничего переносить не будем, а на себя.
— Отлично. — Тарас поворачивается к жене: — Как раз к этому времени я вернусь из командировки.
Ангелина как-то неестественно улыбается и молча кивает.
Тарас, конечно, мастер выбирать себе женщин. Одна собирается тайно подсадить себе эмбрионы, другая скрывает, что этого не сделает. Если бы не моральные разногласия, думаю, мы с Ангелиной даже могли бы подружиться. Ее блог я смотрела, он действительно неплох: подача спокойная, без излишнего драматизма и примитива. Хотя, возможно, если бы Ангелина косила под дурочку, охваты у нее были бы еще выше.
— Хорошо, ждем положительный результат, — говорит Тарас, вставая. Даже не попрощавшись, он уходит из кабинета.
Воспитание у Савчука все-таки хромает.
— Фух, — выдыхает Ангелина, когда мы остаемся вдвоем. — Процедура, конечно, не самая приятная, но зато яйцеклетки останутся. Во всем надо видеть плюсы, правда?
— Учитывая, что дозировка гормональных препаратов была минимальной и ты не соблюдала все рекомендации, нельзя гарантировать, что оплодотворение пройдет идеально, — отвечаю я, стараясь держать себя в руках, хотя раздражение уже накатывает.
— Ну, как будет, так будет. Мне, в общем-то, все равно, — пожимает плечами Ангелина. — Хоть эта история и обошлась мне недешево, в плане охватов и привлечения внимания она просто находка. Лучшая пиар-кампания. Надо еще что-нибудь в таком же ключе придумать.
— У тебя, кстати, действительно интересный блог, — отмечаю я.
Сама удивляюсь, зачем это сказала, хотя блог ведь правда понравился. Почему бы и нет?
— Спасибо. — Неожиданно смягчившись, Ангелина улыбается уже искренне.
Не говоря больше ни слова, она уходит, оставляя меня, наконец, в одиночестве.
Деструктив какой-то. Но отчасти я даже благодарна Савчук. Не будь этой истории, у меня не было бы шанса родить ребенка от мужчины, которого я когда-то любила и хорошо знаю. Ну и из плюсов — по настроению Тараса стало понятно, что в случае неудачного ЭКО они вернутся к этому вопросу через год, а то и два. К тому времени я, надеюсь, буду в декрете, и Ангелине придется объяснять свою деликатную проблему другому специалисту.
Нет худа без добра.
Хотя немного все-таки есть. Тарас уезжает в командировку не один, а с моим Ваней. На целую неделю! Если бы не предстоящий перенос, я бы точно не стала молчать. А так… Может, оно и к лучшему. Неправильно начинать отношения со лжи.
Через несколько дней Дина сообщает, что эмбрионы развиваются идеально и готовы для имплантации, но подсаживать сразу два она не рекомендует — слишком велика вероятность многоплодной беременности.
И передо мной встает непростой выбор.