Глава 12

Однако Капитан никак не обосновал свои выводы. Он решил, что сей факт должен дойти до Агаты самостоятельно. И он практически не сомневался в том, что так оно и будет. Мисс Стармер показала себя девицей умной и хваткой. И, в конце концов, все же сложит два плюс два. А зерно сомнения в ее мозг он уже посеял.

Агата же поняла, что ее мелко трясет от пережитого. Виски хоть и принесло некоторое облегчение, но тремор в руках не убрало. Она решила, что лучше постоит на палубе и подышит по методу доктора Розенталя. Шарлатан он или нет, но его дыхательная гимнастика реально успокаивала. И это если не считать уникальных способностей, открывшихся вдруг у мисс.

Понятно, что праздно стоящая у перил служащая могла вызвать пересуды среди пассажиров. Ее и так уже часто видели с лордом Смитом и с капитаном. Поэтому она, недолго думая, протиснулась в щель за спасательной шлюпкой. Сюда вряд ли кто заглянет и уже тем более не войдет.

Мир вокруг становился неспокойным. Волны поднимались все выше и выше, подступали к борту «Фемиды», с шумом о него разбивались и отходили обратно в океан. И на душе становилось так же тревожно. А вдруг Бэкхэм прав, и Смит всего лишь играет с ней, как с котенком? А на самом деле его тайная страсть и любовь — мисс Фицу? Понятно, что, пока покойница была жива, они тщательно скрывали свои чувства. Скорее всего, его Жанетт была тем денежным кошельком, ради которого Уильям на ней женился. Иного объяснения девушка не находила. И как ни крути, ему в первую очередь, и как ни страшно это звучит, ее дочери смерть была выгоднее всего.

Тут раздались шаги и мужские голоса. Агата хотела было вылезти из своего убежища, извиниться и уйти в каюту. Однако мужчины притормозили неподалеку, даже не подозревая, что у них есть невольный слушатель. А так как вино в первом классе подавали в неограниченном количестве, разговаривали они достаточно громко.

— Слава богу, эта старая грымза Смит отдала богу душу! — выдохнул первый голос.

— А тебе-то она чем помешала? — коротко хохотнул второй. — Я понимаю, что радоваться-то надо ее муженьку и доченьке. Говорят, что дамой она была чрезвычайно богатой. И их обоих ждет очень приличное наследство.

Увы, разговор лишь подтвердил мысли, которые только что блуждали в голове девушки.

— У меня с ней свои счеты, — фыркнул первый. — Тебе что-нибудь говорит имя Жанетт Фицу?

— О, это владелица самого крупного дома терпимости в Лондоне. Любой джентльмен считает своим долгом наведаться туда к девочкам. У мадам всегда лучший товар.

Агата сопоставила факты и с ужасом поняла, что Жанетт Фицу и Жанетт Смит — одно и то же лицо. Но почему так радовался ее смерти этот господин?

— Ты что, девочкам там задолжал? Тебя захотели заставить мыть посуду, но ты с позором в одном исподнем сбежал через окно? — расхохотался собеседник, мисс прямо явственно увидела, как он вытирает выступившие из глаз слезы.

Агата тут же представила толстого мужчину в зеленых кальсонах, вылезавшего из окна второго этажа. И чуть было не хихикнула. Но вовремя опомнилась и прикрыла рот ладошкой.

Она ни разу не была в Лондоне. И уж тем более не видела заведения мадам Фицу. Но почему-то представила его именно так.

— Ха, говорят, что это ты однажды был замечен за подобным! — пьяно рассмеялся второй пассажир. — А у меня другая проблема.

— И какая же? — любопытство в голосе соседствовало с ехидством.

— А то ты не знаешь, что когда девочки отходят от дел, теряя юное и упругое тело, то почти всегда становятся завзятыми картежницами. И мадам отлично овладела и этим ремеслом, — вздохнул первый.

— И ты продул ей значительную сумму денег? — второй даже не спрашивал, а утверждал, словно уверенно знал.

— Увы, — ответил господин. — Но бог милостив ко мне. Найти бы еще расписки, которые я ей оставил. Буду верить, что она их так хорошо запрятала, что до конца рейса их никто не найдет. А там проведут генеральную уборку и сожгут все лишние бумаги, чтобы не плодить мусор на борту.

Агата прикрыла глаза и вспомнила содержимое ящика доктора Розенталя. К сожалению, она не запомнила имен тех, чьи карточные долги были на расписках. Но тем не менее это давало кое-какие зацепки. Второй раз на обыски она вряд ли пойдет. Слишком много нервов тратится на столь рискованное предприятие. Сотрудницей британской разведки ей, конечно, никогда не стать.

Мужчины сменили тему разговора и стали не интересны мисс Стармер. Она углубилась в размышления. Наконец, они наговорились и пошли дальше по палубе. Девушка даже сумела разглядеть их со спины. Судя по широкой спине и не менее обширной пятой точке, один из говоривших был владельцем Хони мистером Джонсоном. Интересно, зачем девица рвалась к доктору? Неужели просто для плотских утех?

Убедившись, что на палубе никого нет, Агата выбралась из своего укрытия. Ветер крепчал. Корабль бросало из стороны в сторону. И казалось, что волны готовы перепрыгнуть через борт и смыть все, что находится на палубе. Девушка поспешила к себе, придерживаясь одной рукой за стены. Это ей и спасло жизнь.

В какой-то момент мисс Стармер вдругзаметила тележку с инвентарем, которая катилась на нее на большой скорости. При неустойчивой палубе и бешеной скорости этот нехитрый инвентарь стал смертоносным орудием. Откуда она могла взяться на палубе? Все тележки стояли или в трюме, или в коридорах. Хэдрум складывали на них свой немудреный скарб для уборки в каютах.

А эта свободно каталась по палубе и сумела развить приличную скорость. Причем делала это не хаотично, а неслась прямо на нее. Мисс попыталась пару раз поменять направление своего движения, хотя это сделать было чрезвычайно трудно. Но тележка перла на нее, словно их связывала невидимая нить. Ее кто-то хотел убить? Но за что? Неужели кто-то понял, что они с капитаном разыскивают настоящего убийцу миссис Смит-Фицу? Называть ее леди у Агаты вдруг резко перестало получаться.

А тележка заезжала на буфетчицу то слева, то справа, словно пыталась загнать ее в проем для трапа. По неизвестной причине калитка, перекрывающая проход, оказалась открытой. И сейчас хлопала, словно крылья птицы, приносящей известие о смерти.

Агата поняла, что совершенно не хочет умирать! Она еще столько в жизни не успела, не попробовала. В этот момент девушка твердо решила, что если Уильям сделает в следующий раз ей неприличное предложение, она обязательно на него согласится. А то так умрешь и не узнаешь, от чего приходят в восторг миллионы людей на планете.

Но в последний момент ей повезло. С верхней палубы оторвало веревочный трап, который один концом был привязан к перилам, а вторым опустился прямо рядом с ней. Мисс Стармер никогда в жизни не занималась спортом или любой другой гимнастикой, кроме упражнений доктора Розенталя. Но тут изловчилась, поймала конец веревочной лестницы и ловко забралась по ней вверх.

Тележка резко притормозила. На другом конце орудие убийства придерживала тощая фигура со знакомым пучком волос. Мисс Эмма? Первым желанием было ее окликнуть. Однако, если хэдрум настроена так воинственно, стоит ли рисковать?

Она стояла и вертела головой в разные стороны. Но, к счастью, не догадалась поднять глаза. Агата принюхалась и поняла, что ветер принес ядреную смесь запахов нарцисса и лука. Эмма боялась и психовала одновременно! Не хотелось бы попасть вот так под ее горячую руку.

При таком шторме было бы не удивительным, если кого-то смыло бы за борт. Причем так, что концов совсем не найти. Интересно, почему убийцы миссис Смит не дождались подобной погоды? Или просто не стали ждать? Вопросов к ним становилось все больше и больше.

Тьма сгущалась. Эмма, поняв, что жертве удалось благополучно скрыться, психанула, со всей дури толкнула тележку так, что она подлетела к перилам и застряла в них. И если бы на борту была тишина, то непременно разбудила бы полкорабля. А сама отправилась нетвердой походкой в сторону своей каюты, которая располагалась не в трюме, как у всех служащих, а на первой палубе, недалеко от каюты капитана.

Она пьяна? Даже при сильной качке можно различить нетвердую походку пьяного человека и человека, который просто нетвердо стоит на ногах. Причем, как это вычислить, Агата не знала. Но была твердо уверена.

Она просидела еще минут пять на своей хлипкой конструкции. За это время начался дождь. И девушка не только вымокла до нитки, но еще и замерзла. Решив, что приключений ей на сегодня уже хватит, поторопилась в свою каюту.

Еле-еле стянула с себя мокрое платье. У нее даже сил не хватило на то, чтобы повесить его сушиться. А затем, как была в чуть влажной сорочке, залезла под одеяло.

Жесткая колючая шерсть грела плохо. И девушка все никак не могла согреться. Она пыталась свернуться в комочек, завернутьсяплотнее, чтобы нигде не дуло. Только у нее ничего не выходило. Холод сковывал по рукам и ногам. В какой-то момент мисс Стармер показалось, что тяжелая тележка Эммы настигла ее. Исейчас она медленно, но верно опускается на дно Атлантики. Попробовала вдохнуть и поняла, что воздух свободно поступает в легкие.

— Наверное, я превратилась в русалку! — странная мысль проскользнула в ее мозгу. И девушка провалилась в темноту.

Очнулась он с более странной мыслью. Согреться она так и не смогла, поэтому мысленно попросила всевышнего, чтобы он послал ей стаканчик виски. Она запомнила тот согревающий и успокаивающий эффект напитка. И еще неожиданней было то, что почувствовала его запах. Но в ее каюте им пахнуть не должно. Что уж говорить про дно океана! Почувствовала прикосновение к своему плечу и услышала встревоженный голос капитана:

— Мисс, Агата! Очнитесь, очень вас прошу!

— О, если бы это был Уильям, я быобязательно подняла веки, — мысленно хихикнула про себя. Потом вспомнила о всех подозрениях и страшных словах, которые говорил ей капитан, болтовню пьяного мистера Джонсона. Да и ее собственные выводы не давали покоя. Поэтому все же напряглась и открыла глаза.

На краю ее кровати сидел Бэкхэм собственной персоной и держал в руках бокал, на дно которого была налита пара глотков крепкого напитка.

— Слава Богу, ты очнулась! — лицо капитана выглядела встревоженным. Но как только она открыла глаза, его губы попытались растянуться в улыбку.

— Что со мной произошло? — просипела девушка. Горло нещадно саднило.

— Я бы тоже очень хотел это узнать. И желательно от тебя. Тебе плохо? — уточнил он, подавшись вперед и поправив подушку под ее головой для того, чтобы она смогла выпить алкоголь.

— Может, доктора? — растерянно уточнила Агата, не до конца понимая, что происходит. — Хотя, доктор — дорогое удовольствие. А денег у меня попросту нет.

— Деньги у меня есть, — покачал головой Адам. — Но доктор лишь Розенталь, другого на борту просто не найти. А вот ему я после некоторых событий перестал доверять. Поэтому давай будем лечиться банальными матросскими средствами.

— Боюсь, чтобы справиться с ангиной, мне не выпить требуемое количество алкоголя, — хрипло рассмеялась она. А затем смех перешел в надсадный кашель.

Бэкхэм поставил бокал на пол, а сам притянул девушку к себе, прижал к груди и начал поглаживать по спине, словно пытаясь смягчить ее муки:

— Тише, тише! Сейчас все будет хорошо, я обещаю! — он поднял и поднес бокал к ее рту и заставил глотнуть. Горло тут же обожгло.

— Вы хотите меня поцеловать, но боитесь, что я вас заражу. А вам нельзя болеть до окончания рейса! — вдруг выпалила она. Причем это прозвучало не как вопрос, а как утверждение.

Капитан тут же отодвинулся от нее и внимательно вгляделся в лицо девушки.

— Да, я подумал именно это. Но откуда ты узнала? Ты умеешь читать мысли? — с сомнением спросил он, удивляясь, что никогда и никто не мог читать его эмоции по лицу.

— Я не знаю, — растерялась она. — Просто захотела узнать ваши мысли. И вот это всплыло в моей голове.

— Господи, Агата, вы меня удивляете и пугаете одновременно, — покачал он головой. — Сначала ваше необычное чутье на запахи. А сейчас вы читаете мысли человека, словно они перед вами напечатаны на газетном листке.

— Я ничего не читала! — испуганно пролепетала девушка. — Честно, честно!

— Я верю, верю! — прошептал капитан и снова притянул ее к себе. — Прости, целовать не буду. По крайней мере до того момента, когда ты выздоровеешь или до нашего прибытия в порт Нью-Йорка. Там могу себе позволить такую слабость.

Она лишь глупо хихикнула и спрятала лицо на широкой груди морского волка. От его кителя слабо пахло табаком: Адам иногда баловался трубкой. А вот чувства девушки оказались противоречивыми. И первое, о чем она подумала, что очень хорошо, что никто не читает ее мысли ни сейчас, ни вчера, ни в будущем.

Минимум последние четыре дня она считала себя влюбленной в Уильяма Смита. Однако по количеству событий, произошедших на борту «Фемиды», казалось, будто прошло больше недели. И ее чувства от робкой симпатии успели перерасти в девичью влюбленность, а затем взорваться под давлением очень серьезных обвинений в адрес лорда. Да и факты говорили сами за себя.

И вот она полулежит на капитане, вдыхает его аромат. Который приятно щекочет ноздри. И что удивительно, не вызывает желание считать его эмоции. Она слышит его мысли! И верит в них. Наверное, больше не стоит сопротивляться и отдаться его чувствам? Адам кажется порядочным человеком. А она, сидя под дождем на веревочном трапе, решила все же познать телесные радости, чтобы собственная смерть не казалась преждевременной и бессмысленной. И только она подумала про это, как он нахмурился и уточнил:

— Агата, я не понял, а почему ты ходила под дождем, что промокла насквозь. И при этом не зашла внутрь? Что тебя заставило так странно себя вести, что ты целых три дня провалялась в горячке?

— Сколько? — у девушки округлились глаза. — Я что, была без сознания?

— Ну-у-у…. — задумчиво протянул Адам. — Я бы не сказал, что валялась в полном беспамятстве. Но чувствовала себя плохо и почему-то очень сильно ругала хэдрум Эмму. А она, как ни странно, вдруг проявила заботу о твоем здоровье, принесла лекарство и все время спрашивала, как ты себя чувствуешь.

— Надеюсь, вы меня им не поили? — охнула девушка, приложив ладонь ко рту.

— Чем им? — не понял капитан.

— Лекарством старшей горничной, — выдохнула Агата и покачала головой. — Именно она в ту ночь пыталась меня убить. Я почти в этом уверена.

— Если бы Эмма что-то наметила, она довела бы это до конца, — скривил рот капитан.

— Вы мне не верите? — обиделась Агата. А ведь она пять минут назад почти в него влюбилась.

— Нет, я верю каждому твоему слову. Но не могу свести концы с концами. Как это все могло случиться?

— Очень просто, — мисс Стармер ответила на слегка повышенных тонах. Она еще ни разу не солгала. А он придумал сомневаться в ее словах. Но потом все же решила разъяснить собственные мысли.

— В том, что хэдрум Эмма доводит все до конца, я нисколько не сомневаюсь. Только это касается лишь того, что она делает законно. А когда хочется сделать что-то такое, о чем другие не должны узнать, не все зависит от нее.

— Это как? — уточнил Адам. А она рассказала, как на нее летела смертоносная тележка. А Агата чуть не отправилась к праотцам.

— А мы все думали, откуда она вдруг появилась, чтобы так крепко врезаться в перила! Боцман долго матерился, когда ее доставал и ремонтировал

Агата облегченно расслабилась. Появилось объективное доказательство ее рассказа.

— Но ты уверена, что это была именно Эмма?

— У нас больше нет девушек с такой фигурой.Разве только кто-то из матросов переоделся в женское платье. И я всегда говорила, что она за что-то меня недолюбливает. Хотя я так и не поняла, за что.

Тот факт, что предметом их спора по факту был Адам Бэкхэм, девушка пока решила не озвучивать.