Глава 45
- Похоже, нам есть, что рассказать друг другу, - устало проговорил Уильям, приняв человеческий облик.
- Конечно, - согласилась я, - только давайте уберемся подальше от этого места.
Картина, открывшаяся взору, приводила меня в состояние смертельного ужаса. Слабые потоки света, пробивающиеся через густую листву древних деревьев, выхватывали из тени жуткие детали недавней бойни. Земля была истоптана и изрыта, повсюду валялись клочья шерсти – бурой, волчьей и полосатой, кошачьей. Кругом виднелись звериные тела: побитые, скрюченные, неподвижные.
Я взглянула на детектива. Его одежда была разорвана и покрыта пятнами крови и грязи. Тяжело дыша, он стоял, слегка сутулясь, одной рукой прижимая рану на боку. Волосы были растрепаны, а на щеке красовался глубокий порез. Обычно весёлое лицо Уильяма было искажено болью и усталостью.
- Мне надо осмотреть ваши раны, - строго сказала я сыщику.
- Конечно, - согласился он и с вымученной улыбкой добавил: - Только давайте уберемся подальше от этого места.
Мы с трудом подняли безжизненное тело кучера и закинули его в карету. Уильям проверил лошадей, которые, к моему величайшему изумлению, вполне стойко перенесли воинственную стычку разъяренных животных, как будто им не раз приходилось быть свидетелями подобных баталий.
Я вскочила на козлы, сыщик запрыгнул следом, закутавшись в дорожный плащ, и натянул вожжи. Карета дернулась, подпрыгивая на кочках, и понеслась прочь от жуткой поляны. Стук копыт и скрип колёс разрывали тишину леса, оставив позади жуткое зрелище недавнего побоища.
Наконец деревья стали редеть, и я поняла, что нам всё-таки удалось вырваться из цепких объятий этой мрачной лесной чащи. Лошади, подгоняемые страхом и умелой рукой детектива, неслись вперед, пока не оказались на узкой проселочной дороге.
Когда лес остался далеко позади, мы остановили карету. Вокруг простирались поля, усеянные дикими цветами, и тихое щебетание птиц казалось райской музыкой после пережитого кошмара.
- Уильям, нам нужно осмотреть твои раны, - тихо, но уверенно проговорила я, с тревогой оглядывая детектива.
Сыщик кивнул, морщась от боли.
- В моём дорожном саквояже ты найдешь всё самое необходимое, - поделился он.
Я помогла ему слезть с козел и усадила на поваленное дерево, укрытое мягким мхом. Достав из сумки дорожный набор с медикаментами, аккуратно разрезала окровавленную рубашку, обнажая глубокую рваную рану на боку, и обработала её спиртом, отчего сыщик вздрогнул, но мужественно промолчал. Накладывая тугую повязку, старалась быть максимально нежной.
- Ну, всё, до свадьбы заживет! - оптимистично проворковала я, пытаясь приободрить раненого.
- До какой свадьбы?! – слабо улыбнулся Уильям и внимательно посмотрел на меня, как будто о чем-то задумавшись…
Закончив с ним, я обеспокоенно заглянула в карету. Кучер по-прежнему лежал без сознания, его лицо было мертвенно-бледным. Аккуратно ощупав его голову, я обнаружила большую шишку. Нам следовало срочно доставить его в безопасное место, где он смог бы спокойно отлежаться.
Вернувшись к Уильяму, налила ему воды из фляги и протянула сухарь. Тишина и умиротворение этого ландшафта контрастировали с ужасом, пережитым в лесу, но я точно знала, что расслабляться ещё рано…
***
Оказавшись, наконец, в своей квартирке, Софья попыталась привести свои мысли в порядок. Она села за свой кухонный стол, на котором «красовалась» магическая шкатулка рода Монарди, и глубоко вздохнула. Ей нужно было отбросить эмоции и попытаться мыслить логически, как это мастерски делала Лидия.
«Никому не верь!» - опять всплыли в её голове предупреждающие слова подруги «поневоле». Именно с этой позиции девушка решила рассмотреть открывшиеся перед ней факты…
Первое и самое значимое - она нашла свою шкатулку, которая попала в этот мир через портал в Сенаторском особняке.
Второе, не менее значимое - ей удалось обнаружить вход в этот портал, который соединяет их реальности, что даёт возможность вернуться в свой мир. Осталось «подобрать» ключ активации, чтобы воспользоваться данным проходом.
Есть ещё один момент – существование некой энергетической особи, обладающей магической силой, что заперта сейчас в старинном артефакте.
Этой сущности удалось вселиться в тело Каталеи Деркач во время проведения заурядного обряда и «наворотить» здесь дел.
Удивительно, но Софья была узнана этой личностью, несмотря на то, что находилась в теле Лидии Новосёловой. На тот момент девушка читала магические заклинания, возможно, именно по ним Тёмная сущность и опознала Лию. А это значит, что ей знакомы древние манускрипты рода Монарди…
Остаётся ещё некая персона - Маркиза, о которой переговаривались Савелий Игнатьевич и грозный мужчина со злыми глазами. Из подслушанного разговора Софья поняла, что именно по приказанию данной особы за девушкой велась неправомерная «охота». И в тот момент, когда её оглушили и связали в подсобных помещениях Дома сенатора, та самая Маркиза бесследно пропала, что, по странному стечению обстоятельств, совпадает по времени с изгнанием из тела Каталеи некой магической сущности. Какова вероятность, что эта изгнанная сущность и есть та самая таинственная Маркиза?
Всё новые и новые вопросы роились в её голове, но мысленно девушка возвращалась к событиям этого дня, когда обнаружила в ноутбуке у Арика своё отображение. От этого воспоминания сердечко Софьи забилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Он назвал её девушкой неземной красоты с невероятными глазами…
Смесь удивления, замешательства и … странного восторга заполнила душу Софьи. Неужели ему действительно снился её образ? И снился так часто, что он решил воссоздать его в редакторе и сделать главным женским персонажем в своей новой игре?
Но в то же время ей было страшно. Арик, возможно, увлечён этим призрачным образом, а не реальной Софьей, которую он воочию даже и не встречал, а с Лидией его связывают лишь тёплые соседские отношения…
Непрошенные слёзы навернулись на её глаза. Она не знала, что со всем этим делать, отчаянно пытаясь понять, что творится в душе у Арика. И в этот момент девушка ясно осознала, что влюбилась. Влюбилась со всем своим юношеским максимализмом, со всем отчаянием в этого добродушного, заботливого и загадочного паренька, с глазами разного цвета…
***
- Надо было давно осмотреть ваш дом, Софья Лаврентьевна, - печально констатировал факт разгрома особняка Павловских Рейман де Бар, сыскной отдел которого наводил жуткий хаос после обнаружения в тайном проходе трупа Савелия Игнатьевича.
Ранее степенные и аристократические покои дома барона Лаврентия Михайловича теперь напоминали растревоженный муравейник. Книжные шкафы зияли невольными пустотами вытащенных для проверки старинных фолиантов. На полу валялись разбросанные бумаги, рукописи, карты, а воздух был пропитан атмосферой нарастающей тревоги.
В центре этой суматохи возвышалась фигура виконта, с хмурым видом наблюдавшего за работой своих сыскарей. Его команда, словно саранча, прочесывала каждый уголок дома, пытаясь найти потайные ниши, исследуя двойные стены и заглядывая под половицы.
Нэнси, с потемневшими от усталости глазами, внимательно наблюдала за происходящим, стараясь не пропустить ни одной детали. Она чувствовала на себе тяжелый взгляд Реймана, полный невысказанных подозрений. На её плечи, словно груз, давил факт обнаружения трупа помощника поверенного барона Павловского, именно в этом доме, где она исполняла роль молодой хозяйки, в тайном проходе, о котором, казалось, никто не знал.
Серафима Петровна с Лизаветой, бледные от страха, стояли в углу гостиной, перешептываясь и украдкой поглядывая на сыщиков. Петруша, обычно такой невозмутимый, нервно теребил пуговицы своего камзола, словно ожидая, что его вот-вот уведут на допрос.
В кабинете покойного барона Павловского творился особый бедлам. Сыщики, словно хищники, рылись в его личных вещах, переворачивая вверх дном ящики стола и тщательно изучая каждую книгу. Они искали улики, мотив, связь, которая могла бы пролить свет на загадочную смерть Савелия Игнатьевича.
Нэнси порадовалась, что успела спрятать найденный накануне дневник Габриэллы Монарди наверху, в комнате Софьи, ещё до приезда сыскного отдела, и очень надеялась, что они не полезут туда с обыском…