Глава 11

– Умоляю, дайте глоток драги. У меня горит горло.

Красивая, молодая женщина с помятым лицом, растрепанными светлыми волосами ползала на коленях возле двери паба «Кривой рог». Дорогое пальто было в грязи, а подол юбки задрался, открывая стройные ноги в шерстяных чулках.

– Пожалуйста. Всего лишь глоток за ваше желание.

– Как интересно, – усмехнулся высокий худой мужчина. Темнота скрывала его лицо, но я узнала мерзавца по голосу. Передо мной стоял мистер Мартин Крей.

– Я тоже готов исполнить любое ваше желание, – истерично воскликнул доходяга в оборванной одежде. Он кинулся к бандиту, отталкивая светловолосую женщину в сторону.

– И я!

– И я!

– И я!

Крики слышались со всех сторон, и свет фонаря освещал трясущиеся тела с горящими глазами. Люди ползли на коленях к мистеру Крею. Кто-то попытался обхватить его ноги и поцеловать сапоги, но он брезгливо пнул оборванца. Мартин, словно, наслаждался своей властью над несчастными, высокомерно оглядывая с мерзкой ухмылкой.

– Не приближайтесь. От вас воняет хуже, чем от помойной ямы, – брезгливо прикрикнул на бедолаг мистер Крей. – А ты, красотка, иди сюда. Говоришь, готова на все?

– Да, мистер… Господин. На все. Так жжет… внутри. – Женщина подползла к Мартину. Ее грязные пальцы царапали белую кожу шеи, оторвав пуговицы на бирюзовой блузке.

Мистер Крей дернул вверх несчастную. Он повернулся, и фонарь осветил его ухмыляющееся лицо. «Мерзавец», – подумала я, морщась от неприятного запаха, который принес слабый ветер. Потянуло давно не мытыми телами людей, помойкой, алкогольными парами.

– Как тебя звать, красотка? – Мартин откинул волосы с грязного лица женщины. Повернул ее голову в одну сторону, потов в другую. – Какая кожа, отмыть бы тебя.

– Миссис Кэррингтон, – ответила женщина, облизав губы. – Угостите Лиззи волшебным драги, и она выполнит ваше желание.

Бандит хохотнул, приобнял красотку и открыл дверь в паб, но его остановил голос мистера Лоренса.

– Отпусти ее, Мартин. Эта птичка не твоего полета.

Док вышел на свет, слегка растолкав несчастных просителей.

– Миссис Кэррингтон, я угощу вас драги и отведу домой. Ваш муж наверняка уже ищет вас.

– Вы ошибаетесь, Дилану плевать, где я пропадаю. – Молодая женщина снова стала царапать ногтями шею, оставляя красные полосы.

– Не лезь, Рик. Мы сами разберемся с миссис, что и как. Лиззи обещала мне исполнить желание. Верно, красотка?

Мартин уверено положил руку на бедро женщины, а миссис Кэррингтон совершенно не сопротивлялась и позволила мерзавцу завести себя в паб «Кривой рог». Доктор Лоренс задумчиво погладил подбородок, затем покачал головой и, оттолкнув бродяг, цепляющих за его штанину, зашел следом. Я взглянула на бедолаг, они снова спрятались в тени и, жалобно скуля, каждый потирал свое горло. «Чертово пойло!» – подумала я и двинулась за доком. В голове не укладывалось, что супруга директора театра «Лицеум» была одурманена драги. Так вот о какой болезни рассказывала миссис Джерси. Это ужасно.

Паб «Кривой рог» ничем не отличался от других. Тихая обстановка, куда люди пришли расслабиться после рабочего дня. Народу собралось много, почти все места оказались заняты. Но мистер Крей уверенно вел за собой хватавшуюся за горло миссис Кэррингтон. Жажда так мучила бедную женщину, что та чуть не выла от нетерпения. «Кто же подсадил ее на драги?» – подумала, когда проходила мимо музыканта. Он так виртуозно играл на саксофоне, что я остановилась немного послушать, и нога стала неосознанно отбивать такт. Но очень скоро меня снова потянуло к дальнему столику в углу, где уже сидели Мартин, миссис Кэррингтон и мистер Лоренс. На столе у них стояли кружки, и супруга Дилана быстро схватила свою с драги и жадно выпила половину. Наркотический напиток стекал по подбородку, скользил по шее, и миссис Кэррингтон, когда оторвалась от кружки, стерла драги и облизала пальцы. Ее бледные щеки порозовели, а в голубых глазах появился блеск. Тело перестала сотрясать дрожь, и она немного развязно откинулась на стул. Благородные миссис так себя не вели. Смотрелось жутко вульгарно.

– Ты начал открыто продавать драги? – спросил док, слегка понюхав кружку пива. Видимо, проверял чистое ли оно. Стольких людей сделал зависимыми, а сам боялся пробовать свое изобретение.

– А чего тянуть? Я за вечер получаю такую прибыль, какая тебе и не снилась. Все они, – Мартин обвел рукой паб, – пьют драги. И взгляни, как они счастливы.

Я не удержалась и осмотрелась. Действительно, гости часто прикладывались к кружкам и делались веселее. В глазах появлялся сумасшедший огонь, голоса становились громче, как и требования нести выпивку быстрее. Паб превращался из мирного места в нечто опасное. В здравом уме я бы теперь ни за что сюда не пришла-

– Сам, ты, погляжу, так не радуешься, – усмехнулся док. – Предпочитаешь обычное светлое пиво.

– Как и ты, – произнес Мартин. Он хитро подмигнул мистеру Лоренсу. – Хорошее зелье ты придумал, док. Выпьем за тебя.

Долговязый сделал большой глоток и стукнул кружкой по столу, немного расплескав пиво. Миссис Кэррингтон тонким пальчиком провела по плечу Мартина, после прикоснулась к затылку, двинулась по шее вниз. Какой же омерзительно-красивой она была в этот момент. Шлюхи и то выглядели приличней, чем развязная миссис, которая слегка приоткрыла рот и медленно облизнула губы.

Стало жаль Дилана. Я знала, какие гадкие чувства могут кипеть внутри, когда тебе изменяют, но похождения Коннора меня мало трогали, а вот мистер Кэррингтон наверняка сильно переживал. Он не заслуживал быть рогоносцем.

– Что станешь делать, когда весь город подсядет на драги? Клиенты отдадут последние деньги, а количество дохлых нищебродов у паба увеличится. Они возьмут штурмом твой склад с бочками напитка, – съехидничал док, прищурившись.

– Уйдут одни, придут другие. Не думаю, что попрошайки долго продержатся.

Усмешка Мартина вышла омерзительной. Какой же он все-таки подонок. «А ты встречала благородных бандитов, Шато?» – хмыкнула я и уселась рядом с доком. Собеседники меня не видели. Это же было всего лишь воспоминание из прошлого мистера Лоренса. Зачем док только его показывал? Еще бы понять.

– Пора, красотка, выполнить обещание и порадовать меня. – Долговязый обхватил шею миссис Кэррингтон, не позволяя ей выпить драги.

– Что хочет добрый мистер получить от Лиззи? – с придыханием выдала женщина и лишь крепче вцепилась в кружку.

– В театре твоего мужа есть певица, мисс Руж. Надо, чтобы ты кое-что сделала, – хитро подмигнул Мартин, отпуская миссис Кэррингтон и лукаво наблюдая за ней.

– Что-то опасное и преступное? – засмеялась женщина, когда ощутила свободу и, прикрыв от восторга глаза, допила кружку драги. – Хочу еще. Пусть мне принесут.

В ее голосе послышались капризные нотки. Миссис Кэррингтон взмахнула рукой, будто приказала Мартину ее обслужить, и тут же он снова схватил женщину за шею.

– Если не хочешь провести вечер под столом, как собака, то будешь вежливой девочкой. Поняла?

– Д-да, – испуганно промямлила миссис Кэррингтон. Вся ее бравада исчезла, и она снова взялась за кружку, пытаясь стряхнуть себе на язык капли «божественного» напитка.

– А теперь слушай. – Мартин дернул за рукав Лиззи, чтобы она обратила на него внимание. – Если у тебя все получится, то будешь пить драги бесплатно.

– О! – Миссис Кэррингтон восхищенно уставилась на долговязого. – Сколько захочу? А то сегодня мне хватило всего на три кружки.

– Да, и я не шучу, но ты должна сделать так, чтобы твой муженек закидал работой мисс Руж. Пусть у нее будут выступления через день, а лучше каждый день.

– Она твоя любовница? – пошло улыбнулась миссис Кэррингтон, принимая из рук официанта еще одну кружку драги. Напиток ударил в голову, и у женщины стал заплетаться язык.

– Ха, если бы мисс Руж была моей, то сидела бы запертая в спальне, голая и готовая на все.

Долговязый откинул голову и один засмеялся своей шутке.

– И как это поможет заполучить Джою мага иллюзии к себе в банду? – Док постукивал пальцами по столу, слегка покачиваясь на стуле.

– Очень просто. Мисс Руж придется выбирать между театром и «псами». Она станет нервничать, пропускать мюзиклы, а там и до ссоры с Брэндом недалеко. И тогда на сцену выйдет мистер Крей. – Мартин указал на себя. – Я сделаю девчонке отличное предложение, а деньги творят чудеса.

– Мисс Руж не дура, – возразил мистер Лоренс, а я усмехнулась. С директором театра мы сразу договорились о двух рабочих днях. Если бы не банда, я готова была выступать каждый день. Но дела, которые поручал мне Брэнд, порой не решались за пару часов.

– Я попробую… уговорить Дилана. Хотя… предложила бы вам дру-у-угую – миссис Викторию Коул… эффектная блондинка. Мисс Руж слишком тощая, у нее только голос… хорош, а вот Виктория-я-я скрасит ночь любого мистера, – пролепетала миссис Кэррингтон и уже тише добавила: – И, наконец, отстанет от моего мужа.

Женщина откинулась на спинку стула, ее глаза застыли, и взгляд устремился куда-то в пространство, а на губах появилась блаженная улыбка. Миссис Кэррингтон всегда казалась мне высокомерной дамой. Она из всей труппы общалась только с миссис Джерси, остальных даже кивком не удостаивала. Поэтому меня так поразило ее поведение и тем более слова о Виктории. Подружка, в отличие от меня, именно пахала в театре, пытаясь содержать сынишку и мать.

– Сегодняшнюю ночь ты скрасишь мне, а потом посмотрим на миссис Коул, – довольно произнес Мартин и провел по груди миссис Кэррингтон, еще больше открывая светлую кожу. – Люблю таких беззащитных, с ними можно делать что угодно.

Мерзавец подмигнул доку, который мрачнел все сильнее. Мистер Крей вдруг слегка приподнялся и махнул рукой, и я оглянулась. На входе стоял Коннор в окружении двоих охранников. Бывший друг слыл известной личностью, а паб «Кривой рог» располагался на территории банды «Черный глаз». Тем удивительнее было лицезреть Коннора. «Что же ты хочешь показать мне, док?» И вдруг мысль пронзила, как молния. Но я боялась развивать ее дальше. Боялась даже позволить себе думать такое о бывшем друге. Не укладывалось в голове, что Коннор способен на подобное. Хотя… я не ожидала, что он мог предать. Сначала разрушил наши отношения изменами, потом дружбу, когда лично доставил к Джою.

Внутри росло презрение к человеку, который раньше был для меня всем, а теперь стал никем. Вот в эту самую секунду я вычеркнула Коннора из своей жизни навсегда.

– Пропустите, – громко приказал Мартин и знаком подозвал себе одного из бандитов. – Унесите девку в мой кабинет, а кто валяется под столом – на улицу. Только прежде проверьте карманы.

Охранник взял на руки миссис Кэррингтон, которая даже не пришла в себя и продолжала пребывать в сладостном мире.

– Док, думаю, тебе пора домой, – грубовато сказал Крей, когда Коннор опустился рядом на стул. – И лучше держи язык за зубами.

– Меня ваши дела не волнуют, лишь бы мой карман не оставался пустым, – заявил мистер Лоренс и поднялся.

Вот черт, а я так хотела услышать разговор между двумя мерзавцами. Но вскоре очутилась на улице, где противно моросил дождь. Я совсем не ощущала капли воды, а вот док весь согнулся, натянул капюшон пониже и быстрым шагом направился в сторону моста. Блуждать по мокрым улицам Терриба мне совершенно не хотелось, я бы с удовольствием проснулась, но кведи тянул из меня силу, и я продолжала спать.

Когда мы уже подходили к железным ступенькам моста, дока окликнули.

– Мистер Лоренс! Мистер Лоренс!

Док тихо ругнулся и сделал вид, что не слышал, продолжая идти дальше. Голос показался мне знакомым, и я оглянулась. Нас догонял мистер Кэррингтон. Он был без шляпы и зонта, отчего мокрые светлые волосы вились еще сильнее, пальто расстегнуто. Дождь хорошо замочил директора театра. Шлепая по лужам, не глядя, куда наступал, мужчина звал дока.

– Рик! Рик! Мистер Лоренс!

Дилан провалился по щиколотку в неглубокую яму с водой, и брызги разлетелись в разные стороны. Но это не остановило мистера Кэррингтона, он побежал еще быстрее и вскоре догнал дока.

– Мистер Лоренс. – директор, тяжело дыша, схватил доктора за рукав. – Я вас кричу, кричу. Вы не слышали?

Обеспокоенность Дилана бросалась в глаза. Он был весь какой-то нервный, возбужденный. Взгляд сверкал от тихой ярости.

– В отличие от вас, я хорошо закрыл уши от дождя. Вы решили доконать себя простудой и свалиться? – раздраженно спросил мистер Лоренс. – Идите домой или хотя бы застегнитесь.

– Вы видели ее? Лиззи? Я обошел все пабы на правой стороне…

– Не мучьте себя, мистер Кэррингтон. Идите домой.

– Не могу. Как представлю, что она бродит одна по улице и любой мерзавец может причинить ей вред, – произнес с отчаяньем Дилан. – А знаете, как вырвалась из запертой комнаты? Через окно. Совсем с ума сошла.

Вот что делало драги с людьми. Они теряли свою сущность, думали лишь об одном: как утолить жажду. Готовы были продаться любому негодяю…

– И не только, даже убить друга из-за глотка драги, – вдруг прозвучал шепот прямо над ухом. Перед глазами все померкло, а затем свет запульсировал. Сначала быстро, а потом все медленнее, и я оказалась в небольшой комнатушке, где пахло спиртом, дымом сигарет и… кровью.

На полу лежал мертвый человек с ножом в животе, а на сломанной кровати – мужчина под действием драги. Вокруг валялись разбитые чашки, бутылка, грязные тарелки с едой. Мистер Лоренс стоял у постели и держал пальцы на шее мужчины.

– Живой, – констатировал док, обращаясь к полицейскому, который остался у входа.

Перед глазами все замелькало, и я увидела другую картину. Темный переулок, куда с трудом попадал солнечный свет. С десяток бездомных с кривыми рожами окружили молодого парня. Он держал в руках чемоданчик и крутился на месте, пытаясь оттолкнуть от себя таким «оружием» мерзавцев. Только круг сжимался. Бездомные набросились на жертву под довольный свист и отчаянный крик парня.

Снова все замерцало перед глазами, и я задохнулась от ужаса, когда увидела голые, грязные, копошащиеся тела. Не чувствовала вони, и слава Создателю. Худые, потерявшие человеческий вид, с безумными глазами, раздирающие когтями себе горло. Эти люди доживали свой век среди трупов на самом дне городской свалки, мечтая лишь об одном глотке драги. Они забыли, кем были. Забыли семью, друзей. В голове у них набатом стучала только одна мысль: «Драги! Драги!»

– Ты думаешь, я их создал?

Неожиданно появился док с мерзкой усмешкой. Он безразлично наступал на руки, ноги, животы несчастных, приближаясь ко мне. Его лицо, наполовину съеденное червями, напоминало страшную маску.

– Вы же придумали драги, значит…

Я замолчала, сделала шаг назад и попросила:

– Не приближайтесь, а то меня стошнит, – сжала рукой горло, пытаясь сдержать позывы.

Док засмеялся, но его смех больше напоминал карканье вороны.

– Противно ей, а думаешь, мне не противно! – неожиданно закричал мистер Лоренс. Измученные, голые тела стали подниматься. Люди, шатаясь, спотыкаясь, шли к доку, кто не мог идти, полз за ним. – Драги было создано для избавления от боли, а он решил подчинить себе всех.

– Кто он? – отчаянно выкрикнула я, отступая, но ужас накрыл, когда спина наткнулась на жесткую, неровную стену. Док и «живые» трупы все приближались. Некуда было бежать, и сил тоже не было, я оказалась в ловушке.

– Тот, кто создал тебя, и сейчас он отчаянно нуждается в тебе, а мы все нуждаемся в нем. Он умело играет нашими желаниями, подчиняя себе. Я никогда не думал, что драги принесет зло, но он решил устроить эксперимент, и вот уже целый городок в его руках. Он управляет им, а не продажные чиновники и глава Терриба.

Док остановился в двух шагах от меня, мерзко ухмыляясь. Теперь я хорошо видела жирных червей под кожей его лица. Они копошились, питаясь плотью мистера Лоренса. Объеденная сторона лица почернела, покрылась коркой засохшей крови. Черви сожрали все до кости и продолжали доедать нос, губы, щеки. Я думала, за то время, которое прошло, они уже должны были съесть давно мистера Лоренса, видимо во сне эти процессы замедлились. Тощие люди тряслись от жажды рядом с доком. В безумных глазах отсутствовало все человеческое, мозги растворились под воздействием драги. Мелькнула мысль, что док сейчас отдаст им приказ, и эти ненормальные разорвут меня на части. Я стала призывать свою магию, чтобы скрыться за иллюзией и попытаться сбежать. Но сила словно исчезла, стало страшно и жутко одиноко, будто я потеряла близкого и родного человека.

– Вы были в курсе, что умрете. Понимали, что я окажусь рядом, и вручили мне кведи. Зачем? Я хочу знать! – выкрикнула я, чувствуя, как истерика накрывает с головой. Смотреть на едва державших на ногах людей я не могла.

– Моя жизнь летела в тартарары. Я думал подкопить деньжат и свалить из Терриба, но тут случилась беда с Полли. Я был плохим отцом и мало думал об оставленной дочери. Но когда увидел ее в борделе, ее глаза, полные отчаянной безысходности, не смог оставить в беде… Полли сильно похожа на мать в молодости, то было счастливое время, полное надежд, – вздохнул мистер Лоренс. Он вдруг успокоился, и люди тихо улеглись у его ног, как сторожевые псы. – Но самым ужасным стало для меня, когда бандиты прознали, чья Полли дочь. Они стали приходить в бордель Эльзы, чтобы поглазеть на нее. Многие ее покупали, чтобы потом похвастаться, что отодрали дочь дока. Некоторым из них я спас жизнь, извлекал полицейские пули, зашивал ножевые раны, и вот как они отблагодарили меня. Полли досталось больше всех. И я решил сделать хоть что-то хорошее. Выдернуть ее из ада, куда скинул собственного ребенка. Эльза все повышала откуп, Джой, не скрываясь, смеялся в лицо. Мерзавец любит наблюдать за страданиями людей. Подталкивать их к краю безнадежности, чтобы смотреть на мучения. Тогда объявился он и напомнил о драги. Пообещал вытащить Полли, а еще… велел носить с собой кведи с магией видящих смерть и передать его только в руки мисс Пэг Смит, которая пела в театре «Лицеум» под псевдонимом Шато Руж. Мага иллюзии, которую я лично привел в банду «псов». Тогда я понял, что смерть моя близко. Он готов на все ради дочери. Я понимал его, ведь и я был готов на все ради Полли.

На меня будто вылили ведро холодной воды. Ради меня? Никто и никогда ничего не делал ради меня.

– К чему это все? Неужели просто нельзя было приехать в Терриб или написать, – растерянно прошептала я. Ужас перед тощими любителями драги исчез так же внезапно, как появился. Лицо дока больше не пугало, как и черви. Они не останавливались ни на миг, продолжая прогрызать туннели в теле мистера Лоренса.

– Ты все поймешь, когда назовешь мне имя убийцы. У нас с тобой такой договор, – устало молвил док. – А с ним – что он спасет Полли, после того как ты узнаешь, где его искать. Шато, от тебя сейчас зависит судьба моей девочки и спасение моей грешной души. Черви остановятся, и я больше не буду чувствовать, как они едят мою плоть. Мне дадут покинуть землю и, возможно, подпустят к воротам Рая.

Взгляд дока изменился, теперь душа просила меня о помощи. Но больше всего поразило, что отец нашел меня и хотел встретиться. Но почему именно сейчас? Через столько лет? И где он был все это время? И кто моя мама? Появилась куча вопросов, и я жаждала на все получить ответы.

А еще я поняла, что мой отец обладал властью и вовсе не был хорошим человеком, если подсадил почти весь город на драги. Но тогда он поймет меня, мои поступки, желания. Не осудит дочь, попавшую в банду и совершившую десятки преступлений. Стало легче, в разы легче дышать. Я вдруг осознала, какой властью располагаю сама, когда мистер Лоренс жалостливо попросил:

– Помоги Полли, мне и спаси Терриб. Только ты можешь остановить распространение драги.

– Рецепта никто не знает, а значит, драги скоро закончится, – я пожала плечами и, оттолкнувшись от стены, шагнула вперед. «Живые» трупы вздрогнули, отпрянув.

– Он знает, мы вместе с твоим отцом создали драги. И если ты не найдешь убийцу, он уничтожит Терриб. Ты же этого не хочешь? – с надеждой спросил док, и кусок кожи отвалился с его лица. А под ним оказались тысячи мелких белых червяков с красными глазками.

– Мне плевать на Терриб, плевать на вас и Полли. – Я не лгала. Почему мне стоит беспокоиться о незнакомых людях? Мистер Лоренс знал моего отца, и я хотела получить эту информацию. – Когда я проснусь, то попрошу Джои, чтобы он отдал приказ Самай пытать вашу дочь. Уверена, вы знаете сумасшедшую художницу, которая любит рисовать рассвет у моста. Но если вы откроете мне рецепт и имя отца, то я лично прослежу, чтобы Полли покинула Терриб и устроилась в другом месте. Помогу ей найти приличную работу, а там и муженек найдется, не знающий о прошлом вашей доченьки. В Террибе она навсегда останется с клеймом шлюхи.

Док сжал зубы, и я услышала, как они заскрипели. Жертвы драги зашевелились, заскулили и отступили. Люди испугались моего громкого голоса и гнева в глазах.

– Значит, такова ее судьба, – тихо сказал мистер Лоренс. На нем вдруг оказалась зимняя куртка, и он накинул капюшон с мехом на голову.

– И вам совсем не жаль дочь? Самай порежет ее на кусочки, – предупредила я. Давай, соглашайся, док. Мне бы не хотелось, чтобы Полли пострадала, но если от этого будет зависеть мое будущее, то плевать я хотела на муки других.

– Ты прежде сама вырвись из лап Джои. Ты лежишь уже три дня, а он качает из тебя магию в кведи, – усмехнулся мистер Лоренс, поворачиваясь ко мне спиной.

– Подождите, – я окрикнула дока, испугавшись, что он сейчас уйдет и больше не появится. – Зачем вам имя убийцы? Если вы знали, что… если ждали смерть.

– Мне интересно, кто это сделал, – пожал плечами мистер Лоренс, повернувшись ко мне вполоборота, стороной, где было изуродовано лицо. Жуткое зрелище, и я поморщилась от омерзения.

– Наемник, бандит из «псов» или…

– Даже если наемник, – грубо прервал меня док. – Я хочу знать, кто решился убить доктора, который спасал преступников. Но, главное, хочу навестить убийцу во сне, чтобы он не мог больше спокойно спать. Ясно? – рявкнул док, и его тело плавно поплыло в воздухе, отдаляясь от меня.

– Мистер Лоренс, – я попыталась его снова остановить, но он исчез. Голые людские тела опять закопошились, отползая от меня, прячась в спасительной темноте. Неожиданно боль отдалась в правой руке, и я услышала голос Джоя, будто сквозь толстый слой ваты.

– Покормите ее бульоном, я хочу, чтобы она жила, мне нужно как можно больше кведи с магией иллюзии.

– Рецепт драги вас уже не интересует? – спросила Самай. Чертова предательница! Видимо, у нее закончилось вдохновение, и она жаждала новых пыток.

– Док при жизни был упрямцем, не думаю, что мертвец изменился. Если парни не найдут в его доме никаких зацепок или хотя бы намеков на рецепт, то будем будить нашу спящую красавицу. Попробуем припугнуть душу дока другим способом. Вот тогда ты повеселишься, Самай. – В голосе Джоя я услышала довольные и одновременно зловещие нотки. – Не думаю, что душа захочет бесконечно скитаться по земле, когда мисс Шато не станет.

«Создатель!» – ахнула я и ощутила, как горячий куриный бульон полился в горло. Неосознанно проглотила и тут же еще одна порция оказалась во рту. Как же я ненавидела проклятых попрошаек! Они все хотели что-то получить от меня: имя убийцы, магию иллюзии, и лишь отец пошел на преступления, чтобы мы могли встретиться. «Держись, Шато», – уговаривала себя, продолжая пить горячий бульон. Я должна найти выход. Должна узнать все о семье. Об этом грезят все приютские дети. А моя мечта близка к осуществлению, осталось только разобраться, как все провернуть. Это такая мелочь.

Кведи снова проткнул середину правой ладони и тут же крепко присосался. Артефакт принялся усердно тянуть из меня магию, громко причмокивая. Я вновь оказалась в темном месте среди голых, тощих людских тел. Только в этот раз дока не было, и если он не придет, я просто сойду с ума. А может, я уже… того? И все, что видела, – это плод моего воображения. Я стала овощем, наполняющим кведи магией. Вот и все.

Меня качнуло. Потом еще. Еще. Сильные руки крепко прижали к жесткому телу.

– Шато, ты спасена. Я нашел тебя, – раздался над ухом шепот оборотня, и я бы заплакала от радости, да только слезам неоткуда было взяться. Слишком слабой я оказалась.