35 Розали

День выдался ветреным и пасмурным, на улицу выходить не хотелось. Да и после вчерашней стычки силы не восстановились, хотелось нежиться в кровати, что я и делала, пока Митрис разжигала камин.

Вчера я так и не получила от принца никаких ответов. И он не спешил меня призывать к себе и требовать объяснений. Он ещё не до конца верит, что я не убивала Кьета — это читалось в его глазах и враждебном тоне. Будто я ему самый лютый враг.

Какой же скверный у него нрав!

Я чувствовала себя хоть и лучше, но после вчерашнего всё тело ныло, мышцы ног болели, как и руки, когда я пыталась удержаться в седле, когда Наронг бился с магами, чувствовала его крепкие бёдра.

Жар прилил к щекам.

Нет, лучше не вспоминать об этом!

Мне оставалось только ждать. Но недолго, после я сама потребую ответа.

«Розали, есть ли у тебя выбор?» — поднялся противный внутренний голос.

 Нет. Конечно, у меня его не было. У меня не осталось ничего: ни дома, ни защиты, ни даже имени, при упоминании которого у господ не начиналось бы несварение.

Как там Лаквер?

Мысли о брате, окончательно ввели меня в смятение. Потому в постели оставаться я не смогла. Нужно было как-то развеяться, благо запирать меня никто не собирался, хотя ещё вчера я сомневалась, что меня выпустят за пределы этих покоев. Но и одной расхаживать по замку мне не позволили, потому в сопровождении Митрис я вышла в сад с множеством зеленых аллей и водоёмов который, раскинувшихся за замком. Ветер здесь не так чувствовался, как на втором ярусе замка.

Прогулка и в самом деле принесла ясность голове, только в груди по-прежнему было тревожно и мрачно.

А что если попросить Его Высочество за брата? Но, вспомнив его обжигающе-холодный взгляд, я передумала. Он меня вчера чуть не задушил, вновь обвинив в том, что я послала магов. Почему? Почему он думает, что я подосланная кем-то?

Прогулявшись немного, я решила вернуться в комнату, там мне всё же намного спокойнее. Едва мы с Митрис вернулась к входу, как со стороны арки послышались мужские голоса. Кажется, уезжал какой-то экипаж.

Я сбавила шаг, увидев высокого темноволосого мужчину с болезненно бледным лицом. По коже пополз лёд. Мне уже доводилось с ним сталкиваться в темнице на допросе, и эта встреча оставила не самый приятный след в памяти — до сих пор голова будто в тумане от его поисков найти во мне тёмную магию. Мне этот мужчина показался весьма неприятным. Дамеон рег Атри — высший маг, советник Его Высочества. Так он мне представился. Значит, он имеет с Наронгом Вааном тесные отношения, раз приезжает в Астиган?

Следовало бы догадаться. Дамеон будто почувствовал, что на него смотрят, вдруг повернул голову. Я не успела спрятаться за стену, наши взгляды встретились. Дыхание застряло в горле, и я не могла даже протолкнуть его. На лице мужчины отразилось удивление, а потом он сузил глаза до щёлок и как-то презрительно поджал губы в скупую линию. Я очнулась и, отвернувшись, пошла прочь.

Наверное, нехорошо, что он меня заметил. И это его удивление... Надо же было попасться ему на глаза! Узница из Штор-Таль оказалась в Астигане при дворе, да ещё прогуливается по саду!

Но я и сама не понимала, почему я здесь, почему принц держит меня в замке. Всё пытается узнать про своего лекаря? Не верит, что я непричастна.

Мысли снова зашли в тупик, оставив только сумятицу.

Целый день я ничего не делала, только отдыхала, ела, вечером принимала ванну до самой полуночи. В Астигане царила тягостная тишина. Принц не изъявлял желания видеть меня.

На второй день такой тиши показалось, что обо мне и вовсе забыл, и снова посетили мысли об уходе из дворца. Конечно, я понимала, что это неразумно. Но, в самом деле, мне что, до конца дней сидеть в стенах, пока не состарюсь?!

На пятый день я решилась пойти к принцу и потребовать объяснений, жить невыносимо, когда не знаешь, чего ждать, к чему готовиться. Хотя, с другой стороны, всё, что мне необходимо для существования, у меня было: крыша над головой, тепло, еда, одежда. Ни о чём не нужно переживать, думать о том, на что прожить следующий день. Со стороны — всё замечательно, внешне — никаких забот. Вот только бесплатный сыр бывает только в мышеловках. Поэтому утром я поднялась с твёрдым намерением отправиться к его сиятельству, как бы он не желал видеть меня, ему придётся стиснуть зубы и потерпеть.

Митрис пришла, когда я уже стояла перед зеркалом и натягивала голубое платье — самое приличное из моего гардероба, в котором не стыдно показаться на глаза принцу. Небесный цвет — любимый цвет отца…

Служанка вызвалась помочь, когда заметила, как я начала сопеть, пытаясь справиться со шнуровкой. Да я, оказывается, заметно поправилась, появилась округлость лица, которое стало свежее, и руки уже не такие тонкие, как палки, плечи обрели привлекательный изгиб. И всё же хоть я и похорошела, а всё же нужно поумерить свой аппетит, так скоро ни в одно платье не влезу. Для Митрис это тоже не осталось незамеченным, поймав мой негодующий взгляд, она улыбнулась.

— Вы очень красивы, госпожа, — она говорила так каждый раз, когда помогала мне.

 К сожалению, от этой красоты в моей жизни мало толку.

— Скажи, Митрис, я могу увидеться с Его Высочеством? — спросила прямо, вобрав в грудь воздух.

Оказывается, это не так просто — напроситься на аудиенцию к принцу всё равно что броситься в омут с головой.

— Вы читаете мысли, госпожа, принц как раз послал меня за вами, проводить вас.

Я резко повернулась, тем самым вырвала из пальцев девушки ленты.

— Серьёзно? — сердце в тисках тугого корсета отчего-то неровно заколотилось, отдаваясь где-то в горле и затылке, что стало аж жарко.

— Да, госпожа, простите, что не сказала изначально, — виновато опустила взгляд, — увидела, что вы одеваетесь, и позабыла.

Но я вовсе не злилась на неё, меня волновало то, что Наронг Ваан сам изъявил желание увидеться со мной. Интересно, что на этот раз он будет выпытывать из меня, но чтобы это ни было, в животе стало прохладно от предчувствия скорой встречи с тем, о ком я без конца думала все эти долгие изнуряющие дни, разбиваясь о стену непонимания.

Но волнение разыгралось до такой степени, что начали подрагивать пальцы, а когда мы приблизились к нужным дверям, меня поглотила самая настоящая паника, какой-то мутный трепет охватил всё тело, что оно стало плохо слушаться. Служанка оставила меня, и я, едва дыша, вошла в кабинет и совершенно потеряла контроль над собой.

Знакомый сильный аромат окутал меня, аромат, исходивший от Наронга — будоражащий глубокий запах стали и сладость соцветий, что цветут у подножия гор, окончательно затуманил голову, все мысли утонули под его воздействием, заставляя только глубоко дышать и подрагивать. Странные чувства, я не знала, что со мной происходит, когда я рядом с Наронгом Вааном.

Принц стоял возле камина, но, как только я вошла, повернулся и окинул меня ледяным взглядом, от которого в животе всё сжалось. Жгучий, замораживающий, почти осязаемый. Но вместе с тем внутри толкнулось что-то тёплое и светлое.

Богиня, я не могу быть рада нашей встрече, рада ему — этому надменному истукану! Пусть и невыносимо красивому, притягательно-опасному в этом белом камзоле, расшитом золотыми нитями, который облегал широкие плечи, узкую талию, делая ноги длиннее и подчёркивая стройное молодое тело.

Но как бы я ни призывала разум, убеждая себя не замечать ничего этого, сердце продолжало горячо толкаться в груди.

— Доброе утро, Ваше Высочество, — выдавила из себя, лихорадочно сглатывая.