38

Ориб и приглашённые вельможи ожидали у храма. Оставалось только дождаться Розали рег Эстери, которая ощутимо опаздывала.

Наронг чувствовал, как внутри закипает раздражение. Старался отвлечься, думая о постороннем, хотя мысли всё время возвращались к тому разговору в кабинете.

После долгого отдыха и спокойствия Розали заметно изменилась. Наронгу было сложно оторвать от неё взгляд, откровенно рассматривал её в свете очага, как заворожённый, наблюдал растекавшийся жидкой бронзой блеск в прядях волос, как играют блики на бледной коже.

Она не чувствовала своей магии, а Наронг ощущал отчётливо. Розали делилась с ним, точнее, он брал без её ведома. С одной стороны, его не должно это коробить, но с другой — появилась снедающая тяжесть, которая тоже раздражала. И те обещания, что он ей дал…

Нет, спать он с ней точно не собирался, а вот отпускать…

Он не знал, что ждать от их связи. Насколько она безвредна? Но Наронг не представлял своё существования без её света, он как глоток из священного источника, после которого всё тело наполнялось немыслимой силой.

Одно лишь прикосновение, и он терял голову. Это настораживало. Насколько можно зайти дальше? Сколько можно брать, есть ли предел? Ничего хорошего он в этом не видел. Самое скверное, что он зависим. Зависим от неё.

Наронг, уходя от тяжёлых мыслей, глянул на Ориба. Следователь выглядел, как всегда, спокойно и невозмутимо. Остальные приглашённые проявляли явную заинтересованность к церемонии, которая была неожиданна для всех.

Единственный, кто не прибыл к дворцу — маг. Дамеон сослался на занятость. Что-то подсказывало Наронгу, что маг затаил обиду, ведь он лично просил за свою племянницу и получил щелчок по носу. Но его присутствие и не требовалось, свидетелей и так было достаточно.

В тенистой аллее, наконец, показалась карета. Наронг отвернулся, но, встретившись взглядом с гостями, вернулся в исходное положение.

Когда экипаж подъехал, он прошел к карете, открыл дверь и, особо не церемонясь, подал руку сидящей внутри рег Эстери. Девушка вложила тонкую кисть в его ладонь. Пальцы Розали были прохладны, а вид растерянный: хоть она и пыталась это скрыть за безразличной маской, но глаза выдавали — Наронг видел, как они глубоко блестели за белым полупрозрачным фати́ном.

Все взоры мужчин обратились к невесте, и Наронг испытал некоторый дискомфорт. Розали попыталась высвободить руку из его ладони, но Наронг не позволил, положив её на свой локоть, иотчетливо ощутил её дрожь. Хотя Эстери можно было понять — Наронг только вчера вечером послал служанку с известием о том, что завтра будет церемония. Видимо, Розали не ожидала, что она случится так скоро, хотя одно из условий — выпустить её брата — он выполнил сразу.

Все вместе молча прошли в белокаменный дворец. Наронг чувствовал, как ослепительные потоки проникают под его кожу, сливаются с кровью, давая насладиться желанным парением. Кажется, он смог немного управлять им. Привыкнуть. Всё больше он чувствовал, насколько Розали хрупка и уязвима сейчас.

Стиснул зубы, прогоняя лишнее из головы.

В прохладном зале принца и его невесту встретил служитель. Он принялся выполнять свои обязанности, и хоть Наронг приказал без излишнего торжества, время тянулось безмерно долго.

Принц возжелал только одного — поскорее всё закончить, убеждая себя в том, что то, что сейчас происходит — обычная формальность, пусть даже это первый в его жизни брак. Он был подготовлен к тому. Сухой расчёт. Наронг другое и не знал, он не видел никогда мать, не видел, как отец обнимает её и целует... Он не знает, что такое нежность и забота. Он видел других женщин отца, но ничего наподобие теплоты и ласки в его глазах никогда не было.

Наконец, жрец закончил церемонию, кажется, сказав что-то напоследок. Наронг услышал лишь то, что требовалось от него — поцеловать законную жену.

Розали заметно напряглась, превратившись в мраморную статую, когда он повернулся к ней. Прежде Наронг старался не задерживать на ней взгляда, но сейчас она предстала пред ним во всей красоте.

Коротким движением поднял легкий фатин, открывая бледное лицо рег Эстери — теперь уже Розали рег Ваан. Краем взгляда он видел гостей, которые терпеливо ожидали заключительных действий.

И всё же Наронг не мог не отметить, как красива нищенка. Под пушистыми ресницами мерцали серебристые глаза, как капли росы; соблазнительными были и её губы, которые едва заметно подрагивали, и Розали их плотно сомкнула, чтобы не выдавать своего волнения; упругий локон, падающий на щёку, чертил на коже мягкую бархатистую тень. Белый ей очень шёл. Её фигура — как тонкий стебель в воздушном платье.

В какой-то миг Наронг понял, что смотрит на неё пристально и долго, и, больше не медля, склонился к её лицу. Ресницы девушки дрогнули, Наронг ощутил короткий выдох, прежде чем коснуться её губ своими, а в следующий миг внутри что-то толкнулось, что-то горячее и будоражащее, вязкий поток света мгновенно заполнил голову. Розали, кажется, тоже что-то ощутила — дёрнулась, но Наронг успел её задержать, обхватив затылок рукой, прильнув губами еще плотнее. Рег Эстери уперлась ладонями в его грудь, но не отталкивала и не позволяла прижаться теснее. Безумное томительное желание обладать ею охватило всё его тело, наполняя тяжестью, Наронг почти застонал.

Что это, проклятая пасть Сармагана?!

Наронг раскрыл губы теперь уже жены языком, проталкиваясь в её рот, коснулся её влажного языка, вжимая губы плотнее. Розали укусила его за нижнюю, и этим отрезвила.

— Довольно, Ваше Высочество, — прошептала она горячо, дыша часто и глубоко.

В глазах пелена, всё тело пробрала мелкая дрожь, как от озноба. Наронг отстранился и сразу почувствовал потерю. Он выпустил что-то очень ценное. Ценное для себя.

Едва он сбросил тёплую пелену, как холодная паутина тьмы вновь опутала его. На таком контрасте Наронг ощутил это явно, что едва смог справиться собой. Он выпустил Розали, глянул в зал, встретившись с озадаченными взглядами мужчин. Только Ориб оставался невозмутим — следователь будто понимал всё и видел произошедшее насквозь.

Злость задушила. Злость на то, что Наронг едва мог контролировать себя. Служитель произнёс что-то ещё, Наронг не слышал, находился будто где-то под толщей воды.

Всё закончилось, и приглашённые потянулись к выходу.

Выйдя на воздух, Наронг без всяких предупреждений двинулся к экипажу, раскрыл дверцу, вынудил Эстери лезть внутрь. Сел на сиденье напротив девушки. Теперь его жены.

Розали смотрела на него пристально. Теперь, кажется, она что-то заметила и ждала случая, чтобы потребовать объяснений.

 — Трогай, — приказал Наронг кучеру через окно с решеткой.

Карета тронулась с места.

— И что это было? — не удержалась от вопроса.

Наронг скользнул мрачным взглядом по её лицу с пылающими, как розы, щеками, открытой белой шее и груди, остановившись на глубокой ложбинке между полушариями, стянутые лифом, куда каплей стекал кулон из драгоценного камня.

— Всего лишь поцелуй, — ответил он, поднимая на неё взгляд.