Глава 15

Однако тянуть с Ирмой уже не стоило. Девица явно демонстрировала намерения выйти за Уильяма замуж. Даже пару раз заводила разговоры о том, в какой церкви она хотела бы венчаться. И он не возражал. Кто же знал, что планы на будущее могут так резко поменяться?

Но сегодня они уже попрощались. Мисс Фицу заявила, что устала и хочет спать. Одна. Скорее всего, у нее наступили проблемные дни. Обычно вслух девушки такое не говорили. Да и жены старались сообщать мужьям завуалированно. А они и любовниками стали не так давно. Все же Жанетт сильно мешала сближению. А теперь ему предстояло решить, как им лучше расстаться. При этом лорду предстояло провернуть дело так, чтобы все же получить половину состояния жены. А лучше целиком. Однако надеяться на это сильно не стоило, как и недооценивать Ирму. Девушка была смелой и немного отчаянной, даже родную мать не пожалела. Хотя особой любви между ними он никогда не замечал.

Интересно, а проститутки вообще любят своих отпрысков? Ведь ни одна из них точно не знает, от которого клиента родила. И лишь когда на лице отпрыска вдруг проступают узнаваемые черты древнего рода, то ребенка используют в бою. Иногда отец берет его на содержание добровольно. Там и матери что-то перепадает. Однако чаще всего идет в ход банальный шантаж.

Когда Лорд Смит продумывал коварный план по приобретению титула, он досконально изучил все аристократические рода Британии в поисках подходящей кандидатки на роль жены. Однако вдов быстро расхватывали и без него. А молоденьких девиц родители берегли как зеницу ока и не подпускали даже на выстрел к альфонсам типа Уильяма. Поэтому и пришлось воспользоваться деньгами семейства Фицу. А сейчас нужно провернуть все так, чтобы Ирма не затаила на него обиду. И он составил подробный план дальнейших действий. Идти оставалось три дня. Если, конечно, не произойдет ничего экстраординарного.

Утром он поднялся рано, побрился, протер лицо любимым одеколоном падчерицы, надел сюртук и поспешил к ней до завтрака.

Каюта Ирмы была заперта. Он понадеялся, что изнутри, и негромко поскребся в двери.

Потянулись томительные минуты ожидания. Уильям знал, что девушка была еще той засоней, поэтому не терял надежду. Подождав минут пять, постучался еще раз. Когда к нему начало подкатывать отчаяние — ведь неизвестно, где она ходит, а главное, с кем, раздались легкие шаги, и сонный голос пробурчал:

— Кто там?

— Ирма, это я. Открой!

В замочной скважине повернулся ключ, и двери, наконец, отворились. Девушка была в ночной сорочке и наспех накинутом сверху пеньюаре, украшенном пышными воланами. Волосы были закручены на мелкие папильотки. Лицо же сильно затекло, и глаза почти не открывались.

— Дорогая, что с тобой? — забеспокоился Уильям. Ему показалось, что его планы летят ко всем чертям. Если она больна, то серьезные разговоры вести не стоит. Женщины могут в такой период быть очень агрессивными. И новость о том, что он решил жениться на другой, может быть воспринята неадекватно.

И папильотки… Хорошо, что аристократы обычно ночуют в разных покоях. Все же лицезреть подобную «красоту» каждую ночь он бы не желал. Днем прическа, конечно, смотрится красиво. Однако по ночам убивает любой намек на сексуальность.

— А что? — удивленно переспорила она и соблазнительно потянулась. Но в душе лорда не дрогнула ни одна струна. Он понял, что все, их любовь подошла к финалу. И хорошо, что он понял это сейчас, за три дня до окончания рейса, а не перед алтарем в храме. — Что-то случилось? У меня с лицом не все в порядке? Вчера подавали на ужин изумительно вкусное вино. И я, кажется, немного его перебрала.

— Ничего страшного, просто ты немного отекла, — проявил заботу Уильям. Артистизма ему было не занимать. — И, если ты действительно чувствуешь себя хорошо, я бы хотел очень серьезно поговорить.

— Как я не люблю эти твои серьезные разговоры, — поморщилась Ирма. А затем, не стесняясь, сбросила пеньюар и уже наклонилась, чтобы стянуть рубашку. Однако что-то вспомнила и зашла за ширму. И продолжила беседу уже оттуда:

— Уилли, что ты опять придумал? Надеюсь, что ничего кровожадного. Ты же знаешь, что я хочу простой деревенской жизни в каком-нибудь тихом уголке Англии или Америки.

Он же лишь скривился, представив падчерицу в передничке и чепце на волосах. Вот мисс Стармер смотрелась в униформе очень даже соблазнительно. Ирма подобной жизни, разумеется, не перенесет. Она просто обожала балы и различные вечеринки. И не пропускала ни одной, куда только получала приглашение. Однако разговор сейчас был не об этом.

— Ирма, я, как твой отец, просто обязан позаботиться о твоем достойном будущем! — уверенным тоном выдал он.

— Кто мой? — расхохоталась девушка, выглянув из-за ширмы в одних панталонах. Но, заметив решительность в его взгляде, поняла, что вид голой груди почему-то не возбуждает мужчину. И, кажется, их отношения и счерпали себя. Конечно, это было крайне печально Она думала, что любила Уильяма. И, возможно, взаимно. Только, похоже, девушка ошибалась. Поэтому молча стянула с ширмы нижнюю рубашку и натянула на себя.

— Я твой отец. И поэтому считаю своей обязанностью выдать тебя удачно замуж. Даже, кажется, нашел, кто достоин этой великой чести, — в голосе Смита не промелькнуло ни одной шутливой нотки. Ирме еще не исполнилось двадцати одного года. И он действительно являлся ее опекуном.

— И кто же этот счастливец? — скривилась она, пытаясь за дерзостью скрыть страх и разочарование.

— Барон Бэкхэм! — с нажимом на первое слово ответил бывший любовник. — Тебе же хочется стать настоящей леди, а не щеголять всю жизнь купленным титулом с плебейской фамилией.

Так, раз он начал критиковать собственную фамилию, дело плохо. Он, точно, серьезен как никогда. Поэтому нужно сделать максимально все для того, чтобы получить наибольшую выгоду.

— И где ты раскопал этого барона? Он что, уже готов на мне жениться? Надеюсь, что он не старый, не страшный и достаточно богат? — девушка подбоченилась, с вызовом подняла подбородок и пристально посмотрела в бесстыжие глаза лорда Смита. — И когда ты нас познакомишь?

— Вы уже знакомы, — невозмутимо сообщил Уильям. — Это наш капитан.

— Красавчик Адам? — Ирма прищурила один глаз. Капитан, действительно, был красивым мужчиной. А тот факт, что он, оказывается, барон, делал его еще краше. — Только почему он служит на корабле? Так ли он богат, как ты собираешься мне его обрисовать?

— Не забывай, что ты очень богатая наследница. И выдавать тебя замуж за охотниками за богатством я бы не стал, — покачал головой лорд. Про состояние Бэкхэма он, к сожалению, ничего не знал. Но посчитал, что это совсем не обязательно. — Ты очень красивая девушка. И если пару раз намекнешь, что он тебе нравится, то капитан не устоит перед твоими чарами. А я подумаю, как этому поспособствовать.

— Знаю я твои «поспособствовать», — вздохнула Ирма. — Напоишь беднягу ромом и подложишь в мою постель. Лучше ответь честно, ты меня разлюбил?

— Разлюбил? — Уильям удивленно вскинул брови. — Ирма, побойся бога. Разве тебя можно разлюбить? Но ради твоего счастья я готов пожертвовать своим. Я так понял, что ты не возражаешь. Поэтому одевайся быстрее и пойдем завтракать.

Лорд быстро свернул разговор, чтобы его подопечная не стала задавать слишком неудобные вопросы, на которые у него не было ответов. И да, зацепить ее было нечем. Она на самом деле не принимала участие в его темных делишках. И что-то предъявить Ирме Фицу он просто не мог. Память о «любимой Жанетт» здесь была ни при чем.

***

Предмет обсуждений четы Смитов-Фицу сидел в своей капитанской каюте, сжимая в руках остро наточенный карандаш. Перед ним лежали карта и вахтенный журнал. Однако взгляд рассеянно блуждал по помещению, иногда останавливаясь на бескрайнем морском пейзаже за иллюминатором.

До окончания плавания оставалось порядка трех дней.

Это в конце двадцатого века транспорт стал ходить строго по расписанию. Поезд мог по графику прийти на станцию в двадцать две минуты, а отбыть в двадцать восемь. Хотя корабли и в наше время могут опаздывать. Слишком непредсказуема и неуправляема морская стихия. Но все же приблизительно расписание все же уже имело место. И через две ночи они должны прибыть в Нью-Йорк.

Адам понимал, что за эти дни он должен набраться мужества и поговорить откровенно с Агатой. Иначе он потеряет ее навсегда. Хотя вчерашний вечер показал, что девушка все же испытывает к нему симпатию. Только что может предложить ей человек, который через три дня станет отставным капитаном?

И это преступление! Образовалась куча кандидатов на роль убийцы. Причем даже с некоторыми доказательствами. Но как убийство было совершено, казалось абсолютно непонятным. Напившись чаю с мышьяком и получив укол в сердце, леди Смит никак не могла выброситься за борт. И, тем не менее, она это сделала.

Неожиданно за дверью каюты раздались легкие шаги. Агата? Его сердце трепыхнулось и замерло. У девушки уже заканчивалась смена. Но пока она, скорее всего, находится в зале ресторана. А вдруг это все же она решила заглянуть к нему на секундочку и сказать, что очень сильно соскучилась? Для Адамса такое поведение Агаты стало бы высшей наградой. Хотя умом он понимал, что так быть не может. В двери негромко постучали.

Капитан еще во время участия в боевых действиях научился принимать мгновенные решения. Сначала был соблазн спросить, кто это рвется к нему на аудиенцию с утра пораньше. Но если это мисс Стармер, то она может испугаться и сбежать. А он не хотел такого поворота событий. Кого-то из женской обслуги представить он просто не мог. Поэтому быстро поправил китель, пододвинул к себе журнал, принял позу мыслителя и крикнул:

— Войдите!

Дверь скрипнула, и порог переступила девушка. Только с Агатой Стармер она не имела ничего общего, разве что была близка по возрасту. Перед ним стояла слегка смущенная Ирма Фицу.

— Мисс Фицу? — удивленно вскинул брови Адам. — Вы что-то хотели?

— Да, я хотела уточнить, — заикаясь, пробормотала падчерица Уильяма и с надеждой посмотрела на капитана. — А куда пропала мисс Эмма?

Приближенные из экипажа были в курсе, что дамочка очень сильно проштрафилась. И сейчас отбывает наказание в крохотной каюте у машинного отделения. Правда, причину наказания знали лишь избранные. Но чтобы интересовались пассажиры первого класса?

— У вас что-то произошло? Горничные не справляются со своими обязанностями? — Бэкхэм положил карандаш и внимательно посмотрел на неожиданную гостью.

— Нет, нет, что вы! Все замечательно! — замахала руками Ирма. — Просто у меня к ней очень конфиденциальное дело. И хотелось бы его решить до того, как мы прибудем в порт.

Хм, интересно! Капитан задумчиво потер подбородок. Ирма, естественно, не была в курсе того, что Адам знал о прежнем месте работы хэдрум. И это место было напрямую связано с леди Смит. Он решил немного схитрить:

— Видите ли, мисс Фицу, — улыбнулся он со всем обаянием, на которое только был способен. Если бы подобную улыбку он подарил Агате при знакомстве, то на Смита девушка и не посмотрела бы. Но в тот момент капитану было не до флирта, — мисс Форсман серьезно приболела. И у вас вряд ли получится с ней сейчас встретиться. Она слаба здоровьем. И даже доктор не определил, заразное у нее заболевание или нет. Поэтому бедную Эмму пришлось изолировать.

— Ох, даже так! — охнула Ирма и прижала правую руку к сердцу, словно очень сильно переволновалась и у сердечной мышцы случились перебои. — Тогда я попрошу вашей помощи, капитан!

— К вашим услугам, мисс Фицу! — опасность миновала. И он убрал значительную толику своего обаяния.

— Я не знаю, в курсе вы или нет, но Эмма когда-то работала у моей матушки. Место называть не буду. Оно сейчас не имеет ни малейшего значения. Она предоставила вам рекомендательные письма? — капитан пропустил вопрос мимо ушей. И тогда она продолжила: — В нашей семье хранился родовой талисман, который матушка обещала мне в приданое. Выполнен он из лепестков александрита, камня очень редкого и дорогого. Вы слышали про александрит, капитан?

Он сосредоточенно слушал мисс Фицу, подперев голову рукой и ничего не понимая:

— Простите, не доводилось. Но я не вижу связи между Эммой и вашим талисманом.

— Можно, я присяду? — снова покраснев, спросила Ирма.

— Конечно, — пришла очередь краснеть капитану. Он настолько растерялся из-за ее визита, что забыл про элементарную вежливость, что считал непростительным. И сейчас сам себя корил. — Прошу меня простить!

Бэкхэм поднялся на ноги и пододвинул для мисс стул. И пока он все это делал, Ирма внимательно разглядывала капитана со спины. Она решила, что хозяин кабинета, пожалуй, не уступает Уильяму ни в красоте, ни в уме. При этом у него есть дело. А вот Уильям — типичный прожигатель жизни. И если что-то случится, то толку от него будет мало. И, главное, Адам — настоящий барон. А не липовый, как некоторые. А почему он оказался на корабле, узнает, когда выйдет за него замуж. И, пожалуй, стоит поблагодарить «отчима», который начал заглядываться на эту вертлявую буфетчицу. Девушка дурочкой же не была, все прекрасно видела и понимала.

Ирма величественно кивнула в ответ, устроилась на стуле и продолжила рассказ:

— Открыт этот камень был относительно недавно, примерно лет двадцать назад. И свое имя получил в честь российского императора Александра II. Его необычность заключается в том, что при дневном свете он имеет зеленоватую окраску. Причем наша роза была собрана таким образом, что сам цветок, скорее, был голубым. И лишь листочки уходили в изумрудную зелень. А при свечах он неожиданно становился кроваво-красным. Мам а , — девушка поставила ударение на последний слог на французский манер, — пользовалась этим свойством и пугала работниц, обещав, что, если они солгали, цветок превратится в кровь в их руках.

— И Эмма его украла? — вывод он сделал практически спонтанно. Но на хэдрум это было очень сильно похоже. Как показывала практика, она ни перед чем не останавливалась, двигаясь к своей цели. Например, выйти за него замуж.

— Откуда вы знаете? Она вам сказала? — воскликнула Ирма, прикрыв рот ладошкой.

— Что вы, про такое добровольно никто не говорит, — усмехнулся капитан, довольно улыбнувшись, что в этот раз хорошо просчитал ушлую старшую горничную. Похоже, в этот раз наказания ей не избежать. — Просто связал все факты воедино. И что вы хотите от меня?

— После кражи Эмма сбежала. Мама очень переживала, когда обнаружила пропажу, — она вздохнула. — И мне кажется, что именно от этого у нее развилась сердечная недостаточность. А когда мы взошли на борт «Фемиды» и увидели Эмму, то были несказанно удивлены. Как вы вообще ее взяли на работу? Вы читали ее рекомендательные письма?

— Читал, — кивнул Адам. — Письма были отличными.

Не сознаваться же в том, что он часто этого не делал, просто опирался на впечатление, произведенное человеком при встрече? Но если бы в письме было что-то ужасающее, секретарь бы точно его известил.

— Да, — вздохнула гостья. — Их вполне можно подделать. А что я хочу? Разрешите обыскать каюту Эммы. Возможно, брошь у нее. Я не буду никуда ничего сообщать. Но очень бы хотелось вернуть семейную реликвию. Особенно сейчас, когда мамы не стало.

И тут снова раздались женские шаги. Они быстро приблизились к дверям. Кто-то торопливо дернул ручку, открыл без стука двери и позвал:

— Адам, дорогой…